Цунами потрескивающей грязи было отброшено от кургана, но стена льда поднялась, чтобы не дать ему поглотить их. Свет уже угасал через секунду, и Зак знал, что это его шанс.

Космическая Энергия хлынула в его тело, и в небе появились врата. Они полностью отличались от грубого шрама в пространстве, который появлялся при использовании более слабых версий Суждения Аркадии. Они даже не закрылись после появления огромной деревянной руки. Вместо этого они увеличились более чем в десять раз, телепортировавшись, чтобы зависнуть прямо над Курганом Грешника.

Плотный набор узоров сформировался по краю портала, и весь курган застонал, утопая в золотисто-зелёном свете. Сцена напоминала его старый навык, который вошёл в слияние Суждения Аркадии, Кары Природы. Однако на этот раз ни гора, ни дерево не обрушились. Вместо этого казалось, будто сама сущность Аркадии сияла на мир из пространственных врат.

Зак знал, какое ужасающее давление излучал этот свет. Он превратил холм, даже больший, чем Курган Грешника, в кратер одним лишь этим светом после того, как наконец развил Суждение Аркадии до Пиковой Компетентности. Но Курган Грешника фактически сопротивлялся огромному давлению, даже если верхние слои почвы и камня были раздавлены и отброшены.

— Это точно Курган Грешника, — пробормотал Ограс, и глаза Зака расширились от шока.

Гигантский кол, пронзающий огромную кучу трупов.

Именно это скрывалось под почвой и маслянистыми выделениями из кургана. Тела излучали чрезвычайно сильную ауру греха, и угольно-чёрная жидкость непрерывно вытекала из их ртов и пустых глазниц. Десятки тысяч тел производили количество слизи, достаточное для целого бассейна, каждую секунду, что должно быть невозможно, учитывая, насколько иссохшими и увядшими они выглядели.

Что касается огромного кола, он явно не был частью самого кургана. Он был создан из тёмно-синего металла и содержал мощную ауру молнии. Он был покрыт сложными рунами, от которых душа Зака содрогалась.

Кол, пропитанный гневом небес, пронзающий прямо в сердце греха.

Руны, казалось, приводились в действие молниями, чтобы глубже врыться в курган. Но зловещий шлам покрывал кол, заполняя руны скверной. Курган Грешника сопротивлялся, вероятно, пытаясь полностью удалить кол.

— Флаг формации, возможно? — рискнул предположить Ограс.

— Похоже на то, — согласилась Катейя.

Зак на мгновение заколебался, но знал, что должен принять решение. Навык уже был активирован, и он не мог медлить слишком долго, прежде чем выполнить задуманное. В конце концов, сияющие врата в Аркадию не были истинным лицом Суждения Аркадии. Это всё ещё был удар топором.

Деревянная рука была ещё больше, чем раньше, и руны, покрывавшие её, уже не были нечёткими. Они сияли завораживающим светом, храня истины Жизни и Конфликта. На Пиковой Компетентности навык действительно стал аватаром его Дао. Двадцатиметровый топор был совершенством, казалось, сокровищем, рождённым самой природой и Небесами.

Он излучал огромную силу, включая карающую ауру, которая, казалось, резонировала с колом. Навык был активирован, и приговор должен был быть вынесен. Топор опустился, но не нацелился на кучу текущих трупов. Вместо этого он обрушился на вершину кола.

Тысячи рун упали сквозь врата Аркадии, и все они влились в каменный топор, когда тот падал. Изумрудные руны, покрывающие рукоять и голову, вспыхнули с неоспоримой мощью, внезапно обретя гневную ауру, словно содержали волю древних небес.

Он обрушился с силой, способной погубить мир, ударив по колу с такой силой, что мог бы расколоть горы. На долю секунды мир словно застыл, прежде чем время возобновилось. Огромный шрам разрезал Курган Грешника пополам, сотни метров в ширину и так же глубоко. Он образовал каньон более двадцати метров в ширину, и иссохшие трупы были просто стёрты из существования.

Но кол выдержал мощнейшую атаку Зака, как и светящийся красный шар, который ранее скрывался в сердце кургана. Глядя на зловещий свет, сердце Зака забилось, и он почувствовал, как волна убийственного намерения почти поглотила его. Но чувство исчезло так же быстро, как и появилось, безумие было подавлено Пустотой в его сердце.

Ядро Грешника выстояло, но ненадолго. Даже если Суждение Аркадии не смогло расколоть его пополам, оно послужило молотом. Грозовой кол был вбит в сферу более чем наполовину, и Зак видел, как невероятно чистые дуги молнии были введены в ядро.

Пронизывающий вой пронёсся по Ламенту Грешника, когда Ядро Грешника разлетелось на сотни осколков, и Зак почувствовал, как его зрение двоится, когда он чуть не упал. Ограс застонал, пока завеса теней запечатала его внутри, а талисман, парящий за Катейей, лопнул.

