Эффект был мгновенным.

Зак почувствовал, как будто он съел несколько Безумных Сокровищ, когда огни войны потекли по его венам. Однако, в то время как обычные сокровища иногда отправляли его в состояние грандиозных заблуждений или кровожадного голода, Мудрость Бога Войны принесла беспрецедентную ясность. Бесчисленные битвы, которые он пережил за эти годы, проносились в его сознании, и из воспоминаний извлекались новые подсказки и уроки.

Руны вскоре достигли его Апертуры Души, остановившись прямо между двумя Духовными Спиралями. Они были подобны сияющим солнцам, осыпающим его разум секретами битвы. Ещё одним, кто получил место в первом ряду, было Призрак для Его Ветви Боевого Топора. Это было похоже на то, как сокровища и миниатюрный Зак сформировали петлю обратной связи, и аватар начал размахивать своим изменяющимся топором.

Зак тоже не мог сидеть на месте, и в его руках появились топоры, когда он начал свой разрушительный танец. Миазматические Туманы закружились в настроенной на смерть половине его Пещеры Культивации, когда Зак активировал Личное Мастерство Оружия. Траектории и передачи слились с бесконечным потоком воспоминаний, а затем были вплетены в Неистовую Стойку.

Цепи, ноги и топор двигались в идеальной синхронизации с почти головокружительным числом линий, которые демонстрировали тысячи вариантов, доступных воину в каждый момент. Темп, угол, сила и скорость. Рубить, хватать, пинать или переставлять — всё можно было настроить, чтобы породить бесконечные перестановки. Добавление истин Космоса в ваши взмахи позволяло резонировать с Небесами и заимствовать часть их силы.

Но объединение теоретических знаний и Дао в технику было не так просто, как внедрение навыка в Дао. Это требовало гораздо более глубокого понимания того, как ваше Дао влияло на вселенную и вас самих. Дао не было чем-то таким осязаемым, как Настроенная Ментальная Энергия или даже Аватары, плавающие в его сознании. Аватары были всего лишь его пониманием, выраженным таким образом, чтобы его мозг мог его понять, мысль, ставшая реальностью.

Дао были истинами, составляющими ткань реальности. Вы могли видеть намёки на это во всём, даже в обыденном. Даже ненастроенные теории Навыков Мастерства основывались на широком спектре Дао — под Небесами не было ничего, что можно было бы считать по-настоящему ненастроенным. Кроме него самого, возможно.

Интеграция означала отбрасывание пёстрых истин базового существования и замену их на ваши собственные Дао. Вы становились выражением своего пути, сосредоточенным и свободным от отвлекающих Дао, которые ограничивали ваши движения. Когда каждое действие полностью резонировало с вашими Дао, вы достигали пика Стадии Интеграции. Конечно, Ветвь Дао не была достаточно глубока, чтобы полностью нести всеобъемлющую технику.

Его форма Драугра плавно вошла в Состояние Пустоты, превратив его в сухую губку, впитывающую истины, лежащие перед ним. Его человеческая сторона столкнулась с некоторым сопротивлением, но он подавил дискомфорт и позволил Смерти распространиться по его телу. Тем временем в запечатанной камере в мире Кан’Тану эхом отдавался лязг цепей. Это была не Алеа, а скорее Цепекоробка Два, запасное вооружение, которое он подобрал много лет назад.

Зак редко выпускал Смерть в своей человеческой форме, учитывая, что это ничего не приносило его классу или Эволюционной Стойке. Но ничто физически не останавливало его, особенно теперь, когда его пробуждённая Кровавая Линия Драугров значительно улучшила его сопротивляемость любым противостоящим Дао.

Тем не менее, в течение первых пары минут между его двумя телами наблюдалось небольшое расхождение, как будто два инструмента были слегка расстроены. Но их движения сходились, пока их движения не передавали одни и те же мысли и концепции. Вокруг его человеческой формы был второй набор траекторий, сгенерированных с помощью Мастерства Топора, удваивая количество уроков, которые он включил в свою Неистовую Стойку.

Зак пробивался сквозь свой опыт, кровавые битвы против всего, от орд зверей до могущественных противников, которые толкали его за пределы его возможностей. Каждый взмах был немного более отточен, чем предыдущий, и горы информации, которую он пытался усвоить за последний месяц, больше не казались такими ошеломляющими. Но на его лицах появилось нахмуренное выражение, когда в его сознании проносились бесконечные битвы.

Каждая битва была важным уроком, который делал его сильнее, но тысячекратное наложение их в более широкую картину давало ему тревожное предчувствие. Чего-то не хватало.

Чем больше он заполнял пробелы, используя опыт и свет Мудрости Бога Войны, тем больше он чувствовал, что его техники не соответствуют стандарту, которого они могли бы достичь. Это не означало, что у них были огромные дефекты для их ранга, а скорее, что они были сродни чему-то вроде Техники Среднего или Высокого Качества, а не чему-то на пределе возможного. Зак на мгновение заколебался, прежде чем лязг цепей сменился скрипом лоз в камере Кан’Тану.

