— А? — сказал Крута, его глаза были пустыми, прежде чем он понял. — Временная Дилатация?

Тогда почему он не заметил? Небеса были почти полностью поглощены бесконечным пламенем, но он был уверен, что Дао не было искажено временным искажением. Он даже был близок к тому, чтобы довести свою Ветвь Слоистого Клинка до позднего мастерства. Как Эксцентрик Тысячепламенная добилась чего-то подобного? Было ли это преимуществом владения Троном?

— Нет. Я говорю, что ты на моём корабле уже пару месяцев. С каких это пор это стало годами?

— А?

— Похоже, ты заблудился, наевшись всех этих корней. Я думала, ты понял, что они ядовиты, когда провёл два полных дня, опустошая свои внутренности в кустах, но, полагаю, ты немного идиот, — вздохнула орчиха. — Ну, это нормально. Не самые умные парни выходят из поля боя целыми. А самые сильные.

Крута раскраснелся от радости. Он не пропустил этого. Он думал, что старая эксцентрик помешала ему быть отправленным в Левый Имперский Дворец, когда в его сознании прошло три года. Так что оказалось, что он был не в себе. Слава предкам! Однако нахмуренное выражение лица Тысячепламенной заставило Круту сдержать своё ликование, и он внимательно посмотрел на неё.

— Но что с твоей аурой? Твой огонь мягок и нежен, как у куртизанки, даже после того, как ты немного закалился в исправительных колониях. Какая от тебя польза моей племяннице в твоём нынешнем состоянии?

— Э-э, — Крута запнулся, не уверенный, о чём она говорит. — Я не знаю. Я поработаю над этим?

— Хорошо, — уступила Тысячепламенная, её глаза внезапно загорелись от волнения. — Ты слишком мягок, но ты всё ещё ребёнок. Как насчёт этого? Моя маленькая племянница сама проходит обучение. Она должна появиться примерно через два года. А до тех пор я тебя немного закалю. Возьму я тебя или нет, будет зависеть от твоих успехов.

Мысль о том, чтобы быть замученным в течение двух лет, была слишком невыносимой. Даже Левый Имперский Дворец не стоил этого. Он был бы рад своей частично завершённой печати и посмотрел бы, хватит ли этого, чтобы привести его туда через три года. Но как отказаться от ученичества сумасшедшей Владыки, не будучи испепелённым?

— Ну? — сказала Тысячепламенная, её голос снова зазвучал как тысяча ревущих пламён.

Никак. Крута был в ловушке; он видел это в её глазах. Места для отказа не было.

— Ученик приветствует мастера, — сказал Крута, чувствуя, как что-то влажное стекает по его щекам.

Пот от жары, без сомнения. Он точно не плакал.

— Ученик. — сказала Тысячепламенная, лучезарная улыбка расплылась по её лицу. — Ты поверишь, что у меня на самом деле никогда не было учеников?

Разум Круты был в беспорядке после того, как его неоднократно бросало между радостью и отчаянием. Но Крута воспрянул духом. Может быть, это не так уж плохо? Может быть, для старого Круты наконец-то всё налаживается. Даже быть номинальным учеником Владыки приносило выгоды, о которых большинство могли только мечтать. А быть единственным учеником Владыки?

Такая возможность была почти на том же уровне, что и испытание в Левом Имперском Дворце. Однако следующие слова его новой наставницы снова бросили его в бездну отчаяния.

— Ну, во всяком случае, никогда такого, что был бы Наделён Судьбой.

Глава 1054 — Ядро

Зак рванулся вперёд, появившись у ворот своего поместья. Мощные волны энергии встретили его, проникая в его тело, но это не ощущалось как враждебное вторжение. Это было сродни нежному прикосновению, словно недостающая часть его самого возвращается домой. Не было никакого несоответствия, и ему почти не потребовалось усилий, чтобы присвоить энергию.

Так ли чувствует себя культиватор? Зак покачал головой и продолжил путь к камере культивации, в которую он редко заходил. Раньше это была обычная камера с пользовательскими массивами, основанными на его чертеже. Массивы помогали культиваторам ускорить формирование их Ядер Ядра, но на нём эти вещи не работали.

Таким образом, комната в его поместье в основном пылилась, за исключением тех случаев, когда он время от времени уединялся, чтобы обдумать некоторые аспекты формирования своего ядра или Космической Кузни. Он чувствовал, что энергии собираются там, а это означало, что она уже была перестроена для следующего шага. Зак был нетерпелив, но не стал сразу открывать ворота. Сначала он отправил короткое сообщение Катейе и Ограсу, подтвердив, что преуспел и что входит в уединение.

— Я уединяюсь, — громко произнёс Зак, получив два ответа с наилучшими пожеланиями.

