Дед Боря в зеркало заднего вида посматривал на пассажирку. Та сидела, уткнувшись лбом в стекло, и не проявляла никакого интереса к движению. На коленях лежала спортивная сумка. Взгляд отрешённый и куда-то в пустоту. Пока автобус не подкинуло. Подпрыгнув на сиденье, она снова выронила фотокарточку из рук. Тут же бросилась за ней.

– Извините, – подал голос дед Боря. – На обочину съехали.

– Куда? – не поняла пассажирка.

– Садитесь рядом. А то кричать неудобно, – позвал её водитель.

Анна, не возражая, пошла в начало салона и села на боковое сиденье, пристроив рядом сумку. Так, что ей теперь было видно водителя.

– Не думала, что на работу водителем берут пенсионеров, – удивилась она. – Извините, – тут же поправилась. – Я ничего такого не хотела сказать.

– Ну а кто ещё за руль этого старичка сядет, – усмехнулся по-доброму дедушка. – Мы с ним, поди, одногодки. Только мы друг друга и сможем понять.

Тут Анна огляделась и поняла, насколько старо и странно выглядит автобус. Она только в старых фильмах такие видела. В современном мире нет места потрескавшейся обивке и потёртым поручням. Никаких валидаторов и разъёмов для зарядки телефонов.

– А я точно туда села? – напряглась она.

– Уж не извольте беспокоиться, – успокоил её водитель. – Считайте, что вам даже повезло. Не с ветерком, но до нужного места довезу.

Анна вспомнила цель своей поездки, и тут же вернулось серое настроение. Но другого выхода она не видела.

Да и незачем его искать.

– Вижу, вас что-то беспокоит, – выдернул её из воспоминаний голос водителя. – Меня дед Боря зовут.

Что-то во всей этой обстановке и голосе было такое располагающее, что Анне захотелось поделиться своей историей. Как попутчику в поезде, с которым больше не увидишься, выйдя на своей станции. А ещё лучше, чтобы он вышел раньше, унося с собой твою историю. А ты сидишь, едешь дальше и смотришь в окно, где шлейф твоих переживаний ещё долго, но постепенно растворяется, завихряясь в воздухе и оседая пылью на обочине. Так и сейчас. Анна сама не поняла, как начала своё повествование…

Кирилл родился вполне здоровым ребёнком. Рост, вес. Все показатели были в норме. Обычный ребёнок. Аня с Сергеем не могли нарадоваться. Сын был желанным, а не «так получилось». Несмотря на ипотеку и желание карьерного роста. Сергей с Анной решили всё заранее. Аня сидит в декрете, пока это требуется их будущему ребёнку, а потом сразу наймут няню, и Аня тоже продолжит работать.

Розовощёкий карапуз тянул свои ручки и улыбался каждому новому дню и родителям в нём. Один год. Другой. Третий…

Всё случилось внезапно и совсем неожиданно. Это уже потом выяснилось, что чрезмерная капризность ребёнка и нездоровый сон были симптомами, которые все почему-то пропустили и не обратили внимание. На одном из плановых посещений врача Ане сказали:

– Нужно сделать дополнительные анализы, – врач листал страницы карты и как будто что-то искал там. – Не переживайте так. – Он поднял голову от бумаг и заметил замешательство Ани с сидящим у неё на коленях малышом. – Может, просто что напутали в лаборатории или что-то ещё. Я не вижу в старых записях повода для беспокойства.

В этом «что-то ещё» прозвучало что-то нехорошее.

Нехорошее не заставило себя долго ждать. К трём годам жизни Кирилла у него неожиданно обнаружили рахит. И уже в запущенной стадии.

– Но мы не стали отчаиваться! – Анна повернулась к водителю. – Рахит же лечится. Пусть не быстро, но мы справились.

Дед Боря понимающе кивнул. Анна продолжила.

Они справились. Жаль, конечно, было упущенного времени, тяжело осознавать, что ребёнок мучился. Но справились.

Пришла весна. Кириллу уже было почти пять лет, и его больше ничего не беспокоило. Близился его день рождения, и малыш очень ждал в подарок велосипед. С маленькими колёсиками по бокам. Они часто все вместе заходили в магазин велосипедов, и Кирилл как будто со знанием дела ходил, выбирал, спрашивал: «Какой самый быстрый?» Родители примечали, на чём его взгляд и выбор задерживался дольше.

Утром в день его рождения они закатили потихоньку долгожданный подарок в его комнату, а сами притаились за дверью в ожидании. Сейчас должен прозвонить будильник.

