«Ты сама во всём виновата, маленькая глупая Птичка», – эти слова, как грёбаные колокольчики, звенели в моей голове, не давая покоя.

Я закрыла глаза, задержала дыхание и с головой погрузилась в горячую пенную воду, пытаясь смыть с себя дерьмовый день и чужие прикосновения.

И запах – кедр, шалфей и инжир. Запах, который уже было не смыть водой, так как он въелся глубоко под кожу.

Его запах.

Но на смену сегодняшним постыдным воспоминания пришли другие: тяжёлые, удушающие, болезненные.

– Хватит контролировать мою жизнь! – кричала я отцу, который не хотел пускать меня на вечеринку. – Мне уже восемнадцать, я больше не ребёнок!

– Сейчас ты ведёшь себя как капризный ребёнок, – строго сказал папа, крепко сжимая моё запястье. – Ты никуда не поедешь, разодетая, как шлюха. Тем более с ним!

– Мне больно! Отпусти! – Я попыталась вырвать руку, но лишь сделала себе ещё больнее.

На крики прибежала перепуганная мама, и я тут же обратилась к ней.

– Мам, скажи ему! – взмолилась я, выдавливая слёзы, прекрасно зная, как тяжело она переносила их. – Ты же обещала!

– Милая, папа прав, – мягко сказала мама, осторожно подходя ко мне, будто я была диким животным. – Лучше останься дома. Я заварю новый чай, и мы…

– Не хочу я твой дурацкий чай! Я хочу отдохнуть с друзьями!

– Ханна, послушай…

– Нет! – перебила я, зная наперёд всё, что она собиралась мне сказать. – Я устала от ваших нотаций! От вас обоих! А ты только и можешь, что мямлить и во всём потакать ему! – крикнула я в лицо матери, и в её добрых зелёных глазах мелькнула боль. Но тогда мне было плевать на это, я лишь хотела зацепить её и сделать ещё больнее. Я была настоящей тварью. – Сначала разберись со своей жалкой жизнью, мама, а потом уже…

Договорить я не успела. Правую щёку резко обожгло, в ушах зазвенело, и я упала на пол.

– Рассел, нет! – вскрикнула мама, бросившись ко мне, но отец остановил её.

– Оставь её, Джойс, – отчеканил он, не отрывая от меня взгляда. – Она сама виновата. Совсем отбилась от рук, мерзавка!

Я была в шоке. Отец никогда меня раньше не бил.

Мама плакала в его руках, а во мне бурлили обида и злость. Держась за горящую щёку, я поднялась на ноги и посмотрела на отца.

– Я ненавижу тебя, – выдохнула я и перевела взгляд на маму. – И тебя тоже. Ненавижу! Никогда больше не хочу вас видеть!

После этих слов я выбежала из дома и села в машину своего возлюбленного, который уже давно ждал меня на обочине.

– Чего так долго? – раздражённо поинтересовался Оскар, поправляя свои идеально уложенные чёрные волосы. – Я запарился тебя ждать.

– По пути расскажу. Гони быстрее! – Я замахала руками, и тачка тут же сорвалась с места.

Обернувшись назад, я увидела, как отец выбегает на улицу и, смотря вслед уезжающей машине, хватается за голову.

Я широко улыбнулась, чувствуя себя победительницей. И даже подумать не могла, что это был последний раз, когда я видела родителей живыми.

– Ну так и что случилось? – поинтересовался Оскар, кладя руку мне на бедро и просовывая пальцы под подол моего короткого платья. – Отлично выглядишь, куколка.

– Спасибо, – кокетливо улыбнулась я и застонала, когда его пальцы коснулись клитора. – Да так, пустяки… просто… разборки с занудными предками. О чёрт, Оскар!

Он ублажал меня рукой, взглядом пожирая моё тело, едва скрытое маленьким лоскутком платья.

– Сегодня мы наконец сделаем это, – сказал Оскар хриплым от возбуждения голосом, и его карие глаза почернели от похоти. – Сегодня ты станешь моей.

– Да… да… – бормотала я в экстазе, не осознавая, что сижу в машине с монстром.

И что сегодня моя жизнь превратится в ад. И во всём буду виновата только я сама.

«Ты сама во всём виновата, маленькая глупая Птичка», – вновь пробился в голову голос Тео, и я вынырнула из воды, жадно хватая ртом воздух.

Из горла вырвался всхлип, но слёзы так и не пришли – только болезненные спазмы, выкручивающие внутренности, сдавливающие грудь, не дающие дышать.

