Для человека с привычкой угождать, который постоянно старается, притворяется и задабривает окружающих, жизнь — тяжкий труд. Его лицо вечно напряжено от фальшивой улыбки, все силы уходят на заботу о других. Как мы убедились в предыдущей главе, даже сексуальная жизнь воспринимается как обязанность и становится источником постоянного недовольства.
Однако стоит преодолеть вредную привычку, как в жизни появится больше легкости и радости. На пути по-прежнему будут встречаться препятствия, но в целом теперь наши потребности удовлетворяются; мы научились выражать свои желания; нас защищают границы. Мы больше не существуем в режиме выживания и в этом непривычно спокойном состоянии начинаем понимать, что уже много лет не позволяли себе просто развлекаться и играть.
По данным исследований, игра напрямую влияет на самооценку и благополучие[123]. Она наполняет жизнь легкостью и красками и позволяет побыть в моменте, составляя разительный контраст с рутиной, полной обязательств. Игру часто считают детским занятием, но для бывшего патологического альтруиста она становится необходимым противоядием от самопожертвования и чрезмерной концентрации на других.
Игра рождается из наших уникальных желаний. Тут мы всегда ставим себя на первое место. Для человека, который годами считал, что его цель — обеспечивать чужой комфорт, делать что-то ради удовольствия от процесса — поистине радикальное отступление от привычного паттерна. В этой главе мы изучим разные виды игры; узнаем, почему разучаемся играть; научимся культивировать игровое восприятие и потренируемся возвращать себе умение радоваться и веселиться.
Основатель Национального института игры психиатр Стюарт Браун заявляет, что суть игры — не в специфической деятельности, а в особом психологическом настрое. Для нее характерно «чувство вовлеченности и удовольствия: игрок теряет ощущение времени и пространства, а процесс становится важнее результата»[124].
Для одного человека это игра на пианино. Для другого — занятия греблей. Третий играет, когда коллекционирует марки или пробует приготовить еду по новому рецепту. Этих людей объединяет внутренняя мотивация: не ради будущего результата, а ради удовольствия и процесса.
Взрослые называют игру отдыхом, возможно, чтобы казаться солиднее. Интересно, что один из синонимов этого слова — рекреация — образован от латинских корней re (снова) и creare (создавать) и в XIV веке использовался в значении «лечить больного». Это в буквальном смысле процесс возвращения к жизни. Такое значение этого слова актуально и в наше время. Современные люди, причем не только те, кто борется с привычкой угождать, страдают от нехватки радости, удовольствия и веселья. Многие, как белки, целыми днями крутятся в бесконечном колесе обязательств.
Между тем склонность к игре заложена в нас эволюцией, как и во всех млекопитающих[125]. Правда, многие из нас уверены, что не умеют веселиться. А для кого-то игра связана с ощущением неловкости и неполноценности: мол, все должно получаться естественно, но не получается.
Сотни социальных и культурных норм мешают нам играть. Не стоит воспринимать игру как навык, который мы утратили; считайте ее врожденным свойством, которым трудно пользоваться в современной культуре. Даже дети в наше время (с 1955 года) меньше играют[126]. Эксперты выявили несколько причин, почему так происходит: популярность «вертолетного родительства» (гиперопеки), меньше времени наедине с природой, повышенное внимание к обучению, увеличившееся экранное время. Раз за разом специалисты приходят к выводу, что, если ребенку не разрешают и не дают возможности играть, он не будет чувствовать себя комфортно, занимаясь этим.
В последнее время самым популярным досугом у детей и взрослых стали экраны. Мы перешли от творческой активной игры к пассивному потреблению контента[127]. Хотя такое времяпровождение может быть отдыхом (но это спорно), это не игра, и тысячи исследований подтверждают, что оно способствует тревожности и депрессии.
Однако главная причина снижения популярности игры в том, что в нашей культуре больше всего ценятся зарабатывание денег, достижение статуса и продуктивность. В культуре крысиных бегов, побочном продукте капитализма, принято считать, что человек имеет ценность до тех пор, пока эффективно производит, и тут игра не только теряет значение, но и воспринимается как пустая трата времени. Автор книги «Отдых — это сопротивление» Триша Херси пишет: «Крысиные бега не только крадут воображение и время; они лишают способности радоваться, увлечений, досуга и экспериментаторства. Мы застреваем в нескончаемом цикле и вынуждены все время куда-то бежать… Мы должны раскрыть этот обман, упростить свою жизнь и отказаться от привычки быть постоянно чем-то занятыми»[128].
Привычка быть занятыми и продуктивными не оставляет места для игры. У взрослых огромный список дел, который не позволяет расслабиться даже в свободное время. Мы отвечаем на почту и одним глазом смотрим телевизор; печатаем сообщения, пока ждем зеленого сигнала светофора.
