Стоя и слушая вздор проповедника, Руголо снова с неудовольствием подметил, насколько выделяется здесь его одежда, хотя, по собственным меркам, он оделся весьма сдержанно. Окружающие всё чаще поглядывали на него с неприязнью и подозрением. Но из-за того, что среди толпы неспешно прохаживались прокторы, он счёл неразумным последовать первому порыву и уйти — пришлось задержаться почти на час.

Теперь улицы были заполнены людьми, спешащими домой. Руголо внимательно смотрел по сторонам и на прохожих, и вовремя заметил знакомую, одетую в темное фигуру, быстро вышедшую из-за угла. Похоже, это был тот самый замаскировавшийся навигатор, старавшийся идти в тени. Руголо последовал за ним быстрым шагом, стараясь не переходить на бег. Внезапно он оказался в пустом тупике, Каллиден впереди пропал.

Торговец добежал до конца узкого тупика, и обнаружил проход, идущий под прямым углом, параллельно главной дороге. Его добыча, должно быть, надеялась удрать этой дорогой — а это означало, что навигатор подозревал, что Руголо идёт за ним. Идя по переулку, Руголо думал о причине странного поведения молодого человека. Может быть, он был изгоем, изгнанным из Навис Нобилите за какое-то преступление или проступок? Может быть, ему даже запретили заниматься своей профессией? О радость! Одинокий, брошенный звездопроходец, изгнанный из своего дома! Без возможностей заработать на жизнь! Это именно то, в чём нуждался Руголо.

Руголо находился на планете не первые сутки, и был готов к тому, как быстро наступила ночь — сгустилась тьма, последние несколько мрачных лучей света Апекса не смогли проникнуть сквозь покрытое сплошными облаками небо. Их место заняли тусклые уличные фонари, слабо разгоняющие мрак, но через час даже они должны были отключиться.

Руголо дошел до конца проулка и увидел, что он разделяется на два направления. Он грязно выругался — навигатор был потерян.

Затем откуда-то справа, на уходящей во тьму дорожке между домами, он услышал сдавленный вскрик. Руголо поколебался, разрываясь между необходимостью и осторожностью. Вытащив крошечный пластиковый пистолет из тонкой кобуры, спрятанной за поясом под одеждой — ношение любого оружия было незаконным в Гендове — он двинулся вперед, стараясь держаться ближе к одной из стен.

Впереди под слабым янтарным светом уличного фонаря боролись четыре фигуры. Одним из них был молодой человек, назвавший себя Пелором Каллиденом. С его лба была сорвана синтетическая кожа, обнажая третий глаз навигатора, варп-глаз. Трое нападавших, к удивлению, Руголо, оказались гендованами. Как и Каллиден, все они были молодыми людьми. Вероятно, они считали свою одежду вызывающей и даже противозаконной — на их мрачной, обычной черной одежде было одно или два крошечных пятна приглушенного, красновато-коричневого или темно-синего цвета. Неудивительно, что такие «бунтари» держались самых темных переулков.

Двое держали Каллидена за руки, а третий кричал ему в лицо.

— Смотрите! Это он! Мы так и думали — мы за тобой наблюдали!

— Нет… — простонал Каллиден.

— Да! И теперь ты доставишь нас в Око!

— Давайте вытащим его отсюда.

Насколько мог судить Руголо, хулиганы были безоружны. Он спокойно вышел под свет лампы, спрятав в ладонь крохотный пистолет.

— Что тут происходит? Я думал, что граждане Апекса V идеальные джентльмены. Вижу, ошибался. И теперь давайте дождемся прокторов.

Каллиден, которого перестали держать под руки, упал, а его похитители уставились на Руголо. Они могли прятать оружие, поэтому торговец решил не рисковать. Он поднял правую руку и дважды выстрелил из пластикового пистолета. Первая пуля попала молодому человеку, оскорблявшему Каллидена, в грудь. Другая ударила в живот одного из державших навигатора. Глаза обоих выпучились от боли и шока, отброшенные назад, они рухнули.

Руголо отступил чуть в сторону, меняя линию огня, чтобы выстрелом в третьего преступника не задеть Каллидена, но в этом уже не было необходимости, тот бросился бежать во тьму.

Каллиден чуть пришёл в себя. Его трясло.

— Спасибо… вам! — выдохнул он.

Руголо с интересом посмотрел на варп-глаз молодого звездоплавателя, видневшийся в середине лба. Зрачок был довольно большим и темным, почти пурпурным, с мягким блеском. По нему была видна его молодость и тот факт, что им мало пользовались. Чем старше и опытнее навигатор, тем больше увеличивался зрачок. За годы, проведенные в космосе, Руголо видел навигаторов, у которых в третьем глазе белый цвет исчез совсем. По общему мнению, находиться рядом с такими навигаторами было опасно: они могли убить человека одним взглядом.