Я ударила кулаками по остывшей воде, отчаянно пытаясь прогнать боль, но она только крепче вцепилась в меня, сжимая, разрывая изнутри. Я обхватила себя за коленки и затряслась.

– Простите меня, – зашептала я. – Мама, папа, пожалуйста, простите…

Я надеялась, что они в лучшем мире и слышат меня. Что знают, как мне стыдно и как глубоко жаль. Что могут… простить.

Я сидела в тишине и холодной воде до тех пор, пока кожа не стала гусиной. А потом услышала звук входящего сообщения.

Выбравшись из воды, я промокнула волосы полотенцем и, закутавшись в халат, прошла в спальню и взяла телефон.

Тео

Буду у тебя через час, Птичка

Я сжала смартфон в руках. Была половина восьмого вечера, и я надеялась, что Маршалл уже позабыл обо мне и нашёл себе новое развлечение. Но увы.

На смену грусти пришла злость, когда я вспомнила всё, что он мне сегодня наговорил и сделал.

– Ты прав, дружок, я сама виновата, – пробормотала я, быстро печатая ему ответ. – В том, что впустила тебя в свою жизнь и согласилась на грёбаный секс без обязательств!

Я не желала видеть Маршалла. Даже собиралась остаться на ночь у Кейт, лишь бы избежать встречи с ним. Но подруга собралась на свидание вслепую, и кто знает, чем оно могло закончиться. Я не хотела мешать её планам, поэтому поехала домой.

Просто не буду открывать Маршаллу, если он приедет.

Ханна

Я, кажется, сказала, чтобы ты катился к чёрту, Маршалл

Сделка аннулирована

Развлекайся со своей рукой, ублюдок

Отправив сообщение, я бросила телефон на кровать и ушла в гостиную. Схватив с барной стойки банку Pringles, я села на диван и включила своё любимое шоу.

Я хрустела чипсами, представляя, как хрустят кости всех богатых ублюдков, которых послала мне жизнь: Оскара, Тео, Эрика.

Кстати, насчёт последнего. Надеюсь, в аду имеется особый котёл для гнусных лжецов вроде Линдмана. Как думаете, он дал мне повышение?

Я усмехнулась, вспоминая наш разговор.

– Я выполнила все условия, Эрик!

– Разве все? – Он откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы на груди. – Интервью ты провела достойно, это похвально. Но я не вижу фотографий Маршалла для обложки. А это огромный провал, Ханна.

– Изначально мы договаривались только о том, что я просто приведу его к нам. И я привела, чёрт возьми.

– Я помню, о чём мы договаривались. – Эрик так театрально вздохнул, словно я выбила из него последние силы. – Слушай, мы в любом случае сможем повысить тебя только с начала следующего месяца. Так бухгалтерии будет проще.

– Бухгалтерии? – переспросила я и в недоумении нахмурилась. – И когда это бухгалтерия стала диктовать, кого и когда повышать?

– Ханна, не начинай. – Он закатил глаза. – У нас всё рассчитывается заранее: бюджетные планы, фонд зарплат, налоговые отчисления. Если мы повысим тебя сейчас, бухгалтерии придётся делать лишнюю работу: перераспределять выплаты, налоги пересчитывать. А они и так постоянно недовольны.

– И? – Я сложила руки на груди. – Вы как-то справлялись раньше.

– Времена меняются, – пожал плечами Линдман. – Как и правила. Сейчас все кадровые изменения возможны только с начала месяца.

– Кабинет я хотя бы могу получить сегодня?

– Тут тоже проблема, – протянул Линдман. – У нас сейчас нет свободных офисов, так что пока ты остаёшься на своём месте.

Я опешила.

– Как это нет свободных? Я своими глазами видела в пятницу, как Джаред из «Спорта» переезжал в другой роскошный кабинет. Я могу занять его старый.

– Разве я сказал, что он пустует? У нас новый дизайнер выходит на следующей неделе, ему уже его забронировали.

– Какой ещё дизайнер?

Эрик потёр виски и раздражённо выдохнул.

– Это уже не твоё дело, Ханна, – затем он улыбнулся своей фирменной гадкой улыбкой. – А если тебя что-то не устраивает, можешь искать другое место. Но я бы не советовал торопиться. Всё же с нового месяца у тебя будет повышение, а там, гляди, и свободный кабинет появится.

