«Любовь – это как вдох, она наполняет душу энергией и желанием жить и творить. Однако не стоит забывать и о выдохе, чтобы тот, кто наполняет тебя любовью, тоже мог вдохнуть её»

Спасибо тебе, Петров.

– Да не за что, дед Борь. Тебе спасибо. Я не ошибся, когда всё это придумал.

Петров сидел с дедом Борей на лавочке возле подъезда. Мысли Петрова были заняты предстоящим судом. Всеволод Андреевич с утра уже позвонил ему и сообщил, что заседание сегодня.

– Не переживай, Петров, – успокаивал он его. – Выкрутимся. Ты мне нужен. Всем нам нужен.

Вот Петров теперь и думал: как у них получится выкрутиться? Нарушение правил Вершителей. За такое по головке не погладят.

– И Катька тоже молодец, – продолжал дед Боря. – Как она ловко сообразила Антону правильную остановку подсказать. Мне кажется, что сам бы он никогда не додумался. Как там, кстати, у него дела?

– Дальше он сам. Думаю, что всё у них теперь будет хорошо. Мне нельзя в дальнейшем вмешиваться в его жизнь. Я сделал всё, что мог. Даже больше не я, а вы с Катей. Кстати! – Петров спохватился. – А Катька-то как проскочила?

На неё же пропуска не было.

– Так напросилась, как узнала, что у меня работа появилась, – дед развёл руками, как будто извиняясь. – Я ей рассказал твою историю про Антона, вот она и собралась в помощницы. Сказала, что после школы обязательно будет дожидаться меня. Хотела друзьям новым похвастаться, но я предупредил её, что это секрет. Не знаю, как она это делает, но отказать ей невозможно. Она на Обочине, на остановке по маршруту вышла. За границу миров не выезжала. Мы условились, что она ждать будет нас там, а на обратном пути я её заберу. Всеволод Андреевич сказал мне, что коридор будет безопасным и можно не переживать. Где выеду, там и заеду обратно. Вот я и подумал, пусть прокатится со мной. Мне она толковой кажется, да и, как видишь, я не ошибся. Если что, за всё отвечу. Ты непричастен к этому. Это мои стариковские слабости.

– Ладно. Надеюсь, что ничего страшного и противозаконного в этом нет. И за Анну спасибо. Я её только посадил в твой автобус. Их точки, Антона и Анны, удачно сошлись в одном месте. Ладно, дед Борь, – Петров встал. – Пошёл я в контору. Надо ещё к слушанию подготовиться. Если вернусь, поговорим про Анну. Нужно продолжение ей написать.

– Удачи, Петров. Возвращайся со щитом. Ты нам всем нужен. Особенно Анне сейчас.

В офисе уже собрался небольшой совет. Помимо Всеволода Андреевича в кабинете за столом сидело ещё несколько человек.

– Знакомьтесь, – начальник встал и представил всем Петрова. – Наш герой и невольный нарушитель спокойствия Тёмных. А это твоя защита на сегодняшнем слушании, – представил он Петрову пожилого представительного вида мужчину.

– Мы уже знакомы. В некотором роде, – мужчина встал и протянул руку Петрову.

– Алексей Фёдорович. Если не ошибаюсь, – Петров вспомнил старичка, с которым он повстречался в так называемом распределителе.

– Не ошибаетесь, – чуть склонил голову тот. – Видите, как оно вышло. Думал, что мне дорога в Ад уготовлена. Ведь при жизни я защищал отъявленных мерзавцев. Но судьба распорядилась так, что мне теперь – защищать порядочных людей. Можете мне довериться.

Следующий час они обсуждали стратегию и линию защиты. Даже ссылаясь на прецедент, имевший место у Тёмных, отстоять Петрова было нелёгкой задачей.

Высший Суд, как и переход на границе, и Библиотека, находился на нейтральной территории, так что в него можно было зайти с любой из сторон. Сам зал заседания был разделён на две части. Слева от прохода усаживались Тёмные, справа – Светлые. Президиум занимал Высший Суд. Он состоял из судей, не представляющих по определению интересы любой из сторон. Беспристрастные и безликие. Под капюшонами дымчатых балахонов скрывались лица. Казалось, что лиц даже нет. Либо они терялись в туманной бездне. Четверо. Будто всадники Апокалипсиса. Для них, как пояснили Петрову, не было понятий «Тёмная» или «Светлая» сторона. Не было разделения на добро и зло. Только факты. Зло и добро для них было единым проявлением воли как живущих, так и ушедших.

Петров со своим защитником занял место в первом ряду. Через проход слева сидел Виктор. Судя по всему, тоже со своим защитником. Виктор вёл себя непринуждённо и даже улыбался. Он помахал Петрову. Можно подумать, что он был уверен в благополучном исходе дела. В благополучном для Тёмных.

– Раз уж все собрались, позвольте, я начну? – встал представитель стороны Тёмных.

Фигуры в капюшонах кивнули, что означало: заседание начато.

