“Угроза немедленной казни”, - сказала Эрлин. “И тот факт, что квартал окружен довольно большой стеной. Вы обнаружите, что жители Дальнего Запада - ничто иное, как скрупулезность”.

Улицы сужались по мере того, как они продвигались вглубь города. Эрлин поворачивала то в одну, то в другую сторону с подсознательной фамильярностью, свидетельствовавшей о незатуманенной памяти, независимо от каких-либо телесных недостатков. Ваэлин вскоре оценил заметные различия в здешней архитектуре: почти все дома построены из дерева, а не из камня, и вряд ли хоть один из них выше двух этажей. Крыши здесь были наклонены под более пологим углом, чем на востоке, каждая была густо покрыта терракотовой черепицей, с которой на головы прохожих падали набухшие капли росы, когда они проходили под ними.

“Какое это было бы место для вора”, - прокомментировал Сехмон. Ваэлин оглянулся через плечо и увидел, что разбойник задумчиво смотрит на нависающие крыши. “Каждый дом находится на расстоянии не более нескольких ярдов друг от друга, и если вы поскользнетесь, падение вас не убьет”.

“Нет”, - сказала ему Эрлин, останавливаясь и кивая на символ, нарисованный красной краской на стене углового дома. “Но Малиновая Полоса сделает это, если поймает тебя. Я советую тебе обуздать свои порывы, молодой человек. Здесь никто не ворует без разрешения.”

“Алая полоса?” Спросил Ваэлин, подходя к Эрлин сбоку, чтобы рассмотреть символ. Он был круглым, с замысловато изогнутым иероглифом в центре.

“У всех городов есть изнанка”, - сказала Эрлин. Они подошли к перекрестку из пяти улиц, и он вглядывался в каждую по очереди с напряженным, настороженным ожиданием. “И те, кто им управляет. Нам понадобится их помощь, чтобы выбраться за стену”.

“Так вот куда мы направляемся? Логово этой банды”.

Эрлин насмешливо фыркнула. “Банда’ - слишком неподходящий термин. А что касается их логова, я не смогла бы найти его, даже если бы захотела.”

“Тогда куда ты нас вел?”

“Не столько где, сколько когда”. Внезапно взгляд Эрлин метнулся к ближайшей крыше. Ваэлин ничего не увидел, но его уши уловили слабый скрип сдвинутой черепицы. В течение нескольких ударов сердца он услышал еще несколько звуков из окружающих домов.

“Когда что?” - требовательно спросил он.

“Всякий раз, когда они обращали внимание на группу вооруженных иностранцев, разгуливающих по их улицам без разрешения. Не смей!” - рявкнул он, когда Эллис потянулся за стрелой. “Все вы, не предпринимайте никаких действий, которые могут быть восприняты как угроза”.

Взгляд Ваэлина блуждал по крышам, закрытым ставнями окнам и стенам, пока на перекрестке царила густая тишина. Его взгляд скользнул по пустой улице, затем замер, когда из-за темного угла появилась женщина. Она стояла в дюжине футов от них, черты лица слегка любопытные, без тревоги или подозрительности. На ней были простая куртка и штаны свободного покроя из темно-коричневого хлопка, и у нее не было оружия, насколько он мог видеть. Однако уверенность и отсутствие беспокойства, которые она проявила, заставили его заключить, что она далеко не беззащитна.

Тишину нарушила Эрлин, вежливо пожелав доброго утра на Чу-Шин и низко поклонившись. Выпрямившись, он сложил руки в любопытный жест, сжав левую руку в кулак над правой с растопыренными маленьким и указательным пальцами.

В ответ женщина слегка наклонила голову, ее взгляд скользнул с Эрлин на Ваэлина, а затем на остальных. Ее лицо обладало юношеской гладкостью, которая контрастировала с опытом, который он увидел в ее прищуренных глазах, без сомнения оценивающих угрозу, которую представлял каждый из них. Завершив обследование, она моргнула и снова сосредоточилась на Эрлин, говоря мягким, почти мелодичным голосом: “Это будет поцелуй скорпиона для всех вас, если вы говорили неправду”.