Искать другое место и начинать всё с нуля я не собиралась, поэтому сдержала порыв запустить пресс-папье со слоном прямо в лживую морду Линдмана. Вместо этого я просто коротко кивнула и вышла из кабинета. Пусть думает, что всё под контролем и дальше упивается своей властью.

– Грёбаные ублюдки, – прорычала я, доедая Pringles. – Грёбаные вредные чипсы!

Швырнув пустую банку прямо на пол, я закуталась в плед и невидящим взглядом уставилась в экран, где в панике носились люди. Внутри меня сейчас бушевала такая же паника.

Мне нужно было это повышение. Нужны были связи влиятельных людей, чтобы реализовать свой план мести. Я и так уже потратила слишком много времени – больше ждать я не намерена.

Завтра утром я собиралась заглянуть в бухгалтерию с конфетками и выяснить, с каких пор там решают, кого повышать. А заодно обойти оба этажа и убедиться, что офисы действительно заняты. Хотя в это я верила так же, как в искренние «мы ценим каждого сотрудника» при приёме на работу. Да-да, цените вы, особенно когда сверхурочки не оплачиваются.

Линдман, видимо, думал, что я совсем идиотка. Но это даже было мне на руку. Он понятия не имел, что я знаю одну его маленькую тайну. И если завтра его враньё подтвердится, о ней узнает не только редакция, но и его папочка – строгий человек старой закалки, который считает, что настоящие мужчины должны носить только классические костюмы и спать исключительно с женщинами.

Дверной звонок, а следом мощный стук в дверь разорвали тишину, выдернув меня из тяжёлых мыслей. Я вздрогнула, подскочив на месте.

– Открой дверь, Ханна, – прогремел из подъезда голос Маршалла.

Я метнулась глазами к часам: без пяти восемь. Как он успел добраться так быстро?

Я сглотнула. Это значило только одно – Тео в ярости.

Чёрт. Так работает мгновенная карма?

Настойчивая трель звонка раздалась вновь. Сердце гулко застучало в рёбрах.

Я вскочила на ноги и подбежала к двери.

– Оставь меня в покое и убирайся! – крикнула я. – Я не хочу тебя видеть.

Он снова начал колотить так, что задрожали окна, а мои глаза испуганно расширились.

– Я сказал, открой дверь, или я её на хрен вышибу!

Я не сомневалась, что он действительно может это сделать, ведь был огромным, как медведь. И, как только что выяснилось, он был настоящим психом.

Но если я открою ему, не станет ли это моим концом? Я ведь даже копов вызвать не успею!

Твою мать. Видимо, от судьбы не уйдёшь.

Я резко выдохнула и распахнула дверь. Маршалл стоял в дверном проёме, дыша, как бык, перед которым помахали красной тряпкой. Мощная грудь под тонкой тканью рубашки быстро вздымалась, а чёрные глаза полыхали гневом.

Он выглядел устрашающе. Передо мной был не тот Тео, что нежно называл меня «Птичкой», а кто-то другой – темнее, опаснее.

Этого Тео я не знала совсем.

В испуге я машинально сделала несколько шагов назад. Он зашёл в квартиру, захлопнул за собой дверь и, не давая времени опомниться, рванулся ко мне.

– Получила своё и теперь нос от меня воротишь? – заорал он так, что мне захотелось закрыть уши, чтобы спасти перепонки.

– О чём ты? – ровно спросила я, скрестив руки на груди, хотя внутри всё дрожало.

– О чём я? – Его красивые губы скривились в злой усмешке. – Какая же ты всё-таки лживая дрянь, – выплюнул он, не скрывая презрения.

Моё сердце вновь бешено забилось от обиды, а в левом виске запульсировало от гнева. Как же меня достало, что все вокруг считают себя вправе оскорблять и использовать меня.

Я больше не боялась Маршалла. Я хотела его уничтожить. И сделать ему больно.

Вскинув руку, я влепила ему пощёчину. Она была настолько мощной и жгучей, что моя рука, встретившись с его каменной челюстью, заныла от боли. Но я стерпела и вскинула руку вновь, чтобы добавить Маршаллу пусть и маленькую, но новую порцию боли.

Он не дал мне этого сделать – перехватил запястье и сжал.

– Никогда больше не смей поднимать на меня руку, – прорычал он.

– А ты не смей называть меня лживой дрянью, – ответила я и попыталась вырваться, но он резко дёрнул меня на себя.

– А кто же ты тогда? – Его пальцы больно сжали мои щёки, заставляя поднять голову. – Думаешь, ты особенная и тебе всё можно?

