Эмоциональная близость требует умения говорить о своих желаниях, устанавливать границы и не молчать, если нас что-то не устраивает. То же относится к физической близости.
Секс — возможность поделиться с другим человеком самой интимной частью себя. Это очень уязвимая сфера, и человек может продолжать угождать окружающим в половых взаимодействиях, когда в других сферах жизни паттерн уже сломан. Сексуальное угождательство проявляется как согласие на контакт, когда нам на самом деле его не хочется; сложности с получением удовольствия и имитация оргазма; молчание о своих предпочтениях. В этой главе мы изучим, откуда берутся эти паттерны, и обсудим инструменты, которые помогут наладить прочный и аутентичный контакт со своими желаниями.
Поскольку сексуальное угождательство часто окутано завесой стыда и молчания, для этой главы я поговорила с разными людьми. Надеюсь, их истории подтвердят, что это очень распространенный паттерн, и вы убедитесь, что не одиноки.
Дисклеймер: в главе обсуждается тема сексуальной травмы.
Многие патологические альтруисты имеют большой опыт нежелательных сексуальных контактов с полного согласия. Речь о сексе, которого мы не хотим, но и никак не выражаем свое нежелание; при этом со стороны партнера нет принуждения, давления, угроз, попыток внушить вину и т. д.[109] (Секс по принуждению попадает в категорию насилия, и в этой главе мы его обсуждать не будем.)
Люди с привычкой угождать соглашаются на нежеланный секс, потому что хотят понравиться окружающим, завоевать их одобрение или ощутить с ними контакт. Далее мы обсудим, что согласие на нежеланный секс также может быть реакцией на прошлые травмы или гендерные ожидания. В таких ситуациях наши партнеры порой даже не догадываются, что мы не получаем удовольствия. Ведь люди с привычкой угождать — прекрасные актеры, они привыкли чувствовать одно, а вести себя иначе.
Своей историей делится 42-летняя Доминик: «Мы с мужем вместе с семнадцати лет. Я уже не помню, сколько раз соглашалась на секс с ним, хотя мне этого совсем не хотелось, — рассказывает она. — Через некоторое время это воспринимается как должное. Иногда я целый день морально готовлюсь, пытаюсь настроиться. Сам процесс воспринимаю скорее как свой долг и стараюсь, чтобы все быстрее закончилось. Я надеюсь, что это долго не продлится, и все время думаю, что после этого буду еще некоторое время свободна, пока снова не возникнет чувство вины и не придется опять заниматься с ним сексом».
Такие ситуации встречаются сплошь и рядом. Жена не хочет секса, не в настроении, но сегодня «тот самый день» и она послушно соглашается. Студент колледжа вступает в интимные отношения с подружкой в общежитии, потому что ему неудобно ее выгонять и просить пойти домой. Молодой человек или девушка влюбляются и соглашаются на секс раньше, чем готовы к этому, чтобы завоевать привязанность.
О своем опыте рассказывает 32-летняя Кали: «В одних долгих отношениях с парнем я не ощущала эмоциональной близости. Интерес к сексу отсутствовал, но я считала его своим долгом. Мне казалось, что это наша единственная точка соприкосновения, — признается она. — Со временем я все больше теряла чувствительность и контакт со своим телом. Потом перестала задумываться, что нужно мне. Ушло желание… Мне просто хотелось закрыться от всего, заглушить все чувства. Потом я долго пыталась вылечиться от этого».
История Кали показывает, что согласие на нежеланный секс мы даем умом, но тело не всегда понимает его доводы. По сути, мы подвергаем его нежелательному физическому воздействию, и последствия могут быть любыми — от легкого чувства вины до полноценного посттравматического стрессового расстройства.
В апреле 2022 года я поделилась в соцсетях своей историей нежеланного секса по согласию. Несколько лет назад я пошла на свидание с парнем, с которым не хотела спать, но не осмелилась сказать ему об этом. Он меня не принуждал, не уговаривал, не давил на чувство вины; я улыбалась, притворялась, что мне нравится, и провела с ним ночь.
