— А потом?

— А потом мы снова в бой. Следующая кампания начинается через шесть дней, — сказал Зак, поворачиваясь к выходу. — Добро пожаловать в нашу новую реальность.

Глава 1102 — Шанс Возвыситься

Служителей давно отослали, оставив в некрополе только Павину и Катора. Их неподвижные позы резко контрастировали с хаотичной сценой, разворачивающейся перед ними. Абиссальный Пруд только что взорвался, угрожая затопить всю пещеру. События развивались в ускоренном темпе, но ни одна деталь не ускользнула от костяного зрения.

— Неудивительно, что они так старались скрыть эту информацию, — пробормотал Катор, когда запись подходила к концу. — Не могу поверить, что он взорвал Абиссальный Пруд. Его репутация возмутителя спокойствия не напрасна. И все же ему пришлось использовать одно из этих низкосортных сокровищ, чтобы развить свою Ветвь Дао. Думаю, он действительно смертный — я был уверен, что он как-то мухлевал с измерениями.

— Он вообще странный, — согласилась Павина, нахмурившись в задумчивости. — Почему его Пробуждение Родословной вызвало такой переполох? Он казался в порядке, когда мы спарринговали.

— Кто знает? — Катор пожал плечами, но внезапно почувствовал легкую вибрацию в костях. — Ох, кажется, мы скоро узнаем.

Катор остановил запись и повернулся к центру комнаты. Тосс шагнул сквозь щель в пространстве; звездное небо едва виднелось за ним.

— Командир, — сказала Павина, поклонившись.

— С возвращением. Удалось? — спросил Катор.

— Мне удалось до них достучаться, — кивнул Тосс. — Воспроизведи это для меня.

Катор почувствовал, как его жилы напряглись от раздражения, но повиновался, пожав плечом, чтобы показать свое недовольство тем, что приказ был нарушен. Тосс имел право на любопытство, но о субординации нельзя было забывать. Особенно учитывая, насколько его миссия микроуправлялась из командных склепов в глубинах Белой Небесной Пропасти. Ранг превосходит судьбу, — говорили они. Ирония была ощутима, учитывая его миссию.

Глубокий рокот изнутри командира показал, что его ответ зависит от записанной сцены, и Катор решил оставить этот вопрос. В конце концов, это была не та битва, ради которой стоило сражаться, а Катор был слишком любопытен к результатам, чтобы откладывать встречу. Ему надоело слышать одни и те же оправдания от этого дряхлого полукровки Драугра, что внешнее влияние повредило или заблокировало связь с Сердцами Земли.

С каких это пор так легко повредить имперские каналы? Даже Небесная Печать в секторе не налагала никаких ограничений, кроме лимита на перемещение людей и оборудования.

Наконец, записанные сцены проиграли во второй раз, после чего Катор кивнул своему стражу, чтобы тот поделился своими находками.

— Наши подозрения подтвердились. События в пруду и коммуникационная блокада были связаны. Но последствия еще более серьезны, чем мы думали, — сказал Тосс.

Лобные мышцы Катора задрожали от раздражения. Этот старый ублюдок наслаждался каждым моментом своего командования, словно внимание было костным бульоном Истинного Дракона. Он не мог яснее дать понять, что его задача няньки ниже его достоинства. Если бы не его миссия, он, вероятно, с головой бросился бы в Территорию Миллиона Врат, чтобы сеять хаос и стать пылающей звездой войны. Катор контролировал свое тело, чтобы не выдать никаких намеков на свои внутренние мысли. В последнее время он в этом изрядно практиковался.

— Почти неделю назад появилось явление, охватившее все Абиссальное Озеро, — продолжил Тосс после многозначительной паузы. — Бездна немедленно запечатала себя, чтобы сдержать слухи, но как не заметить такое?

— Явление? — воскликнула Павина. — Арказ сумел взбудоражить Озеро прямо из Границы?

— Возможно, — крякнул Тосс. — Но все не так просто. Явление не было чем-то естественным, порожденным Озером. Оба Абиссальных Лорда пожертвовали частью своих территорий, чтобы помочь пробуждению мальчишки. Страж Азола, в частности, высвободил огромную мощь.

— Что?! — воскликнул Катор. — Азол может черпать долголетие из Озера, так что он должен быть способен прожить еще несколько миллионов лет. Но разве наши стратеги не говорят, что его Сердце Дао находится на грани коллапса? Он прожил слишком долго и потерял свою цель. Если он повредит и без того нестабильную территорию.

— На первый взгляд, кажется, что Бездна пожертвовала миллионами лет защиты, чтобы Культиватор д-ранга смог продвинуться на несколько лет, — кивнул Тосс. — Если бы не что-то другое, кто бы пошел на такой риск? Даже если мальчик вернется, маловероятно, что он сможет восстановить род Эоза. Две другие ветви всегда балансировали на грани вымирания, но у них хотя бы несколько тысяч членов.

