— Это не то, о чём мы договорились, — сказал Кристаллизованное Просветление, его голос, казалось, исходил как из будущего, так и из прошлого.

На его обычно бесстрастном лице появилось лёгкое выражение недовольства, и она почувствовала слабое притяжение, словно реальность искажалась. Это чувство наполнило её ужасом, но успокаивающий ветер унёс ощущение гибели. Это длилось лишь мгновение, но спина Теа уже была мокрой от пота.

— Вы сказали, что не будете препятствовать поискам.

— Этот бедный монах считает, что он помогает. Насильственное изменение Судьбы лишь приведёт нас к морю сожалений, — сказал Вечный Мир.

— Ваша привязанность к прошлой жизни — это якорь, — пробормотал Кристаллизованное Просветление. — Карма связывает вас, затуманивает ваш рассудок. Дхарма навсегда ускользнёт от вас, если вы не освободитесь.

— Если бы этот бедный монах разорвал Карму, он бы не стоял здесь, — улыбнулся Вечный Мир. — Это не мой путь. Какую бы Карму я ни создал, будь то добро или зло, я буду нести её до конца.

— Эй, почему бы просто не сказать ей? — добавил Аманти сзади, его спокойный голос прорезал напряжение. — Это может даже улучшить результат.

Кристаллизованное Просветление ничего не сказал. Он лишь несколько секунд смотрел на Теа, прежде чем закрыть глаза. Но сердце Теа билось от волнения. Это было похоже на согласие.

— Благодетельница, следуйте за мной, — улыбнулся Вечный Мир.

— Что происходит? — спросила Теа, когда они вошли в боковую комнату. — Ты вернулся? Почему?

— Этот бедный монах действительно должен был разорвать связи с Зецией. Но происходят великие события, и Судьба вернула меня, — сказал Аббат Вечного Мира. — Наша миссия — это часть головоломки.

— Это ничего не объясняет.

Монах улыбнулся и сформировал Мудру. Перед ним появился золотой Сигил, и Теа ахнула, когда сотни нитей вырвались из её тела. Некоторые были толстыми, другие — такими тонкими, что едва были видны. Несколько наполнили её ужасом и ненавистью, другие — теплом и тоской. Последние в основном указывали в одном направлении, простираясь невероятно далеко.

Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что это были её Кармические Струны, неосязаемые связи с теми, кто пересекал её путь на протяжении многих лет.

— Как благодетельница и предположила, всё это связано с тем молодым человеком, — кивнул Аббат Вечного Мира. — Супер Брат-Человек. Закари Этвуд, правитель Империи Этвуда.

— Империя Этвуда? — пробормотала Теа с недоверием, на её губах появилась лёгкая улыбка.

Она почти могла представить себе неохотное и тревожное выражение лица Зака, когда его всё выше и выше поднимали по Мультивселенской иерархии. Он всё ещё ворчал по поводу всех посланий, которые продолжали появляться на его пороге? Он всё ещё пробирался в Дикие Земли просто, чтобы несколько дней размахивать топором?

— Как он поживает? — спросила Теа. — Он в порядке?

— Этот человек — сияющий маяк Провидения, — сказал Аббат Вечного Мира. — Он продвигался семимильными шагами, переживая великие Пытки. Он возвестил эру процветания для Земли, неуклонно продвигаясь по своему пути.

Теа сделала глубокий вдох. Значит, он в порядке. Её мысли были запутанной кашей. Земля казалась такой далёкой с тех пор, как она ступила на Континент Золотого Клинка. Теперь всё вернулось, и она внезапно почувствовала себя охваченной тоской.

— Этот молодой человек запустил всю цепочку событий, которая свела нас вместе, — продолжил Аббат Вечного Мира, качая головой, как будто всё ещё не мог в это поверить. — Вот что привело нас к вам.

Как она и думала.

— Значит, те монахи, появившиеся передо мной на Континенте Золотого Клинка, не были совпадением, да? — сказала Теа, её голос сочился сарказмом.

— Мало что является совпадением. Судьба и Карма связывают нас всех, — улыбнулся Вечный Мир. — На самом деле, мой мастер встречал благодетеля Этвуда незадолго до встречи с вами.

— Твой мастер? — сказала Теа, вспоминая описание Зака Лорда 84-го. — Я не думаю, что встречала его?

— Этот бедный монах имеет в виду Его Преосвященство Три Добродетели, — объяснил монах.

Сердце Теа дрогнуло при этом имени. Сцена, когда этот пухлый маленький монах доминировал над Благословенной Матерью, всё ещё жила в её сознании. Он мог раздавить её, как букашку, если бы захотел. Тем не менее, её самое яркое воспоминание было о хитром выражении лица Трёх Добродетелей, когда он крал её сокровища, всё время говоря о том, что Судьба свела их вместе. Значит, этот чудак был новым мастером Вечного Мира.

— Благодетель Этвуд подобен камню, брошенному в спокойный пруд, — продолжил Аббат. — Его действия создали рябь Судьбы. Для большинства это просто рябь. Но с правильными инструментами, с правильными людьми они могут стать картой.