Возможно, я боялась его разочаровать, а может, думала, что если просто буду плыть по течению, то «ничего такого» не произойдет. Но, к сожалению, мое тело думало иначе. Недели, месяцы и даже годы меня мучили флешбэки, панические атаки и прочие симптомы сексуальной травмы. Я пыталась понять свои реакции, ведь я не подвергалась насилию, а единственным человеком, нарушившим мои границы, была я сама. Но мое тело взбунтовалось, в нем поселились страх и отвращение.
В соцсетях я предложила подписчикам поделиться своими историями; мне было любопытно, пережил ли кто-нибудь похожий опыт. Как же я была потрясена, когда меня завалили сотнями комментариев и сообщений. Кто-то признавался, что, согласившись на нежеланный секс, позже испытывал сожаление, неловкость и стыд. Другие, как я, переживали флешбэки, навязчивые мысли и панические атаки, не проходившие и спустя несколько десятков лет после случившегося.
Поскольку мы сами дали согласие на секс, но не хотели его, мы даже не знали, какими словами описать свой болезненный опыт и смятение. Это не ощущалось как насилие, ведь мы сами охотно соглашались на физическую близость, причем нередко с супругами, партнерами и давними возлюбленными. Однако тело воспринимало это как предательство и страдание.
Одна подписчица рассказала: «Со мной было то же самое, я чувствовала себя ужасно и совершенно не понимала, что делать. В такой ситуации человеку нужен злодей, чтобы было кого обвинить, но если его нет, то вред никому нельзя приписать. Мужчина, с которым я переспала, не был злодеем, я сама согласилась. Но это не значит, что тот опыт не нанес мне травму».
На эту тему не принято говорить по нескольким причинам. Во-первых, мы можем молчать, поскольку нам самим стыдно, что мы предали или систематически предаем себя в таком фундаментальном вопросе. Доминик, чью историю я привела в начале этой главы, говорит: «Я даже не знала, какими словами выразить то, что происходило… Мне было стыдно. Как признаться, что я не хочу заниматься сексом с собственным мужем? Очевидно, со мной что-то не так».
Во-вторых, мы можем переживать, что открытый разговор о нежеланных контактах по согласию бросит тень сомнений на тех, кто пережил сексуальное насилие. Крис Эш, переживший сексуальное насилие, более десяти лет работает в сфере противодействия насилию и объясняет: «Мы боимся привносить нюансы в разговор о сексуальном насилии, зная, что эти полутона впоследствии могут использовать против жертв в зале суда и в СМИ; их возьмут на вооружение абьюзеры… Жертва никогда не виновата в насилии. В то же время иногда мы даже не знаем, где пролегают наши сексуальные границы, не говоря о том, чтобы произносить их вслух, особенно учитывая, что у большинства из нас не было полового воспитания, а в культуре практически отсутствуют ролевые модели, которые учат нас устанавливать и отстаивать границы».
Крис считает, что в нашей культуре нет подходящего определения для описания сексуальной травмы в результате контакта по согласию. Многие патологические угождатели боятся, что открытый разговор об этом бросит тень на наших супругов, любовников и партнеров, которых начнут воспринимать как насильников.
Важно понимать, что от нежеланного секса по согласию не застрахован никто. Однако такой тип контактов особенно распространен среди тех, кого воспитывали с установкой, что секс — супружеский долг: женщин, воспитанных в рамках культур и религий, где действуют традиционные гендерные нормы.
Соглашаясь на сексуальный контакт, которого мы на самом деле не хотим, мы можем испытывать фрустрацию и смятение. Через несколько часов, дней и даже лет, вспоминая об этом, мы порой задаемся вопросом: «Зачем я это сделал(-а)?» Вот какие объяснения такого поведения выдвигают ученые.