С этими словами она повернулась и пошла по улице. Эрлин поспешила за ней, жестом предлагая Ваэлину и остальным сделать то же самое.

“Я так понимаю, поцелуй скорпиона не доставляет удовольствия?” Мрачно пробормотал Норта.

“Я окажу тебе услугу, даже не описывая этого”, - ответила Эрлин. “Скажу только, что однажды я видела, как человек откусил и проглотил собственный язык, чтобы избежать этого”.

◆ ◆ ◆

Последующее путешествие было еще более долгим и запутанным, чем путь, проложенный Эрлин. Женщина двигалась быстрым шагом, заворачивая за углы с регулярностью, которую, как знал Ваэлин, делала намеренно, поскольку его взгляд выхватывал ориентиры, мимо которых они проходили по крайней мере один раз до этого. Очевидно, она хотела убедиться, что за ними нет слежки, прежде чем привести их к месту назначения. Судя по продолжающемуся постукиванию потревоженных плиток сверху, они оставались под постоянным, хотя и невидимым наблюдением.

Женщина, наконец, остановилась у дверей невзрачного магазинчика. Из дверного проема и окон постоянно валил пар, и Ваэлин узнал дальневосточный символ чая, начертанный на вывеске, висящей над перемычкой. Женщина поклонилась и жестом пригласила их войти, продолжая сохранять свою позу, пока они колебались.

“Никогда не вводи незнакомца в незнакомую дверь”, - сказал Норта. Его глаза блуждали по окрестным улицам, и Ваэлин заметил, как в предвкушении сжалась его рука, говорившая о настоятельном желании дотянуться до меча, висящего у него за спиной. По крайней мере, он боится, а не хочет пить, решил Ваэлин.

“Если ты хочешь найти то, за чем пришла”, - сказал Эрлин с натянутой улыбкой на губах, отвечая на поклон женщины, - “тогда у тебя нет выбора. Единственный путь вперед лежит через эту дверь.”

Ваэлин повторил поклон Эрлин, прежде чем направиться к двери. Внутри витал сладко пахнущий пар, который скрывал большую часть деталей и, по-видимому, делал любого посетителя уязвимым для нападения. В клубящемся тумане он заметил несколько фигур, все сидели за столами, где фарфоровые чайники с длинными носиками добавляли еще больше пара в атмосферу. Ни одна из сидящих фигур не повернулась, чтобы посмотреть на проходящего мимо высокого иностранца, и Ваэлин почувствовал нарочитое безразличие.

Дюжина шагов привела его к прилавку, еще более окутанному паром, чем остальная часть магазина. Пар валил из дюжины или более медных чайников, большая его часть выходила через широкое отверстие в потолке. Одинокая фигура двигалась среди чайников с обнаженными руками и торсом, одетым в фартук, переходя от одного блестящего сосуда к другому, поднимая и наливая кипящую воду в ряд чайников на стойке.

“Жди здесь”, - сказала женщина Ваэлину, подойдя к стойке и встав, сложив руки вместе и опустив голову. Мужчине потребовался длительный промежуток времени, прежде чем он обратил на нее внимание, неоднократно появляясь и исчезая в клубах пара, чтобы наполнить свои тарелки. Череда официантов приходила и уходила от стойки, чтобы передать их клиентам. Как и клиенты, они были щепетильны в том, что не обращали внимания на иностранцев в своей среде.

“Ты стар”, - сказал мужчина за прилавком, его голос поразил своей резкостью и удивили его слова; они были произнесены на совершенном языке Королевства.

