Со временем они разгадали части загадки. Она, очевидно, была одной из четырёх, уже получив свою первую часть Радиантского Двора. Но по сей день цифры не сходились. Цикл был завершён, но Вестника не хватало. Всё это время это был Галав?

— Почему бы тебе не пойти с ними? Мы же знаем, что ты всё равно не собирался возвращаться в армию. Ты даже упоминал, что прячешься с боссом на его планете, окутанной Системой, — усмехнулся Аверейдж, ещё больше укрепляя теорию Эмили.

Кто-то будет включён в их цикл, только если почувствует, что принадлежит к их стороне. Единственными другими Вестниками, которых знал Зак, были его подруга-нежить и какой-то парень в Лучезарном Храме, но они уже были заняты своими соответствующими фракциями.

— Ты тоже, Баббур. Мне нужно вернуться к своей семье, но нет причин, по которым ты должен стать пешкой потусторонних.

— Мы можем тебя защитить, — нетерпеливо кивнула Эмили Галаву. — Э-э, тебя тоже, Баббур.

— Защитить меня? Я не забыл, почему Зак пришёл в Башню Вечности, — сказал Галав, закатив глаза. — Или скольких людей он в итоге оскорбил, вместо того чтобы найти покровителя для своей недавно интегрированной планеты. И нет никаких шансов, что такой возмутитель спокойствия оставался незаметным, пока мы были в ловушке. Вы вообще можете защитить себя?

— Мы молодая фракция, но у нас всё хорошо, — усмехнулась Эмили, доставая пару идентификационных жетонов, включая жетоны Империи Олбрайт и Династии Драворак. — С тех пор как вы встретились в Башне Вечности, многое изменилось. Учитель в эти дни чувствует себя довольно хорошо. Наша фракция имеет дипломатические отношения с половиной ведущих фракций сектора.

Тот старый Искупитель не смел показаться на глаза годами, а старейшины Клана Гелиофос уже прислали нам кучу извинительных подарков. Мы чертовски богаты, наши армии лучше всех оснащены в секторе, и у нас есть несколько человек в лестницах вклада в войну.

— Как, чёрт возьми. — пробормотал Галав, подозрительно глядя на жетоны.

Баббура было не так сложно убедить. — Я согласен!

Эмили удовлетворённо кивнула. Её презентация уже была отлаженным механизмом после многих лет практики. К сожалению, её настоящая цель не так легко убеждалась.

— Это попахивает торговой уловкой. Всё, что ты сказала, правда? О тебе, о печатях.

— Всё это правда, ты, параноидальный ублюдок, — поклялась Эмили. — Ты всё равно узнаешь правду, как только вернёшься. Награды публичны. Ты буквально ходячий товар прямо сейчас.

— Тогда на что вы полагаетесь? — возразил Галав. — Вы уже продали себя потусторонним? Или у вас есть какие-то ценные ресурсы? Потому что маленькая фракция д-ранга никак не привлечёт особого внимания со стороны устоявшихся фракций, каким бы впечатляющим ни был ваш учитель.

Эмили была удивлена, как быстро Галав всё понял, что только усилило её желание заполучить его. Зак вырастил фракцию с прекрасными воинами и выдающимися элитами. Но она должна была признать, что большинство людей наверху были хороши только в боях и ни в чём другом. Просто посмотрите на их носителей печатей. Лагерь Зака, состоящий из болванов, настолько подавляюще превосходил по численности коалицию разума, что её товарищ Светоносец, Карл Элрод, получил нервный срыв и стал называть себя уборщиком.

— Немного того и другого. У нас есть рабочее соглашение с Империей Нежити, но мы скорее независимые подрядчики. Это учитель завершил вечную войну и привёл Провинцию Кавриэль на сторону Зеции. Без его вклада война выглядела бы совсем иначе. О, а ещё учителю принадлежит лучшая Космическая Верфь в секторе. Наши товары оказались довольно эффективными на поле боя.

— Как и ожидалось от человека, призвавшего Стеллу Конфликта, — вздохнул Галав, бросив взгляд на солдат вокруг себя. — Мне не невозможно присоединиться к вам. Однако у меня есть несколько требований.

— Какие?

— Я накопил там много знаний. Схемы, чертежи, вооружение. Мне нужно, чтобы вы нашли способ распространить эти методы. Мне не нужны деньги. Я просто хочу, чтобы изобретения, которые я носил годами, убили как можно больше захватчиков. Мои товарищи отдали всё, всё, чтобы довести меня и мои знания до этого момента. Я хочу, чтобы они имели значение. Я хочу, чтобы их жертва имела значение.

Приглушённая тишина наполнила комнату, когда восемь пар глаз сфокусировались на Эмили. Ей почти казалось, что она видит очертания их товарищей-бригадиров, стоящих позади них, и несгибаемую решимость в их глазах.

— Обещаю, — торжественно кивнула Эмили. — Если мы сможем их изготовить, мы продадим их по себестоимости. Если не сможем, мы найдём подходящих партнёров, чтобы чертежи не попали к Кан’Тану.