Достигнув идеальной синхронизации, тела Зака разошлись человеческий Зак перешёл от Смерти к Жизни. Тем временем Драугр Зак отразил это путешествие, пробиваясь из смертоносного леса в своей пещере к порогу Жизни и Смерти. Это был намеренно медленный и размеренный переход, чтобы позволить ему ощутить изменения, которые он принёс. Через несколько минут он полностью вошёл в Эволюционную Стойку своим человеческим телом.

Использование обеих стоек на полную мощность одновременно обычно было очень сложным, даже когда его тела были разделены, но всё ещё светящиеся руны позволяли ему выполнить это без проблем. Его тела двигались независимо, каждое следуя своим собственным концепциям и Дао. Но со временем, по мере того как его понимание расширялось, Зак снова почувствовал, как его взмахи синхронизировались.

Их движения на этот раз не были идентичными, но это было скорее похоже на то, что они были партнёрами, запертыми в напряжённой битве между Жизнью и Смертью. Или, возможно, точнее было бы сказать, что они сформировали симбиотическую связь, где их действия зависели друг от друга.

Когда один продвигался, другой отступал. Когда один двигался влево, другой двигался вправо. Действия одного дополняли действия другого, образуя одну половину целого. Они подталкивали и возвышали друг друга, и Зак почувствовал, как скорость, с которой он усваивал уроки своих навыков мастерства, увеличилась более чем вдвое.

Однако, как бы он ни старался, Зак не мог идеально совместить свои две стойки. Между его техниками существовал непреодолимый пробел, и его снова охватило это неприятное чувство неполноценности. На этот раз это чувство вызывала не только Неистовая Стойка; это были обе. И он мог сказать, что это не проблема, которую можно было бы решить путём полной Интеграции его двух навыков мастерства.

Не трудно было понять, чего не хватало. Техника, использующая только два Дао его триединого пути, никогда не могла считаться цельной.

Зак знал об этой проблеме годами, но считал, что сможет решить её позже, когда две стороны его пути станут единым целым. Однако Зак смутно чувствовал, что это не вариант, или, по крайней мере, не оптимальный. Он даже близко не подошёл к потолку своих нынешних стоек, но чувствовал, что они рискуют стать ущербными, чем дольше он будет ждать. Он не хотел перестраивать всё с нуля, как когда ему приходилось годами перерабатывать свои стойки в Мире Орома.

Исправить проблему было легче сказать, чем сделать — никто не знал лучше него, насколько трудно было слить Жизнь и Смерть в работающее целое. Хаос был привратником, который преграждал путь прогрессу на этом сломанном пике, парадоксом, который требовал Великое Дао прежде, чем постичь его дочерние компоненты. Однако Зак уже нашёл обходной путь.

Он верил, что решение скрывается в свете Мудрости Бога Войны. Смутные связи образовались между его техникой и другими частями его Системы Культивации, но сияние уже угасало. Впечатление стало расплывчатым и далёким, но Зак едва ухватил несколько подсказок, когда мерцающие руны в его Апертуре Души погасли.

Ответ был в Пустоте.

Зак некоторое время не двигался, медленно переваривая опыт, пока его разум возвращался в норму. Он мог сказать, что в основном усвоил идеи Навыков Мастерства. Ему понадобится месяц или два, чтобы полностью закрепить всё на поле битвы, но это не займёт много его времени. С техниками было трудно сказать, но Зак полагал, что его стойки стали примерно на пятнадцать процентов сильнее и гибче.

Такое усиление стало бы огромной помощью в предстоящей дуэли, но оно не казалось самым большим достижением дня. Прозрение в конце было настоящим призом, даже если оно ещё не стало конкретным. Иногда нужен был проблеск вдохновения, чтобы расширить своё видение и начать процесс роста. Это превращало абстрактную мечту или стремление в цель, которую можно было преследовать.

Зак глубоко вздохнул, медленно открывая глаза. Казалось, он находился в просветлённом состоянии несколько месяцев, но мысленная проверка показала, что он размахивал топором всего пять часов. Это означало, что до того, как ему нужно будет отправиться в Кависту, ещё есть время. Он позволил своей форме Драугра продолжать усваивать вдохновение, в то время как его человеческая половина вышла из Камеры Культивации бывшего Мирового Лорда.

Он нашёл Вилари, ждавшую снаружи, занявшую позицию Хранителя Дао.

— Как обстановка? — спросил Зак.

— Пока стабильно, — ответила Вилари. — Одна из армий Кан’Тану вернулась со своего фронта, но они находятся на другой стороне планеты. Они рассеялись по возвращении, так что мы не стали их трогать. Мы всё равно не собираемся идти так далеко за ресурсами.

