Один спектральный призрак за другим появлялся, чтобы встретить вызов, и огромная паутина цепей вылетела из этого жуткого столба. Это было именно то, что хотел увидеть Утар. Этот чудовищный Драугр был в конечном счете всего лишь одним человеком, и он уже потратил огромное количество Миазмы, чтобы сохранить свое преимущество.

Это также дало Утару передышку, позволив ему перенаправить часть силы Азры. Огромные копья, наполненные силой, обрушились на бушующую реку, очищая ее дыханием земли. Но Утар в конце концов был вынужден остановиться и переключиться обратно на Азру. Несколько его снарядов смогли пронзить реку, но она восстанавливалась слишком быстро, чтобы Утар мог осмелиться на побег. Насколько же прочна эта проклятая штука?

Они готовы, — произнес Кальва, когда из его рукавов появились два мерцающих камня.

Утар укусил палец и оставил три капли крови на каждом камне, прежде чем они вылетели, Помазав их родословной Стражей Рассвета. Камни выросли в два десятиметровых конструкта, каждый из которых излучал силу, эквивалентную Ранней Гегемонии.

К этому моменту Драугр уже двигался. Он закончил восстанавливать сломанную цепь, которая отступила в гроб на его спине. Теперь он превратился в бурю резни, выплескивая свой гнев на солдат Гребня. Огромный зазубренный край пронесся сквозь конструкты, когда он прокладывал путь к их позиции. Он больше не ждал, пока они выйдут из своего защитного зонта.

Каменные осколки летели повсюду, когда сотни жертвенных солдат рухнули, но это было частью плана. Сломанные каменные люди превратились в закручивающуюся бурю, заманив Драугра в ловушку и сформировав Массив Гребня. Два помазанных каменных человека вошли внутрь, выступая в качестве основы для формации ловушки. Звуки металла, режущего камень, стихли, и Утар вздохнул с облегчением и повернулся к горе.

Накопленная вера за месяцы молитв излилась в божественный аватар, приближая их призыв к завершению. Но прошло всего пять секунд, прежде чем огромная форма вылетела из формации и врезалась в гору с достаточной силой, чтобы создать трещины по всей ее поверхности. Весь Массив Гребня взорвался в следующую секунду, и Утар побледнел, увидев Драугра, держащего голову второго помазанного конструкта.

Голова была раздашена, и конструкт рухнул. Хваленый Массив Гребня даже не смог выиграть им десять секунд.

Что еще хуже, буря Смерти была притянута к Драугру, когда тысячи угольно-черных усиков вытянулись на двадцать метров от его спины, как скелетные крылья. Усики гудели пронзительным жужжанием, возбуждая настроенные на Смерть энергии в области. Они ворвались в тело Драугра, разрывая остаточный эффект Массива Гребня.

С его пятиметровым телом, окутанным тьмой и кружащимся ореолом, Драугр выглядел как павший Бог. Его зловещая аура возвышалась, когда крылья поглощали, казалось бы, неисчерпаемое количество энергии, пока на кончиках крыльев не образовались два потрескивающих шара. Утар почувствовал ощутимое чувство неминуемой гибели, глядя на кружащуюся серую дымку, быстро формирующуюся вокруг топора.

Дымка поглотила два потрескивающих шара разрушения, и Утар понял, что больше не может ждать.

Гайя! — прорычал он, жертвуя всей своей оставшейся Энергией Веры, чтобы призвать купол из неприступного камня.

Кальва уже призвал своих восьмерых стражей, образуя внутренний барьер, направленный в кардинальные направления. Па’Сур активировал свой защитный домен, который ослаблял любое чужеродное Дао. Но даже с их слоями защиты и защитным зонтом Азры, Утар не чувствовал себя в безопасности. Что делал этот человек?

Бесполезно. Снаружи раздался скрежещущий голос.

Мир замер на мгновение, прежде чем реальность обрушилась на них. Неприступная стена Святилища Гайи разбилась, разделенная надвое неудержимым краем. Кардинальные статуи рухнули в следующий момент, и домен Па’Сура был разорван в клочья. Стоны вырвались изо рта менталиста, но у Утара не было времени беспокоиться об этом бесполезном ублюдке.

Он до предела напряг свой Мана-домен, наклоняя божественный аватар. Смертоносный клинок скрежетал по его пути, но защита Азры позволила ему наконец исчерпать атаку. Как только он подумал, что в безопасности, его фоновое зрение предупредило о смертельной опасности. Защитный домен Азры истрепался, блокируя Абсолютный Удар, и цепь, пахнущая разрушением, проскользнула в их санктуарий.

И она шла за ним.

Безжалостность блеснула в глазах Утара. Ментальная команда активировала командный жетон, спрятанный под его мантиями. Глаза Па’Сура остекленели, как только он оправился от духовного отката, достаточно долго, чтобы Утар мог толкнуть менталиста перед собой. Цепь схватила мужчину, и его выдернули из защитного купола к тому времени, как он проснулся.