В комнате сына раздался мелодичный перезвон и следом шуршание одеяла. Кирилл открыл глаза. Весеннее солнце пробивалось через шторы и тоже желало своими лучами осветить этот важный и радостный день. Скользнуло по блестящему звонку на руле, чем привлекло внимание Кирилла.

– Ур-р-р-а-а-а-а-а! – раздалось из комнаты.

– С днём рождения!

В праздничных колпаках и с тортом в руках у мамы, на котором горело пять свечек, в комнату зашли родители.

– Поздравляем! С днём рождения! Ты совсем большой, и тебе уже положен свой личный транспорт, – папа похлопал по сиденью велосипеда.

– Загадывай желание и задувай свечи, – мама присела возле кровати сына. – Только самое важное.

– Я хочу быть всегда с вами! – Кирилл одним махом задул все свечи.

– Эх ты, – папа потрепал сына по волосам. – С нами ты и так всегда будешь. Правда, пока не подрастёшь совсем. Потом сам сбежишь. А до тех пор мы обязательно будем рядом.

– И даже когда ты вырастешь, то всё равно будем рядом, – добавила мама. – Так! Праздничный завтрак и гулять. Смотри. Погода специально для катания на велосипеде.

Кирилл выскочил из кровати и быстро запрыгнул в штаны. На завтрак он собрался непременно прибыть на велосипеде.

– Вы давайте пока во дворе попробуйте, а я в гараж. Съездим в парк. Там больше места и безопаснее кататься, – Сергей поцеловал жену и сына и пошёл за машиной.

– Мам! Смотри! – Кирилл уже оседлал велосипед и накатывал круги у подъезда, как будто всегда на нём ездил.

– Осторожнее, пожалуйста, сынок.

Анна вспомнила, что в гараже надо забрать ещё банки, и достала телефон позвонить мужу.

– Кирюш, – обернулась она на сына. – Сейчас папа приедет, и мы поедем в парк. Там покатаешься. – Алё, Серёж. Там банки на полке захвати ещё… Ну, оберни чем-то или коробку посмотри… Ну не знаю. Возьми штуки три-четыре…

– Мам! Смотри, как я умею!

Анна обернулась и увидела, как сын уже выехал на дорогу возле дома и начинает разгоняться.

– Смотри, как быстро! Я знал, что он самый быстрый! – Кирилл!!!

Дорога во дворе с одной стороны шла под уклон, и сын на новом велосипеде набирал скорость. Анна бросилась за ним вдогонку. В трубке что-то кричал Сергей.

– Кирилл!!! Тормози!!! Ты же можешь разбиться!!!

Кирилл обернулся на голос мамы и понял, что он действительно не знает, как тормозить на велосипеде, а скорость всё нарастала. Его кренило то вправо, то влево, и колёсики поддержки по очереди чиркали об асфальт.

Анна бежала следом, надеясь успеть догнать сына, прежде чем случится непоправимое. Ещё никогда она не бегала так быстро на каблуках. Из телефона всё слышался обеспокоенный голос мужа. Следом всё произошло как в замедленной съёмке. Кирилл пролетел весь двор и выскочил на примыкающую дорогу. Слева из-за дома появилась большая машина, которая летела поперёк сыну. Запоздалый визг тормозов, Кирилла вместе с велосипедом сносит бампером и затем подминает под машину. Её несколько раз подбрасывает, как на ухабах, отчаянный звук велосипедного звонка из-под машины – и вот она уже выплёвывает всё, что осталось.

Анна замерла, не в силах пошевелиться. Последнее, что она увидела, прежде чем потерять сознание, – машина, которая молчаливо стояла, обдумывая содеянное. Затем она с визгом покрышек рванула с места.

Далее происходило всё как в туманном сне, где события путаются местами и накладываются друг на друга в случайном порядке, как будто кто-то склеил плёнку не по порядку сцен. Какие-то люди над ней, звук сирен. Анна не может сообразить, где она. Лицо полицейского, мужа, опять какие-то люди. Её о чём-то спрашивают. Сломанный каблук, развороченный детский велосипед, торт со свечками, банки в гараже, опять Сергей смотрит на неё откуда-то сверху и что-то говорит. Её качает, как в детстве в коляске, голова безвольно болтается туда-сюда, сирены, яркий свет в глаза. Солнце, пробивающееся сквозь ветки, пытается дотянуться до неё своими лучами, машина вылетает из-за дома, она бежит. Куда? Её трясёт, лицо мокрое от льющейся сверху воды, приподнимают голову, пытаются попасть этой водой в рот. Она отталкивает бутылку. Кирилл. Где он? И что это за бесформенная масса на дороге? Трезвон велосипедного звонка, хруст и замершая машина в задумчивости. И какая-то деталь. За которую мозг попытался в последний момент зацепиться. Далее темнота…

