Чешуйки были бы бесполезны в бою, но они были так же полезны, как Абиссальный Драйв, для большинства форм исследования.

— Хорошая штука, — прокомментировал Зак, рассеяв чешуйку. — Что?

Эмили смотрела на него с лицом, застывшим между смехом и печалью. — Говорят, никогда не встречайся со своими героями. Разве ты не Мистер Авантюрист? Но у тебя даже нет предметов для трансформации?

— Честно говоря, я раньше об этом не задумывался. Раньше я просто переходил в другую форму и активировал свой навык передвижения, — сказал Зак немного смущенно.

Вершина Джунглей могла в какой-то степени выполнять ту же роль, что и Абиссальный Драйв, но в конечном итоге она не была создана для перемещения в тесных пространствах. Во-первых, он не мог использовать ее для перемещения дальше ширины своего Домена. И он мог уменьшить деревья только до определенного предела, прежде чем навык переставал активироваться. У него также был минимальный размер примерно 100 метров в диаметре, что делало его очень заметным. По сравнению с мешочком Эмили, полным чешуек, он был до ужаса неадекватен.

Зак всегда считал себя образцом в вопросах грабежа, но понял, что обленился. Его быстро растущее состояние отчасти могло это объяснить. Меньше вещей привлекали его внимание, и ему едва ли хотелось возиться с большинством Пространственных колец. Вот почему он чуть не испортил кольцо раньше.

Он также слишком сильно полагался на свою Удачу и уникальное восприятие, которое он получил, поглотив прозрения целого озера. Эта комбинация позволяла ему грубой силой решать большинство задач, оставляя его ужасно неподготовленным, за исключением кучи предметов хранения, которые он всегда носил с собой.

По сравнению с ним, Эмили была похожа на разведчика, всегда готовую. У нее, возможно, не было его необыкновенной Удачи, но она компенсировала это инструментами и подготовкой.

— Думаю, мы дополняем друг друга, — улыбнулась Эмили. — Ты занимаешься глобальными вопросами, а я позабочусь о деталях.

— Звучит неплохо, — рассмеялся Зак, осматривая камеру культивации.

Окружающая энергия была, одним словом, ужасающей, благодаря все еще работающим Массивам Сбора и отличной изоляции. Ненастроенная энергия образовала плотный туман, и Заку пришлось активно запечатывать свои поры, чтобы не получить энергетическое отравление. Эмили была аналогично затронута, хотя она могла использовать эту ситуацию в своих интересах, циркулируя свое Руководство по Культивации.

Камера без усилий заменяла всю поглощенную Эмили энергию, и Зак подозревал, что массивы могли бы принести значительную пользу даже Поздним Гегемонам. Это заставило Зака захотеть вырезать всю комнату и забрать ее домой. Конечно, это было и невозможно, и ненужно. Атмосфера могла поддерживаться на таком поразительном уровне только за счет энергии башни. Размещение ее на Земле значительно ослабило бы ее.

Как и ожидалось, в камере культивации не было установлено телепорта, что, возможно, было к лучшему. Зак сомневался, что Эмили согласилась бы уйти так рано. Особенно, когда они наконец нашли что-то интересное. Внутри камеры были помещены два сокровища, и Зак подошел к первому — молитвенному коврику, расположенному в Нексусе Массива Сбора.

— Естественные Формирования Сбора для дополнения камеры? — пробормотал Зак, с интересом глядя на коврик. — Такое высокое качество. Мой собственный коврик не может сравниться с ним по сырому поглощению энергии. Это должен быть массив, который трансформировался после эонов развития. Он даже на пути к формированию Духа.

— Он сможет показать свою истинную ценность только в сочетании с этим конкретным Массивом Сбора, — прокомментировала Эмили, доставая кристалл, чтобы скопировать расположение. — Хочешь его?

— Мне он не очень полезен, — пожал плечами Зак. — Кроме того, я думаю, что его лучше всего использовать с Ненастроенной Космической Энергией.

— Может быть, мы сможем воссоздать эту установку в Академии или что-то в этом роде, — сказала Эмили, убирая коврик. — У нас почти нет премиальных мест для культивации. Мы не можем позволить нашим гражданам тратить все свои местные Пункты Вклада на пилюли и материалы. Мы никак не сможем поддерживать это.

Зак полностью согласился. Империя Этвуда превосходила даже силы Среднего д-ранга по богатству и ресурсам, но им катастрофически не хватало инфраструктуры культивации. Почти не на что было тратить Пункты Вклада Империи Этвуда, кроме как на ресурсы. Конечно, было немало руководств, но его люди уже получили их при зачислении.