Он наполнил еще одну кастрюлю, затем поставил чайник, оперся руками о столешницу и пристально посмотрел на Эрлина. Ваэлину было трудно определить возраст мужчины. Его голова была совершенно лысой, а лицо чисто выбритым. Его обнаженные руки не были широкими, но изобиловали отточенными мышцами, кое-где покрытыми бледными неровными полосами, которые говорили о ранениях, полученных в бою. Только едва заметные морщинки вокруг его глаз и глубина пристального взгляда, который они бросали, говорили Ваэлину, что это человек с несколькими десятилетиями тяжелого опыта за спиной.

“Мой дед назвал тебя Хо-ан Ла”, - продолжил мужчина. “Нестареющий’. И теперь ты возвращаешься, чтобы выставить его лжецом”.

“Возраст приходит ко всем нам”, - ответил Эрлин с робкой улыбкой на губах. “Даже ко мне, старый друг”. Он указал на Ваэлина. “Могу я представить...”

“Ваэлин Аль Сорна”, - перебил мужчина. “Повелитель башни Северных Пределов”. Он моргнул и сосредоточил свой пронзительный взгляд на Ваэлине. “Ты очень далеко от дома, и здесь ты не по приглашению Короля торговцев”.

“Твое восприятие всегда было предметом удивления”, - сказал Эрлин. Понизив голос, он подошел ближе к стойке. “Нам нужно обсудить дело, достопочтенный Пао Лен. Бизнес как частного, так и прибыльного характера.”

Взгляд Пао Лена перебегал с Эрлин на Ваэлина и обратно. Его лицо оставалось бесстрастным, но Ваэлин уловил нежелание в медленном кивке, который он дал, прежде чем отрывисто приказать женщине в Чу-Шине. “Задняя комната. Чай для этих остальных. Он сделал паузу и адресовал свои следующие слова Ваэлину. “Они будут убиты, если попытаются уйти до того, как мы завершим наше дело”. Он все еще говорил на чу-Шин, хотя Ваэлин понятия не имел, откуда этот человек узнал, что он может говорить на нем.

“Понял”, - сказал он нейтральным тоном. “Подождите здесь”, - сказал он остальным, когда мужчина исчез в туманных глубинах магазина.

“И что делать?” Поинтересовался Норта.

“Пей чай, брат”. Ваэлин последовал за Эрлин, когда женщина подняла планку в стойке и жестом пригласила их войти. “Возможно, тебе понравится”.

◆ ◆ ◆

“Однажды у меня был двоюродный брат, который путешествовал в ваше Королевство”. Пао Лен сидел на табурете за маленьким круглым столиком, на котором рядом с тремя чашками стоял чайник. С этими словами он налил в каждую чашку темную жидкость с цветочным ароматом, и Ваэлин отметил, что тот ни разу не пролил ни малейшей капли. “Он занимал высокое положение в рядах Багрового отряда, ” продолжал Пао Лен, ставя чайник на стол, - и много лет был нашими глазами и ушами в вашей стране. К сожалению, некоторое время назад он был замучен до смерти агентом вашего покойного короля, и с тех пор наши отчеты были отрывочными.”

Он жестом пригласил Ваэлина и Эрлин сесть и они сидели в молчаливом ожидании, глядя на дымящиеся чайные чашки перед собой. Эрлин поднял свой после небольшого колебания, осторожно подув на жидкость, прежде чем сделать маленький глоток. “Летучий лис”, - сказал он, удивленно приподняв брови. “Ты оказываешь нам честь, Пао. Наслаждайтесь этим, милорд, - сказал он, когда Ваэлин понюхал свой кубок. “Лучшая смесь листьев, которую можно найти на Дальнем Западе. За один фунт этого можно получить столько же в серебре”.

Рассудив, что Эрлин не стал бы пробовать его чашку, если бы заподозрил яд, Ваэлин последовал его примеру. Он нашел чай приятным, с легким покалыванием на языке, но недостаточно вкусным, чтобы оправдать его предполагаемую цену. “И все же, ” сказал он Пао Лену, делая глоток, - ты обладаешь достаточными знаниями, чтобы знать меня в лицо, несмотря на потерю твоего кузена”.