Переживший травму человек выбирает в качестве реакции на стресс «стратегию олененка»: сливается с чужими желаниями, потребностями и требованиями. В ситуации, провоцирующей тревогу, — например, когда очень хочется понравиться парню или боишься кого-то обидеть своим равнодушием, — «олененок» вполне может согласиться на интимную близость, хотя не желает ее.
Кроме того, у людей, столкнувшихся с абьюзом в детстве, вырабатывается выученная беспомощность — состояние, когда они считают себя неспособными влиять на обстоятельства. Такие люди полагают, что сбежать от обстоятельств можно, только замкнувшись во внутреннем мире. Психиатр и эксперт по травме Бессел ван дер Колк объясняет, что пережившие сексуальное насилие склонны к формированию «эмоциональных копинговых стратегий»[110], целью которых становится изменение эмоционального состояния, а не обстоятельств, вызвавших его. Вместо того чтобы сказать, что секс им не интересен, или установить границу, травмированные люди применяют диссоциацию, мысленно устраняясь из ситуации, в которой остается тело.
Реакция олененка не всегда возникает в связи с прямой угрозой: как и привычка угождать в целом, она может представлять собой устаревший копинговый механизм, сформировавшийся в ответ на пережитые угрожающие ситуации. Мы можем взаимодействовать с любящими, добрыми и внимательными партнерами, чувствовать себя рядом с ними в полной безопасности и все равно превращаться в беспомощных оленят в ответ на старую травму.
Сексуальными сценариями называют укоренившиеся убеждения о поведении полов в сексуальных ситуациях[111]. В западной культуре существуют следующие сценарии: «мужчина всегда хочет секса и становится его инициатором»; «женщина более пассивна и не всегда желает секса». Они очень ограниченны и подкрепляют стереотип о том, какое сексуальное поведение «приемлемо», практически не оставляя пространства для маневров.
«Мужчины всегда хотят секса»
38-летний Рон поделился своей историей: «Два года назад я провожал девушку домой; это было наше третье свидание. Между нами все складывалось отлично, но мы пока не занимались сексом. Я проводил ее до двери, поцеловал и собрался уходить, но она взяла меня за рукав и спросила: “Хочешь зайти?”
Обычно я не спешу, когда речь заходит о сексе, но тогда подумал: наверное, она считает, что на третьем свидании мне уже не терпится заняться с ней сексом, ведь я мужчина. Я ощущал подспудное давление — не от нее, а от себя: эта девушка мне очень нравилась, я не хотел, чтобы она решила, будто неинтересна мне. Вместо того чтобы честно признаться ей, что я бы предпочел не спешить, я пошел с ней и позже чувствовал себя не очень хорошо… как будто я поторопился и сделал то, к чему на самом деле был не готов».
Такие истории случаются сплошь и рядом. В исследовании 1994 года выяснилось, что мужчины соглашались на нежеланный сексуальный контакт, поскольку в противном случае у них возникали сомнения в собственной мужской силе[112]. В 2019 году результаты опроса 87 мальчиков, среди которых были учащиеся средней школы, старших классов и студенты колледжей, показали, что более половины испытывали «постоянное» и «повсеместное» давление со стороны родителей, семьи, друзей, товарищей по спортивной команде и СМИ, которые подталкивали их к сексуальной активности[113]. Психолог и исследователь сексуальности Мишель Клементс-Шрайбер объясняет: «Для мужчины культурно недопустимо реагировать на возможность заняться сексом иначе, чем с энтузиазмом». Для мужчины притворный энтузиазм в отношении нежеланного сексуального контакта нередко становится единственным способом сохранить свою «мужественность»[114].
«Секс — женский долг»
Многие женщины признаются, что спят со своими партнерами из чувства долга, потому что это «супружеская обязанность». По данным исследования 2009 года, многие женщины в длительных отношениях тревожились, что отказ от секса приведет к «потере любви, доверия и отношений»[115]. Участницам исследования были свойственны такие убеждения: «Если мой партнер хочет секса, это моя ответственность»; «Удовлетворять мужчину — обязанность женщины»[116].