Если нам все-таки удается найти время для игры и творчества, культура крысиных бегов побуждает нас монетизировать хобби. Если вы хорошо рисуете, почему не продаете свои картины? Если вы комик-любитель, почему бы вам не завести свой канал и не набирать подписчиков? И вдруг оказывается, что цель игры — уже не процесс, а сопутствующие выгоды: деньги, признание, статус. Игра тоже превращается в крысиные бега и лишается своего фундаментального принципа: процесс всегда важнее результата.
Культура крысиных бегов порождает перфекционизм: идею, что любое дело стоит начинать, только если результат безупречен. Многие прекращают игру, поняв, что не смогут стать лучшими; если вы попробуете вспомнить, как перестали играть, то, возможно, поймете, что причина проста: у вас что-то не получалось «идеально». Например, проиграв один матч, человек решает бросить футбол; из-за одной неудачной шутки перестает заниматься стендапом; прекращает писать песни, получив один негативный комментарий после концерта. Перфекционизм и игра несовместимы.
Вместе эти силы укрепляют иллюзию, будто игра неважна. Если мы не умеем играть, это не личный недочет, а признак того, что мы безупречно следовали правилам общества и стремились быть производительными и успешными достигаторами. Чтобы заново открыть в себе умение играть, необходимо отказаться от усвоенных установок и вспомнить, что игра необходима и возвращает радость жизни.
Не торопясь прочитайте следующие строки. Затем устройтесь удобно, закройте глаза и поразмышляйте.
Вспомните, как вы играли в детстве.
• Возможно, вы играли на улице, на природе, на берегу водоема, в лесу.
• Может быть, играли с сестрой или другом в доме.
• Может, это была спортивная игра на свежем воздухе.
• А может, вы играли одни, в компании только своего воображения.
Понаблюдайте за этим воспоминанием.
• Попробуйте вспомнить все, что вас окружало: звуки, запахи, образы.
• Поставьте на паузу изображение себя в детстве.
• Хорошенько рассмотрите себя: лицо, улыбку, смех.
• Этот ребенок — вы — был полностью погружен в момент?
• У него не было тревог?
• Он был полностью вовлечен в игру и чувствовал себя живым?
Обратите внимание, что вы чувствуете, представляя более юную версию себя.
• Испытываете ли вы тоску?
• Возможно, горе или грусть?
• Желаете чего-либо?
Признайте свои эмоции, прочувствуйте их сердцем и телом.
• Возможно, даже произнесите вслух: «Я слушаю. Я здесь».
Когда будете готовы, откройте глаза.
Когда я предлагаю выполнить это упражнение на своих лекциях, меня всегда потрясает телесная реакция зрителей. Некоторые пробуждаются от размышлений со слезами. Другие открывают глаза в блаженной дреме и шепчут: «Я и забыл, как это приятно».
Своими впечатлениями делится 28-летняя Сьюз: «В воспоминаниях мне шесть или семь лет, я прыгаю по лужам во дворе… Днем прошла гроза. На мне резиновые сапоги, которые мне велики, я прыгаю и поднимаю как можно больше брызг, смеюсь и подначиваю сестренку Анну, чтобы та следовала за мной… Мы вместе придумываем воображаемый мир: каждая лужа — новая страна, надо поднять как можно больше брызг, чтобы получить сокровище… Мы так могли играть часами. Мне приятно об этом вспоминать, но и грустно, потому что я не помню, когда в последний раз так забывала обо всем, делая что-то настолько простое. Эта маленькая девочка кажется совсем чужой».
А вот что поведал 50-летний Малик: «Мне было десять лет, когда меня пригласили в футбольную команду. Каждое воскресенье мы собирались в парке на тренировку. Один день мне особенно запомнился. Дул сильный ветер, пахло свежескошенной травой… Я играл в середине поля, бежал за мячом и несся так быстро, что на миг мне показалось, будто я взлечу. Такой восторг. Я чувствовал себя живым. Тренировка длилась два часа, и я не мог думать ни о чем другом. Сейчас я даже на пять минут не могу сконцентрироваться, тянет проверять почту».
Эти воспоминания позволяют выйти за рамки культуры крысиных бегов и физически ощутить необходимость игры. В детстве мы ничего ею не зарабатывали, не приобретали статус и не достигали славы, но даже спустя столько лет отчаянно желаем испытать то чувство присутствия в моменте, радость и ощущение себя живыми.
Многие переживают, что они не из тех, кто умеет играть. Среди нас наверняка есть интроверты, предпочитающие тихую компанию книги шумным вечеринкам. Кому-то кажется, что он не умеет дурачиться, знает мало анекдотов и потому не может играть. Кому-то просто некогда.