Награда получена. Доля 120 Маны, — сказал Нуль, но Заку не было времени радоваться тому, что его идея оказалась верной.

Разделённый курган извивался и пенился, и Зак обнаружил, что его отбросило на сотни метров огромным извержением ненависти, которое мгновенно разрушило ледяную стену Катейи.

— Волна! Мы в ловушке! — закричала Катейя, поднимаясь на ноги, полностью покрытая грязью после падения в лужу крови по колено.

Зак взглянул на небо и вздохнул. Облака были истощены после того, как выпустили эту молнию. Помощи сверху не предвиделось. Кроме того, эта волна отличалась от предыдущих. Призраков по-прежнему не было. Вместо этого ненависть вливалась в курган, который уже снова слился воедино.

Многие трупы были уничтожены, но ещё больше выползло из глубин, их ненависть объединилась, чтобы сформировать что-то ужасающее. Зак знал, что они не могут допустить продолжения этой сцены. К счастью, его навык ещё не закончился, и он держал последний компонент в резерве как можно дольше именно для такого случая.

Земля задрожала и вздыбилась, пока из её глубин не вырвалась первобытная ярость. Земля раскололась, и появились тысячи покрытых рунами шипов. Вновь сформированный курган немедленно снова рухнул, столкнувшись с гневом земли, которую он осквернил. Буря разрушения пронеслась по каменистой формации, разрывая трупы тысячами.

Но этого было недостаточно. Зак беспомощно наблюдал, как поток новых трупов выползал из глубин. Зак бросился вперёд, но ещё один вой из кургана вызвал бурю ненависти такой силы, что он не смог приблизиться. Он попытался разрезать её серией фрактальных лепестков, но они были просто поглощены и потреблены.

Укол опасности заставил его отпрыгнуть в сторону, позволив ему едва избежать гнилостного клинка, сделанного из чёрной жидкости трупов. Зак колебался, стоит ли ему прорываться внутрь, но буря внезапно утихла.

— Конечно, — простонал Ограс, который уже догнал его.

Курган исчез, заменённый жуткой конструкцией из бесчисленных иссохших трупов. У неё не было определённой формы, но она больше походила на огромного изопода с десятками ног, чем на гуманоида. Трупы, казалось, превращались в податливую глину, становясь частью существа, некоторые были искривлены сверх того, что должно быть возможно, чтобы составить часть ноги или когтя.

Трупы продолжали извергать чёрную заражённую жидкость. Часть её формировала клинки ненависти, которые существо постоянно выпускало в них, и даже клинки, промахнувшиеся мимо, образовывали гнилостные лужи, от которых у Зака волосы вставали дыбом. Но большая часть жидкости оставалась на конструкции и затвердевала в защитную оболочку.

Внезапный укол опасности заставил Зака отпрыгнуть как раз в тот момент, когда Ограс крикнул — Внизу!

Земля ожила, и прямо там, где стоял Зак, образовалась маслянистая зубастая пасть, источающая ненависть. Внезапная атака была подобна стартовому сигналу, и безумие охватило эту область. Лица, руки, шипы и ямы появились вокруг них. Каждая область в радиусе десяти метров от места падения клинка ненависти была одержима.

Мощные клинки сыпались сверху, и коварные опасности атаковали снизу. Область стала настоящей зоной смерти. Обстрел был бесконечным. Ещё хуже то, что это мешало Заку сосредоточиться на огромном существе, которое было источником всего этого. Зак чувствовал смутное ощущение опасности от этой твари, и он знал, что не может позволить ей накапливаться вечно.

Волна ледяного холода внезапно пронеслась мимо него, мгновенно заморозив землю, на которой он стоял. Коготь с десятью пальцами, который только что пытался схватить его, оказался заперт на месте, оставив Зака полностью свободным на мгновение. Он оглянулся и увидел, что на голове Катейи появилась чёрная ледяная корона, когда она поднялась в воздух.

Пять слезинок с древними ледяными гравировками появились за её головой, и ледяной холод распространился во всех направлениях. В мгновение ока область в сотни метров превратилась в мир льда. Бушующие волны земель были намертво заморожены, шипы и ямы раскалывались на куски грязного льда.

— Разберись с большим парнем. Я попытаюсь остановить его от сбора новых тел! — крикнул Ограс, когда из его спины выросли шесть крыльев.

Жуткий флаг был полностью развёрнут, образуя полосу из мучительных лиц длиной в три метра. Один лишь взгляд на гобелен страданий заставлял душу Зака содрогаться. Буря копий обрушилась с летящего демона, уничтожая всё, запертое во льду. В одно мгновение образовался огромный кратер глубиной более 30 метров, открывая ужасающую истину.