Многие женщины соглашаются на нежеланный секс, чтобы завоевать привязанность нового партнера или из страха, что их назовут недотрогами. 34-летняя Элла признается: «Примерно половина моих сексуальных контактов по согласию, особенно в юности, были нежеланными. И дело не в том, что со стороны мужчин было какое-то давление или принуждение; просто в юности мне всегда хотелось быть “крутой”, а в обществе существовало негласное правило, что, если вы с парнем остаетесь одни в комнате и уже целовались, надо заняться сексом. Иначе ты “динамо”».
Потребность в эмоциональной близости
Некоторые соглашаются на нежеланный секс, стремясь к эмоциональной близости, хотят «починить» привязанность или углубить эмоциональный контакт с партнером. Секс по обоюдному согласию действительно способствует эмоциональной близости, но, если мы регулярно игнорируем желания своего тела ради эмоциональной выгоды, неизбежны проблемы.
Вот что рассказывает 55-летняя Карен: «Мы с бывшим мужем несколько лет выбирали между разводом и попытками наладить отношения. Скандалили, несколько дней ходили как по тонкому льду, потом он всегда подходил и молча обнимал меня. Через несколько минут мы оказывались в постели. Я не хотела близости, но чувствовала, что мы очень отдалились друг от друга, а секс казался единственным способом восстановить связь. Когда мы потом лежали рядом и он меня обнимал, у меня на несколько минут возникала иллюзия, что все опять хорошо».
По данным исследований, люди, которые тревожатся по поводу проблем в отношениях, часто успокаивают свои тревоги с помощью секса[117]. Он помогает им заручиться поддержкой и одобрением партнера и не чувствовать себя отвергнутыми. В результате он становится единственным инструментом удовлетворения эмоциональных потребностей, и нежеланный секс по согласию случается у таких людей чаще как с постоянными партнерами, так и со случайными[118].
Поняв причины такого явления, как нежеланный секс по согласию, мы сможем избежать стыда и развить самосострадание. Как все виды угодничества, этот паттерн можно преодолеть, было бы желание и упорство. Помимо практик установления границ, описанных в главе 10, можно применить методы из следующих упражнений.
Упражнение: заранее продумайте, что говорить
Если вам трудно устанавливать сексуальные границы «здесь и сейчас», заранее продумайте, что будете говорить. Подойдут следующие фразы: «Это здорово, но я не хочу продолжать»; «Давай сегодня ограничимся поцелуями»; «Я испытываю к тебе скорее дружеские чувства, чем сексуальное влечение»; «Я не хочу интимной близости»; «Я не хочу заниматься сексом».
Подберите фразу, которая вам нравится, и потренируйтесь произносить ее вслух. Можете порепетировать перед зеркалом, разыграть диалог с другом, потренироваться с психотерапевтом.
Кира, студентка первого курса колледжа, расстроена: несколько нежелательных для нее контактов не принесли удовольствия. Кажется, в кампусе все друг с другом спят, поэтому проще соответствовать ожиданиям, чем вести неловкие разговоры.
Кира хочет укрепить свои сексуальные границы и выбирает простую фразу: «Я сегодня не настроена на секс». Она тренируется произносить ее перед зеркалом и даже привлекает своего знакомого Хейдена к ролевой игре. Тот пытается завлечь Киру, подкатывая к ней, а она отвечает: «Я сегодня не настроена на секс».
К концу недели Кира так отрабатывает эту фразу, что та отпечатывается у нее в голове. Она надевает любимый наряд и идет на вечеринку в соседнее общежитие. Проходит несколько часов; она стоит и беседует с приятелем Джеем. Тот обнимает Киру за плечи и спрашивает:
— Хочешь, пойдем ко мне?