Точно так же третий глаз Каллидена производил на Руголо то же впечатление, что и варп-глаза всех звездопроходцев: инопланетный, немигающий взгляд. Это совсем не походило на естественный орган, скорее на что-то искусственное, приживленное.

— Не навигатор, да? — насмешливо спросил он.

Молодой человек виновато приложил руку к третьему глазу, ощупывая порванную синтетическую кожу. Затем он полез в карман за платком, который поспешно завязал, прикрыв лоб.

— Я сказал правду! — пробормотал Каллиден дрожащим голосом. — Я не навигатор!

— Вот зачем продолжать лгать, отвергая очевидное?

— Я не навигатор!

Руголо цинично усмехнулся.

— Конечно, нет. Ты только под него замаскировался. А потом замаскировал маскировку. Давай, нам лучше двигаться. Скоро комендантский час.

Каллиден в ужасе уставился на два распростертых тела.

— А что насчет них?

— Что насчет них?

— Вы убили их! Разве они это заслужили?

— О, да всё они заслужили! Но они не мертвы. — Руголо разжал правую ладонь и показал маленький пистолет, аккуратно уложенный в ладони. — Он стреляет низкоскоростными тупоконечными пулями. Они убьют человека только в случае, если ему не повезет. Пули не повреждают кожу, они просто впрыскивают через нее нейтрализующий препарат. Эти головорезы проснутся примерно через двадцать часов с множеством внутренних ушибов. Возможно, они даже смогут снова встать через пару недель.

— Терпеть не могу насилие!

— Тем не менее тебе его причинили, навигатор.

— Я не...

— Знаю, знаю, ты не навигатор.

Каллиден посмотрел на крошечный пистолет.

— Почему ты вообще вооружен? Оружие здесь запрещено. С ним не выйти из космопорта.

Руголо восхищался наивностью молодого человека.

— Он сделан из пластика. Детекторы космодрома его не видят.

Он сунул пистолет обратно в кобуру и кивнул, направляясь обратно на главную улицу. Улицы пустели и в тусклом свете уже казались безлюдными.

— Чего от тебя хотели эти парни? — спросил он у Каллидена.

— Как и вы, они думают, что я навигатор. Вы знаете о великом варп-шторме? Том, который они называют Оком Ужаса? Здесь ходят слухи, что миры внутри него содержат невероятные сокровища. Некоторым безумцам приходит в голову идея отправиться на поиски этих сокровищ. Они хотели, чтобы я провел их в Око.

Руголо задумчиво посмотрел в небо. В этой части Галактики Око Ужаса, или, на высоком готике, Окуларис Террибус (у него были и другие названия: Водоворот Ада, Циклон Хаоса и тому подобное), был виден невооруженным глазом в виде огромного вихря звезд, как миниатюрная галактика. Он не был уверен, обращено ли это полушарие Апекса V на Око Ужаса днём, и в любом случае ночное небо обычно было закрыто облаками, но идея космической сокровищницы, подвешенной над головой, была интересной.

— Я думал, что невозможно попасть в Око. Из-за варп-шторма.

— Войти туда всегда можно. Вот выбраться оттуда — это совсем другое дело. Хотя это тоже можно сделать. — Голос Каллидена упал до бормотания. — Я должен поблагодарить вас за то, что пришли мне на помощь. А теперь я лучше пойду к себе на квартиру. Не хочу, чтобы меня поймали на улице.

Руголо с удовлетворением отметил, что Каллиден говорил как специалист в навигации.

— Тебе нужно беспокоиться не о прокторах, — сказал он. — Твои добрые приятели, которые только что пытались тебя похитить, несомненно, найдут того, кто знает, где ты живёшь. Ты не можешь вернуться в свою квартиру.

На самом деле Руголо считал маловероятным, что юноше угрожала опасность. Он избавился от гендованцев слишком легко, похоже, они были лишь неопытными любителями. Его главным мотивом было завлечь Каллидена на «Странствующую звезду», где он мог снова попытаться убедить его согласиться стать корабельным навигатором.

Увидев, что испуганный Каллиден колеблется, он добавил: — Тебе действительно лучше пойти со мной.

— Ну, если только до завтра. А потом я поищу корабль, чтобы улететь отсюда.

«Интересно, есть ли у него деньги на билет?» — спросил себя Руголо, искренне надеясь, что нет. Неприкаянный навигатор, казалось, находился в трансе, идя рядом с ним в космопорт. Улицы Гендовы, теперь почти полностью опустевшие, были узкими, дома с высокими скатными крышами, отводившими частый дождь, стояли, тесно прижавшись друг к другу. Город был похож на своих жителей, замкнутый, без света и цвета. Прокторы исчезли, ночью их место заняли обычные стражи правопорядка, арбитраторы. Медленно поехали патрульная машина. Проезжая, она замедлилась, арбитратор в шлеме внимательно рассмотрел пару. Несмотря на разрешенный для передвижения час после наступления темноты, арбитраторы не хотели никого видеть во время своей работы.