Весь коренной грунт был внезапно заполнен трупами, почти бесконечное количество которых ползло к поверхности. Поток захваченных Ограсом призраков уже вливался в яму, вытаскивая тела и разрывая их сотнями.

Мир льда Катейи уже распространился в яму, запирая просачивающуюся ненависть на месте и защищая призраков от ассимиляции Ламентом Грешника. Трупы потеряли часть своей неестественной гибкости от холода, в то время как призраки Ограса остались нетронутыми.

Зак не терял времени, когда пролетел по воздуху, используя парящие шаги Землепроходца, чтобы появиться прямо под существом. Буря фрактальных лепестков вырвалась из его тела, каждый длиной два метра и пропитанный как Боевым Топором, так и Калпатару.

Конструкция из трупов излучала нестабильную ауру, приближающуюся к Среднему д-уровню, но оболочка скверны, которую она создала, не могла защититься от неудержимой силы, заключённой внутри фрактальных лепестков. Огромные куски чёрного масла и сухой плоти были мгновенно вырезаны из существа, падая дождём вокруг него.

Огромное искажённое лицо сформировалось на животе существа, и десятки клинков грешника полетели в Зака. К сожалению для огромного существа, Зак был слишком ловок в своей человеческой форме. Ещё один пучок травы появился под его ногой, когда он сделал ещё один шаг в воздухе. В следующий момент он появился более чем в сотне метров, прямо за существом.

Монстр уже формировал ещё один слой скверны вокруг своих ран, но Заку было всё равно. Всплеск от Края Природы уничтожил сотни трупов, уменьшив конструкцию почти на 10%. И он на этом не закончил. Четыре мощные лозы вонзились в землю, давая Заку восходящий импульс, чтобы удержать его в воздухе немного дольше. Одновременно огромный стометровый лист появился перед Укусом Веруна.

Клинок был почти таким же высоким, как и существо, и содержал истины Бездны и Аркадии. Клинок упал, и мир был разделён. Пространственный разлом разрезал огромное существо пополам, создавая десятиметровый коридор небытия. Клинок задержался на несколько секунд, расщепляя любые трупы, которые пытались переместиться на другую сторону непреодолимой пропасти Восхитительного Разделения.

Но навык не мог длиться вечно. Зак взглянул на существо, приземляясь на платформу изо льда, созданную Катейей, но ему пришлось немедленно отпрыгнуть, чтобы избежать десятков клинков грешника. Две половины уже сливались воедино, хотя они снова уменьшились. Зак раздражённо крякнул, глядя вверх.

Если конструкция отказывалась умирать, ему просто придётся продолжать рубить, пока не останется ничего, что можно было бы восстановить.

Десять минут спустя Зак стоял, запыхавшись, на замёрзшей груде сломанной плоти, почти половина его Космической Энергии была израсходована. В конечном итоге, он не нашёл лучшего метода, чем методично рубить существо, пока не осталось ни одного трупа. У конструкции не было слабых мест, и никто из троих не смог найти ничего похожего на ядро её энергии.

Наказывающий гром в конечном итоге не пришёл им на помощь, хотя трупы, к счастью, можно было уничтожить навсегда, в отличие от призраков ненависти.

— Ничего, — выругался Ограс, появившись рядом с Заком. — Я был почти уверен, что его питали осколки Ядра Грешника.

— Возможно, так и было, но частицы растворились, прежде чем мы смогли их найти, — предположила Катейя. — В конце концов, мы справились с этой штукой самым грубым способом из возможных.

— Теперь, когда мы знаем, чего ожидать, мы, возможно, сможем выхватить частицы до того, как они исчезнут. Это может предотвратить образование конструкции в целом, — сказал Зак.

— Откуда ты знал, что нужно ударить по колу раньше? — с любопытством спросила Катейя.

— До сих пор нам не удавалось уничтожить ни одного призрака, за исключением случаев использования предметов, заряженных громом, — пожал плечами Зак. — Я опасался, что Ядро Грешника будет обладать теми же свойствами и восстановится, даже если я его разрежу. Казалось более разумным нацелиться на кол, который был полон ауры молнии.

— Ну и что теперь? — спросил Ограс, поворачиваясь к Катейе. — Мы можем просто использовать твой массив?

Массив Кристаллов Грешника вскоре появился, но она покачала головой вскоре после этого.

— По крайней мере, не отсюда, — сказала Катейя. — Мы, скорее всего, слишком далеко. Энергия в кристаллах не может распространяться слишком далеко. Компас должен достигать дальше во время волны, но я не уверена, что окружающая энергия достаточна. Возможно, нам понадобится мощная жертва ненависти, чтобы это сработало.

— Жертва? — сказал Зак. — Так, больше кристаллов, или что?

— Именно. Чем больше кристаллов мы принесём в жертву, тем больше будет радиус действия.