Кира вздрагивает: ей нравится просто общаться с Джеем, но у нее нет к нему сексуального влечения. Ее сердце начинает биться чаще — она не помнит, когда в последний раз отказывалась от секса, — но она находит в себе силы выпалить:
— Я-сегодня-не-настроена-на-секс.
Джей вопросительно смотрит на нее.
— Прости, я не расслышал.
Кира глубоко вздыхает, велит себе успокоиться и произносит медленнее:
— Я сегодня не настроена на секс.
— О, — отвечает приятель. — Ясно. Хорошо.
Вскоре после этого Джей вежливо заканчивает разговор. Кира ощущает небольшое чувство вины оттого, что отказала, но чувствует непривычную легкость, даже, пожалуй, радостное головокружение от осознания, что ей удалось настоять на своем. Позже, вернувшись в комнату, Кира надевает пижаму и ложится спать, радуясь своему одиночеству.
Упражнение: активные границы
Если вы по-прежнему сомневаетесь, что сможете установить сексуальные границы в «разгар момента», потренируйтесь заранее: в текстовых сообщениях, по телефону и лично, не дожидаясь обострения ситуации.
Например, накануне свидания можно отправить человеку сообщение: «Хочу, чтобы ты знал(-а): я сегодня не настроен(-а) на секс»; «Мне сложно устанавливать границы, но я хочу заранее предупредить, что не люблю торопиться с сексом»; «Давай сегодня пообщаемся по-дружески, а если между нами что-то промелькнет, в следующий раз попробуем пойти дальше»; «Я сегодня не настроен(-а) на секс. Давай просто посмотрим кино и пообнимаемся».
Устанавливая границы заранее, мы облегчаем себе задачу на случай, если в моменте нужные слова не найдутся. Если хотите позже перейти к более интимным отношениям, границу всегда можно пересмотреть.
Упражнение: выявите причину своего поведения
Если вы постоянно используете секс как замену эмоциональной близости, попробуйте подумать, почему вы на самом деле инициируете такие отношения или соглашаетесь на них.
Не плывите по течению, выработайте привычку прислушиваться к себе и спрашивать: испытывает ли мое тело физическое влечение к этому человеку прямо сейчас? Хочу ли я секса или пытаюсь заменить им другую потребность: в привязанности, доброте, ласке, любви? Чувствую ли я отсутствие контакта, отстраненность, недовольство, одиночество, грусть? Говорил(-а) ли я с этим человеком об этих чувствах и о неудовлетворенных потребностях, которыми они вызваны?
Если вы обнаружили, что за стремлением к сексуальному контакту скрывается другая, глубинная неудовлетворенная потребность — в эмоциональной близости, поддержке и любви, например, — возможно, стоит обсудить это с партнером.
Муж Кэтрин Питер на две недели уехал из города по работе. Он часто бывает в командировках и обычно звонит Кэтрин примерно раз в пару дней и каждый день присылает сообщения. Но в этот раз он почти все время молчит; прислал пару сообщений, но не звонил ни разу.
В последний день перед его возвращением Кэтрин чувствует себя очень неуверенно. В голове крутятся мысли: «Он что, рассердился на меня? Или встретил кого-нибудь? Может, он сошелся с кем-нибудь из офиса?»
Питер приезжает домой; Кэтрин нервно встречает его на пороге. Он целует ее и обнимает за талию.
— Я соскучился, — говорит он и улыбается. — Пойдем сразу в спальню?
Она почти соглашается, но потом решает не торопиться и спрашивает себя: «Хочу ли я секса прямо сейчас или стараюсь таким образом добиться чего-то другого?» Она прислушивается к своему телу и отмечает, что ее грудь напряжена и она сжимает губы. Нет, это не желание; это неуверенность. Ей хочется убедиться, что Питер по-прежнему любит ее, что она ему дорога. Она также желает понять, почему он не звонил.
Она кладет ладонь ему на грудь.
— Давай не прямо сейчас, — говорит она, — заходи, располагайся, расскажи, как прошла поездка.