“Человек, владеющий таким богатством, может рассчитывать только на славу”. Пао Лен перевел взгляд на Эрлин, продолжая говорить почти без паузы. Багровая банда, как оказалось, мало нуждалась в любезностях официальных лиц Далекого Запада. “Почему ты сейчас такой старый? Когда я впервые увидел тебя, я был мальчиком. В следующий раз я был мужчиной, а ты не старше. Теперь мы оба старики.”

Лицо Эрлина омрачилось, и он сделал еще несколько глотков чая, прежде чем ответить. “Благословения Небес были отняты у меня. Я обнаружил, что не скучаю по ним.” Он улыбнулся, выпрямляясь в деловой позе. “Но я не буду утруждать тебя долгим рассказом о горе, почтенный Пао, ибо я помню, что ты всегда был прежде всего коммерсантом. Лорду Ваэлину, его спутникам и мне требуется проход в Высокий Храм. И мы не хотим беспокоить короля торговцев бременем нашей компании. Лорд Ваэлин распоряжается богатствами, как ты мудро заметил. Ты будешь щедро вознагражден.

“Высокий храм”, - повторил Пао Лен. “Итак, ты хочешь совершить еще одно паломничество к Нефритовой принцессе. Почему? Ты думаешь, она вернет твое благословение?”

“Нет, старый друг. Я не настолько наивен. Хотя, должен признаться, мне бы очень хотелось услышать ее песню еще раз, прежде чем я покину этот мир”.

“Тогда почему?”

“Тебе обязательно знать наши мотивы?” Спросил Ваэлин. “Нам нужны твои услуги, и мы готовы за них заплатить. Наша цель - это наша собственная”.

Он увидел, как лицо Эрлин предупреждающе дернулось, хотя Пао Лен не выказал особой обиды. “Необходимо?” спросил он мягким тоном. “Нет. Но, безусловно, желательно, выгодно. Любое знание приносит пользу. Именно благодаря знаниям Багровая полоса процветает. Например, мы знаем с точностью до унции вес золота, добытого в Северных Пределах за последние пять лет. Мы знаем, что вы правите там, но не в состоянии обогатиться в процессе. Мы знаем, что когда-то ты был монахом-воином на службе религии, поклоняющейся мертвым, и что ты провел пять лет в альпиранской темнице за убийство наследника их императорского трона. Мы знаем, что вы были генералом вашей королевы во время войны, в результате которой она завоевала Воларианскую империю. И мы знаем, что она тратит золото, которое ты добываешь в своих владениях, на восстановление завоеванных ею земель и выращивание армий для завоевания большего. Теперь ты здесь. ”

“Мое дело в этих землях личное”, - сказал ему Ваэлин. “Фактически я нахожусь здесь без ведома или разрешения моей королевы. По законам Объединенного Королевства это делает меня вне закона, и я предстану перед судом, когда вернусь.

“Ты так многим рискуешь ради чисто личного. Странно, что человек, настолько погрязший в чувствах, поднялся так высоко, или это все из-за твоего мастерства в бою?” Пао Лен наклонил голову, изучая Ваэлина еще пристальнее, его глаза, казалось, пристально поблескивали. “ В основном, возможно. Но не все. В тебе есть нечто большее, чем просто убийца. Ваше присутствие здесь - нарушение спокойствия, еще одно зерно, способное склонить чашу весов и нарушить баланс, который поддерживает гармонию на Дальнем Западе. Но Багровая полоса никогда не процветала благодаря гармонии. Говорят, что Небесные Предвестники находятся за границей. Предзнаменований и слухов предостаточно, и до нас доходят вести о великой битве в Железной Степи. Приближается война, и чаша весов скоро упадет, и когда это произойдет, Багровая полоса получит свою награду из последовавшего за этим хаоса. Так было всегда. С самых ранних дней Изумрудной империи до возвышения Королей-Торговцев.”