Возможно, именно чужеземная одежда спасла их от задержания.

Они прошли через большую арку, обозначавшую пределы города, и дошли до выкованных из железа врат космодрома, распахнувшихся после того, как Руголо показал свои документы охраннику. Прежде чем они смогли попасть на само поле космопорта, им пришлось пройти через сканирующую машину, которая искала запрещённые к проносу предметы. Руголо подмигнул Каллидену — сканеру снова не удалось обнаружить его пластиковое оружие.

Никто из сотрудников космодрома не стал спрашивать данные Каллидена. Бандана и бледный изможденный вид производили впечатление, что он был навигатором Руголо.

В ярком свете башенных фонарей перед ними лежал космодром Гендовы. Это место было похоже на какую-то причудливую гигантскую свалку, усеянную неуклюжими зубчатыми формами, похожими на рушащиеся металлические замки. Это были грузовые и пассажирские суда разных типов. Их витиеватые, причудливые формы не имели смысла с точки зрения аэродинамики — это было не важно, мощь двигателей космических кораблей позволяла вытолкнуть их за пределы атмосферы — замысловатые турели, барочный декор и злобные горгульи были неотъемлемой частью таинственного техноволшебства Империума.

Даже самый большой из стоявших кораблей имел скромные размеры по сравнению с кораблями, летавшими между звездными системами. По-настоящему большие грузовые корабли в любом случае не могли приземляться или переправлять свои грузы на парковочную орбиту и с неё. Но большие корабли вообще не потрудились бы прийти на такую удаленную планету, как Апекс V.

Среди кораблей возвышались еще более высокие мостовые краны — единственный способ доставить товары в трюмы корабля — а дальше, почти вне поля зрения, в темноте, находились ремонтные верфи.

Пар и едко-пахнущие испарения клубились вокруг Руголо и Каллидена, когда они пересекали залитое бетоном поле. Со смесью гордости и смущения Руголо в конце концов указал на свой корабль, «Странствующую звезду».

— Вот он! — объявил он, придавая голосу веселье. — Наконец-то мы дома!

Каллиден нахмурился, критически осматривая грузовой кораблик Руголо. Это была приземистая, глыба, затмеваемая почти всеми окружающими кораблями, и определенно очень старая. Корпус с зазубринами и вмятинами, как будто сгнивший от ржавчины, рифленые колонны, закрывающие вентиляционные отверстия двигателя, были потрепаны и помяты. Его линии были ровнее и аэродинамичнее, чем у других кораблей на поле. Такая простота была знаком дешевизны постройки. Морды горгулий на корпусе стерлись от времени, и были едва заметны. Задачей изображений была помощь в отражении демонических созданий варпа, но Руголо скептически относился к их эффективности и никогда не удосуживался наносить новые или хотя бы очищать имевшиеся обереги.

«Странствующая звезда» была не выше девяноста футов в высоту. Уроженцу Гендовы эта высота показалась бы огромной — корабль был выше любого здания в городе. Для Руголо и любого другого астронавта корабль был мал. Обычно такого размера делались вооруженные разведывательные катера. Если бы у него был корабль побольше, ему бы жилось куда легче.

Как бы то ни было, из-за небольшого трюма корабля Руголо был вынужден перевозить дорогостоящие товары небольшого объема, что приводило к новым проблемам. Либо ему приходилось покупать такие товары самому, на что у него не всегда были деньги, либо, если это не удавалось, ему приходилось искать торговца, который доверил бы ему их перевозку, что не всегда было легко. Часто ему приходилось перевозить грузы, которые едва покрывали его текущие расходы.

«Как эти проклятые яблоко-персики», — с сожалением напомнил он себе.

По его настоянию они поднялись по корабельному трапу, прошли через шлюзовую камеру и вошли в небольшой трюм, занимавший большую часть корабля, затем по внутреннему трапу поднялись к помещениям экипажа в носовой части судна. Они состояли из кабины навигатора и немного большей каюты.

Каллиден заколебался и задрожал при одном взгляде на клаустрофобно тесную кабину управления. Казалось, он собирался запаниковать, пока Руголо осторожно вводил его внутрь. Из трех электролюменов, которые должны были давать свет, работал только один, с латунным креплением, потускневшим после долгих лет эксплуатации, дававший очень тусклый свет. Потолок был вогнутым, с открытыми рёбрами жёсткости и опорными арками, покрытый свисавшими проводами и трубопроводами. Он был настолько низким, что почти касался их голов. В воздухе стоял затхлый удушливый запах.