Я усмехнулась.

– А ты ведь, кажется, говорил, что «не мальчик на побегушках»? Но заметь, сейчас ты за мной бегаешь. Я не собираюсь прогибаться под тебя, Маршалл. И не позволю больше вытирать об себя ноги. Иди найди себе другую покорную дуру для секса. Ту Сэнди из клуба, например. Она наверняка мечтает сделать тебе минет.

Глаза Тео вспыхнули. Он вжал меня в стену и склонился ближе, оставляя между нашими лицами считанные сантиметры.

– Я не бегаю за тобой, милая, – его голос опустился до низкого, вибрирующего тембра, – а просто пришёл забрать своё. Ты кое-что задолжала мне, – и добавил на ухо: – Минет в том числе.

Я дёрнулась, пытаясь оттолкнуть его, но он был недвижим, как скала.

– Выметайся. Из. Моей. Квартиры, – процедила я, прожигая его взглядом. – Своей токсичностью ты и так уже испоганил ауру этого светлого места. Не порти мне ещё и жизнь!

Я трепыхалась в его руках, реально чувствуя себя долбаной птичкой в клетке – маленькой и жалкой. Это бесило меня, но как бы я ни билась, силы были не на моей стороне. Маршалл вцепился в меня мёртвой хваткой и будто превратился в каменное изваяние.

Вскоре я устала и затихла.

Тео смотрел на меня сверху вниз, его лицо всё больше походило на мрачную маску. Он нахмурился, затем вдруг резко отпустил мои руки, но не отступил. Опёршись ладонями по обе стороны от моей головы, он тяжело вздохнул.

Вместо того, чтобы выскользнуть из кольца его рук, вытолкать его огромное тело из квартиры и навсегда забыть, я замерла, разглядывая его. В чёрных глазах до сих пор бушевала буря. Не просто раздражение или злость – что-то дикое, неукротимое, готовое снести всё вокруг с корнями. Головой я понимала, что от таких безумцев нужно бежать, как от огня. Но сердцем почему-то непреодолимо тянулась к нему.

Как заворожённая, я смотрела в непроглядную тьму его глаз, зачем-то пытаясь найти в ней хоть какие-то отголоски прежнего Тео – доброго, заботливого, весёлого. Того, с кем мы только вчера сидели на диване в гостиной, пили чай и смотрели его любимый мультфильм. Того, кто невзначай поправлял сползающий с меня плед, когда думал, что я не замечаю.

Мне отчаянно захотелось вернуть этого Тео. Моего Тео. Я знала, он был там. Его нужно было просто… позвать.

И я позвала.

– Тео, – тихо произнесла я и положила дрожащую ладонь ему на грудь. Его сердце колотилось, как у загнанного зверя. Я позвала снова: – Тео, ты со мной?

Его взгляд резко смягчился, в нём мелькнуло что-то растерянное, уязвимое. Словно он только сейчас осознал, кто перед ним стоит.

А затем он нежно обхватил моё лицо и еле слышно выдохнул:

– Птичка…

Внутри меня что-то щёлкнуло и болезненно сжалось. Я больше не думала и поцеловала его, не давая шанса снова уйти в холодную ярость. Прижавшись к нему всем телом, обвила его шею руками и ласково погладила по затылку, не отрываясь от мягких, податливых губ.

Но Тео вдруг прервал поцелуй и прижался лбом к моему лбу.

– Ханна, – прохрипел он, тяжело дыша. – Ещё секунда – и я не смогу остановиться.

Горячий воздух между нами пульсировал от напряжения. Было немного странно слышать это от того, кто приехал сюда только за сексом. Могло ли скрываться за этим что-то ещё?

В данный момент я не собиралась углубляться в эти мысли.

– Не останавливайся, – прошептала я, судорожно расстёгивая его рубашку. – Я хочу тебя, Тео.

Да, глупо было лгать ему и самой себе в обратном. Притяжение к Маршаллу было в тысячу раз сильнее гравитации Земли.

Тео подхватил меня под ягодицы и усадил на ближайшую поверхность – это была кухонная тумба – и развязал пояс моего совсем не сексуального розового махрового халата.

Когда полы распахнулись, глаза Тео расширились, и он сглотнул.

А я только сейчас вспомнила, что так и не надела бельё.

– Я принимала ванну, – смущённо пояснила я. – И… не ждала гостей.

Маршалл с нескрываемым восхищением разглядывал моё тело. Его глаза поглощали каждую частичку кожи, веснушки и родинки. И чуть дольше задержались на тонкой полоске рыжих волосков на лобке.

