Несмотря на хаос, вызванный их атакой, и свирепость Квасцов, Ваэлин не заметил признаков паники среди их врагов, реагируя на эту новую угрозу с единообразием, которое напомнило ему воларианских солдат-рабов. Они отошли от Красных скаутов и образовали плотный оборонительный узел в центре обеденного зала. Серия отрывистых приказов Шо Цая вскоре заставила разведчиков и выживших солдат выстроиться в круг, выставив копья и мечи, когда они приблизились для убийства.

Услышав гортанный крик за спиной, Ваэлин обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Цзянь вытаскивает свой меч-посох из кишок убийцы, который, притворившись мертвым, встал на дыбы и попытался вонзить кинжал в спину Цай Лин. Дай Ло отвесил ей сдержанный и очень короткий поклон в знак благодарности, прежде чем подойти и встать рядом со своим отцом.

“Арбалеты, Дай Шин?” - спросил он, кивая на все более плотную группу ассасинов.

“Мертвецы не разговаривают”, - ответил капитан. “И я горю желанием встретиться с тем, кто организовал этот прием”.

Словно в ответ, собравшиеся ассасины мгновенно замерли, все движения прекратились, не было слышно ни звука. Затем, как один, они рухнули, оружие со звоном выпало на пол из безжизненных рук. Шо Цай быстро подошел к ближайшему телу, проверяя пульс или движение в груди, затем выругался, когда ничего не обнаружил. Быстрый осмотр еще нескольких тел показал тот же результат.

“Проверьте раненых!” - приказал капитан, но тщательный осмотр каждого убийцы в зале подтвердил, что в живых не осталось ни одного.

“Ушли к своим предкам и унесли с собой их секреты”, - заметила Чиен, снимая мечом маску с одного убийцы. “То же, что и с другим”, - сказала она Ваэлину. “Его сердце остановил не яд”.

“Другой?” - Спросил Шо Цай у Ваэлина.

“На самом деле их было двое”, - сказал он. “А что касается того, кто это организовал, у каменщика есть очень четкое представление”.

◆ ◆ ◆

Они нашли губернатора Хушана в его покоях, плачущим у бассейна в купальне, темно-красная вода резко контрастировала с прекрасно иллюстрированной фарфоровой плиткой, покрывающей стены. Он шептал едва слышные мольбы, пока плакал, его пальцы играли в окрашенной в красный цвет воде, глаза были прикованы к телу его третьей жены.

Для этой тоже нет яда, подумал Ваэлин, увидев глубокие порезы, которые женщина нанесла себе на руки, одиночные порезы тянулись от запястья до локтя. Ее кровь вытекла бы за считанные секунды. После смерти она стала более похожей на человека, кукольное лицо стало пустым и уродливым. Просто мертвая женщина, плавающая в облаке собственной крови. Ваэлин сомневался, что ей могло быть больше двадцати лет.

“Никакого стыда ...” - тонким голоском всхлипнул губернатор, по багровой воде пошла рябь, когда он погрузился поглубже в бассейн. “Он учит, что в неудаче нет ничего постыдного ... Он все равно приветствовал бы тебя дома ... приветствовал нас ... ”

“Кто?” Спросил Ваэлин нарочито мягким, заботливым тоном. Нестройная пронзительность голоса губернатора и дикий блеск в его глазах, когда он перевел взгляд на Ваэлина, говорили о человеке, у которого сильно ослабла хватка за разум. “Кто бы тебя приветствовал?”

Некоторое время Хушан смотрел на него в полной тишине, слезы текли из немигающих глаз на его бороду. Затем он рассмеялся, тонким, скрипучим хихиканьем, которое вскоре переросло в сердечный рев неподдельного веселья.

“Предательский пес!” Шо Цай сплюнул. Хушан, казалось, едва заметил это, его безудержный смех заставил капитана шагнуть вперед, занеся меч для смертельного удара.

“Подождите”, - сказал Ваэлин, вставая между ними. “Мертвецы не разговаривают, помните?”