– Обвиняется Вершитель Светлой стороны, Петров. По первому пункту: нарушение правил обмена книгами.

– Протестую! – встал Алексей Фёдорович. – Ваш подопечный, который тоже находится в этом зале, спровоцировал обмен. Мой подзащитный ещё новичок в этом деле и не знает таких тонкостей.

– Незнание закона не освобождает от ответственности, – перебил его представитель Тёмных. – Надеюсь, мне не надо объяснять вам такие простые вещи.

– Я в курсе, – продолжил защитник Петрова. – Только хочу указать Высшему Суду на то, что Вершитель Петров был введён в заблуждение относительно правил и действовал исключительно из добрых побуждений. Ваш же подопечный хотел взамен получить книгу также в нарушение правил. И, прошу заметить, ваша сторона её получила. Как говорится, счёт «один – один». И подобные случаи обмена книг не впервые в практике. Считаю уместным снять этот вопрос с дальнейшего обсуждения. Каждый остался при своём интересе.

– Согласен. Я больше для протокола и порядка ведения дела, – кивнул Тёмный. – Тем более что этот, назовём его, проступок не играет значимой роли в деле. Вершитель Петров нарушил правила ведения Книги Судеб. А именно. Он написал книгу, которую передал нам с вопиющими нарушениями. Заполненной на много лет вперёд. Нам теперь придётся многие события под него подстраивать. А это была книга не обывателя из Мира Живущих, что является ещё более грубым нарушением. И, прошу заметить, в книгах, которые мы передали на обмен, ничего подобного не было. Поэтому я… Мы, – он обернулся в зал на своих. – Требуем для Петрова высшей меры наказания. А именно: отправить в Пустоту до конца его дней в нашем мире.

Зал молчал. Петров посмотрел на своего защитника. Затем обернулся. Никто не реагировал на приговор, предложенный Тёмными. Как будто это была обычная практика, и в Пустоту отправляли каждого второго.

Слово взял Алексей Фёдорович. Почти полчаса без умолку он опровергал и аргументировал. Вступал в спор с Тёмным и приводил примеры из судебной практики этого мира. Которую ему пришлось основательно изучить за столь малое время. Высший Суд в своём мрачном безмолвии только наблюдал за баталиями. Казалось, что он присутствует здесь номинально. Для протокола. Ни разу они не остановили прения и ни разу не обмолвились хотя бы словом в защиту или согласились с обвинением одной из сторон.

Через полчаса Тёмные попросили перерыв. Все вышли из зала. Каждый на свою сторону.

– Не переживай так, Петров, – успокаивал его Алексей Фёдорович. – Это обычная практика. Прокурор требует максимального наказания, а суд назначает гораздо меньшее. Делается для того, чтобы ты ощутил всю лёгкость наказания в сравнении с тем, что тебе пророчили изначально. В жизни тоже так делается. Просят больше, чем надо, чтобы был диапазон для торга.

– Думаете, Пустота не грозит? – облегчённо выдохнул Петров.

– Определённо нет. Но будь готов ко всему. И соглашайся, когда я одобрю. Что бы там тебе в приговоре ни показалось странным или неприемлемым для тебя.

Вернувшись в зал, они заняли свои места. Высший суд сидел на своих, как будто и не уходил никуда. Всё такие же мрачные и безмолвные.

– Зачем они тут? – Петров тихо поинтересовался у Алексея Фёдоровича. – Они же ни разу не вступили.

Кивнули в самом начале, и всё.

– Они кивнут ещё раз, когда согласны будут с решением, к которому мы придём. Так что наоборот, радуйся, что они до сих пор не шевельнулись.

Заседание продолжилось. Встал представитель стороны Тёмных.

– Приняв во внимание все доводы стороны защиты, мы пришли к окончательному решению. Мы не имеем ничего против, что Петров остаётся на должности Вершителя.

Петров облегчённо выдохнул. Самое страшное миновало его. Возможно, в перерыве они как-то с его руководством договорились и пришли к соглашению. Может, ещё каких книг для себя выпросили. По крайней мере, Пустота ему не грозит и работы не лишают.

– В виде компенсации за причинённые неудобства мы требуем у Светлой стороны две Книги.

– Я так и думал, – Петров, улыбаясь, повернулся к защитнику, но на следующей фразе улыбка спала с его лица.

– Мы требуем отдать нам две Книги Судеб. Отца и Матери Вершителя Петрова, которые сейчас находятся в Мире Живущих. Отдать навсегда. И сделать это немедленно. С целью, чтобы никто не успел также спланировать их судьбу на долгий срок.

Петров не мог поверить услышанному. Он посмотрел на Алексея Фёдоровича. Обернулся на своё руководство. Но в их глазах не было поддержки или несогласия с данным решением. Посмотрел на реакцию Высшего суда. Не совещаясь друг с другом и даже не переглянувшись, они одновременно кивнули.

– Нет! – Петров вскочил с места. – Пусть меня лишат звания Вершителя! Пусть меня отправляют в Пустоту! Пусть что угодно делают, но я не согласен с этим решением!