Мне стало неловко сидеть перед ним обнажённой, в такой откровенной позе, и я попыталась свести колени, но Тео не позволил.

– Нет, – сказал он и, разведя их шире, подошёл ко мне вплотную и стянул халат с моих плеч.

Тёплые пальцы невесомо пробежались по моей молочной коже, обводя изгиб шеи, контуры плеч и нежно касаясь запястий.

Я задрожала, чувствуя, как меня захлёстывает горячая волна желания от этих нежных прикосновений. Внизу живота нестерпимо заныло, мысли окутало туманом.

– Значит, рыжий правда твой натуральный цвет, – улыбнулся Тео и коснулся тех самых волосков.

– А ты, значит, и в этом сомневался? – фыркнула я и быстро расстегнула пуговицы его рубашки до конца, после чего отшвырнула её в сторону.

Мои брови слегка дрогнули, когда я увидела его тело. Я видела немало мужских торсов, но Тео и тут отличился. Его фигуру будто создала сама природа, о которой он так заботился, иначе как объяснить, что он был похож на грёбаного Аполлона, спустившегося с Олимпа?

Чёткий рельеф мышц без излишней перекаченности, широкие плечи, сильные руки с соблазнительно проступающими венами. Вишенкой на торте был пресс – шесть идеально выточенных кубиков, вписанных в плавные линии тела, уходили вниз, теряясь под поясом строгих брюк. Боюсь представить, сколько времени он проводит в зале, чтобы поддерживать такую безупречную форму.

Его кожа отливала бронзой, а тёмные волоски на груди ложились тонким узором, словно природа нанесла последние штрихи к совершенству. Маршалл притягивал к себе всем своим существом, вызывая непреодолимое желание прикоснуться, ощутить, запомнить.

– Нравится то, что ты видишь? – спросил Тео, так же внимательно разглядывая меня, и я лишь кивнула в ответ, проводя руками по его горячему торсу. – Мне тоже, – обхватив меня за затылок, он приник к моим губам в глубоком поцелуе.

Я с готовностью впустила его язык и застонала. Мои ноги обвились вокруг его талии, а руки с жадностью ощупывали рельеф мышц, наслаждаясь тем, какими твёрдыми они были, как перекатывались под моими пальцами.

Глаза Тео были закрыты, а его губы, оторвавшись от моих, начали исследовать лицо. Скользили по щекам, подбородку и спустились к шее, оставляя горячие жадные поцелуи на коже.

Раньше я всегда следила за тем, чтобы мужчины не оставляли следов на моей шее, она была слишком чувствительна к прикосновениям. Но с Тео я хотела увидеть засосы. Это было бы ярким напоминанием о его страстных поцелуях, о том, что он был со мной этим вечером.

Что мы были вместе.

– Ты вкуснее любого десерта, Ханна, – прошептал Тео мне на ухо и чуть прикусил мочку. – Я так сильно хочу тебя.

В его голосе и движениях отчётливо ощущалось вожделение. Древнее. Первобытное. Оно пылало жаждой захвата и обладания.

Я тихо охнула и выгнулась в спине, когда его пальцы коснулись меня между ног и, собрав влагу, мягко проникли внутрь. И я зависла в прострации, наслаждаясь его ритмичными ласками.

Этот мужчина умел быть бесконечно нежным. А ещё он прекрасно знал, где и как касаться меня так, чтобы всё моё тело трепетало от восторга. Это одурманивало, распаляло и лишало рассудка. Никогда раньше я не испытывала такого возбуждения – острого, жгучего, от которого внутри всё ныло и скручивало.

Я жалобно скулила, уткнувшись лбом в его плечо, цеплялась за густые волосы, пока одна его рука искусно порхала над клитором, а другая терзала соски. Моё тело изголодалось по ласке, и сейчас Маршалл восполнял этот недостаток в избытке.

Я всё же нашла в себе силы и убрала его руки. Я уже была на грани, но не хотела приходить к разрядке от петтинга, ведь в брюках напротив меня ждала гораздо более серьёзная игрушка.

– Хочу увидеть его, – хрипло пробормотала я и начала нетерпеливо расстёгивать ремень.

Тео ухмыльнулся.

– Что? – спросила я, чувствуя, как горит моё лицо. – У меня почти год не было секса. Так что не издевайся.

– Год? – опешил он, помогая мне расстегнуть брюки. – Серьёзно?

– Угу. А у тебя сколько не было?