— Подтверждаю, — сказала Нуль. — Ваша окончательная сумма составляет 130 784 Маны, что обеспечивает вам среду для прорыва четырнадцатого эшелона. Ваши особые требования приняты. Все остальные функции Космической Галереи деактивированы.

Нуль явно следовала протоколу, но Зак слышал, как её голос дрожал от смеси страха и предвкушения. Нуль многое ставила на кон, как и он сам. Если он провалит свой прорыв, Нуль перестанет существовать, независимо от того, насколько блестяще она проявила себя за эти семь лет. Преуспеет, и Нуль будет награждена истинной душой, став постоянным жителем Многолетней Безграничности.

А быть гидом культиватора четырнадцатого эшелона с таким уникальным чертежом, вероятно, сопровождалось дополнительными привилегиями.

— Спасибо за всю вашу помощь за эти годы, — улыбнулся Зак. — Я вас не подведу.

— Спасибо за усердный труд, — ответила Нуль. — Удачи.

В следующее мгновение связь между ним и браслетом оборвалась, и вскоре он исчез. Он больше не чувствовал присутствия гида, и она не отвечала на его звонки. Зак попытался отправить Катейе ещё один запрос, чтобы подтвердить ситуацию. Как и ожидалось, ничего не произошло. Внешний мир был запечатан.

Формирование Ядра было конечной целью для тех, кто посещал Многолетнюю Безграничность, и последней возможностью для гостей предоставить Сендору что-то, что он мог бы использовать для своего предприятия. На этом этапе не могло быть никаких отвлекающих факторов. Ворота камеры культивации распахнулись, когда Зак приблизился, но он был удивлён, увидев, что она вела к вратам телепортации.

Это было не то, что он слышал от Нуль ранее, когда выдвигал свои требования для Формирования Ядра. Обычно Многолетняя Безграничность добавляла массивы Формирования Ядра в камеру, которую затем наделял силой домен Маны его поместья. Некого было спросить о ситуации, поэтому Зак просто шагнул сквозь врата.

Окрестности изменились, и Зак внезапно оказался стоящим на диске высоко в воздухе. Однако пейзаж всё ещё был очень знаком. Глядя вниз, он увидел своё поместье, а освященные горы простирались до самого горизонта. Его поместили на парящую платформу в пятистах метрах над Горой Озарения.

На мгновение Зак почувствовал себя так, словно он занял место гигантского Будды, которого он видел, впервые ступив на Гору Озарения. Он посмотрел на земли и каким-то образом почувствовал связь с ними. Он также мог видеть, что горы образовывали обширную природную формацию, генерирующую непостижимые объёмы энергии.

Энергии, которая медленно текла к Горе Озарения.

Врата исчезли за ним, когда он ступил на платформу, и невероятно сложные руны загорелись под его ногами. Весь десятиметровый диск был массивом, и его активация была началом огромной трансформации окрестностей. Сначала из-под платформы вылетели пять меньших дисков-массивов, каждый из которых испускал различные колебания ауры.

Зак узнал в них часть своих особых запросов, но у него не было возможности должным образом осмотреть их, прежде чем вся вселенная содрогнулась. В одно мгновение обширный вид был тем же, на который он смотрел годами. В следующее — воздух наполнился множеством нитей, гудящих силой.

Нити образовали огромный гобелен, который простирался дальше, чем Зак мог видеть, наполняя мир золотом, чёрным и стально-серым. Некоторые впивались в горы, откачивая и преобразуя их огромные запасы энергии. Другие проникали в землю или даже уходили глубоко в космос. Многие соединялись с Горой Озарения внизу, которая охотно поставляла свою уже преобразованную энергию.

Эта сцена напомнила Заку, как Ириал передала ему часть его Дао, когда нити спускались с далёких звёзд. Нити пульсировали, как сердцебиение, притягивая огромные объёмы энергии к платформе. Или, скорее, к вспомогательным массивам, которые дополнительно очищали полезную нагрузку, прежде чем поместить её на платформу.

Настройки гобеленов почти идеально соответствовали его Дао, и плотность энергии на платформе быстро приблизилась к уровню, когда их можно было считать сжиженными Природными Сокровищами. Смертный с поверхностной основой мог бы почти сформировать Космическое Ядро, используя одну только окружающую энергию.

Такого рода преимущество, несомненно, было обусловлено достижением четырнадцатого эшелона. Он не просто получил возможность узурпировать энергию Горы Озарения; весь Горный Хребет стал топливом для его прорыва. Такое обращение было одним из ключей к формированию его ядра без слишком большого количества примесей. Нити Дао было далеко не достаточно, чтобы полностью удовлетворить потребности такого человека, как он, но они уменьшили бы количество сокровищ, которые ему пришлось бы бросить в своё Ядро Двойственности, на треть.