Он присел на корточки рядом с Хушаном, добродушно улыбаясь продолжающемуся веселью губернатора, прежде чем многозначительно перевести взгляд на мертвую женщину в бассейне. “На самом деле она не была твоей женой, не так ли?” спросил он.

При этих словах смех Хушана оборвался, выражение лица внезапно сменилось маской горя. “Она была привязана ко мне”, - пробормотал он. “А я к ней ... в Его глазах. Наша связь вышла за рамки простых формальностей брака. Через нее я услышал Его голос с другого конца Степи ... Она принесла такую ясность, такую мудрость ... Кто я теперь?” Его взгляд снова метнулся к Ваэлину, умоляющий, искренний в своем отчаянии. “Кто я без нее?”

Безумен, безусловно, заключил Ваэлин, глядя глубоко в пустоту за глазами губернатора. Но где-то там все еще должно быть знание. “Она услышала его голос”, - сказал он. “Темный Клинок. Через нее он говорил с тобой”.

“Больше, чем просто слова ...” Хушан неуверенно поднялся на ноги, Ваэлин жестом велел Шо Цаю оставаться на месте, когда капитан снова приготовил свой клинок. “Через нее я увидел так много вещей”.

Губернатор поскользнулся в кровавой луже, бело-серебристая шкура его плаща, волочась по воде, окрасилась в красный цвет. Новые слезы полились, когда он заключил мертвую женщину в объятия. “Она показала мне, что будет. Огонь и ярость всего этого. Уничтожение южан, которые сделали нас своими шлюхами”.

Вызывающий блеск появился в глазах Хушана, когда он бросил взгляд на Шо Цая. “О котором моя семья так долго молила Небеса. И, наконец, они ответили нам, вместе с Ним. ” Выражение снова исчезло с его лица, когда он посмотрел на женщину в своих объятиях. “С ней. Твой король-распутник может послать все армии в мире, это не будет иметь значения, ибо я видел, что произойдет. Это, — он притянул женщину еще ближе, прижимая ее безвольное тело к своей груди, — было всего лишь первым вкусом.

“Он сказал тебе убить нас, не так ли?” Спросил Ваэлин, стараясь не использовать слишком требовательный тон. “Наше прибытие сюда было неожиданным”.

“Ты?” В голосе губернатора снова появились веселые нотки, когда он перевел взгляд с Ваэлина на Шо Цая. “Он? Похититель имен и мальчик на побегушках у Короля торговцев. Он снова заплакал, прижимая голову женщины к своему плечу. “Ты не стоишь ни единой капли этой драгоценной крови. Он разберется с тобой вовремя, для своего небольшого развлечения”.

“Тогда зачем?” Ваэлин настаивал. “Собрать здесь столько ассасинов, должно быть, заняло недели. Подготовить это место, чтобы обеспечить его падение, когда придут Штальхасты, не вызывая подозрений, было нелегко. Зачем рисковать всем этим сейчас?”

“Спроси мальчика на побегушках”. На лице Хушана заиграла брезгливая, почти жалостливая усмешка, когда он мотнул головой в сторону Шо Цая. “Храм Копий действительно думает, что может изменить прошлое ...?”

Капитан двигался слишком быстро, чтобы у Ваэлина был хоть какой-то шанс остановить его, высоко подпрыгнув с поднятым мечом, описав им стремительную дугу и приземлившись в бассейн. Ваэлин увидел, как глаза Хушана в последний раз странно моргнули, когда его голова слетела с плеч. Кровь окрасила кафель, когда оба тела рухнули в воду, смертельно запутавшись.

“Он все еще хотел нам что-то сказать!” Ваэлин раздраженно посмотрел на Шо Тсая, когда капитан выбрался из бассейна, багровая вода стекала с его доспехов. Он ничего не ответил и направился к двери.

“Что он имел в виду?” Требовательно спросил Ваэлин, заступая ему дорогу. “О том, чтобы переделать прошлое”.

