Затем из середины баржи вырвался импульс чистого света, и высокочастотный звучный зов эхом разнесся по региону. Свет сформировал огромную небесную птицу, чья песня развеяла безумие. Доссин наконец-то справилась, но Зак выругался, увидев трещины, появившиеся на призванном аватаре. Что бы ни активировала Доссин, это остановило принудительные смерти, но явно не могло сравниться с еретическим колоколом.

Птица, казалось, понимала свою беду и, распевая с возросшим пылом, устремилась к колоколу. Однако Зак не успел увидеть последний бой существа, так как почувствовал сильный рывок снизу. Корабль врезался в землю, но вместо взрыва произошла вспышка коричневого света и объятия самой земли.

Это была вторая Башня Массивов, которая была активирована — птица, чтобы выиграть окно возможностей, и навык перемещения по земле, чтобы увести их прочь. Зак стал частью камней, через которые они проходили, и почувствовал, как его скорость быстро увеличивается.

Но даже глубоко под землей не нашлось убежища от еретического колокола.

Огромные вибрации сотрясали саму сущность Зака. Казалось, мир шептал ему на ухо древние тайны безграничного ужаса. Он был охвачен отчаянием до такой степени, что ему оставалось только радоваться, принимая неизбежный конец. Если не можешь победить их, присоединись к ним.

Зак завыл, когда реальность рухнула, но единственным звуком был затухающий голос безумия земли. Мысли ускользали от него, и проход сквозь камни и песок давал мало контекста. Возможно, прошла секунда или час, прежде чем сухая тьма сменилась светом, и разрозненные впечатления слились в измученное сознание, а комья грязи стали плотью и костями.

Окружение было совершенно чужим, когда Зак открыл глаза, и это был величайший дар, на который он мог надеяться. Он неуверенно поднялся на ноги среди моря распластанных солдат и обломков. Голос в его голове кричал ему не смотреть вверх, не возвращать этот ужас в свою жизнь. Зак успокоил свое бьющееся сердце, прежде чем настороженно посмотреть на небо.

Колокола не было, и пространство вокруг них было настолько хрупким, что ему почти казалось, будто он может разорвать дыру в измерении голыми руками. Такому могущественному сокровищу должно быть невозможно появиться где-либо поблизости — одно его присутствие разрушило бы пространство и перенесло бы его в другое измерение.

Кроме того, даже для Монарха еретический колокол должен быть труден в управлении. Возможно, его даже невозможно будет собрать в течение долгого времени после развертывания. Зак не мог представить, чтобы кто-либо приблизился и остался в живых, чтобы рассказать об этом, после того как он был пробужден.

Зак снова повернулся к разбросанным обломкам летающего судна. Их выход из-под земли не должен был быть таким хаотичным, но Зак не сомневался, что корабль спас жизни всех. Его спина покрылась липким потом от воспоминаний о том, как его разум был полностью поглощен безумием. Эти неудержимые импульсы, должно быть, исходили от того момента, когда они проходили прямо под колоколом.

Если бы его тело не находилось в неосязаемом состоянии, он бы вырвал свое сердце с улыбкой. И если даже его Сердце Дао и Жизненные Узлы оказались недостаточными для защиты от колокола, то кто мог выжить в этой короткой встрече? Что бы ни скрывалось внутри колокола, оно было просто на таком высоком уровне существования, что любое сопротивление становилось бессмысленным.

Зак обратил свой взор внутрь себя, пока люди вокруг него поднимались на ноги. Все выглядело нормально после того, как он просканировал себя с головы до ног всеми методами из своего арсенала, но этого было далеко не достаточно, чтобы полностью развеять его страхи. Но его Жизненный Узел полностью успокоился, что, будем надеяться, означало, что колокол не оставил после себя никаких скрытых угроз.

Другими словами, те, кто остался жив, когда они вошли в землю, должны были все выжить. Тем не менее, куда бы Зак ни посмотрел, он видел улыбающиеся трупы, сжимающие свои сердца. По крайней мере, десятая часть их недавно собранной армии пала менее чем за минуту, и многие другие, несомненно, уйдут с Сердечными Демонами.

Зак все еще был шокирован тем, насколько мощное оружие удалось развернуть Кан’Тану, но он пережил достаточно ужасающих и необъяснимых испытаний, чтобы колокол не оставил неизгладимого впечатления на его Сердце Дао. Однако не все были одинаковы. Воздействие такого рода бедствия отличалось от битв не на жизнь, а на смерть на поле боя. Беспомощность могла посеять семена страха, которые отравят путь, не позволяя продвинуться дальше по пути культивации.

— Как вы себя чувствуете? — тихо спросил Зак, когда его командиры собрались вокруг него.