Если человек не понимает, что такое игра, одна мысль о ней может его пугать. Но процесс этот для всех выглядит по-разному. Стюарт Браун опросил несколько тысяч людей и выявил восемь типов личности в зависимости от их игровых предпочтений[129]. Эта классификация поможет понять, что каждый воспринимает игру по-своему.
• Коллекционерам нравится собирать вещи (марки, машины, монеты, книги) или впечатления (например, ходить на все концерты своей любимой группы).
• Игроки любят структурированные игры с четкими правилами и участвуют в них ради победы.
• Художникам нравится создавать: такие люди сочиняют музыку, вяжут, работают по дереву, рисуют, сочиняют и т. д.
• Режиссеры любят создавать и организовывать мероприятия и впечатления.
• Первооткрывателям нравится исследовать и пробовать новое — и речь не только о местах, но и об идеях, пище, людях, мнениях и т. д.
• Шутники любят дурачиться, рассказывать анекдоты, смешить окружающих и устраивать розыгрыши.
• Кинестетики любят движение и увлекаются танцами, йогой, прогулками, различными видами спорта.
• Рассказчики пускают в ход свое воображение и сочиняют истории; могут делать это с помощью литературного творчества, танца, лекций, магии и т. д.
Эта классификация поможет определить, какой вид игры для вас естественный. Вы можете с удивлением обнаружить, что уже занимаетесь тем, что приносит вам удовольствие, просто раньше не воспринимали это как игру.
37-летний Стюарт всегда считал себя серьезным. Все контрольные и экзамены в школе сдавал на отлично, в колледже вечерами сидел в общежитии и зубрил. Вечеринки, шутки, большие толпы его никогда не интересовали; он считает себя слишком серьезным для игры и думает, что такому интроверту, как он, это не подходит.
Однако, просмотрев список из восьми типов личности, он узнает себя в описании первооткрывателя. Стюарт обожает узнавать случайные факты о людях, странах и разных темах; его интересует абсолютно все. В детстве они с бабушкой смотрели викторины по телевизору, а теперь в свободное время он любит почитать «Википедию». Он никогда не воспринимал это как игру, ему просто нравился восторг от узнавания нового. Но тут он понимает, что на самом деле он первооткрыватель идей. Он задумывается, как можно реализовать этот интерес.
Он вспоминает, как в детстве любил викторины, и проверяет, проводятся ли в его любимых барах квизы. Обычно он не любит оказываться в компании, но решает, что с людьми, объединенными общим интересом — ведь они все любят отвечать на вопросы, — он будет чувствовать себя в своей тарелке. Он также ищет кинотеатры, где показывают документальные фильмы: оттуда тоже можно узнать много нового, хотя обычно он не ходит в кино.
Проходит два месяца. Стюарт начинает посещать квизы по средам в местном баре и один раз ходил на показ документального фильма. Он дал волю своей страсти к первооткрывательству, и его жизнь заиграла новыми красками.
Подобно Стюарту, стоит только узнать себя в одном из восьми типов, как мы станем намеренно искать возможности впустить в свою жизнь игру. Например, игрок может вступить в спортивную команду; шутник — попробовать себя в любительском театре; художник — заняться живописью.
У современного человека неизбежно возникает вопрос: а пролистывание ленты в соцсетях — игра? А просмотр нового фильма? А игра в судоку на телефоне? Экранное время действительно может быть разновидностью игры; все зависит от того, как мы себя при этом чувствуем. Чтобы какое-то занятие считалось игрой, оно должно быть приятным и задействовать ум или тело. Когда мы используем экраны для пассивного потребления контента (а пролистывание лент обычно из этой категории), мы не играем, а бьем баклуши.
В книге «Поток» психолог Михай Чиксентмихайи пишет, что, хотя праздное времяпровождение в умеренных дозах необходимо, большинство людей не получают от него удовольствия, а исследования показывают, что праздность не способствует счастью[130]. Праздность, по словам Чиксентмихайи, — пассивное впитывание информации без применения каких-либо навыков или использования новых возможностей действовать. В результате человек всю жизнь балансирует между скукой и тревогой и практически не способен контролировать происходящее. Это было сказано до появления соцсетей, но прекрасно описывает ощущения многих после пролистывания ленты или бесконтрольного просмотра сериалов.