Анна так и не смогла вспомнить деталей. Ни что за машина была, ни какого цвета и тем более номера. Просто большая. Может, джип, а может, и нет. Полицейские в рапорте не смогли написать ничего внятного. Свидетелей, как специально, поблизости не оказалось, а камер в этом районе не было. Да и в остальных районах города не особо. Больше муляжей для порядка и профилактики безопасности. Сына хоронила как под наркозом. Ничего не чувствовала и не осознавала. Всё прошло само собой. Какие-то люди, родственники и просто сочувствующие. Она потом долго ещё винила себя за то, что даже проститься с сыном не смогла. Каждый день после ходила на могилу. Носила какие-то игрушки, конфеты. Протирала невидимую пыль и выметала несуществующий сор.

Анна замолчала.

– Тяжело детей хоронить, – нарушил тишину дед Боря. – Не мне вас учить жить, но на себе-то крест зачем ставить? Я же чувствую ваши помыслы. Зачем?

– Вы хотите спросить, зачем я решила… – Анна замялась. – Уйти?

Дед Боря промолчал в ответ.

Прошёл год, и Анна вроде как-то успокоилась. Начала имитировать жизнь и вернулась к работе. Сергей весь этот год поддерживал её как мог, хоть и самому было не легче. Он понимал, что если ещё и он сломается, то жизнь вообще остановится. Но у Анны, как раньше, уже не получалось. Ещё год они прожили с Сергеем, а потом разошлись. Как-то всё было не так. Анна себя винила за то, что произошло, и чувствовала вину перед мужем. Не могла ему смотреть в глаза. Даже прикосновения были обжигающими. Она всегда непроизвольно дёргалась, когда Сергей пытался её обнять, и отстранялась.

Спустя три года Анна встретила Виктора. Нет, она не искала больше отношений. Ей хорошо было в своём мирке, в который она привыкла возвращаться после работы. Он обволакивал её пледом уютного одиночества и согревал. Защищал от внешнего мира. Замкнувшись на себе, Анна даже работать стала лучше. Руководство это замечало и со временем предложило руководящую должность. Анна не отказалась. Должность требовала полной отдачи всех сил и всего её времени на работе. Новая ответственность очень быстро пожирала время внешнего мира. Так, что Анна даже не успевала замечать, как рабочий день подходил к концу.

Встретились они на конференции, куда Анну отправили в командировку. Виктор вечером подсел к ней возле бара, и Анну почему-то в его присутствии отпустило. Ей показалось даже, что она улыбается. Два часа пролетели незаметно. Разговор с рабочей темы постепенно перетёк в личную жизнь. Виктор одинок. Есть сын и даже уже внук. Анна одинока, но во всём остальном – нет. Виктор тактично не стал донимать вопросами и развивать эту тему. Он значительно старше её. Анна свой возраст уже лет пять как не отслеживает. Если заглянуть в паспорт, то, скорее всего, моложе Виктора. Если в душу, то можно ещё поспорить. В общем, как-то всё у них завертелось. Уютный плед одиночества выпустил Анну из своих объятий. Всё было безмятежно до одного дня.

– Пора бы тебя уже со своими познакомить, – Виктор сидел с Анной в ресторане после рабочего дня. – А то мои уже с подозрением смотрят. Думают, что я специально скрываю тебя от них либо вообще придумал, чтобы они от меня отстали. Представляешь, всё женить меня хотят. Так-то я не против, – он положил свою руку поверх руки Анны. – Но женщину – это ведь не кота завести.

– Или кошку, – улыбнулась Анна и второй рукой, ноготками поскреблась по руке Виктора.

– Ты моя кошечка, – Виктор поднёс руки Анны к губам и поцеловал. – Завтра мои собираются отмечать день рождения Костика, внука, на даче. Ты приглашена. Я за тобой заеду с утра.

Анна побросала в сумку вещи. Виктор предупредил, что практичные лучше красивых. Загород не любит вечерние платья и туфли на шпильках. Дресс-код – удобные кроссовки, джинсы и пару футболок. На вечер можно что-то, что накинуть сверху. Но женщина есть женщина. Сумка была заполнена на всякий случай разными вариантами. Телефон зазвонил. Виктор. Уже подъехал.

