В понедельник Картер опять не пришел.

Немного подождав и убедившись, что на сообщения он не отвечает, Мариана не стала терять время. Она быстро переделала все дела и, допивая на ходу белковый коктейль, принялась намечать дальнейшие планы. Можно было сидеть и дожидаться, когда он появится. А можно было пойти к нему на квартиру в надежде застать его.

Мариана вдруг вспомнила разговор с начальником поисково-спасательной службы в парке Джошуа-Три. Он объяснил, что гораздо легче обнаружить пропавшего человека, который находится на одном месте, и если Шэй постоянно меняет позицию – из-за голода, жажды, в результате травмы или ранения, – то найти ее меньше шансов.

– Мы надеемся, она где-нибудь в укрытии, – говорил он, – вдали от диких животных и стихии. Тогда не придется долго искать, если нападем на ее след…

Конечно, речь теперь шла не о пустыне. Мариане с Картером не грозили ни койоты, ни гремучие змеи, ни резкая смена температур. Однако, вспомнив о поисках Шэй, Мариана смогла побороть волнение и найти разумный компромисс. Она решила посидеть час-другой дома, оценить обстановку, а если Картер не появится, то немного спустя пойти к нему.

Но совсем скоро Картер все-таки появился. А вместе с ним – аномалия. На настенном экране показывали сюжет с заголовком: «Доисторическое существо на площади Юнион-сквер».

«Значит, уже не в парке Гарднер, а на Юнион-сквер… – подумала Мариана. – Что-то опять изменилось».

Она прибавила звук.

– …на Юнион-сквер, и вот перед нами мамонт, – рассказывал репортер. – Кстати, это не шерстистый мамонт, а мамонт Колумба. Но никто еще не знает, каким образом он здесь появился.

Вокруг мамонта на почтительном расстоянии собралась толпа. Зеваки глядели на животное со страхом и восхищением, тыкали пальцами и взволнованно шевелили губами.

Лишь один человек стоял в толпе неподвижно. Когда он поднял лицо к камере, Мариана сумела его разглядеть. И как только она поняла, кто этот человек и почему он там стоит, появление анахронизма в петле сразу отошло на второй план.

– Система, перекрути на тридцать секунд назад, – приказала она.

В ответ раздался сигнал, и на экране замелькали предыдущие кадры.

– Вот, стоп!

Запись остановилась. Мариана вплотную подошла к горящей панели экрана, рассматривая изображение. В толпе стоял Картер. Склонившись над блокнотом, он сжимал в пальцах ручку. Длинная челка закрывала глаза. И чем дольше Мариана всматривалась в знакомую худощавую фигуру, тем больше понимала, что с Картером что-то не так.

– Система, включи запись.

Картер стоял в толпе неподвижно, как изваяние. Он больше походил на того человека, который в понедельник испуганно стучал к ней в дверь, чем на того Картера, который устроил пикник на вершине холма в четверг.

Мэгги, почувствовав тревогу хозяйки, начала тереться у ног и заглядывать в экран.

– Система, переключись на прямую трансляцию.

Кадры прокрутились, и теперь сцену показывали в другом ракурсе: на экране был виден мамонт, а также часть толпы и приехавшие охранники. Картер стоял на том же месте, хмурясь и быстро что-то записывая. Потом он захлопнул блокнот, и Мариана увидела ярко-желтую обложку. Камера снова переместилась.

– У нас в гостях палеонтолог доктор Анна Ли Ньюиц, – объявил телеведущий. – Доктор Ньюиц, у меня к вам два вопроса. Во-первых, что это может быть? Фальшивка? И во-вторых – чем же все-таки отличается мамонт Колумба от шерстистого мамонта?

Палеонтолога Мариана слушать не стала: у нее нашлись дела поважнее. Надо было думать о Картере, переживать за него. Попытаться его найти. Она не сомневалась в том, что временная аномалия рано или поздно сведет их вместе. И тогда, возможно, удастся получить ответы на все вопросы.

Мэгги шмыгнула из-под ног с громким мяуканьем, словно угадав дальнейшие действия хозяйки.

– Правильно, Мэгги! – сказала Мариана и оглядела комнату, быстро соображая, что с собой взять в дорогу. – Надо спешить. Но свое лакомство ты получишь.

На площади собралась огромная толпа. За ее тесными рядами мамонт был не виден, однако присутствие странного существа все равно ощущалось. Полиция огородила предмет всеобщего любопытства баррикадами, за которые пропускали только зоологов и охрану. Все глаза были устремлены на диковинное животное.

И только Мариану странное явление ничуть не занимало: она проталкивалась сквозь плечи и локти, то и дело оглядываясь по сторонам – не появится ли над головами взъерошенная копна черных волос, не мелькнет ли среди сумок и рук знакомый ярко-желтый блокнот. Продираясь сквозь толпу, она старалась ничего не пропустить. Кругом был страшный шум: болтовня, громкоговорители, жужжание воздушного транспорта.

Вдруг, нечаянно обернувшись, она увидела вдалеке Картера. Забыв про шум и толкотню, Мариана стала искать глазами дорожку в толпе людей. Мамонт тем временем не стоял на месте, а передвигался вокруг памятника Джорджу Дьюи. Толпа валила вслед, увлекая за собой Картера. Уже нисколько не церемонясь с галдящими зеваками, Мариана изо всех сил пробивалась вперед. Но было поздно: Картер исчез.

И тогда, отбросив всякую вежливость, она закричала так пронзительно, что рядом кто-то подпрыгнул он неожиданности:

– Картер! Картер! Я здесь!