— Картой чего? — спросила Теа.

— Это долгая история.

— У меня есть только время.

Аббат улыбнулся и медленно начал раскрывать правду о запутанном путешествии, в котором она находилась годами. Она знала, что эти монахи не были настолько свободны, чтобы просто развлекаться в космосе, но правда намного превосходила даже её самые смелые мечты. Восемь Столпов Системы и Вечные Наследия из предыдущих реальностей.

Левый Имперский Дворец, девять внешних дворов. Испытание для младшего поколения, где победитель сможет помочь своей фракции захватить главный приз.

— И Зак всё это спровоцировал? — спросила Теа с недоверием.

— Его Судьба подобна могучей реке, — кивнул Аббат Вечного Мира.

— А как я во всё это вписываюсь?

— У вас с ним невероятно мощная Кармическая Связь, — сказал Вечный Мир. — И есть Кармический Долг.

— Он мне ничего не должен, — нахмурилась Теа. — То, что произошло между нами, было вне его контроля.

— Он так не считает, — сказал Аббат. — Карма — хитрая штука. Восприятие может сильно повлиять на её природу. Он считает себя ответственным за вашу Судьбу, и поэтому Карма посеяна.

Теа вздохнула. Она могла догадываться, какие мысли крутились в его голове. Видеть, как его мать делает что-то подобное. Это должно сбить с толку. Нести это на своих плечах годами. она всё ещё не могла поверить, что Леандра Этвуд могла быть такой бессердечной. Бедная Кензи, застрявшая с этой сумасшедшей.

— Массив Безграничного Моря позволяет вам использовать эту связь для гармонизации с его Судьбой. Благодетель Этвуд является инициатором события. Таким образом, у него есть некоторая Судьба с каждой Печатью, выпущенной в Космос. Мы используем этот факт, чтобы собрать некоторые части, прежде чем они будут унесены в Зецию.

— Значит, вы используете мою Кармическую Связь, чтобы украсть возможности Зака? — нахмурилась Теа.

— Вовсе нет, — возразил Аббат Вечного Мира. — Выпущены сотни Печатей, и нашему молодому другу суждена лишь малая часть. Больше навредило бы, чем помогло. Сколько из нашего старого дома смогут выдержать такое событие?

Это, очевидно, была не вся правда. Монахи делали это не из доброжелательности. Они хотели Вечное Наследие, поэтому делали всё возможное, чтобы урвать как можно больше билетов. Но она должна была признать, что монах был прав. Чего могли добиться какие-то Земляне, если в дело вступали древние фракции, посылая своих самых могущественных Сентениалов?

Даже если Зак сумел предоставить лучшие возможности и ресурсы, то что? Как Граница могла сравниться с Сердцевинами? Она видела, насколько превосходным был Континент Золотого Клинка, а это был всего лишь Континент ц-ранга вне ведения Системы.

Люди Земли не культивировали даже двух десятилетий и должны были соревноваться с людьми, которые культивировали более восьмидесяти? Сражаться с такими людьми, как Кристаллизованное Просветление? Даже Зак был бы в беде, не говоря уже обо всех остальных. Одна только мысль об этом вызывала у неё тошноту от беспокойства, и её мысли быстро закружились.

— Ты говоришь так, будто пытаешься помочь, но ты просто пытаешься пробраться через чёрный ход. Используя меня как ключ, — заключила Теа, глядя на Аббата немигающим взглядом. — Похоже, ничего не изменилось. Вы, ребята, действительно бесстыдная кучка.

— Мы уверяем вас, у нас нет никаких планов относительно благодетеля Этвуда. Наоборот, у нас хорошие отношения. Более того, использование Массива Безграничной Судьбы оставляет нас с большим Кармическим Долгом перед благодетелем Этвудом. Чтобы уравновесить Карму, Сангха сделает всё возможное, чтобы защитить его и его людей внутри, — сказал Вечный Мир. — Чем больше людей мы сможем провести в Испытание, тем лучше будет его положение.

Теа пыталась различить, что было правдой, а что ложью на лице Аббата, но оно было таким же неразборчивым, как и у всех остальных монахов. Прошли минуты, и Теа медленно пришла к выводу.

— Я могу продолжать помогать вам. Но я не ступлю в этот Массив, пока вы не согласитесь с двумя моими условиями, — сказала Теа. — Во-первых, каждый из вас принесёт передо мной Дхармическую Клятву, что вы не будете нападать на Зака или его последователей.

— Будет сделано, — сказал Вечный Мир, и Теа почувствовала, что он даже выглядел довольно счастливым от этого заявления.

— Во-вторых, я получу одну из этих Печатей.

Глава 1045 — Славное Возвращение

Маленькая зелёная точка загорелась вдали, и Крута вздохнул с облегчением, поняв, что путешествие наконец-то подходит к концу. Путешествие внутри клаустрофобного пузыря токена Вечной Безмятежности на этот раз было ничуть не лучше. Он чувствовал себя как в гробу, а гнетущая тьма Пустоты не улучшала ситуацию.