“Понятия не имею”, - ответил Шо Цай. “Просто лепет искаженного разума. Что бы эта ведьма с ним ни сделала, очевидно, она лишила его рассудка”.

“Он говорил о Храме Копий”, - сказал Ваэлин. “Где ты когда-то учился. Думаю, пришло время узнать о нем побольше”.

Черты лица Шо Цая, щедро украшенные кровью губернатора, дернулись, когда он встретился взглядом с Ваэлином, прежде чем его гнев внезапно испарился. “Я благодарю тебя за помощь этой ночью”, - сказал он, дочиста вытирая свой меч, прежде чем вложить его в ножны. “Но нам больше нечего обсуждать. И с кончиной губернатора у меня появилось много дел.”

Он коротко поклонился и обошел Ваэлина, прежде чем удалиться.

CХАПТЕР EВОСЕМНАДЦАТЬ

Потребовалось всего несколько минут в компании заместителя губернатора Хушана, чтобы понять, почему, в отличие от командующего городским гарнизоном и нескольких других уважаемых чиновников, он не привлек к себе клинка убийцы прошлой ночью.

“Губернатор... предатель?” Заместитель губернатора Нешим вытер лоб шелковым носовым платком. Как и Хушан, он был северянином с таким же широкоплечим телосложением, что несколько противоречило менее решительному характеру. “Его третья жена была ведьмой. Это невозможно, конечно”.

“Нет, достопочтенный сэр, это не так”, - сказал ему Шо Цай, его терпение явно начало истощаться. “Губернатор Хушан вступил в сговор с агентом Штальхаста против Достопочтенного Королевства”.

“Но она всегда была такой... милой. Прошло три года с тех пор, как он привез ее из северного патруля, рабыней, спасенной из лап дикарей, как он сказал ”.

“Три года”, - сказал Ваэлин. “Хороший промежуток времени, чтобы подготовить почву для их атаки. Собрать разведданные о силе обороны, заселить город наемными убийцами под ее началом. Похоже, Темный Клинок осторожен и терпелив.”

“Темный клинок”, - повторил заместитель губернатора Нешим, силк с удвоенной энергией хлопнул себя по лбу. “Так он приближается? Война действительно настигла нас?”

“Как я уже объяснял”, - сказал Шо Цай. “Я также объяснил, что титул губернатора и связанные с ним обязанности теперь переходят к вам”.

“Ко мне?” Нешим начал жевать уголок своего носового платка, который каким-то образом оказался у него во рту. “Правда?”

“Да, губернатор”. Капитан стиснул зубы и выдавил улыбку. Он погрузился в выжидательное молчание, которое Нешим, казалось, не испытывал ни малейшего желания заполнять, продолжая в ужасе жевать свой носовой платок.

“Возможно, ” сказал Ваэлин, - губернатору было бы легче формулировать свои приказы, если бы ему дали более полную картину текущей ситуации”. Он знал, что такое вмешательство, вероятно, было серьезным нарушением этикета, но каждый час, проведенный в этом городе, означал, что Шерин будет все больше ускользать от него. В то утро Ам Лин сообщил, что в его песне появились тонкие, но различимые нотки предупреждения.

“Она продолжает путь на север, брат”, - сказал каменщик. “Но опасность, с которой она сталкивается, растет с каждым днем”.

Тень раздражения промелькнула на лбу Шо Цая, прежде чем он вздохнул и повернулся к другому мужчине в комнате, фигуре с грубыми чертами лица, одетой в ничем не украшенную серо-стальную броню местных солдат. “Командир Дешай”, - сказал Шо Цай, отвешивая поклон, необходимый офицеру, приветствующему вышестоящего. “Насколько я понимаю, командование обороной города теперь возлагается на вас. Возможно, у вас есть отчет для губернатора?”

Дешай сухо кивнул, и Ваэлин заметил в нем степень понимания, которая значительно превосходила его недавно вознесшегося начальника. Младший командир был выше капитана по званию, но этот капитан пользовался благосклонностью Короля торговцев.