— Я. я в порядке, — сказала Эмили, но Зак не видел её лица таким мрачным с того дня, как они впервые встретились.

— Мы заставим их заплатить за то, что они сделали, — сказал Зак, его голос перешел в раскатистый гром, когда бушующее Убивающее Намерение распространилось по региону. — Мы захватим эту чертову крепость и взорвем колокол, и каждого культиста, который имел к этому отношение.

Сбитые с толку, испуганные лица ожесточились, и глаза засияли обещанием кровавой расплаты. Не только его люди пришли в движение от властного заявления Зака. Ярость распространилась по рядам, как ментальная чума до этого. Более слабые порывы Убивающего Намерения слились с подавляющим количеством убийственного воздуха, который Зак намеренно выпустил. Это слилось, образуя нечто похожее на общее желание. Желание стали и огня, мести и убийства.

Зак был счастлив, что так много людей вытащили из их ментальных тюрем его действия, но его слова были не просто пустой бравадой. Он имел в виду то, что говорил, каждой фиброй своего существа.

До сих пор он был так сосредоточен на выживании и потенциальных заговорах, что потерял из виду общую картину. Зак даже почувствовал стыд, вспоминая свое поведение на совещании полчаса назад. Он слушал дискуссии как посторонний, молча осуждая других командиров за то, что они сосредоточились на личной выгоде, а не на военных действиях.

Но чем он отличался?

Мысль о захвате древней Боевой Крепости даже не приходила ему в голову. Если уж на то пошло, он считал это ненужным риском, тем более что ему пришлось бы передать её альянсу в случае успеха. Ему лучше сосредоточиться на собственной безопасности и, возможно, собрать несколько печатей или сокровищ.

Но как Зеция могла победить, если никто никогда не действовал? Как он мог сказать, что сделал все, что в его силах, чтобы защитить своих друзей и подданных, если он не пытался изменить ситуацию, реальную ситуацию, в войне? Речь шла не о Пунктах Вклада или заданиях.

Нравилось ему это или нет, он был одним из тех, у кого был самый высокий шанс захватить крепость. Поскольку Мистическое Царство было ограничено Средними Гегемонами, только исчезающе редкие монстры, такие как Катор, могли представлять угрозу его жизни. Кроме того, захват крепости мог зависеть не от силы, а от судьбы и удачи. И сколько могли соперничать с ним в этом отношении?

Спасибо.

Голос принадлежал Доссин, и Зак слегка кивнул, прежде чем повернуться к Вилари.

— Ты можешь сказать, есть ли какие-либо остаточные опасности?

Вилари, казалось, погрузилась в свои мысли, но через секунду очнулась. — Не должно быть.

— ЛЖЕЦ! — гневный рев разнесся по долине, заглушая все дискуссии.

Зак оглянулся и увидел одного из молодых командиров, стоявшего перед Доссин с огнем в глазах и мечом, приставленным к её горлу. За ним стояли шесть Гегемонов, готовых поддержать его. Все они были из одной фракции, но Зак чувствовал, что они не будут сражаться в одиночку, если битва действительно разразится.

Его призыв к мести на мгновение объединил их союзную армию, но реальность должна была вернуться. Они были отправлены на эту миссию вслепую, и они столкнулись с чем-то ужасающим и необъяснимым прямо у ворот. Десятая часть их людей погибла, не увидев ни одного Кан’Тану, и генерал Доссин несла конечную ответственность за их миссию.

— Вы сказали, что ни одна из сторон не будет использовать крупномасштабные сокровища! Так как вы объясните эту проклятую штуку? И где был альянс, когда нас чуть не уничтожили?!

— Когда это война была предсказуемой? — сказала Доссин. — Наш враг на этот раз переиграл нас, но в конечном итоге потерпел неудачу. Они активировали такое мощное запретное сокровище, но сумели убить лишь небольшое количество наших людей. Что, если бы они использовали его на крупномасштабном поле битвы? Могли бы погибнуть сотни миллионов.

— Я уже доложила о ситуации в штаб. Альянс, несомненно, заставит их заплатить за использование такого мощного предмета.

— Альянс, — фыркнул молодой человек. — Кто, кроме альянса, знал, куда мы направляемся? Какие регионы мы пересечем? Интересно, как Кан’Тану могли устроить засаду с такой скоростью и точностью.

Глаза Доссин сузились. — Я бы на вашем месте был осторожен со своими следующими словами.

Грудь молодого человека все еще тяжело вздымалась, как кузнечные мехи, но один из его слуг знал, что они не могут позволить своему Лорду зайти дальше.

— Молодой господин просто оплакивает павших. Если бы мы вошли в землю немного раньше.