Вести войну означало сжигать деньги, и Зак терял ресурсы в огромных количествах. Местное производство не могло угнаться за спросом, а запасы, привезенные из Сумеречной Гавани, таяли с каждым днем. Его Продажи Космических Кораблей могли покрыть расходы, но поиск даже обычных ресурсов для культивации превращался в головную боль.

Каждый день сотни Загрязненных Миров попадали в руки Кан’Тану. Большинство планет были отвоеваны, но это мало что значило, когда культисты применяли тактику выжженной земли. Большинство миров были разрушены, а остальным требовались годы для восстановления и возобновления производства. Времени, которого у них не было.

Создание лучших мест для культивации было первым шагом к уменьшению чрезмерной зависимости Империи Этвуда от материалов для культивации. Это не было чем-то уникальным и для Земли. Все фракции должны были инвестировать во все, от Высококачественных камер культивации, камер для пилюль и Среды, улучшающей понимание, до Мистических Царств, Испытаний и Наследий.

Продажа доступа к ценным возможностям была лучшим способом поддерживать казну в хорошем состоянии, не препятствуя росту подчиненных. Более того, это было гораздо эффективнее, чем пичкать их пилюлями и Природными Сокровищами. Это был также хороший способ убедиться, что ваши таланты не разбегутся. Свобода Кочующего культиватора не была бы такой заманчивой, если бы она означала потерю Благословенных земель, которые питали их Дао и удваивали скорость их культивации.

Зак вздохнул, поворачиваясь ко второму предмету в камере. Ему еще предстояло пройти долгий путь до создания Благословенных земель, подобных тем возможностям, что были разбросаны по всему Миру Орома. Конечно, он знал, что эти Наследия росли и созревали сотни тысяч лет. Его маленькая империя уже очень хорошо себя чувствовала.

Единственным предметом, кроме молитвенного коврика, был грязный стеклянный ящик. Он выглядел как небольшой аквариум, а едва различимые под слоем темной грязи гравюры указывали на то, что это был инкубатор. Однако не для животного или яйца, а для Клинка-перчатки, лежащей посередине.

— Похоже, он был запечатан в какой-то жидкости, — сказала Эмили. — Высококачественная кровь?

— Похоже на смесь, но кровь определенно была ее частью, — сказал Зак, вливая крупицу своей воли в коготь. Раздробленный рев неразборчивых впечатлений наполнил его разум, и он решительно прервал связь. — Дух Инструмента разрушился. Кузнецу и Целителю придется работать вместе, чтобы заменить его.

Даже низкоранговые Духи Инструментов могли существовать невероятно долго, впадая в спячку, но Зак подозревал, что только Духи Инструментов а-ранга могли считаться псевдобессмертными. То, что находилось внутри когтя, уже нельзя было назвать духом. Это был скорее шторм хаотической духовности, запертый внутри оружия. Он был еще более фрагментированным, чем остаточное Убивающее Намерение, неспособный даже вызвать отклик на вливание Зака.

В таком месте, как Зеция, где одинаково не хватало материалов и квалифицированных мастеров, большая часть высококачественного оборудования не изготавливалась, а добывалась. Авантюристы, исследующие руины и Мистические Царства, часто сталкивались с аналогично поврежденными товарами, до такой степени, что некоторые Кузнецы специализировались исключительно на перековке древнего оборудования.

— Эти ребята дорогие, и они могут испортить перчатку, — сказала Эмили, глядя на блестящие края Клинка-перчатки. — Но это может стоить того. Эти материалы непростые, и они были закалены богатой энергией средой. Возможно, удастся восстановить его до Духовного Инструмента Позднего д-ранга.

— Продолжим. На следующем этаже есть что-то еще лучше.

— О? — Эмили оживилась и быстро спрятала весь аквариум.

Вернувшись в коридор, они успели пройти всего тридцать метров, прежде чем хорек снова пискнул.

— Что это, Бандит? Уже еще один? — воскликнула Эмили, затем повернулась к Заку. — Это может занять слишком много времени.

Зак замялся, глядя вверх. Сейчас было спокойно, но это лишь наполняло Зака предчувствием. Они не могли тратить часы на проверку каждой комнаты, мимо которой проходили, на случай, если там окажется телепорт.

Кроме того, его жетон не выдержал бы этого, даже если бы эта конкретная комната не была запечатана. Ему нужно было оставить кое-что в запасе на случай, если они снова столкнутся с Энергетическими Стражами.

— Ограничимся двумя на этаж, — сказал Зак. — Если только не найдем что-то выдающееся.

— Хорошо, — сказала Эмили, и они превратились в струйки воды, проскальзывающие через узкий проем.

Планировка второй комнаты была идентична предыдущей, но сильно отличалась по убранству. В гостиной было по меньшей мере пятьдесят горшков, каждый из которых был покрыт гравюрами. Кроме того, с потолка свисало шесть светящихся сфер, свет которых давно померк. Ее обитатель превратил всю комнату в оранжерею, хотя от растений не осталось даже окаменелостей.

