Криина

Первый визит Криины в лагерь Фирса напугал ее, пока она не увидела, как их мало и как хрупки их тела. Она могла бы задушить их голыми руками без особых усилий, представись такая возможность. Их дерзкие полосы на лицах обещали жестокость, но могли ли такие хрупкие существа быть жестокими? Возможно. Судя по груде полусъеденных туш, они одолели самых разных животных. Может, их странные цветные полосы на лицах должны были подражать полосам Кошки, чтобы пугать животных, заставлять их замирать на месте достаточно долго, чтобы их можно было зарезать?

Ее взгляд вернулся к шкурам, на большинстве из которых еще оставалось мясо.

Зачем позволять таким ценным вещам гнить?

Мужчины должны были бы вычистить шкуры, но в тот первый визит, пока Криина ухаживала за больными, они предпочитали упражняться со своим оружием, в основном с дальнобойным копьем и оружием, похожим на дубинку Народа — палицей, используемой для раскалывания валунов или, при необходимости, черепа добычи. Отряд Фирса не выглядел достаточно сильным, чтобы размозжить череп животного.

Одно оружие она не узнала — изогнутая ветвь с тетивой на обоих концах. Каково было его предназначение?

Фирс попросил ее прийти сегодня, чтобы проследить за результатами предыдущего лечения. Он намеревался отвезти ее обратно к Народу, когда закончит, но Гора изменила этот план, когда взорвалась. Фирс теперь счел это слишком опасным и предложил ей остаться с Высокими, пока они не выйдут за пределы влияния Горы или пока она не успокоится.

Криина согласилась.

Он, казалось, вздохнул с облегчением.

Осмотрев раны, Криина принялась за чистку шкур, сказав Фирсу, что его племени — отряду — они понадобятся для кочевья. По правде говоря, груды шкур, нетронутые с ее последнего визита, вызывали у нее отвращение. Если бы она позволила им сгнить, это означало бы, что животные отдали свои жизни не более чем ради того, чтобы стать чьей-то едой. Почтить их жертву было важнее, чем дела, ждавшие ее в ее племени.

Она с головой ушла в кропотливую работу, уверяя первоначальных владельцев, что ценит их, и украдкой наблюдая за Фирсом. Высокий раскрашенный мужчина, которого его соратники называли воином, интриговал ее так, как никто со времен Примитива Люда, который однажды спас ей жизнь.

Волосы на затылке Криины встали дыбом. Она почти обернулась, но остановилась.

Ю'унг.

Фирс присел рядом с ней.

— Что не так?

Как он это увидел?

Она заставила свои губы улыбнуться.

— Ничего. Все хорошо. Теперь лучше.

Пусть думает, что я имею в виду его присутствие.

Чтобы подкрепить свои слова, Криина расслабила плечи и придвинулась к Фирсу. Это сказало Ю'унг, что ее мать пришла с Высокими — и с Фирсом — по доброй воле. Новый Альфа Народа могла уходить, готовить свое племя к кочевью.

Криине удалось заслонить от Фирса то место, где должна была прятаться Ю'унг — где Криина была бы на месте Ю'унг, — но он ни разу не посмотрел на холм за пределами лагеря, его взгляд был прикован к Криине.

Чтобы удержать его внимание, она сказала:

— Эти шкуры гниют. Я их вычищу, — и потянулась через него за более острым камнем.

Она задела его, и по ее телу пробежала дрожь энергии. Это ее поразило.

И обрадовало.

Его лицо вспыхнуло, и он взял ее за руку.

— Оставь это на потом. Давай пройдемся.

Он проворно встал, как и Криина, и они неторопливо вышли из лагеря, в то время как другие мужчины все еще кричали от своих мнимых побед.

Кроме одного. Его глаза следили за ее шагами, пока она и Фирс не исчезли, и покалывание на ее затылке не утихло.

— Я пришел исследовать, а не завоевывать, — сказал Фирс.

Завоевывать. Странный термин. Она бы попросила его объяснить, но ей не хватало его тарабарских слов, чтобы выразиться ясно.

— Мне нравится твой дом, Криина, его холмистые горы и бесконечные стада, хотя я скучаю по многому на своей родине.

— Например?

— По теплу. Когда наша лодка впервые коснулась ваших берегов, ваш прохладный воздух заставлял нас постоянно дрожать в наших тонких, коротких накидках. Одежда и обувь, обычные для вашего Народа, не нужны там, где мы живем.

— Поэтому шкуры и гниют? Вы не привыкли нуждаться в большом количестве одежды?

Она, должно быть, хорошо скрыла свой сарказм, потому что он ответил так, словно это был серьезный вопрос.

— Верно. Там, где мы живем, за морем без берегов, всегда жарко. Племя твоего рода, где мы высадились, показало нам, как превращать шкуры животных в теплую одежду. Их родина — это то место, куда мы отведем твой Народ, если они решат путешествовать с нами.

Криина задумалась об этом, отложив, чтобы обсудить позже.

— Ты хорошо научился, Фирс. Твои швы лучше моих.

Фирс усмехнулся.