– Чуть больше недели.

Фыркнув, я дёрнула его ремень резче, чем планировала.

– Не злись, детка. – Маршалл улыбнулся и мазнул большим пальцем по кончику моего носа. – За этот год меня никто ещё не заводил так, как ты.

Мои руки замерли на резинке его трусов.

Не нужно, Ханна, не спрашивай его. Не порть момент. Заткнись, заткнись, заткнись!

– А кто заводил до этого? – вызывающе спросила я, и Тео нахмурился.

– Это уже не имеет значения.

Он снова приник к моим губам, явно затыкая мне рот. Но я не стала сопротивляться, потому что сейчас это правда не имело значения.

Спустив его брюки вместе с трусами, я оторвалась от губ Тео и наконец воочию увидела этого гиганта. Его член был большим и таким толстым, что я едва сомкнула вокруг него пальцы.

– Ого, – выдохнула я. – А дьявол тебя очень любит.

Тео рассмеялся.

– Хочешь попробовать его?

Я хотела. Правда. Боялась только, что он не поместится в мой рот.

Еле оторвав взгляд и руки от его внушительного достоинства, я посмотрела Маршаллу прямо в глаза.

– Как-нибудь в другой раз. Я хочу тебя, Тео.

Он кивнул, а затем чмокнул меня в лоб.

– Обычно я использую презерватив, но с тобой… хочу попробовать без него.

Я пила противозачаточные, но тоже предпочитала секс с презервативом, пусть так он и был менее приятным. В первую очередь я всегда думала о собственной безопасности. Но с Тео я не хотела никаких ограничений. Я хотела почувствовать его в себе целиком, без всяких барьеров.

Поэтому кивнула.

– Я пью таблетки. И я здорова, кстати. Проверяюсь регулярно.

– Я тоже здоров.

На самом деле вот уже восемь лет я была бесплодна в результате неудачного аборта, но продолжала пить противозачаточные. Врачи рекомендовали их для нормализации уровня гормонов, менструального цикла и общей стабилизации репродуктивной системы.

Но Тео не нужно было об этом знать. Это было слишком личное и слишком больное.

– Я могу быть крупноват для тебя, – сказал он, вырывая меня из мрачных мыслей, и приставил головку своего члена к моему входу.

Я улыбнулась.

– Не бойся, я приму тебя всего, – сглотнув, я чуть подалась вперёд, насаживаясь на него.

Тео стиснул зубы и сжал мои бёдра.

– Не спеши, Птичка, иначе я опозорюсь перед тобой слишком быстро.

Я рассмеялась, но замерла в предвкушении, давая ему полную свободу действий. И он медленно толкнулся в меня, не отрывая потемневшего взгляда от моего лица.

Я охнула, понимая, что Тео не шутил, а я где-то просчиталась, потому что явно недооценила размер. После годового отсутствия близости и при моих маленьких габаритах, ощущать в себе такую мощь было немного больно. Но с каждым следующим движением Тео растягивал меня всё больше, погружаясь глубже, и я сама не заметила, как привыкла к нему.

– Боже! – вскрикнули мы в унисон, когда Тео оказался во мне целиком и замер.

– Тебе не больно? – спросил он, обхватывая моё лицо руками. – У тебя там так тесно, с ума сойти можно.

Я лишь мотнула головой, а затем вильнула бёдрами и, прикрыв глаза, застонала от удовольствия.

– Чёрт, Ханна!

Маршалл уткнулся мне в шею и, сжав мои ягодицы, начал двигаться внутри меня быстрее и агрессивнее. Я впилась ногтями в его мощную спину, наслаждаясь тем, как тяжело он дышит и стонет около моего уха.

– Нравится тебе власть, которую ты надо мной возымела? – прорычал Тео и, обхватив меня за затылок, чуть отвёл мою голову назад и начал посасывать кожу на шее.

– Да, – прохрипела я, жадно хватая ртом воздух. С каждым новым и грубым толчком он задевал особую точку внутри, из-за чего перед моими глазами всё расплывалось от наслаждения. — О боже, да!

– Назови моё имя, – потребовал Тео и замедлился, прервав поток удовольствия, который уже нёс меня к финишу, где главным призом был долгожданный оргазм. – Или я остановлюсь.

Он серьёзно ставит мне условия в такой момент?

Я возмущённо стукнула его в плечо, и Тео реально остановился. Твою мать, он ведь издевается над нами обоими!

Чёрт с тобой, Маршалл.