Ответа не последовало – лишь раздраженные взгляды стоявших вокруг людей. Мариана побрела дальше, спотыкаясь о чьи-то вещи, расталкивая спины и рюкзаки.

– Картер! – кричала она во все горло.

И вдруг сквозь гомон толпы и выкрики полицейских послышался голос:

– Я здесь!

Сгруппировавшись, Мариана нырнула в толпу и прибавила шаг.

– Картер!

Расталкивая собравшихся, наступая им на ноги и крича при этом с силой пожарной сирены, Мариана уже не обращала никакого внимания на окружающих. Через несколько дней все вернется назад, а сейчас самое главное – найти его. Люди толкали ее локтями, кричали что-то вслед, но Мариане было все равно. Она выкрикивала его имя, и он всякий раз откликался. Голос звучал все ближе.

Впереди какой-то мужчина развернулся и стал выбираться из толпы. Люди вокруг него посторонились, расчистив ему дорожку, и Мариана увидела Картера прямо перед собой. Он распахнул ей навстречу руки, и она бросилась в его объятия. Прильнув к нему, она чувствовала тепло его тела, слышала дыхание. Крепко обнявшись, они замерли, словно боясь потерять друг друга.

– Ты обещал позвонить, – всхлипывала она. – Я везде тебя искала…

– Я тоже… Поверь, я тоже… – твердил он, зарывшись лицом ей в волосы.

Но когда он снова поднял голову, Мариана увидела в его глазах растерянный взгляд.

– Умоляю, скажи мне, – произнес он, отчаянно морща лоб. – Как твое имя?

Они сидели под деревом в небольшом парке всего в нескольких кварталах от Юнион-сквер. С площади по-прежнему доносился шум, но Мариану он не тревожил. Лишь только когда Картер ненадолго замолчал, глядя в серое небо, она прислушалась к отголоскам толпы.

– Со мной что-то творится… Ничего не могу запомнить. В голове все перепуталось.

Мариана взяла его за руку, их пальцы переплелись, и на лице Картера мелькнула тень улыбки.

– Давай еще раз прокрутим, – сказала она, мысленно анализируя ситуацию. – Значит, повтор начался как обычно, а что потом?

– Я знал, что нужно поговорить с тобой. Но имя… имя твое забыл. И номер телефона, и адрес. Все, что я раньше знал, исчезло из памяти… кроме лица. Оно вставало передо мной как живое.

Голос Картера вдруг потеплел, и в глазах появился блеск.

– Да, лицо видел ясно. И кошку твою – Мэгги – тоже вспомнил. И пикник наш с тобой… мексиканский суп… Все это сохранилось в памяти. А вот кто ты – хоть убей, не мог вспомнить.

Мариана кивнула, с трудом подавив волнение. Ясность рассудка была необходима сейчас, как никогда.

– Ты не забыл сбросить блокировку на телефоне?

Картер нахмурился: по лицу было видно, что он мысленно клянет себя.

– Ничего, не волнуйся, – сказала Мариана, сжимая его руку, но ответного пожатия не почувствовала. – С твоим мозгом что-то происходит, но только себя не ругай. Итак, ты не мог меня вспомнить. А что дальше?

– Свои записи из прошлого повтора я помнил отлично. Знал, что расследование не закончено. И еще мамонта в парке Гарднер тоже вспомнил.

– Но теперь он появился в другом месте.

– Может, измерить расстояние между этими двумя точками?.. – задумался Картер, доставая ассистента. – Не знаю, поможет ли… В общем, я просто решил отправиться туда и понаблюдать. Все записал, как обычно.

– Ты сегодня позавтракал?

– Ну а как же! – с ухмылкой ответил Картер. – Должно же хоть что-то быть постоянным, когда все меняется.

Мариане хотелось рассказать ему обо всех испытаниях, которые им вместе пришлось пережить, и о том, что осталось невысказанным.

«Нет, не время, – подумала она. – Сейчас нельзя отвлекаться».

– Итак… Факт: во-первых, в петлю попадают существа из прошлого. Во-вторых, из твоей памяти стираются отдельные воспоминания. Гипотеза…

Мариана замялась, но потом, отбросив чувства, решила взглянуть на факты трезво и объективно.

– Гипотезы у меня две. Первая: провалы в памяти связаны с временными аномалиями. Вторая: эти два явления друг от друга не зависят.

– Какая из них верная?

– Еще не знаю. Возможно, и та и другая. Итак… в чем же будет заключаться эксперимент?

Картер посмотрел в сторону Юнион-сквер.

– Сперва выясним, что со мной происходит. И как сюда попадают существа из далекого прошлого. А потом найдем выход.

– Какой же это эксперимент, – засмеялась она, – это цель! Да не одна, а целых три.

– Вот и хорошо. Главное – цель поставить, а там разберемся.

– Значит, морских прогулок больше не будет? – спросила Мариана полушутя.

«А что, если попробовать воссоздать тот миг? – подумала она. – К чему намеки, забытые воспоминания? Взять просто и повторить все сначала, собрать куски воедино, но уже не спонтанно, как в первый раз. А осознанно и с пониманием происходящего. Вот это был бы эксперимент!»

– Не-а, – ответил Картер с ухмылкой. – Культурные мероприятия оставим на потом. Надо исправить положение.

«Культурные мероприятия… А о круизных лайнерах даже ни слова», – с горечью подумала Мариана и молча кивнула в ответ.