— Значит, что-то другое все-таки происходит, — пробормотал Катор, его взгляд переместился на застывшее изображение Арказа Умбри’Зи. — Какие еще секреты ты скрываешь?

— Возможно, он не знает о ситуации, — предложила Павина.

— Возможно, только Абиссальные Лорды знают истинную ценность этого мальчика, — согласился Тосс. — Они всегда оберегали тайны глубин ценой своей жизни. Я сомневаюсь, что даже Примо знает всю историю того, что там скрывается. Вместо восстановления ветви, кровь ребенка может быть ключом к восстановлению того, что они потеряли.

— Итак, какие инструкции у генералов? — сказал Катор, склонив голову. — А что насчет нашего подхода?

Тосс не сразу ответил, а сначала повернулся к Павине. Ревенант заколебалась, прежде чем покачать головой. — Думаю, мне следует проверить состояние на фронтах.

— Она любит мальчишку, но она солдат, — прокомментировал Катор после того, как Павина ушла. — Она не поставит под угрозу свою миссию из-за личных чувств.

— Верно, но то, что я собираюсь сказать, слишком конфиденциально. Оно не должно достичь никаких ушей, — сказал Тосс, используя родовой язык костей и жил вместо своего обычного голоса.

— Пока что приказы таковы сохранять прежний курс, — сказал Тосс. — Но лидеры обеспокоены. Это нежелательная переменная в и без того хаотичное время. Созвано неформальное совещание между Фалангами, Разумами Улья и Вечным Двором.

— Значит, моя игра все-таки может стать реальностью? — Катор рассмеялся, но ярость горела в его сердце.

— Возможно, — Катор согласился. — Карму, возможно, придется собрать раньше.

Годы наблюдений и сбора данных привели к простому выводу, который постоянно подтверждался со временем Закари Этвуд, или Арказ Умбри’Зи, был основой провидения для грядущего испытания. Использование его судьбы было одним из самых эффективных методов для достижения чего-либо в Левом Имперском Дворце.

Другой неизбежный вывод заключался в том, что формирование такого моста судьбы обычным способом было обречено на провал. Будь то анализ личности и действий Арказа или Карма между ним и Командиром Катором, выводы были одинаковыми. Хотя Арказ помнил одолжения, этого было недостаточно для формирования крепких Кармических уз.

Между ним и его окружением было множество слоев изоляции, вызванных как его паранойей, так и еще неидентифицированными средствами. Арказ, несомненно, хранил так много секретов, что никогда не смог бы сформировать настоящую связь братства, по крайней мере, с таким чужаком, как он. Связь Арказа с Империей Нежити была строго утилитарной, и даже Драугр не мог просунуть в дверь больше, чем ногу. И чего стоила такая поверхностная судьба в грандиозной схеме вещей?

Это устраивало Катора — он не был заинтересован в сближении с мальчишкой. Он, в общем-то, не возражал против жадной натуры и безграничных амбиций мальчика. Если уж на то пошло, это было почти как смотреть в зеркало, за исключением того, что Арказ не был скован цепями командования. Но это осознание лишь усилило бесполезность товарищества. Одна гора не может вместить двух тигров.

Поэтому Катор не слишком возражал, когда стратеги разработали другой метод для принудительного формирования моста судьбы. Если построение моста дружбы было исключено, почему бы не враждебность? Судьба сведет их вместе для схватки на финишной прямой. Это заставляло его вести себя как мелкий злодей, но это было явно эффективно.

Катор чуть не рассмеялся, вспомнив эти пылающие глаза, и его кости чесались от предвкушения предстоящего поединка. Дуэль не была чем-то запланированным стратегами. Поколотить мальчишку было бы приятным бонусом за всю его тяжелую работу. Его девизом всегда было если ты не можешь найти способ наслаждаться данными тебе приказами, то можешь просто действовать по своему усмотрению.

Кто знает? Если Катор достаточно сильно поколотит маленького предка Драугров, тот, возможно, выплюнет немного удачи.

Однако Катор знал, что ситуация не из лучших. У Фаланги были свои мысли и схемы; он был всего лишь инструментом для продвижения их позиций. Небесное провидение не так легко захватить. Выставлять себя против этого ходячего бедствия было обречено на космическое возмездие. Но какое дело генералам, если он будет принесен в жертву, пока Фаланга достигнет своей цели?

Не потому ли они послали ту женщину-Ревенанта и почему Тосс говорил так мягко, как куртизанка, когда рядом был Драугр? Они сосредоточили всю враждебность на нем, превратив его в жертвенную пешку. Был даже сценарий, по которому он убил бы мальчишку, чтобы захватить его провидение. Отдача утопила бы его в реке судьбы, но фракция извлекла бы выгоду из последствий.

Жаль для них, он был отличным пловцом и был полон решимости выйти победителем.