Я мило ему улыбнулась и томно протянула:

– Теодор…

Он покачал головой и куснул меня за нижнюю губу.

– Нет, забудь это имя, Птичка. Для тебя я просто Тео.

Я обхватила его лицо руками и слегка сжала щёки.

– Просто Тео, пожалуйста, замолчи уже и трахни меня.

Его глаза сверкнули и потемнели.

– Как пожелаете, мисс Смит, – улыбнулся он и вместе с жадным поцелуем продолжил быстро врываться в меня, а я двигалась ему навстречу, усиливая ощущения.

Это было волшебно. То, чего мне так не хватало весь год, Тео дал мне с лихвой. Он затмил всех моих любовников и даже тут оказался на вершине.

Наши тела ударялись друг об друга с влажными звуками. От каждого движения я дрожала от удовольствия и сбивчиво бормотала имя Тео, ласкала его языком, орала, срывая до хрипоты горло.

Он одновременно был и сильным, и мягким, и грубым, и нежным. Держал меня в своих руках с такой чуткостью, будто боялся, что я рассыплюсь. Покрывал поцелуями мои плечи и шею, поддерживал меня, менял угол проникновения так, чтобы мне было приятнее.

Смотря в мои глаза, он видел меня, а не просто объект для траха.

В этот момент я поняла, что между нами уже было нечто большее, чем просто физическое влечение – настоящее притяжение. Будто два магнита с противоположными полюсами – он северный, а я южный – наконец-то соединились.

Мы упивались друг другом так, словно дорвались до своего самого желанного лакомства. Не просто использовали друг друга для секса, а искренне наслаждались нашей связью.

И я не хотела терять это чувство – ту близость, которая появилась между нами. Терять… его.

– Тео… – всхлипнула я, цепляясь за его плечи, шею, волосы. Мне хотелось раствориться в нём целиком, остаться в этом моменте навечно, но у моего тела были другие планы. – Я больше не могу.

– Давай, – сказал он хриплым голосом, сжимая мои волосы у затылка и вбиваясь в меня сильнее. – Я сразу за тобой, детка.

Я улыбнулась и в следующую секунду моё тело прострелил такой мощный оргазм, словно внутри взорвалась бомба. Я притянула Маршалла к себе и, закрыв глаза, с жадностью поцеловала его, позволяя волнам удовольствия охватить каждую голодающую клеточку.

Тео прижимал меня к себе, гладил по волосам и с упоением глотал мои стоны. А затем я почувствовала, как тело мужчины в моих руках задрожало, и открыла глаза. Тео смотрел на меня. Его лицо в момент разрядки было настолько ошеломляюще красивым, что я коснулась его руками, ощущая под пальцами играющие от напряжения желваки. Он выглядел как божество, стоящее на грани самоконтроля. Живое воплощение силы, страсти и совершенства.

Через пару секунд Тео уже не мог сдерживаться. Срываясь в свою бездну, он громко зарычал и, сжав мою талию, излился в меня с гулким стоном.

Я обняла его, прижалась к его тёплой влажной коже, положив голову на грудь. Всё вокруг исчезло и затихло, и я позволила пустоте ненадолго накрыть меня. Обмякнув в крепких мужских руках, я наслаждалась этим чувственным покоем и восхитительными ощущениями лёгкости и беззаботности. Сердце под моим ухом постепенно замедляло свой ритм. Пока мой дикий Медведь приходил в себя, я ласково гладила его по влажной спине, а с моего лица не сходила глупая улыбка.

– Ты как? – спросил Тео через несколько минут, осторожно приподняв моё лицо.

Я покрутила пальцем вокруг головы, имитируя искры.

– В ауте.

Он хрипло рассмеялся и прижался губами к моему лбу.

– Я тоже. Это было… хорошо.

– Да, хорошо, – повторила я и, поцеловав его, зачем-то выпалила: – Останься со мной сегодня.

И тут же пожалела об этом.

Я для него никто и не смела просить о таком, зная, что у него болеет мама. Это было эгоистично с моей стороны, и чувство стыда накрыло меня с головой. Особенно, когда я увидела хмурое и какое-то печальное лицо Тео. Возможно, он и сам хотел остаться. А я лишний раз напомнила ему, что это невозможно, и поставила нас обоих в неловкое положение.

Идиотка.

– Извини, ляпнула, не подумав, – смущённо пробормотала я и, накинув халат на плечи, соскользнула с его обмякшего члена и спрыгнула на пол. – Можешь ехать домой.