Алексей Фёдорович дёрнул Петрова за руку, прося его занять своё место. Сам же встал. Петров смотрел на него с надеждой.

– Высший Суд, – он чуть поклонился им. – Мы полностью согласны с решением и не возражаем. Книги будут доставлены незамедлительно в зал суда. Тёмная сторона, – повернулся в их сторону. – После того как Книги будут у вас в руках, все обвинения с Петрова будут сняты?

Представитель Тёмных кивнул в знак подтверждения.

– Это будет приемлемая компенсация. И урок Вершителю Петрову.

Петров не знал, что сказать. Он готов был кричать, но понимал, что это бесполезно. Ещё он понимал, что судьба его родителей теперь незавидна. Тёмная сторона их не пощадит. Какие только несчастья и неприятности обрушатся на их голову, невозможно было даже представить. И всё это из-за него. Просто помог другу. Пока Петров крутил в голове эти мысли, в зал заседания внесли Книги Судеб его родителей. Чуть ли не со слезами на глазах он проследил за тем, как Книги передали из Светлой стороны на Тёмную.

– Дело закрыто? – Алексей Фёдорович обратился к Тёмным.

– Закрыто, – подтвердила сторона Тёмных.

Высший Суд тут же исчез со своих мест, как будто его и не было здесь никогда. Все остальные тоже встали и потянулись к выходу.

– Но позвольте! – окликнул их представитель Тёмной стороны. – Что вы нам подсунули?

– Книги Судеб родителей Петрова, – ответил Всеволод Андреевич. – Всё как было определено в процессе рассмотрения дела. Правила все соблюдены. Ныне живущие, и судьба не написана на много лет вперёд. Даже на несколько дней.

– Мы это так не оставим! – кричали с Тёмной стороны вслед уходящим представителям Светлой стороны.

– Пойми, Петров, – Всеволод Андреевич разливал в офисе по чашкам чай. – Алексей Фёдорович всё заранее предусмотрел, и мы подготовились. Поверь. Так лучше. Иногда лучше вовремя уйти.

– Я их смогу увидеть? – Петров сидел и, опустив взгляд в пол, рассматривал узоры на ковре.

– Нет. Не сможешь. Таковы правила для Вершителей. Никаких семейных связей и контактов. Даже тут. Но поверь мне. Да ты и сам в курсе. Им будет хорошо. Они будут и далее вместе.

Петров только сейчас узнал, что сценарий окончившегося суда был предопределён заранее, и его руководство подготовилось к нему.

***

– Алексей Фёдорович, вы уверены, что именно так всё и закончится? – Всеволод Андреевич накануне суда сидел в кабинете с будущим защитником Петрова.

– Я поднял кучу дел. И поверьте мне. Именно к такому решению они и придут в конце. В практике дел такое уже встречалось. Очень давно. Но я докопался. Им не нужна жертва в виде Петрова. Не их стиль. То, что написал Петров в той книге, им уже не исправить и остаётся только принять как данность. Другие значимые книги они не смогут запросить. Высший суд не одобрит. Им будет комфортнее, если Петров будет жить с чувством вины. Что это он виноват в судьбе своих близких. Петров тогда сам откажется быть Вершителем. Мне же потребуется только аккуратно подвести их к этому решению. Чтобы это их идея была, – заверял Алексей Фёдорович.

– Понимаете, что обратно книги мы не перепишем, если что-то по-другому пойдёт? Но я вам доверяю. Сегодня же попрошу, чтобы дописали Книги Судеб родителей Петрова. Завтра в ночь, после слушания дела, они тихо и спокойно оба уйдут из Мира Живущих. Так что их судьбу будет испортить невозможно.

***

Петров возвращался домой с противоречивыми чувствами. Вроде он и понимал, что родителям действительно лучше уйти из Мира Живущих, чем принять на себя все уготованные им муки от Тёмных. Но жизнь там – это всё-таки жизнь. Со своими радостями. Если бы у Петрова был выбор – жить там дальше или остаться здесь, Петров выбрал бы первое. Было в Мире Живущих что-то своё, особенное и несравнимое с этим миром. С такими мыслями он дошёл до дома, где на лавочке ждали его дед Боря и Катя.

– Ну? – дед Боря встал Петрову навстречу. – Судя по тому, что ты тут, всё прошло хорошо. Или как?

– Не могу сказать, – Петров тяжело опустился на лавочку.

– Секрет? – с пониманием поинтересовалась Катя.

– Не в этом дело. Всё не так просто и не так легко далось. Я не готов сейчас говорить об этом. Лучше расскажи мне про Анну, дед Борь, – попросил Петров. – Хочу от тебя услышать, а не из книги её узнать.

– Я только смог направить её, – начал дед Боря. – Можно сказать, отсрочку ей дал. Там дальше без тебя никак. Просто эти сволочи такого накрутили там. Не знаю, как выведешь её на свет.

– Придумаю что-то, – заверил его Петров. – Мне просто отвлечься сейчас надо от мыслей. Так что там произошло?