Питер разбирает вещи и принимает душ; они обсуждают командировку. Кэтрин признается в своих сомнениях; сперва Питер обижается, потом извиняется, что ни разу не позвонил. Он говорит, что сильно переживал из-за дедлайна, и соглашается: надо было обо всем ей рассказать: тогда она бы его поняла.
После этого разговора Кэтрин уже не тревожится. Когда они ложатся спать, она чувствует истинное влечение к Питеру. Тянется к нему в темноте. Теперь она чувствует эмоциональную связь между ними и может получить удовольствие от секса, а не использовать его как средство достижения цели. Секс становится приятным дополнением к чувству эмоциональной безопасности.
Патологические альтруисты чувствуют себя в своей тарелке, только когда отдают, поэтому им сложно получать сексуальное удовольствие. Мы можем испытывать потребность перевести внимание на партнера, тревожиться, что он не получает удовольствия, пытаясь доставить его нам, стремиться как можно быстрее достичь оргазма, чтобы не «причинять неудобств».
Иногда нам сложно получить удовольствие, потому что мы слишком концентрируемся на опыте партнера, а не на своих физических ощущениях. Этот феномен, называемый спектаторингом, возникает, когда мы воспринимаем себя от третьего лица во время секса, вместо того чтобы сосредоточиться на своих ощущениях[119]. Мы настолько озабочены тем, чтобы все прошло «как надо», собственной внешностью, запахами, вкусами и звуками, что не можем наслаждаться непосредственным опытом.
Писательница и секс-просветитель Элла Дорвал Холл утверждает: «Я так тревожилась об удовлетворении партнера и о том, что он обо мне подумает, что не могла сосредоточиться на радостях секса. Во время действа я критиковала свою технику, анализировала, что думает обо мне партнер, пыталась предугадать его желания. Меня преследовали навязчивые мысли. Я так боялась сделать что-то неправильно, что у меня возникало чувство, будто в комнате находится третий человек и судит меня. Но этим человеком была я сама, голос в моей голове перечислял все, что я делала неправильно, твердил, что я не смогу удовлетворить партнера и из-за этого перестану ему нравиться»[120].
Когда мы отвлекаемся и не можем сосредоточиться на собственных ощущениях, нам сложнее испытать удовольствие и оргазм. Хотя это не единственный критерий удовлетворительного сексуального опыта, мы можем тревожиться, что «расстроили» партнеров, не достигнув кульминации, и это превращается в самосбывающееся пророчество: чем сильнее мы тревожимся, тем меньше вероятность оргазма.
Во время оргазма деактивируются отделы мозга, отвечающие за тревогу; чтобы достичь его, мы должны расслабиться и отдаться ощущениям[121]. Если расслабиться не получается, человек может предпочесть имитировать оргазм, чтобы угодить партнеру. По данным одного исследования, 28% мужчин и 67% женщин хотя бы раз в жизни имитировали оргазм[122]. Четыре самые распространенные причины тому: они знали, что вряд ли достигнут оргазма; хотели, чтобы секс скорее закончился; не желали обижать партнера; стремились угодить партнеру.
Тем, кто хочет избавиться от привычки угождать, придется научиться прислушиваться к своим желаниям и потребностям; тем, кто желает избавиться от привычки угождать в сексе, надо прислушиваться к собственному удовольствию и влечению.
Упражнение: учитесь получать удовольствие с помощью массажа
Мы можем постепенно научиться получать удовольствие, обмениваясь сексуально заряженными прикосновениями, например делая друг другу массаж или просто поглаживая по спине. Отведите примерно час для совместного массажа. Когда партнер массирует вас, концентрируйтесь только на своих ощущениях; он пусть сосредоточится только на том, чтобы подарить вам удовольствие. Разрешите себе не притворяться, не издавать специально никаких звуков. Обратите внимание, как этот опыт отличается от ваших типичных сексуальных взаимодействий.
