Оноре Гримальди (Оноре-Камиль-Леонор Гримальди де Матиньон) родился 10 ноября 1720 года, и когда Жак I отрекся от престола в его пользу, ему было всего 13 лет. До 1739 года юный правитель Монако находился под опекой отца, а всеми делами в княжестве занимался регент – шевалье Гримальди, незаконнорожденный сын князя Антуана I. Этого человека тоже звали Антуаном, и он родился в 1697 году от связи князя с танцовщицей Элизабет Дюфор.
Жан Батист ван Лоо. Портрет Оноре III. 1740-е
Оноре Гримальди много времени проводил в военных походах в составе французской королевской армии. Мужество и отвагу Оноре Гримальди и его младшего брата Карла в битве при Фонтенуа в 1745 году воспевал сам великий Вольтер.
Кстати, молодой принц получил отличное военное образование. 22 января 1736 года он был произведен в конные мушкетеры, в 1738 году он стал вторым лейтенантом королевского пехотного полка, а в 1739 году, в октябре, король разрешил ему купить полк Таллара, который с тех пор стал называться полком Монако. Последующие годы принц почти постоянно проводил в гарнизоне. С первых дней войны за Австрийское наследство Монакский полк оказался на передовой.
Титульный лист мирного договора. 1748
Его брат, 18-летний Шарль-Морис Гримальди, был жандармом королевской гвардии. В битве при Фонтенуа оба брата проявили себя самым блестящим образом; там Шарль-Морис получил пулевое ранение в бедро. Оноре, которого судьба пощадила при Фонтенуа, был ранен в битве при Року в следующем году. Под ним была убита лошадь, когда он выводил свою бригаду в Лоуфельд, где Монакский полк проявил себя настолько хорошо, что шесть его капитанов были награждены крестом Святого Людовика. Ахенский мир 1748 года положил конец войне. Оноре Гримальди получил награду за свои заслуги; 26 декабря 1748 года он был произведен в лагерные маршалы[14].
Интересно отметить, что, несмотря на активное участие Оноре в сражениях на стороне французов, Монако в этом конфликте оставалось нейтральным и по решению шевалье Гримальди помогало как английскому, так и французскому военному флоту. Версальский двор отдавал гарнизону Монако лишь самые формальные приказы, а британский адмирал Мэтьюз отдал распоряжение, чтобы на море соблюдались права Монако В ответ Шарль-Морис Гримальди спас несколько кораблей английской эскадры, терпящих бедствие у берегов Монако во время сильного шторма.
Монако, даже нейтральное, оказало Франции реальные услуги, поскольку в ходе операций воюющих сторон австро-сардинцы были вынуждены постоянно удерживать несколько наблюдательных пунктов в страхе, что это место, внезапно утратив свой нейтралитет, станет базой для нападения на фланге их армий.
Однако после битвы при Горбио и оккупации графства Ницца австро-сардинцами в 1747 году эта ситуация изменилась. Монако было блокировано с суши и с моря, страна была разорена хорватами и пандурами[15] императорской армии, и, несмотря на гостеприимство, оказанное кораблям с продовольствием, предназначенным для армии короля Сардинии, в конце 1746 года в порту Монако под предлогом нарушения нейтралитета англичане захватили монакское судно. Протесты, направленные адмиралу Бингу и послу Англии при тосканском дворе, остались безрезультатными.
Неизвестный художник. Портрет Марии-Катрин Бриньоль. XVIII век
Продвижение французов вперед освободило княжество, а мир, заключенный в 1748 году, восстановил спокойствие в Ривьере.