Анна бросила последний взгляд в зеркало и выбежала из своей новой, собственной квартиры. Она уже давно съехала с той, где они жили с Сергеем и Кириллом в прошлой жизни. Купила себе эту, а ключи от той вернула тогда Сергею, бывшему мужу. Всё-таки это его родители дарили им на свадьбу ту квартиру. Сергей тогда тактично ушёл, понимая, что вместе у них уже не получается жить. Однако Анна посчитала, что, оставив старую квартиру, тем самым закроет дверь в прошлую жизнь.

Последний раз повернув ключ в замке, она передала всё, что было раньше, Сергею на сохранение. После этого Анна как раз и встретила Виктора.

Лифт медленно спускался сверху. Плавно опустившись на этаже, лифт открыл двери, и Анна вошла внутрь. В кабине уже стояли мужчина с мальчиком. Лет пяти. Тот держался обеими руками за руль велосипеда.

– А мне велосипед подарили, – гордо похвастался мальчуган.

По спине у Анны прошёл лёгкий холодок. Она натужно улыбнулась мальчику. Ответить что-то было выше её сил. Воспоминания волнами начали накатывать с тошнотой к горлу. Двери открылись на первом этаже, и Анну буквально выплюнуло из лифта. Бегом она преодолела несколько ступенек. Ей не хотелось видеть, как мальчик сядет на велосипед. Нехорошее предчувствие накатывало и накрывало серой тучей, стремящейся разразиться ливнем.

– Главное – не заплакать, главное – не заплакать… – как заклинание твердила она себе.

Виктор стоял возле машины и уже ждал её.

– Давай сумку, – перехватил он у неё вещи и положил в багажник, затем закрыл его.

Взгляд Анны скользнул по стеклу двери багажника. Ниже. Мозг стрельнул воспоминаниями. Какая-то деталь из прошлого пыталась вырваться наружу.

– Поехали быстрее отсюда, – Анна обошла машину и, открыв пассажирскую дверь, села, стараясь не смотреть в зеркало заднего вида.

Виктор сел со своей стороны и, повернув ключ, завёл двигатель.

– С тобой всё в порядке? – внимательно посмотрел он на Анну.

– Поехали.

Виктор пожал плечами. Выкрутил руль и медленно тронулся. В зеркале заднего вида показались мальчуган с велосипедом и его папа.

Несколько минут ехали молча. Первой тишину разорвала Анна.

– Это твоя?

– Что? – Виктор с запозданием вырвался из тишины. – Не понял. Прости. Задумался.

– Машина твоя? Я никогда не видела её до этого, – пояснила Анна.

– А. Да. Моя. Просто я на ней не часто езжу. Так, на дачу, на рыбалку. Старенькая, но для сельской местности в самый раз.

Дорога до дачи через характерные для выходных пробки заняла пару часов. Въехав в посёлок, через несколько поворотов они были на месте. Ворота предварительно были распахнуты. На участке их уже встречали. На парковке стояла машина. Анна в них не разбиралась, но видно было, что дорогая и новая.

– Наконец-то он решился нам вас представить, – сын Виктора открыл дверь Анне и помог ей выбраться из машины. – Сергей, – представился он. – А это Артём, – указал он на прячущегося за его спиной мальчика. – Рита в доме. Стол готовит.

Мужчины забрали вещи из багажника и отнесли в дом.

Анна стояла позади машины, а память настойчиво пульсировала в мозг вспышками из прошлого. Какая-то ускользающая деталь никак не хотела проявиться.

– Ты что здесь? – из тумана прошлого её выдернул голос Виктора. – А, – улыбнулся он. – Да тут наклейка раньше была. Дурацкая наклейка. Когда-то фанател, вот и приклеил на багажник. Теперь так. Как память только контур от неё остался. Не отмывается, зараза, с годами. Видимо, краска вокруг неё выгорела. Думал перекрасить, но как-то сначала не до этого было, а потом забыл.

Наклейка! Кусочки разлетевшейся мозаики из прошлого сложились в картинку. Анна стоит, и рот открыт в немом крике. На дороге перемолотый велосипед и что-то ещё бесформенное, но память это показывает размыто. Как будто оберегает. Джип с немым равнодушием в раздумье урчит нутром. И с багажника на Анну смотрит улыбающийся шут. Его руки тянутся к ней ладонями наружу. Как будто упрекая её: «А что ты хотела?»

Анна провела пальцами по контуру бывшей наклейки. Картинка шута как будто оживала и проявлялась там, где касались её пальцы.

– Шут тут был, – послышался голос Виктора. – Знаешь такую группу «Король и шут»?

– Что? – Анна отдёрнула руку.

– Да забей. Пошли, – он взял её под локоть и увлёк за собой…

– Так, этот Виктор… – дед Боря решил заполнить вновь образовавшуюся паузу в рассказе. – Он, что ли, был… Тогда.