Утар вздрогнул, зная, что только что избежал ужасной участи. Он видел, что произошло с Гальво после того, как его коснулась одна из цепей этого безумца. Он отказался от того, чтобы его тело было разрублено пополам в этом забытом уголке космоса, а менталист оказался бесполезен против ментальной защиты Драугра.

Кроме того, по большей части это была его вина, что они оказались в этой отчаянной ситуации. Предложить себя в качестве замещающей жертвы было наименьшим, что он мог сделать. Когда менталист был вырван, чтобы встретить свою судьбу, Святилище Гайи восстановилось и запечатало их внутри. Он почувствовал, как исчезла связь с Шепотом Камня, и не прошло и секунды, как их санктуарий начал трястись от неумолимого натиска.

Одна коррозионная метка за другой добавлялась к домену, и сам Драугр, должно быть, колотил барьер. Это был лишь вопрос времени. Однако безумец, казалось, наконец-то исчерпал смертоносные атаки, что означало, что они выиграли достаточно времени.

Время расплаты, — прорычал Утар несколько секунд спустя, игнорируя невысказанный упрек в глазах Кальвы.

Двое поплыли вверх по горе. Успокаивающее тепло распространилось по телу Утара, когда дух Азры обнял его, и стресс и страх, накопленные от этой злополучной встречи, растаяли. Он стал Апостолом Горного Рассвета, и он будет стоять высоко еще долго после того, как этот Драугр и его потомки превратятся в прах. Он приказал Святилищу Гайи самоуничтожиться, когда они вышли, как бабочка из своего кокона.

Только чтобы встретиться с шаром абсолютной пустоты.

Огромное каменное лицо сопротивлялось лишь мгновение, прежде чем Маяк Забвения разрушил его защиту и вонзился в глаз на его лбу.

САКРИЛЕГИЯ! — громкий голос прогремел в разуме Зака, и ужасающее давление обрушилось как на его тело, так и на душу.

Зак почувствовал, как разгневанный Бог обратил на него свое внимание, в гораздо более ощутимом смысле, чем когда он вызвал Гнев Небес. Энергия Веры. Эти двое призвали огонек Бога и спрятались внутри его аватара. Слава Богу, он действовал быстро, решив использовать ту же стратегию, что и когда он сражался с Эйдолоном внутри Сумеречного Восхождения.

Встреча с Горным Богом была неожиданной, но не было сюрпризом, что они замышляли что-то опасное. Зачем еще им сидеть сложа руки, пока аура парящей горы продолжала подниматься? Столп Опустошения в любом случае вот-вот рухнул бы. По правде говоря, ему повезло, что они сдались, когда это сделали. Еще несколько хороших ударов, и реки рухнули бы, дестабилизируя весь навык.

Он надеялся, что Пиковое Качество Конец Отчаяния будет достаточно, чтобы расколоть гору пополам, прежде чем они достигнут этой точки, но защита Земных Культиваторов была слишком прочной. По крайней мере, это дало возможность устранить менталиста.

Зак был готов и идеально рассчитал время со столбом, но ему казалось, что он вот-вот будет раздавлен неумолимым давлением. Новые разрывы появились, чтобы заменить те, которые только что восстановила Лилия Душевной Дымки, и мышцы рвались под невыносимым физическим давлением. Присутствие требовало от него сдаться и преклонить колени в покорности, но это вызвало беспрецедентную ярость в его теле.

Его три Узла Драугра пульсировали силой. Они наполнили его тело даром Бездны, заглушая рев ложного Бога. Стойкость, Убеждение и Неизменность. Как потомок Эоза мог поклониться какой-то дрянной горе? Его аура взлетела, и он собрал всю свою Силу, чтобы протолкнуть Столп Опустошения дальше в крошащуюся голову.

Мана-домен уже рухнул, насильно разорванный Забвением. Между этим и защитой Бога, Маяк уже уменьшился на две трети, оставив только ядро аннигиляции. Но этого было достаточно. Он соприкоснулся с чем-то древним, непреклонным, тем, что даже Забвение не могло стереть. Чувство длилось лишь мгновение, прежде чем исчезло, вытесненное из этого царства наступлением Зака.

Осталось лишь разбитое лицо, лишенное всякой божественности. То, что осталось от Маяка Забвения, взорвалось и разнесло его в клочья. Из крошащейся формы выпала кровавая фигура, и его сердце было пронзено, прежде чем он смог оправиться от отката. Еще больше Энергии Убийства влилось в тело Зака, но он не удостоил павшего мага второго взгляда. Он обыскал распадающееся лицо в поисках улик, пока не заметил второе тело, падающее на землю.

Его Миазма заканчивалась, но у него были обширные запасы Энергии Пустоты. Он исчез в облачке, прежде чем появиться рядом с лидером. Черная Смерть уже падала на его голову, ее блестящий край был наполнен Смертью и Конфликтом. Как смертоносные копья, оставшиеся цепи Узы Любви сошлись на лидере, и Зак почувствовал Убивающее Намерение Алеи, когда она жаждала мести.