История брака Оноре III забавна и дает представление о тогдашних аристократических пристрастиях и склонностях. Влюбившись по уши в прекрасную Катрин Бриньоль, племянницу бывшего дожа Генуи, князь попросил ее руки у ее отца. Просьба была удовлетворена, и месье де Монлеон, получив задание доставить будущую невесту в Геную, отвез ее в Порт-Эркюль. Но один вопрос этикета едва не нарушил все. Речь шла о том (серьезный вопрос!), придет ли невеста к жениху или жених к невесте. Никто не хотел уступать. Мадам Бриньоль, мать, угрожала уехать, к большому сожалению своей дочери. Наконец после долгих переговоров был достигнут компромисс: между галерой и молом был сооружен импровизированный мост. Князь и его невеста прошли половину пути каждый, и этикет, этот негибкий закон тщеславия, был спасительно соблюден.
В 1757 году Оноре III женился на юной Марии-Катрин Бриньоль, родившейся 7 октября 1737 года. Невеста, с которой князь познакомился в Версале, была на 17 лет его моложе, принадлежала к одной из очень влиятельных семей Генуи и считалась, наверное, самой красивой женщиной Франции. Отец Марии-Катрин долго не соглашался на этот брак и уступил лишь после вмешательства французского короля Людовика XV и маркизы де Помпадур.
Бракосочетание началось с небольшого скандала. Мария-Катрин прибыла в Монако по морю в сопровождении генуэзской знати, однако князь Оноре отказался посетить ее корабль, объясняя это тем, что по статусу ему не положено встречать кого бы то ни было лично и что такой шаг с его стороны стал бы грубым нарушением протокола.
Таким образом, самолюбие той и другой стороны было сохранено, и свадебные церемонии прошли с величайшей помпой.
Герб Марии-Катрины
Поначалу семейная жизнь Оноре и Марии-Катрин складывалась замечательно. Уже в 1758 году родился первенец, названный в честь отца (это был будущий князь Оноре IV), а несколько лет спустя – второй сын, Жозеф. Супруги проживали в Матиньонском дворце в Париже. Однако вскоре жизнь юной принцессы стала невыносимой, поскольку Оноре изводил ее безумной ревностью. Вечно мрачное настроение Оноре III в сочетании с властным характером привело к глубоким разногласиям. Мария-Катрин была молодой, жизнерадостной, но вместо того, чтобы найти поддержку у своего супруга, она подвергалась жестокому обращению, которому даже в то время не было оправдания. В 1770 году пара разъехалась, хотя официального развода не последовало. Парижский парламент занимался этим вопросом и вынес решение не в пользу князя, несмотря на его многочисленные протесты.
Забегая вперед, скажем, что лишь после смерти Оноре III в 1795 году Мария-Катрин смогла стать женой Луи-Жозефа де Бурбона, принца Конде, с которым она жила с момента расставания с мужем и которого называла «любовью всей своей жизни». И, кстати, огромное состояние, которое она унаследовала от своей семьи и которое превышало 800 000 ливров ренты, было потрачено на расходы роялистской армии Конде.
Умерла Мария-Катрин 18 марта 1813 года в эмиграции, в Англии.
Что же касается Оноре III, то он большую часть времени проводил в Париже. В молодости, как уже говорилось, он делал карьеру, служа во французской армии, а в Монако вернулся лишь в 1784 году, после смерти управлявшего княжеством шевалье Гримальди. Это была большая потеря для него.
Мир, который сохранялся в течение этого периода, позволил княжеству развить свое процветание и торговые отношения не только с Провансом, но и со всей Ривьерой; оно получало из Пьемонта мясо и другие продукты питания; кроме того, шел транзит соли из Ниццы через Ментону для экспорта в Европу. Пьемонт был значительным источником доходов.
Надо сказать, что время, прошедшее с момента провозглашения Оноре III правителем до его совершеннолетия, не было отмечено какими-либо событиями в Монако. Администрация, возглавляемая шевалье Гримальди, была организована так: указы и рескрипты, а также большая часть административных мер исходили от губернатора. В то же время налоговые управления были централизованы и казначейство работало с максимальной эффективностью.