“Прошлой ночью мы потеряли более сотни человек”, - сказал Дешай губернатору. “Более половины были офицерами и старшими сержантами. Остальные были в основном опытными лучниками и инженерами. Также был поврежден главный шлюз, где канал встречается с Черной жилой, а это значит, что у нас будут проблемы с перемещением грузов с приличной скоростью, пока его не отремонтируют.”

“Который займет больше времени, чем обычно, потому что мы потеряли так много инженеров”, - задумчиво произнес Шо Цай, потирая легкую щетину на подбородке. Это было первое утро с начала их путешествия, когда Ваэлин увидел его небритым. “Офицеры, сержанты, инженеры, командир гарнизона и самые способные администраторы в городе. Очевидно, что это был удар, который долго планировался.”

“И доставлены пораньше”, - напомнил ему Ваэлин. “Это означает, что у этих способных джентльменов вполне может быть достаточно времени, чтобы все исправить, пока мы продолжаем нашу самую важную миссию”.

Шо Цай нахмурился от его резкого тона, но было очевидно, что необходимость откладывать здесь раздражала и его. “Какие сообщения были отправлены?” он спросил Нешима, который побледнел от этого вопроса.

“Сообщения?” спросил он, и платок наконец выскользнул у него из зубов.

“Да, губернатор, сообщения”, - повторил Шо Цай. “Сообщения, предупреждающие другие крепости в регионе. Сообщения в приграничные префектуры. Сообщения королю торговцев”.

Нешим некоторое время таращился на капитана, прежде чем собрался с духом. “ Я, э—э... ” Он кашлянул. “ Я займусь этим немедленно. Хотя мне, возможно, понадобится небольшая помощь с формальной формулировкой. Хушан всегда заботился о подобных вещах ... ” Голос Нешима затих, как будто простое упоминание имени предателя могло предвещать какую-то форму порицания. Однако Шо Цай не обратил на это внимания.

“Я буду рад помочь”, - сказал он. “Но наш почетный гость”, — он склонил голову в сторону Ваэлина“ — "был прав, напомнив мне о срочности нашей миссии. Я уведу свою роту на север до конца дня и вернусь как можно скорее. Когда я это сделаю, я надеюсь написать королю торговцев, проинформировав его о ваших тщательных приготовлениях к предстоящему нападению. Командир Дешай, я предлагаю тебе проигнорировать запрет бывшего губернатора на формирование ополчения и начать набор и обучение без дальнейших проволочек.”

Грубые черты лица подкомандующего выдавали настороженность, которая, очевидно, пересилила любое негодование от четких указаний в тоне Шо Цая. “Предложение с радостью принято, капитан”, - сказал он.

“Отлично”. Шо Цай подошел к Ваэлину и заговорил на языке Королевства. “Я не собираюсь оставаться с этими дураками дольше, чем необходимо. Готовь своих людей к выступлению и скажи Дай Ло, чтобы собрал красных разведчиков. Всех раненых придется оставить здесь. Каменотес будет во главе колонны с этого момента, пока мы их не найдем.”

◆ ◆ ◆

Шо Цай приказал роте двигаться на север в боевом порядке. Разведчики осматривали фланги и тыл, в то время как основные силы двигались широкой колонной по четыре в ряд. По указанию Ам Лина они пошли по рыхлой гравийной дорожке вдоль восточного берега Черной Жилы. Река была полна лодок, переполненных людьми, почти в таком же нищем и растрепанном виде, как те, кого они встретили по дороге в Кешин-Хо. Несмотря на очевидный голод, они работали своими веслами с длинными лопастями с решительной энергией, устремив взгляды на обещание убежища, которое лежало за южным горизонтом. Ваэлин увидел много раненых, среди них были с перевязанными головами и конечностями, у некоторых были свежие ожоги. Какими бы ни были иллюзии покойного губернатора Хушана, Ваэлин сомневался, что недавно воскресший бог Штальхаста пришел в пограничные земли как освободитель.