— Для зарядки и развертывания Восьмикратного Массива Земного Перемещения требуется некоторое время. Во-вторых, древний колокол создавал таинственные волны в земле. Я подозревала, что они повредят корабль, и реальность доказала мою правоту. Мы едва прошли через сферу влияния колокола. Если бы я активировала перемещение раньше, нас бы раздавило или выплюнуло прямо под колоколом. Все, что я делала, было направлено на минимизацию наших потерь и предоставление нам шанса на выживание.

Зак согласно кивнул. Доссин лишь следовала приказам, как и все они, и сделала все возможное в плохой ситуации. Если уж на то пошло, её суждение и быстрое мышление были чрезвычайно впечатляющими. Её спокойное и рациональное объяснение также помогло разрядить напряженную обстановку.

— Если вы считаете мои действия или руководство недостаточными, вы можете подать жалобу по нашему возвращении. Однако, несмотря на нашу аварию, наша миссия продолжается, и я являюсь командующим офицером. Наше судно не смогло доставить нас до конца, но мы всего в десяти минутах от места назначения. У Кан’Тану не было поблизости никаких шабашей, так что у нас все еще есть шанс добраться до места назначения первыми. Соберите павших и приготовьтесь к битве. Выступаем через две минуты.

Зак снова повернулся к Вилари, но обнаружил, что она снова погрузилась в задумчивость.

— Что случилось? — спросил Зак, отводя менталистку в сторону. — Ты повредила свою душу, используя свой навык? Или ты заметила что-нибудь от колокола?

Вилари почти вздрогнула от его слов, и беспокойство Зака только усилилось. Он думал, что Вилари будет той, кто лучше всего справится с этим проклятым влиянием, но Зак теперь понял, что мог ошибаться. Её душа была невероятно мощной, но это было в конечном итоге бесполезно, когда дело дошло до колокола. И наоборот, чувство отчаяния, которое расцвело в безумную радость, имело много общего с путем Вилари. То, как их товарищи закончили свою жизнь, было даже похоже на способность Вилари управлять марионетками.

Однако колокол содержал форму зла, которая исказила Эмоциональные Дао. Это напоминало Затерянный План и то, как он осквернил чистые истины Ультома. Были ли Дао Вилари повреждены, или скверна каким-то образом укоренилась в ней?

Вилари, казалось, поняла мысли, проносящиеся в голове Зака, и покачала головой.

Я. я в порядке, — ответила она в его сознании. — Но я боюсь, что колокол, возможно, пришел за мной.

Глава 1130 — Уголёк Семи Ощущений

— Ты не думаешь, что колокол связан с Кан’Тану? — спросил Зак.

— Я не уверена, но подумай. Как сказал Генерал Доссин — представь, если бы наши враги применили этот колокол на масштабном поле боя. Зачем использовать такой таинственный объект для засады на нас? И какой в этом смысл? Тот, у кого есть сила, чтобы владеть этим древним колоколом, мог бы просто уничтожить нас одним движением руки.

Зак медленно кивнул в знак согласия. Ситуация была бесспорно странной. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять Кан’Тану не могли сделать его сами. Колокол даже не активировался, но его одно лишь присутствие убило столько элитных солдат за многие километры.

Это было, несомненно, оружие ц-ранга, несмотря на то, что оно было сильно повреждено. Кто знал, какого ранга оно было в идеальном состоянии?

Даже если бы оно принадлежало Кан’Тану, у них не было причин использовать его таким образом. Казалось, будто Кан’Тану применили ядерную боеголовку для борьбы с незначительной угрозой, но забыли её активировать. Должны были быть сотни более удачных стратегий, если бы они знали, когда и где расставить ловушку.

— И всё же, почему, по-твоему, он пришёл за тобой? Что происходит?

Вилари замялась. — Я чувствовала связь ещё до того, как колокол появился. Когда он возник, я услышала глубокий звон в своём сознании. Прежде чем я успела что-либо понять, звук превратился в невероятно таинственную технику под названием Уголёк Семи Ощущений.

Глаза Зака расширились от тревоги. Он был так напуган, что почти забыл, что они общаются через ментальную связь.

— Ты ни в коем случае не можешь её практиковать! Даже не пытайся анализировать её концепции!

Любой метод, хранящийся в таком могущественном сокровище, несомненно, был бы поразительным, но с ним было что-то глубоко не так. Зло, символизируемое той пещерой, ощущалось как первобытный дьявол. Практика любого метода с таким сомнительным происхождением могла бы навлечь на неё катастрофу.

— Я знаю. Я уже настроила себя не думать о деталях.

Зак выдохнул с облегчением, но ситуация лишь ещё больше его запутала. Откуда, чёрт возьми, взялся колокол, если он не принадлежал Кан’Тану? Был ли он связан с Боевой Крепостью, или, возможно, это была ещё одна древняя реликвия, извлечённая из глубин Пустоты? Или это могло быть.