Правление Оноре III ознаменовалось соглашениями от 14 и 24 ноября 1760 года с Карлом-Эммануилом Савойским, устанавливающими точную границу между княжеством и Сардинским королевством. Его территория официально граничила с территорией Рокбрюна, вдоль линии протяженностью около 300 метров, отделяющей Монако от моря. Безусловно, был положен конец многовековому конфликту между монегасками и сеньорами и владельцами Ла-Тюрби.
Став самостоятельным правителем, Оноре III делал все возможное, чтобы улучшить жизнь своих подданных, проводя реформы в торговле и экономике. Например, во время его правления в княжестве появилось первое местное печатное издание, газета Courrier de Monaco.
Одним из важнейших изменений стала отмена закона, согласно которому правитель Монако наследовал имущество того, кто скончался на территории, принадлежащей князю. Оноре III назвал этот закон варварским и в 1770 году отменил его.
Мельхиор Вирш. Портрет Оноре III. 1780-е
Для охраны князя были сформированы две роты почетного караула: одна из кадетов в Монако, другая из гренадеров в Ментоне. С этого времени Оноре III стал чаще приезжать в княжество. В эти визиты он решал множество проблем. В частности, был поднят вопрос о флаге Монако. Злоупотребление, против которого администрация Монако постоянно протестовала, заключалось в узурпации флага иностранными судами, которые таким образом стремились получить во Франции закрепленные за княжеством привилегии. А другие суда, наоборот стремились захватить суда во вред Франции, и это компрометировало князя. Также Оноре III решил вернуться к традициям своих предков, которыми всегда пользовались его предшественники, – выдавать патенты (разрешения) для участия под его флагом в охоте на морях против турок и их нехристианских подданных. Мальта предложила взять на себя ответственность за сохранение интересов флага и следить за тем, чтобы судовладельцы выполняли свои обязательства. Было установлено, что каперы[16] могут действовать только против турок и их нехристианских подданных, но не могут входить в Адриатику или воды Франции и Италии и не могут останавливать христианские суда, даже груженные оружием и товарами, принадлежащими неверным. В этих условиях несколько каперов взяли флаг Монако, но их действия часто приводили к серьезным жалобам, особенно со стороны властей Неаполитанского королевства и Венецианской республики.
Французское правительство, со своей стороны, отказало князю в праве такого сотрудничества с Мальтой, однако какие-то патенты все же были выданы. В 1762 году по случаю постройки кораблей в Ницце для князя и для борьбы с турками правительство Людовика XV выступило с новыми возражениями, и герцог де Праслен, французский министр военно-морского флота, убедил Оноре III отказаться от самостоятельного вооружения.
У Оноре III от брака с Марией-Катрин Бриньоль было двое детей. Старший, который позже был удостоен чести стать Оноре IV, 15 июля 1777 года женился на Луизе д’Омон, наследнице по материнской линии титула и владений герцогов Мазарини. Другой, известный как принц Жозеф, женился в 1782 году на дочери маршала Жака де Шуазель-Стенвилля. Первый встретил в своей жене демона распутства, второй – ангела и мученицу. Маркиза де Креки в своих «Воспоминаниях» написала о второй так: «У нее, естественно, были мудрые мысли, религиозные идеи и благотворительные наклонности, но у нее был еще и очень хитрый ум. У нее было веселое воображение, но грустное сердце: таковы самые добрые люди. Хотя она приобрела достаточно знаний о мире и человеческом сердце, у нее не было опыта в некоторых нюансах обычной жизни. Если бы она знала земные дела так же хорошо, как чувствовала сердцем, то вы никогда бы не увидели более дельной женщины. Она всегда проявляла много милосердия и заботливости».
В течение двадцати лет, прошедших с 1770 года, Оноре III все больше изолировал себя от французского двора. Женитьба его сыновей стала поводом для еще большего отдаления.
По случаю брака Оноре III отказался в пользу своего старшего сына от герцогства Валентинуа, и принц объединил этот титул с титулом своей жены.