Любое дальнейшее обсуждение было прервано звуковым сигналом. Эмили выругалась на консоль и быстро достала сменную одежду и поддельные документы для Баббура и Галава.

— Помните! Если нас не убьют в следующую минуту, вы двое — солдаты Компании Ахерон Империи Этвуда! — приказала Эмили, прежде чем бросить гневный взгляд на остальных. — И ни слова от вас!

Эмили торжественно смотрела на экран, когда чудовищный дредноут, непохожий ни на один Космический Корабль, который она когда-либо видела, прорвался сквозь пространство, появившись всего в нескольких десятках миль от их позиции. Невозможно было сказать, принадлежал ли он Альянсу, Кан’Тану или каким-то потусторонним. Единственное, что она знала наверняка, это то, что он был древним и обладал силой, способной противостоять целой армаде.

Побег был исключён. Предыдущее предупреждение было двухкомбо запечатывание пространства и пространственная пробоина. Слава богу, башня уже переместилась из их измерения, продолжая свою активацию. Другие тоже, похоже, не узнали её. Мускульная Бригада безмолвно уставилась на приближающееся судно, их глаза были широко раскрыты.

— Вот дерьмо.

Мужчины в плащах стояли неподвижно, как статуи, пока Ирин смотрел на Имперскую Сферу в своей руке. Они были свидетелями Седьмого Края, их роль заключалась лишь в наблюдении. Пока что. Кардинал стоял рядом с Ирином, глаза полузакрыты, пока он ощущал изменения в Имперской Ци. Внезапно его глаза распахнулись, и зрачки и склеры сменились сияющим пурпуром.

— Произошёл сдвиг в порядке, — древний голос раздался из горла молодого священнослужителя.

Это был необходимый шаг, даже если Ирин не нуждался во внешнем подтверждении изменений. Он чувствовал, как облака Фиолетовой Ци темнели, прежде чем быть принудительно стабилизированными накопленным провидением Династии Тобриал. Ирин на мгновение закрыл глаза, прежде чем повернуться к Илвину. Монарх посмотрел в ответ сложным взглядом, понимая, что должно быть сделано.

— Позови его домой.

Не было ни радости, ни печали, когда он узнал, что его младший брат потерпел неудачу. Даже тот факт, что его Имперская Ци была насильственно рассеяна, что могло означать только цареубийство, не вызвал ряби в его сердце. Это было частью естественного порядка и цикла любой династии. Правители приходили и уходили, становясь звеном в постоянно растущей цепи. Надеемся, они оставят после себя что-то большее, чем унаследовали. Если нет, то это просто ещё одно препятствие, которое нужно преодолеть.

У Империй были свои приливы и отливы, и наследование было шансом изменить судьбу.

— Да, Ваше Высочество, — вздохнул Илвин, прежде чем активировать тигель.

Поток Имперской Ци вылился из Имперской Сферы и вошёл в древнюю стелу, и Ирин добавил каплю своей крови. Образовались врата сквозь время и пространство, соединённые через родословную. Перед тигелем появилась потрёпанная фигура, окружённая невероятно зловещим воздухом, и Ирину потребовалось мгновение, чтобы связать эту фигуру со своим своенравным братом.

Ирин задумчиво посмотрел на раны брата, пытаясь представить битву, которая привела его в это состояние. Это было непросто. Большая дыра в его торсе хранила остаточные следы жизненной силы растительного происхождения, в то время как его Апертура Души была наполнена древним Убивающим Намерением. Наконец, было множество следов присутствия Технократов, включая что-то, просверленное в его черепе.

Илвин зарычал от гнева и насильственно рассеял зловещие энергии взмахом рук, прежде чем превратить устройство в пепел вспышкой света. Это заставило глаза Еселио приоткрыться, и вскоре они сфокусировались на Ирине.

— А, значит, это тебя они выбрали, брат, — прохрипел Еселио, и на его лице появилась кровавая улыбка.

— Ты знал? — сказал Ирин, прежде чем слегка покачать головой. — Конечно, знал.

— Соревнование — это Небесный Путь, и эта миссия не может быть возложена только на меня, — сказал Еселио, пытаясь сесть, но потерпел неудачу и снова упал.

Его красные глаза обратились к полосе звёзд над головой, словно он искал секреты, скрытые в их созвездии. Или, возможно, у него просто не хватило духа смотреть на присутствующих после того, как судьба отбросила его. Грубый смех, больше похожий на стон, вырвался из горла Еселио, и вокруг его рта образовались маленькие красные пузырьки.

— Ты изгнал одну внешнюю партию и ослабил ещё две. И несмотря на твою неудачу внутри крепости, нам удалось захватить ещё четыре печати снаружи, — спокойно сказал Ирин. — Я доложу о твоих достижениях в надежде, что наш Королевский Отец восстановит тебя, когда эта глава будет завершена.

— Ты всегда был прямолинейным, — улыбнулся Еселио, его глаза оставались неподвижными. — Надеюсь, мой небольшой вклад сгладил путь впереди.