Поэтому сердце Круты запело, когда он увидел, как изумрудный вихрь увеличивается, и он почти чувствовал запах шелестящей травы родного дома. Он наконец-то вернулся, и предвкушение растянуло улыбку на его лице. Он представлял себе шокированный взгляд бабушки, когда он расскажет ей о Левом Имперском Дворце и о том, как он героически захватил место, принеся честь и славу предкам.

Даже старые шаманы, скрывающиеся в глубинах Долины Предков, вероятно, выйдут, когда услышат новости. Приглашение в совет старейшин было почти предрешено.

— Подождите. — пробормотал Крута, его глаза заблестели.

Что, если с ним что-нибудь случится? Он был таким прекрасным потомком, но вскоре столкнётся с невероятно опасной угрозой без наследника, несущего его кровь. Возможно, ему стоит обратиться к старейшинам, чтобы те ускорили некоторые из его браков. Это было бы справедливо.

Крута пронёсся сквозь врата и довольно застонал, почувствовав пульс почвы под ногами. Он снова почувствовал себя целым и улыбнулся, ощутив нежное прикосновение духовной нити. Крута жалел тех, кто не мог слышать голос мира. Люди, которых он встретил в Царстве Вечной Бескрайности, никогда не поймут красоты степей, где сама земля была наполнена любовью праотцов.

Токен высадил его прямо там, откуда он отправился, перед бабушкиным шатром. Он стоял неподвижно минуту, впитывая звуки, запахи и виды племени. Это было так давно. До того, как провести девять лет в Царстве Вечной Бескрайности, он никогда не покидал степи более чем на несколько недель за раз.

Часть Круты хотела обойти всех и навестить всех людей, которых он не видел почти десять лет. Но это должно было подождать. Новости, которые он принёс домой, были слишком взрывными; они не могли ждать. Крута вошёл в шатёр, но с удивлением обнаружил барьер, блокирующий его вход. С каких это пор его бабушка держит дверь закрытой?

Крута поколебался несколько секунд, прежде чем подойти к маленькому барабану рядом со входом. Он влил всю свою культивационную базу в кулак и ударил им со всей силой, на которую был способен. Шкура не издала ни единого стона, но гонг оповестил бы его бабушку о срочном деле.

Даже после нескольких минут ожидания ничего не произошло. Брови Круты нахмурились. Она никак не могла не заметить его возвращения. Он приносил потрясающую информацию, но Балка Редлиф не могла потрудиться его увидеть? Прошло ещё несколько минут, и вены на лбу Круты скрутились, когда грандиозная история о его подвигах застряла у него в горле.

Это было невыносимо, и один удар за другим обрушивался на барабан, атаки подпитывались судьбой и разочарованием.

— Что за шум?! — небо сотряс разъярённый рёв.

Выражение лица Круты упало от этого взрыва. Бабушка была в плохом настроении? Племя Танцующего Клинка снова создавало проблемы? Не должно быть. Прошло всего одиннадцать месяцев с тех пор, как он ушёл. Было также невозможно, чтобы она ушла в уединение; если бы это было так, Балка убрала бы барабан. Крута больше не горел желанием входить, и открытые клапаны шатров вдруг показались ему свирепым зверем.

Он не успел отступить, прежде чем кто-то появился, и Крута нахмурился, увидев незнакомца. Плотный вихрь родовой воли вокруг него доказывал, что он был из племени, но Крута никогда раньше его не видел. Конечно, это не было чем-то странным, учитывая обширные владения, которые они контролировали, но он вышел из личного шатра Балки.

— О, это ты? — проворчал мускулистый мужчина, появившись. — Ты уже вернулся?

— Кто ты такой? — проворчал Крута.

— Дерзкий сопляк, — усмехнулся мужчина. — Я Удро, но ты можешь называть меня дедушкой.

— Ты один из мужей бабушки? — рискнул спросить Крута, получив утвердительный кивок.

— Последние пару веков охранял Мистра Дестолейтс. Только на прошлой неделе вернулся, — проворчал Удро. — Слышал, хозяйка усыновила ребёнка, пока меня не было. Ну, она тебя громко и чётко слышала. Заходи.

— Подождите, — сказал Крута, его глаза расширились от понимания, когда он увидел кровоточащие царапины на груди Удро и смесь раздражения и облегчения в его глазах. — Я просто вернусь позже. Эм, наслаждайтесь.

— Ах ты, мелкий засранец, пытаешься испортить бабушке хорошее время, а потом просто убежать? — раздался грубый голос изнутри шатра. — Иди сюда, дай мне на тебя посмотреть.

— Удачи, — усмехнулся Удро, доставая флягу со спиртным.

Крута внутренне застонал, но не посмел ослушаться приказа. В прошлый раз, когда он прервал время своей приёмной бабушки с одним из её мужей, его отправили надзирать за брачным сезоном их орд Бородавочников. Крута вздрогнул от воспоминания — визги до сих пор преследовали его во снах. Опять же, попытка спрятаться от Балки в другой раз привела к тому, что его на месяц отправили в Дредмины Куссака.