Я отвернулась от него, запахнула халат и быстро направилась в сторону спальни, чтобы он не видел моё горящее от стыда лицо.

Отчётливо услышав в тишине звук застёгивающейся молнии, я поняла, что он сейчас уйдёт. И от этой мысли мне стало так плохо, что я сжала зубы, пытаясь сдержать всплеск эмоций. Нестерпимо захотелось заплакать. Но слёзы всё ещё были мне недоступны, и я лишь ощутила, как боль сдавила горло.

– Стой. – Тео успел схватить меня за руку уже у спальни и больше не дал сдвинуться с места. Крепко прижав к себе спиной, он уткнулся подбородком в мою макушку. – Я… останусь.

Моё сердце от шока упало в ноги, а затем рикошетом вернулось в исходное положение и забилось быстрее.

– Не нужно, правда. Я не должна была просить тебя об этом. Твоя мама…

– Успокойся, всё нормально, – перебил он и развернул меня к себе, но я не смела взглянуть ему в глаза и просто уставилась на его восхитительный обнажённый торс, на котором теперь имелось несколько следов от моих ногтей.

– Посмотри на меня, Ханна. – Тео провёл пальцами по моим пылающим щекам и приподнял мою голову. Наши глаза встретились, и я невольно сглотнула. – Я выйду на пять минут. Позвоню матери, отпущу Фрэнка и вернусь.

– Не стоит, Тео. Мне будет очень неловко.

– Я останусь, – чётко повторил он, разглядывая моё лицо. А затем вздохнул и признался: – Потому что и сам этого хочу. Хочу… быть рядом с тобой.

Я не могла поверить в реальность происходящего. Несколько минут назад я занималась самым лучшим в жизни сексом с Тео Маршаллом, а сейчас он собирался нарушить свои правила и остаться у меня на ночь. Остаться со мной – наглой журналисткой и лгуньей, по его словам.

Почему он хотел этого? Я не знала. Он, судя по всему, тоже не знал.

Не удержавшись, я встала на носочки, обвила его шею руками и поцеловала в губы. Тео прижал меня к себе, приподнял за талию и с готовностью ответил на поцелуй.

– Спасибо, – сказала я, с трудом оторвавшись от его сладких губ. – Только не ври маме. Скажи, что ты со мной. Что это я тебя попросила.

– Она знает, что я с тобой, – усмехнулся он, ставя меня на ноги.

Я удивлённо моргнула.

– То есть, она уже знает про меня? – Он кивнул. – Откуда?

– Я рассказал. – Тео пожал плечами и подобрал с пола свою рубашку. – С тех пор, как ты появилась в моей жизни, – он нахмурился, раздумывая, стоит ли продолжать, – мама как будто немного оттаяла. Причины мне неизвестны. А ещё ей понравились твои духи. Жасмин и фрезии.

Я вскинула брови. Это был мой любимый аромат от Dior, которым я неизменно пользовалась уже три года. Но как она узнала?

– Она садовод, – пояснил Тео, заметив мой немой вопрос. – Разбирается в растениях. А твои духи впитались в мою рубашку, когда ты впервые уснула на мне.

– Оу, ясно, – только и могла сказать я.

– Я скоро вернусь, – приведя себя в приличный вид, Тео подошёл к двери, но вдруг обернулся и заявил: – Только я очень голодный, Ханна. У тебя найдётся что-нибудь перекусить? Кроме чипсов и круп.

– Я приготовлю ужин, – кивнула я и широко улыбнулась.

Тео тоже кивнул и, криво улыбнувшись, вышел из квартиры.

Моя душа пела и радостно танцевала в груди в обнимку с сердцем. Всё вокруг казалось ярче, чем обычно, а собственное отражение в зеркале глупо улыбалось мне в ответ. Я выглядела… счастливой.

Что со мной происходит?

Оставшись в одиночестве, где в воздухе всё ещё витали ароматы парфюма Тео и нашей близости, я наконец поняла, в чём было дело.

Не думала, что это случится так быстро. Я всегда избегала привязанностей, строила стены, чтобы защититься от чувств. Чтобы больше никогда не стать уязвимой.

Во время секса я ещё сомневалась, но момент… момент, когда Тео остался со мной, когда он сказал, что хочет быть рядом, стал поворотным. Это не просто секс, не просто мимолётное желание.

Сердце глухо стукнуло в груди. Улыбка медленно сползла с моего лица.

Я нарушила обещание.

Я влюбилась в Теодора Маршалла.