Топор и цепи попали точно, но Зак выругался, когда труп рассыпался в камень. Взрыв энергии вырвался из неприметного камня, как только Зак ударил. Зак удивленно посмотрел. Он сканировал этот камень своей душой, Видением Драугра и Космическим Взглядом. Все три сказали, что там ничего нет, но там явно что-то было. К сожалению, к тому времени, как Зак достиг источника, ничего не осталось, кроме мерцающего песка.

Лидер сбежал.

Это вы, ребята? — спросил Зак, поглядывая на полупрозрачный браслет на своем запястье.

Нет, это был он сам. Довольно впечатляющий метод побега, чтобы он сработал внутри Бури Бури, — прокомментировал Нуль. — Хотя я не могу представить, что он в хорошей форме. Такой силовой метод всегда имеет недостатки, такие как поврежденные основы. Он мог упустить свою возможность прорваться в этом месте.

Значит, один все же проскользнул сквозь щели, — вздохнул Зак.

Что ж, то, что он бежит за своей жизнью к выходу, должно помочь со следующей частью, — прокомментировал Нуль.

Не так сильно, как его труп, — возразил Зак, поворачиваясь к неподвижным телам трех павших воинов.

Обычно менталист не оставил бы трупа после захвата Столпом Опустошения. Однако Зак решил обезглавить его, прежде чем он превратился в еще одну статую, оставив ему тело, почти соответствующее Вилари. Возможно, этот мог бы стать ее учеником после пробуждения.

Трио присоединилось к растущей коллекции в его Мешке Трупов, а их кольца попали в один из его карманов. Сейчас не было времени разбирать его добычу. Любой в радиусе многих миль смог бы почувствовать их битву, и Зак не хотел задерживаться на случай, если прибудет третья сторона, чтобы ловить рыбу в мутной воде.

Он кратко просканировал свое тело, съев Пилюлю Солдата Псевдо-д-ранга. На самом деле он был в довольно хорошем состоянии. Его противникам на этот раз просто не повезло. Их стратегия черепахи могла бы сработать против большинства. Зак предполагал, что менее 50 человек в Многолетней Безграничности смогли бы прорвать эту формацию до того, как они закончат свои приготовления.

Но столкнувшись с кем-то вроде Зака, они стали сидячими утками, обреченными на гибель. Его тело имело лишь несколько переломов от борьбы с давлением ложного Бога. Его душа на самом деле была даже в лучшем состоянии, чем в начале боя, так как энергии Лилии Душевной Дымки еще не были исчерпаны.

Зак быстро оглядел пещеру, прежде чем исчезнуть, появившись у выхода. Буря все еще бушевала снаружи, что не было сюрпризом, учитывая, что с момента его входа в пещеру прошло менее трех минут. Просканировав окрестности своей душой и другими чувствами, он шагнул в безумие, продолжая свой путь к краю острова.

Он отбил первую волну профитеров, но Зак знал, что эта трибуляция еще далеко не закончена. Даже не считая стороны, ожидающие на других берегах, был еще один враг, с которым ему предстояло разобраться.

Сама Буря и огромная пропасть между ним и выходом.

Глава 1009 — Финальное Испытание

Воздух взвыл, и серия взрывов пробила ряд новых ран, прежде чем кровь Зака ​​успокоила бурю в его непосредственной близости. Его почти утащило в небо, но он быстро достал свой слиток Сплава Ночной Тьмы, чтобы закрепиться на земле. Огромный блок был скручен и изогнут, большая часть его духовности исчезла. Окружающая среда и столкновения уже повредили его до такой степени, что он обесценился на полранга.

Однако этого должно хватить ему, пока он не покинет это место. А если нет, то у него было больше тяжёлых материалов, приготовленных в его Пространственном кольце.

Как и ожидал Зак, ему не пришлось далеко идти, прежде чем он достиг края острова. Видимость была настолько плохая, что он не видел даже на несколько метров вперёд. Он, вероятно, свалился бы прямо с обрыва, если бы не его духовный домен. Буря была ещё более яростной на берегах, где нисходящий поток взволновал огромное количество энергии вокруг него. Неудивительно, что ни звери, ни культиваторы не ждали его, как это было, когда он впервые перепрыгивал с острова на остров.

Просто сканировать непосредственную близость было трудно, поэтому заметить стартовый остров далеко вдали было совершенно невозможно. Хаотическая буря заглушала все звуки и энергию. Там могла бушевать полномасштабная война, насколько он знал.

Зак нашёл расщелину, частично защищённую от бури, и его ихор помог ей стать временным убежищем от этого безумия. Идея заключалась в том, чтобы использовать маскирующий эффект бури в своих интересах, пока он добирался до телепортера. Он был уверен, что сможет ускользнуть от большинства людей в этой среде. И даже если бы его заметили, он, вероятно, смог бы обогнать их, используя успокаивающий эффект своей крови.