— Твои раны несут скверну Сельвари, — сказал Ирин. — Они виновны в твоём нынешнем состоянии?

— Сельвари? Можно и так сказать. Цена любопытства высока, — пробормотал Еселио, его взгляд стал отстранённым, когда он наконец повернулся к Ирину. — Мой дорогой брат, между истиной и Империей, что важнее?

Культивация Еселио быстро рассеивалась, пока древнее Убивающее Намерение поглощало его душу. Несмотря на это, чувство беспокойства сотрясло обычно непроницаемую крепость сердца Ирина. Кто лучше знал, насколько опасен Еселио, чем его братья и сёстры?

— Империя — это истина.

Полоса неудержимого мечевого света рассекла Еселио надвое. Дао Технологий и Убивающее Намерение были сокрушены имперской мощью, оставив после себя лишь намерение Ирина и Имперскую Ци. Ирин вложил клинок в ножны и слегка постучал по воздуху, чтобы перенаправить входящую атаку.

— Ты бессердечный ублюдок, что ты делаешь? — нахмурился Илвин. — Несмотря на свою неудачу, Еселио должны были оказать подобающие обряды.

— Траектория изменилась, и у меня есть свои инструкции, — сказал Ирин, накрывая рассечённый труп. — Мой брат всегда был капризным, и я не мог позволить ему сделать что-либо, что могло бы навредить нашим усилиям.

— Уверен, это никак не связано с возможностью, — фыркнул Илвин, многозначительно глядя на льющийся из ран Еселио свет.

Мгновение спустя таинственная руна поднялась из его груди, побуждая Имперскую Ци сформировать вихрь судьбы и будущего.

— Седьмой Край приветствует Лорда Мстителя, — пропели наблюдатели, и Ирин шагнул вперёд.

Вихрящаяся Ци приветствовала его приближение, хотя Ирин нахмурился, почувствовав лёгкое беспокойство внутри. Он хотел уничтожить её и печать, прежде чем они смогли бы осквернить провидение династии. Но он не мог. Он был избран, поэтому он вернёт Дворы Ультома на Седьмое Небо, уничтожая все препятствия на своём пути.

Он коснулся руны, и мир потемнел.

— Ну и как? — спросил Илвин, когда Ирин вышел из рассеивающейся дымки. — Я слышал, что эти вещи содержат удивительные истины для наделённых судьбой.

Ирин взглянул на пустую оболочку, лишённую души и будущего, и покачал головой, прежде чем повернуться к небу.

— Истина. — пробормотал он, и лёгкая улыбка тронула его губы.

Глава 1159 Чужие Боги

Сознание Зака противилось тому, чтобы его вытаскивали из прошлого навстречу неудобным реалиям настоящего. Мощная тряска сделала сопротивление бесполезным, и Зак резко проснулся. Запутанное состояние перекрывающихся жизней было отброшено нахлынувшими воспоминаниями. Воспоминаниями о битве, предшествовавшей его прорыву.

Его тело всё ещё было покрыто ранами от натиска Йеселио и истощено энергией, но это было ничто по сравнению с болью, которую он чувствовал от пустоты, исходящей от Связи Деметры. Зак запихнул в рот кучу Пилюль Солдата, отчаянно направляя навык, надеясь, что он что-то упустил в пылу момента. Ответа не было, и связь не активировалась.

Нахлынуло сильное горе, вызванное не только им самим. Он проследил это чувство до Адаптивного Симбиоза, где обнаружил хаотическое сознание. Лоза Небесного Разрушителя, казалось, почувствовала его присутствие и протянула ветвь, чтобы обвиться вокруг его левой руки, как будто искала утешения. Однако Харо внезапно отпрянул, словно обжёгшись, и почти выглядел так, будто получил обморожение. Что-то было не так с его телом.

Прорыв уже закончился, но он всё ещё черпал большое количество Энергии Пустоты. Зак проследил это чувство до своей Апертуры Души, где обнаружил иллюзорное изображение знакомой горы. Гора Пустоты вернулась в виде новой способности, хотя она была настолько бледной, что Зак едва мог различить её очертания.

Зак не беспокоился по этому поводу, так как чувствовал, что Харо вот-вот потеряет контроль и войдёт в отклонение. Он быстро пробудил своё Сердце Пустоты, чтобы контролировать аппарацию, что заставило её исчезнуть. Истощение прекратилось, и Зак быстро сосредоточился на Лозе Небесного Разрушителя.

— Эй, эй, — прошептал Зак, лаская испуганную лозу и посылая успокаивающие мысли в Адаптивный Симбиоз. — Всё в порядке. Мы в порядке.

Харо постепенно успокоился, хотя его аура всё ещё была нестабильной после внезапного прорыва и использования жизненной силы. Зак направил своё сознание в Мировой Кольцо, чтобы проверить его раны, но шокирующая сцена отбросила эти мысли. Вокруг валялись десятки больших увядших лоз и лепестков, и Лоза Небесного Разрушителя одна за другой тащила их в свою пасть.