Зак кивнул. Обычно армии завоёванных планет скрывались на нейтральных фронтах как можно дольше. Кто захочет вернуться только для того, чтобы быть убитым? Нейтральная территория по крайней мере давала шанс на выживание, поскольку завоеватели не могли войти на другие фронты. Завоеватели могли обосноваться, перейти к следующему миру или вернуться домой. Другими словами, два из трёх вариантов позволяли скрывающимся армиям вернуться домой через несколько недель.

— Ты в порядке? Твоя душа кажется взволнованной, — обеспокоенно спросила Вилари, заметив рассеянное состояние Зака.

— Ничего, — улыбнулся Зак. — Я просто съел сокровище просветления.

— Ты уверен?

Вилари была одной из его ближайших доверенных лиц, поэтому она уже знала всё о ситуации с Империей Нежити и предстоящей дуэли.

— Я добился некоторого прогресса, но не знаю, достаточно ли этого, — вздохнул Зак. — Мне удалось собрать лишь слухи, а не достоверную информацию. Но есть причина, по которой Катор занимает первое место в Лестнице Средних Гегемонов д-ранга. Он сильный противник.

— Будь осторожен, — сказала Вилари. — Победа или поражение в конечном итоге не имеют значения. Это всего лишь небольшая остановка на твоём пути. Настоящая опасность — это скрытые угрозы Империи Нежити. Законы или нет, там неизбежно будут противоречивые цели и глубокие подводные течения.

— Знаю. Я буду осторожен, — улыбнулся Зак. — Мне нужно ненадолго вернуться. Ты можешь со всем здесь разобраться?

— Конечно. Нам нужно отложить следующую кампанию?

— Нет, — ответил Зак. — Я буду отсутствовать всего пару часов. Хотя, скорее всего, я не буду сражаться на нейтральных фронтах. Мне нужно полностью сосредоточиться на другом теле.

— Сосредоточься на своих делах и не беспокойся о нас, — сказала Вилари. — Мы усердно работали, чтобы тебе не пришлось нести всю ношу в одиночку.

Зак попрощался и исчез, используя Землепроходец, чтобы добраться до Боевого Массива. Его армии потребовался час, чтобы преодолеть это расстояние, но Заку понадобилось всего десять минут, прежде чем он снова появился на Земле. Вскоре после этого он стоял перед своей формой Драугра, которая, не открывая глаз, передала ему коробку с Жетоном Цикла Двора.

Зак взял его и вышел из пещеры, телепортировавшись на пустынный остров. В отличие от многих островов его архипелага, на этом острове была крайне скудная энергия. Он находился прямо на линии разлома между двумя Венами Нексуса, что означало, что вся энергия была направлена на соседние острова. Тем не менее, остров не был пустым. Огромное, зловещее сооружение занимало большую часть его поверхности.

Имперская Тюрьма.

Его необъявленный визит вызвал небольшое волнение, и по каменному полу раздались поспешные шаги, прежде чем Зак заметил знакомое лицо. Это была Джулия Ломбард, бывший член Нового Мирового Правительства и нынешний Министр Юстиции Империи Этвуда.

— Император Этвуд, мы не ожидали увидеть вас сегодня, — сказала Джулия, слегка поклонившись.

— Ты здесь? — удивлённо сказал Зак.

— Это важный объект Министерства Юстиции. Я работаю здесь один-два дня в неделю, — объяснила Джулия. — В любом случае, добро пожаловать в Чистилище.

— Чистилище? — сказал Зак, приподняв бровь.

— Так называют его заключённые, — сказала Джулия. — Мы просто копаем глубже, поскольку потребность в более сильных и многочисленных камерах бесконечна. Говорят, что мы уже на полпути к аду.

— Надеюсь, однажды мы сможем закрыть некоторые из этих этажей, — вздохнул Зак. — Как обстановка?

— Стабильно. Заключённые слишком истощены, чтобы что-либо делать, — сказала Джулия. — Вы здесь для инспекции?

— Нет, — сказал Зак, покачав головой. — Я здесь, чтобы увидеть особого заключённого. Штормстар.

Глава 1107 — Избранник

Внезапно монотонность нарушилась, и Стормстар открыла глаза, услышав лязг вдалеке. Неужели они думали, что короткий период одиночества заставит её плясать под их дудку? Эти грязные богачи были просто новоиспечёнными деревенщинами. Она родилась из звёзд, привыкшая к безмолвной пустоте. Что уж говорить о паре дней сидения. При необходимости она могла бы год простоять на голове.

Конечно, она предпочла бы лучшие условия, чем тюрьма из Поглощающего Камня. Потолки, стены — всё действовало как естественная губка, поглощая любую энергию, прежде чем та достигла бы её. Ну, почти всю энергию. Поглощающие Камни и Тюремные Массивы могли подействовать на этих неопытных местных, но как могли поселенцы Рваного Пространства не иметь в запасе кое-каких трюков?