– Я сразу вспомнила эту машину, – ответила Анна. – Как будто фотография в голове проявилась сквозь года. До мельчайших подробностей вспомнила. Даже номер.

– Так, может, в полицию надо было? – предположил дед Боря.

– В полицию, – хмыкнула Анна. – Сколько лет прошло? Кто докажет? Мои вдруг всплывшие воспоминания подошьют к делу?

– Ну как-то… Я не знаю. Есть же закон, экспертиза.

– Я тоже поначалу так думала, – согласилась Анна. – Весь день просидела как не своя. Даже уехать хотела, сославшись на плохое самочувствие. Но не смогла. Зато знаете, что смогла? – Она внимательно посмотрела на деда Борю. – Я весь вечер гуглила. Изучала. Мне захотелось, чтобы его семья тоже получила своё прошлое, которое не вернуть. Нет. Я не хотела сделать что-то с его сыном или внуком. Хотела, чтобы он ответил. Ведь это он был в тот день за рулём и трусливо уехал. Я посчитала, что судьба не просто так подкинула мне такой шанс, – Анна на некоторое время замолчала. – Я перерезала ему тормозной шланг ночью. Не до конца, а так, чтобы только при сильном давлении он смог лопнуть. Знаете, сколько всего полезного и интересного в интернете можно найти? Утром попросила отвезти меня до станции. Сказала, срочно в город надо по работе. Станция недалеко от дачи.

– А если бы до города предложил отвезти?

– Он предлагал, но я сказала, что не поеду с ним. Вчера ведь пили и не дай бог что. Нет. Лучше на электричке доеду. До станции пять минут дворами. Я бы и пешком дошла, но он уж напросился отвезти хотя бы на станцию. Мы на машине сына его поехали. Я попросила на ней отвезти, – Анна снова замолчала.

Дед Боря понял, что и это ещё не всё. Чутьё подсказывало, что должно произойти что-то ужасное.

– Но всё пошло не так, – продолжила Анна. – Я же с дачи сразу на кладбище поехала. К сыну. Там меня и застал звонок Виктора. Он сообщил, что Сергей с женой и сыном, его внуком попали в аварию. Он даже не знает, что с ними. Ему не сказали. Просто нашли в телефоне сына его контакт.

– Как же так?

– А вот так, – обречённо и как-то уже безэмоционально ответила Анна. – Он после того, как завёз меня на станцию, решил до магазина доехать, но сначала в пробку попал, потом в магазине задержался. В общем, Сергей с Ритой и Артёмом в кино хотели сходить. Вот Сергей и взял машину отца. На ней поехали. Мне уже позже, ещё раз Виктор перезвонил. Жуткая авария. Они в кого-то там врезались. Их уже увезли в больницу, а вторая машина всмятку. Спасатели приехали резать. Но шансов, что там остался кто-то в живых, практически нет. Видно, что на заднем сиденье ребёнок в кресле детском зажат…

Дальше ехали молча. Дед Боря даже не знал, что сказать и куда ехать. Без помощи Петрова он не мог представить, как это всё можно исправить.

– И как вы думаете? – Нарушила тишину Анна. – Есть смысл мне жить после этого? Я не боюсь тюрьмы. Я жить боюсь. Говорят, что в смерти нет ничего страшного. Может, с сыном встречусь…

Автобус вдруг тряхнуло так, что Анна чуть с сиденья не слетела. Только карточка опять из рук упала. Она наклонилась её поднять. Автобус остановился, и двери открылись. – А мы где? – Посмотрела она в окно.

– Твоя остановка, – послышался голос деда Бори.

Анна подошла к открытым дверям.

– Вы уверены?

– Ошибки быть не может.

Анна вернулась в салон взять сумку и подошла к окну попрощаться с водителем. Выговорившись, она почувствовала себя как-то легче. Не настолько, чтобы всё забыть, но тем не менее. Откуда-то появилась надежда. Пока непонятно, на что. Заглянув через стекло в кабину водителя, она там никого не увидела.

– Дед Борь! – Позвала она его, но ответа не было.

Решив, что он уже вышел на улицу, Анна подхватила сумку и спустилась по ступенькам. Как только она вышла, автобус, пшикнув, закрыл двери и тронулся с места, обдав её сизым выхлопом. Когда дым и пыль развеялись, Анна обратила внимание на табличку на остановке. Над расписанием маршрутов чернела надпись «Детский центр “Апельсинки”».

Чуть поодаль Анна увидела за забором строение. Убрав фотокарточку во внутренний карман пиджака и подхватив сумку, пошла к проходной.