Фаланга, мальчишка, сами Небеса — все они могли гореть, лишь бы он смог достичь вершины. Слава Ультома смоет любую Непристойную Карму, оставшуюся от этого дела. Но пока ему нужно было играть роль хорошего солдата. Нет смысла спрыгивать с корабля, пока у тебя нет места для приземления.

— Лидерам лучше оформить Указ об Освобождении, если они хотят, чтобы я сунул руки в этот бардак, — сказал Катор. — Я не собираюсь в одиночку принимать на себя объединенную ярость Бездны и Примо. И я все еще нужен внутри испытания.

— Я уже выдвинул твое требование. Но Император, возможно, слишком занят, чтобы беспокоиться о тебе, — ответил Тосс, его сутулые плечи были полны смысла.

— Они наконец-то действительно нажимают на курок? — сказал Катор, его удивление не было наигранным. — Не могу поверить. Неужели этот мальчишка действительно спровоцировал гражданскую войну?

Так оказалось, что встреча между тремя фракциями была не только о пятом столпе и восхождении Драугров. Речь шла о самом направлении Империи.

Большинство считало Императорские Заповеди и Вечный Крестовый Поход гарантией предотвращения повторения трагедии Темных Веков. Однако высшие эшелоны знали правду. Примо собрал Расы Нежити и повел их в Сердце Империи, обещая спасение и плодородные земли для культивации. Однако благословенная среда из Вечного Наследия имела свою цену.

Примо явно знал о наследии до Темных Веков, но почему он не взял его себе в ту древнюю эпоху? Потому что оно питалось Смертью. И без помощников, которые сражались бы и истекали кровью во всех направлениях, накапливая потери среди своих рядов и врагов, Сердце Тьмы питалось бы Смертью собственной территории Примо.

Они называли себя Божественными Расами, но по сути были принудительным трудом для Рая Культивации Вечных 108. Взамен Примо возвращал часть накопленной ими Смерти, создавая Внутренние земли Империи. Но как только раса осмеливалась расслабиться, ее квадрант постепенно приходил в упадок.

Только Драугры отличались, имея Абиссальное Озеро, чтобы значительно уменьшить квоту. Озеро и Сердце сформировали симбиотические отношения, обеспечивая друг друга. Неудивительно, что два Прародителя их расы решили пожертвовать собой, чтобы насильно протолкнуть первозданный портал сквозь всю реальность, причинив такой широкомасштабный ущерб, что Небеса чуть не сошли с ума.

— Судьба собирается, и Небеса поднимаются, — сказал Тосс. — Восхождение Столпа переворачивает тщательно расставленную доску. Все возвышенные существа смотрят на Великое Дао, надеясь использовать хаос, чтобы отхватить кусок Небес. Амбиции, которые веками зрели в тенях, вынуждены выйти на свет. Даже фракции за пределами борьбы за столп не смогут избежать этих ветров.

— Я думал, что возвращение — это всего лишь причудливая мечта, которую лидеры рассказывали себе, чтобы стабилизировать свои Сердца Дао, — усмехнулся Катор, его пальцы указывали на его мысли о статус-кво.

— Что ты знаешь? — фыркнул Тосс. — Тебе лучше быть чертовски хорошо подготовленным, когда ты нацелишься на Императора. Примо так долго смотрел в другую сторону, и мы до сих пор не знаем, является ли это признаком слабости или ловушкой. Мы даже не знаем, находится ли Первый Вечный в ослабленном состоянии или нет.

— Но если наши догадки верны относительно предмета в Левом Имперском Дворце. — прокомментировал Катор.

— Мы бы вынудили его действовать, — кивнул Тосс. — Раньше это было нормально. Раса Драугров либо помогла бы нам, либо заняла бы нейтральную позицию. Но появление этого ребенка замутило воду. Мы не знаем, что они задумали теперь, когда Абиссальные Лорды идут на такие крайности. Если мальчик умрет и Бездна сойдет с ума, они могут присоединиться к Вечным 108. Азол может даже пожертвовать своей территорией, чтобы разрушить наши планы.

— Проблемная переменная, — кивнул Катор, но внутренне был в восторге.

Давай, сумасшедший мальчишка! Чем больше хаоса Арказ разбудит, тем больше у него будет возможностей освободиться и воспользоваться ими для себя.

— Хорошо, что ты понимаешь, — кивнул Тосс. — Пока что веди себя так, будто ничего не изменилось. Переговоры дома не будут завершены за месяц или два. Но готовьтесь. Мы должны будем выложиться по полной, когда начнем действовать.

— Я понимаю.

— Это твой шанс возвыситься, — прокомментировал Тосс. — Если все пойдет хорошо, тебя запомнят как освободителя Жнецов Иж’Рак.

Катор выпятил грудь, чтобы притвориться взволнованным, но внутренне усмехнулся. Освободитель? Скорее, мученик. Он не был заинтересован быть знаменосцем восстания, если это означало бы его смерть. Его интересовала только одна роль Гроссмейстер Иж’Рака.