Затем поменяйтесь местами: теперь вы отдаете, а партнер получает. Зная, что у каждого будет возможность отдать и получить, вы не станете стремиться заботиться только об удовольствии партнера. Задача упражнения — получить удовольствие от физических ощущений без конечной цели.
Упражнение: не стремитесь к оргазму
Если вам сложно достигать оргазма, обсудите это с партнером заранее. Это снимет тревожность и отрегулирует ожидания, которые вы оба предъявляете к сексуальному опыту.
Например, можно сказать: «Для меня оргазм не цель в сексе; мне нравится сам процесс»; «Хочу, чтобы ты знал: мне бывает очень сложно расслабиться во время секса, я медленно раскачиваюсь»; «Даже если мне очень хорошо в сексе, я редко достигаю оргазма. Просто так устроено мое тело».
Эти предупреждения помогут прояснить ситуацию с партнером и пойдут вам на пользу: вы сможете успокоиться и не испытывать давление. Как ни парадоксально, именно тогда у вас, возможно, получится достаточно расслабиться и все-таки испытать оргазм. А если нет, ничего страшного: это не самоцель.
Прямо говорить о своих предпочтениях в сексе сложно не только людям с привычкой угождать, но и вообще всем. Иногда мы предпочитаем молчать об этом, боясь, что партнеру не понравятся наши идеи. Например, вас привлекает более жесткий секс, а партнера — более мягкий; вы хотите попробовать новую игрушку, но боитесь, что партнер воспримет это в штыки.
Иногда мы молчим о своих желаниях, не желая обидеть партнера. Возможно, нам хочется, чтобы он целовал нас нежнее, входил под иным углом или двигался в другом темпе. Говорить об этом очень сложно, но важно помнить, что в здоровых отношениях партнеры хотят знать правду, если они делают то, что не нравится другому. Лучше один раз поговорить на неловкую тему, чем долго терпеть неприятные ощущения.
Несомненно, говорить о желаниях и давать обратную связь в сексе очень неловко, особенно учитывая, что многих из нас никто никогда не учил откровенно говорить на эту тему. Но только так можно удостовериться, что отношения устраивают обоих участников. Партнер не научится понимать язык нашего тела, если мы его не научим, и без обратной связи тут не обойтись.
Упражнение: поменяйтесь местами
Если вы стесняетесь говорить о своих предпочтениях, представьте, что поменялись с партнером местами. Представьте, что вы целуете его (ее), пытаетесь доставить ему (ей) удовольствие и занимаетесь сексом, а ему (ей) что-то не нравится. Но вместо того чтобы прямо сказать вам об этом, он (она) стесняется и продолжает терпеть.
Большинство из нас придут в ужас при мысли об этом. Мысленно поменявшись местами с партнером, мы поймем, что гораздо лучше обо всем говорить прямо, даже если это вызовет неловкость. Смело заявив о своих предпочтениях, мы окажем партнерам большую услугу.
Упражнение: не говорите о сексе в постели
Если вам сложно говорить о желаниях и давать обратную связь в процессе, поговорите об этом в другой обстановке. Выделите время за ужином или утренним кофе и обсудите сексуальные темы.
Начать можно так: «А ты не хотел(-а) бы попробовать что-то новенькое? Я уже давно об этом думаю, у меня есть идеи». Или: «Мне сегодня пришла в голову идея. Хочешь узнать?» Или: «Хочешь поговорить о нашей сексуальной жизни? У меня есть мысли, и мне интересно, что ты думаешь».
Если нужно дать обратную связь, можно сказать: «Я знаю, что мы обычно делаем X так, но, может, поэкспериментируем и попробуем так: __________?» Или: «Мне нравятся твои прикосновения, но я знаю, как сделать еще приятнее: __________». Или: «Я тут узнала про одну позу/игрушку, если хочешь, можем вместе попробовать: __________».