— Мы и на нашей родине шьем, и я принес иглу. Она тоньше твоей, сделана из птичьей кости и создает более плотные швы. У нас она защищала от жары. Здесь же мы хотим защититься от холода.

— Вы ушли из-за жары?

Фирс ковырялся в зубах иглой дикобраза.

— Отчасти. Сначала стада мигрировали, как они всегда делают в жаркое время, но вернулось их не так много, как обычно. Мы думали, это из-за чрезмерной охоты хищников. Что еще хуже, вода, на которую мы полагались, высохла, не успев пополниться стоком с гор. Наши старейшины, особенно самый главный — Провидец, — сказали, что мы должны найти новую родину, иначе не выживем.

— Кто этот Провидец?

— Провидец — целитель и вожак в нашем отряде. Он попросил воинов и разведчиков исследовать прилегающие к нашим земли. Я откликнулся.

В голове Криины роились тревоги — о Провидце, о море без берегов, о земле, такой теплой, что там не нужна одежда, — но она отложила их, чтобы сосредоточиться на том, что для нее и для Народа было самым важным.

— Что вы обнаружили?

— Все, что требовалось.

Все? Это мне ничего не говорит.

Она нахмурилась про себя, но приняла нейтральное выражение лица.

— Вы вернетесь на свою родину?

Взгляд Фирса скользнул в сторону.

— Мы бы уже ушли, если бы не ты.

Криина вздрогнула, чуть не споткнувшись о корень.

— Я?

— Ты все изменила.

— Что ты имеешь в виду? — ее голос дрогнул.

— Провидец велел нам найти целительницу с большими светлыми глазами и рыжими волосами. Ни у кого из твоего рода нет и того, и другого. Кроме тебя.

Криина поджала губы.

— Этот… Провидец… он знает обо мне? Я никогда его не встречала. — Она стала ждать, когда Фирс объяснит.

Что он, в своем роде, и сделал.

— Я видел тебя, с твоим отрядом… племенем… но не в той обстановке, чтобы подойти. Я пытался выследить тебя, но растущий гнев Горы заставил меня сосредоточиться на запасах мяса для путешествия к морю без берегов. Тогда-то мой отряд и наткнулся на Ю'унг и Б'о. Копье в Вепре сказало мне, что они охотятся на ту же добычу, что и я со своим отрядом. Я прочесал местность и мельком увидел, как они прячутся. Должно быть, они охотились вдвоем, знали о наших дальнобойных копьях, что убивают на расстоянии, и не знали, что мы настроены дружелюбно. Я видел их с тобой и подумывал окликнуть, но не знал, поймут ли они мои слова.

— Обсудив это с моим отрядом, мы решили выследить твоих охотников до их стоянки, поделиться мясом. К несчастью, мы добрались туда уже после того, как ушло Солнце. Твои охотники и так уже считали нас врагами. Прийти в темноте… мы решили подождать до следующего дня.

— А на следующий день там была ты, рыжеволосая женщина-целительница, которую велел нам искать Провидец. — Он искоса взглянул на нее и добавил: — Хотя, думаю, его побуждения теперь отличаются от моих.

Криине нечего было на это ответить, поэтому она задала вопрос, который ее смутил.

— Ты плохо видишь ночью со своими маленькими глазами?

Он выглядел сбитым с толку.

— Мы используем факел.

Криина расхохоталась.

— Такой неестественный свет выдает хищникам твое присутствие.

Лоб Фирса сморщился.

— Это неосторожность? Или ум?

— Глупость, конечно!

— Почему? — прорычал он. — Факелы говорят хищникам, чтобы они нас избегали, а если не избегают, мы их убиваем.

Криина поморщилась от его невежества.

— Полагаю, причина, по которой вы так много говорите, тоже в том, чтобы их напугать.

— Чтобы общаться! — заикаясь, ответил Фирс. — Ночью слишком темно, чтобы видеть жесты рук или тела.

Как они вообще выжили?

— Фирс. Если слишком темно, мы используем свист или щебет, естественные звуки, которые не выделяются как нечто странное. Вот почему ты никогда не видишь мой народ.

— Мы видели многих!

— Ю'унг часто шпионила за тобой и ни разу не была замечена.

Фирс закусил иглу дикобраза, обдумывая ее слова.

— Это интересно. Но зачем нам скрываться? Мы — высшие хищники. Наше оружие останавливает врагов прежде, чем у них появится шанс причинить нам вред. Твой народ никогда нам не угрожал.

Криина коротко хохотнула.

— Мы тоже считаем себя высшими хищниками, но вместо того, чтобы выставлять это напоказ, мы сливаемся с окружением, становимся единым целым с жизнью вокруг нас.

Фирс не был убежден.

— Если вы высшие хищники, к чему беспокойство из-за шума?

Он не так умен, как должен быть тот, кто создал дальнобойное копье.

— Скрытность. Если враги — или чужаки — не знают о твоем присутствии, они не готовы к ответу.

Погоди, сейчас он услышит.

— Например, сегодня, придя в твой лагерь, я сказала Ю'унг, что со мной все в порядке.

Он дернулся, его взгляд метнулся по окрестностям.

— Как? Я никого там не вижу!

Криина рассмеялась.

— В том-то и дело.