Был четвёртый гобелен, который сильно отличался от трёх других. Гобелены Жизни, Смерти и Конфликта были соединены с двумя внешними массивами каждый. У Конфликта было два своих, в то время как другие Дао получали по одной платформе для себя, а пятую они были вынуждены делить. Четвёртый гобелен был соединён со всеми пятью вспомогательными массивами.

Однако он не извлекал энергии из окружающих гор. Он просто сопровождал три других набора нитей, как тень. Гобелен всё ещё испускал слабые колебания силы, но это явление было почти полностью скрыто мощными волнами, притягиваемыми к нему. Гобелен также не направлял никакой энергии во внешние массивы, что делало его ещё труднее заметить.

Заку потребовалось бы некоторое время, чтобы заметить четвёртый гобелен, если бы не его глубокое знакомство с тем, что представляла собой эта среда. Нити изображали его путь, или, возможно, точнее было бы сказать, что они изображали его чертёж. Четвёртым гобеленом была Пустота. И хотя она не была столь стабильной или энергоёмкой, как другие элементы, Зак был весьма удивлён, что Многолетняя Безграничность сумела сформировать что-то, так близко напоминающее реальность.

Это было почти так, как если бы Зак был уменьшен до пылинки и помещён внутрь Массива Симуляции в своём поместье. Круговой массив, на котором он стоял, был расположен точно там, где должно было быть ядро Космического Ядра, и он даже не мог видеть края, где заканчивалось его ядро. Это было довольно необычное место, которое Многолетняя Безграничность подготовила для его Формирования Ядра.

Обильная энергия, направляемая к нему, была не просто для обеспечения сырой энергией для его прорыва. Была причина, по которой они были подключены к внешним массивам, а не к основному. Вся эта установка была уникальной особенностью для смертных, в то время как большинство культиваторов использовали только основной массив.

Три внешних массива были платформами очищения для сокровищ, входящих в его ядро. Таким образом, они основывались на соответствующих Дао Зака Боевом Топоре, Калпатару и Палевой Печати. Многолетняя Безграничность предоставила массивы в обмен на 5000 Маны. Они и основной массив заменили необходимость в каких-либо Методах Формирования Ядра, предназначенных для смертных. Таинственные нити были желанным бонусом, который увеличил бы его эффективность.

Такой уровень кастомизации обычно не предоставлялся, а являлся преимуществом накопления такого большого количества Маны. Культиваторы, несомненно, получили бы аналогичные преимущества, если бы достигли четырнадцатого эшелона. Возможно, Многолетняя Безграничность даже скорректировала бы Временную Дилатацию, позволив им формировать свои ядра под истинным небом.

Последние два вспомогательных массива имели несколько иное назначение, чем первые три. Их функция заключалась не в очищении Сокровищ Пустоты, а в том, чтобы провести его через первое препятствие Формирования Ядра создание стабильного ядра. Благодаря этой установке Заку нужно было только сосредоточиться на правильном добавлении сокровищ и сплавлении эссенций, предоставляемых массивами очищения.

Зак даже модифицировал массивы, используя свои накопленные знания из Космической Кузни. Они всё ещё в основном были разработаны Многолетней Безграничностью, но энергия, которую они производили, теперь была бы ему немного более знакома. Очевидно, что добавление теорий Единства Эссенций в массивы было бы ещё лучше, но Зак счёл текущую установку достаточно хорошей для достижения своих целей.

Два водоворота Жизни и Смерти внутри его Ядра Двойственности не продержались бы вечно, поэтому Зак сел на мерцающий молитвенный коврик. Это движение заставило Зака скривиться от боли. Он держал лихорадочный темп с тех пор, как начал действовать против осколка, и только сейчас, когда он остановился, он полностью осознал своё состояние.

С тех пор как он в последний раз захватил набор остатков, он развил свое Наследие Драугров и культивировал Пустотную Ваджру Сублимацию. Его душа также стала сильнее, преодолев целую стадию благодаря Моховым Кристаллам, что обычно заняло бы столетие. Вся эта работа, однако, была недостаточной, чтобы полностью нейтрализовать ущерб, нанесенный остатками его телу.

Как обычно, тело Зака и его Апертура Души были покрыты тонкими трещинами золотого и серого цвета, особенно между головой и плечами. Однако этот аспект был не так уж плох. Остаткам было дано мало времени, чтобы оставить след на его теле. Трещины не повлияют на формирование его ядра и должны исчезнуть через неделю или две.

Большей проблемой было большое количество Творения и Забвения внутри его Духовных Спиралей. Они лихорадочно поглощали энергию для защиты ядер, и они не выплюнули большую её часть, когда Зак сформировал Видение Хаоса. Теперь это оставалось как обоюдоострый меч. Энергия так или иначе пригодится. Даже если ему не понадобится её использовать, она всё равно ускорит его Культивацию Души.