В разговорах старайтесь использовать радикальную прозрачность, о которой мы говорили в главе 10: «Мне неловко об этом упоминать, но, если бы на моем месте был(-а) ты, я бы хотел(-а), чтобы ты знал(-а): __________». Или: «Я понимаю, говорить о сексе очень неловко, но, если ты не против, я хочу сказать тебе кое-что». Или: «Я очень смущен(-а) этим разговором, но хотел(-а) бы попробовать кое-что: __________».
Андреа и Коди встречаются уже несколько недель. Общение складывается хорошо, у них идеальная сексуальная совместимость, кроме одного: Андреа совсем не нравится, как Коди целуется. Он слишком активно работает языком, а Андреа предпочитает поцелуи без языка, но не знает, как об этом сказать.
Наконец после очередного свидания Андреа признается себе, что поцелуи Коди отбили у нее всякое сексуальное влечение; ей противно. Она задумывается: «Попросить его целоваться по-другому? Или просто сказать, что ничего не получится, и покончить с отношениями?»
Ей не хочется начинать неловкий разговор и смущать Коди, но и прекращать отношения она не желает. Ей кажется, что у них с Коди есть будущее. Она решает, что стоит провести один неловкий разговор и попытаться вместе найти решение.
Следующим вечером Коди приходит к Андреа смотреть кино. Он заходит, обнимает ее и наклоняется, чтобы поцеловать. Андреа мысленно готовит себя к предстоящему разговору: «Это ради вашего будущего!» — и мягко отстраняется.
Она улыбается и произносит:
— Мне немного неловко об этом говорить, но можно кое в чем признаться?
Коди кивает.
— В чем дело?
— Понимаешь… мне никогда не нравилось целоваться с языком, — отвечает она. — Я предпочитаю более нежные поцелуи… лучше вообще без языка. Может, попробуем так?
Коди не сразу отвечает.
— О. Понятно, — он смущенно покашливает и краснеет. — Извини, эм-м-м… Теперь и мне неловко. Надо же, все это время тебе не нравилось, как я целуюсь!
Андреа в ужасе. «Боже, я его смутила — а ведь именно этого я пыталась не допустить!» Она краснеет.
— Слушай, я понимаю, это очень неловко, — признается она и кладет руку ему на плечо. — Мне нравится проводить с тобой время, у нас прекрасный секс… Я знаю, все целуются по-разному, и подумала, что, может, если я честно тебе признаюсь, мы найдем способ решить проблему.
Коди несколько секунд молчит. Потом кивает.
— Хорошо. Мое эго, конечно, уязвлено, но я согласен, — он подмигивает. — Не хочешь пойти в спальню и научить меня целоваться так, как тебе нравится?
Она смеется и радуется, что он так позитивно воспринял ее просьбу.
— Идем, — с улыбкой говорит она и берет его за руку. Они экспериментируют и наконец находят новый вариант поцелуев, который устраивает их обоих и кажется естественным. Андреа испытывает огромное облегчение и рада, что решила рискнуть, проявить уязвимость и открыто сообщить о своих желаниях.
Попытки избавиться от привычки угождать неизбежно затронут все сферы нашей жизни. Когда мы научимся отстаивать свои интересы в повседневных ситуациях, нам будет проще делать это в сексе.
Пожалуй, самый важный шаг на пути к уверенной сексуальности — найти партнера, с которым можно безопасно и открыто говорить на интимные темы. Мы должны очень внимательно отслеживать, как другие реагируют на наши границы, желания и обратную связь. Человек, который давит, принуждает нас к чему-то, не реагирует на обратную связь и не проявляет интереса к нашим ощущениям и удовольствию, не заслуживает нашей любви. Ломая паттерн угодничества, мы учимся прислушиваться к желаниям своего тела, распознавать его сигналы, а главное, уважать ограничения. Мы понимаем, что секс — это не то, что мы делаем для кого-то другого, это общее занятие, основанное на взаимном влечении.