Зак просканировал комнату своими чувствами, не найдя ни малейшего намека на жизнь ни в одном из семян. Они все же неплохо заработали, собрав набор фолиантов и Мировое Кольцо, оставленные в камере культивации. Как и древнее Пространственное кольцо, оно было в очень плохом состоянии, но комната не была наполнена Убивающей Энергией. На самом деле, возможно, древние травы все еще жили внутри, получив обильное питание от Массива Сбора. Как и Пространственное кольцо, оно отправилось в цилиндр Эмили.

На следующем этаже они вошли в другую незащищенную камеру, на этот раз большую комнату, предназначенную для Закалки Тела. В земле было дюжина сферических углублений, покрытых гравюрами. Ни один из Массивов не работал, но гравитация внутри была от пяти до двадцати раз выше нормы. Это были гравитационные колодцы, способные, вероятно, выдерживать шокирующие уровни усиления без утечек.

Колодцы невозможно было забрать с собой, но они нашли запечатанный сундук, полный очищенных Гравитационных Кристаллов. Они были темно-коричневыми, покрытыми гравюрами и демонстрировали свою Настроенность умопомрачительным образом. Зак чуть не потянул мышцу, вынимая один из коробки, но он завис в воздухе, когда он попытался положить его обратно.

Как и Кристаллы Души, Гравитационные Кристаллы не имели стабильного источника в Зеции, хотя у них был небольшой шанс образоваться естественным образом в пространствах с очень высокими гравитационными силами. Зак знал, что они дефицитны, потому что у Илвера был постоянный заказ у Калрина. За последнее десятилетие Калрину удалось добыть всего несколько сотен, ни один из которых не был такого высокого качества, как тысячи, лежащие перед ним.

Зак также схватил группу манекенов, стоявших в углу, прежде чем уйти. Они должны были быть сделаны из очень прочных металлов, чтобы использоваться в гравитационно-Настроенном сооружении для Закалки Тела. Несколько минут спустя они достигли источника притяжения судьбы, хотя не требовалось необыкновенной Удачи или восприятия, чтобы понять, что эта комната была особенной.

Врата были вдвое выше обычных дверей, а коридор был расширен до небольшой площади. Слева от Врат висела табличка, хотя ее надписи стали неразборчивыми. Крупные, жирные руны над Вратами все еще были более чем четкими. Они излучали интенсивную Энергию Веры и полосы молний.

Название было столь же внушительным — Трон Искупления.

— Смотри! Кто-то пытался прорваться внутрь, — прошептала Эмили, указывая на шрам рядом с дверным косяком.

Зак подошел ближе, понимая, что Эмили права. Это был глубокий шрам, созданный Пространственным Разрывом, но кто-то пытался расширить его огнем. Зак чувствовал Дао Огня внутри, и они действительно добились некоторого прогресса. Увы, их попытка наткнулась на стену — буквально. Внутри каменной стены был скрыт лист неизвестного сплава, чего Зак не видел ни в одной другой комнате. Как и руны, он мерцал молниями, и Зак имел хорошее представление о том, что случилось с бурильщиком.

Две следы от ног, расположенные ближе к стене, подтвердили его догадку. Однако Зак сомневался, что предыдущие охотники за сокровищами были превращены в пепел. Скорее всего, они поняли, что не смогут пройти, и двинулись дальше.

Зак снова осмотрелся, но никаких признаков людей, поджидающих в засаде, не было. Зак также не мог найти никаких ловушек или Массивов Наблюдения. Тем не менее, стоя на открытом месте, он чувствовал себя уязвимым. Им нужно было либо действовать, либо двигаться дальше. Зак склонялся к первому. Эти Врата были самыми впечатляющими, которые он видел с момента входа, и от них исходило предчувствие провидения.

— Стоит проверить, — прошептала Эмили, вторя его мыслям. — Зал Искупления может быть оборудован телепортом. Некоторые были бы одной ногой в могиле после того, как их истязали молнии, и остро нуждались бы в медицинской помощи.

Зак закатил глаза, зная, что Эмили просто придумывает оправдания, чтобы открыть дверь. Однако ее слова были не без оснований. Зак нервно посмотрел на трещащие руны, предъявляя свой жетон. Двери открылись с глубоким скрипом, и Зака отбросило на несколько шагов назад огромной энергией, Настроенной на Молнию, запертой внутри.

Она намного превосходила камеры культивации, и от одного прикосновения к ней кожа Зака онемела. Она была знакома, но бесспорно отличалась от Дао Молнии, практикуемого Культиваторами. Удалось ли Безграничной Империи поймать Молнию Скорби? Или они знали, как ее генерировать?