Игра же — активное времяпрепровождение, человек участвует в ней физически или ментально, вовлечен и получает удовольствие. Там мы часто бросаем себе вызов, и это может привести к состоянию потока — «состоянию высокой концентрации и вовлеченности, которое достигается при выполнении задачи чуть более сложного уровня, чем текущий уровень наших навыков». В потоке мы полностью поглощены деятельностью и не замечаем время. Малик — тот самый, что в детстве играл в футбол, — так описывает это состояние: «Такой восторг. Я чувствовал себя живым. Тренировка длилась два часа, и я не мог думать ни о чем другом».
Возможно, вам доводилось испытывать это состояние, когда вы рисовали картину, забирались на гору, играли на гитаре или готовились к марафону. Моменты полной концентрации, когда не замечаешь времени, — одни из самых чудесных в жизни[131]. Чиксентмихайи называет их оптимальным опытом. Как ни удивительно, исследования показывают, что, хотя в состоянии потока исчезает эго, после выхода из него и окончания деятельности чувство «я» укрепляется[132]. Поэтому состояние потока особенно полезно тем, кто пытается побороть привычку угождать: оно укрепляет автономное ощущение «я».
С учетом всего вышесказанного экранное время может быть игрой, если мы вовлечены и активны: например, играем в сложную игру, занимаемся творчеством (пишем рассказы и музыку, рисуем, редактируем видео) или исследуем новые идеи. Если почти все свободное время вы проводите перед экранами — а для большинства это, к сожалению, верно, — стоит задуматься о возвращении в офлайновый мир и уделить внимание своим телу, окружению, друзьям и сообществам.
Игра — противоположность культуры крысиных бегов, если мы хотим больше играть, нам нужно изменить восприятие. Разум современного человека заточен на перфекционизм, достигаторство и продуктивность; человек играющий ценит присутствие в моменте, легкость, спонтанность, новизну и общение.
Объясним на примере 59-летней Мэрайи, которая уже два года борется с привычкой угождать. Она научилась ставить в приоритет свои потребности и устанавливать границы, но ей до сих пор трудно находить время для игры и веселья.
Ее тип личности — «художник». В детстве и юности ей нравилось делать наброски, она занималась скульптурой и работала акварелью. Стены ее детской были сплошь увешаны рисунками. Но с возрастом она стала все меньше заниматься творчеством. Родители терпели ее увлечение, но гораздо больше хвалили ее, когда она добивалась успехов в учебе, и она сосредоточилась на подготовке к экзаменам, поступила в лучший колледж и построила карьеру.
После колледжа она стала бухгалтером, основала собственный бизнес и с тех пор — это было тридцать лет назад — не знала ничего, кроме работы. Она очень много зарабатывает, у нее есть финансовая возможность трудиться вполовину меньше и жить в достатке до скончания дней. И все равно она редко ездит в отпуск, обычно даже не уходит на обеденный перерыв и работает и вечерами, и в выходные.
Тридцать лет она жила в таком бешеном темпе и ощущает пустоту и выгорание. На первом месте у нее всегда работа, она не отдыхает, не радуется, в ее жизни нет баланса — а во всем этом она нуждается. К тому же она становится старше и не хочет, чтобы до конца дней в ее жизни не было ничего, кроме бухгалтерского учета. И все же идея заняться творчеством для удовольствия кажется очень странной.
Многим сложно даже ненадолго отказаться от стремления достигать и добиваться. Если жажда успеха никак вас не оставляет, задумайтесь, что значит успешная игра. В игре успех не в том, чтобы нарисовать идеальный пейзаж, победить в стендап-турнире или написать идеальную песню. Смысл — в процессе рисования, написания песен и придумывания шуток на ходу. Тот, кто играет, уже добился успеха.
Мэрайя очень ориентирована на достижение целей; это помогло ей добиться успеха. Она испытывает огромное удовлетворение, когда вычеркивает пункты из списка. Ее нервируют мысли об игре без структуры и правил, и для начала она решает выделить два получасовых отрезка в неделю для творческой деятельности. Она решает, что потом можно будет увеличить это время, но начать стоит с малого.
Когда приходит время играть в первый раз, Мэрайя садится на кухне со скетчбуком. Нервно притопывает ногой и кусает кончик карандаша. Она чуть не хихикает от того, как странно себя чувствует, выделив особое время для рисования. Она решает сделать набросок кухонной столешницы; карандаш скользит по бумаге, а она борется с желанием раскритиковать свой рисунок: «Совсем разучилась! Ты вообще помнишь, как это делается?»
Мэрайя сомневается в себе, но продолжает: она не из тех, кто нарушает обещания. Полчаса истекли; она сделала набросок столешницы. Внутренний критик шепчет, что рисунок не очень, но она напоминает себе, что у нее не было цели сделать все хорошо: она планировала посвятить время рисованию, и у нее получилось. Она закрывает скетчбук с чувством удовлетворения от достигнутой цели.
Те, кто пытается научиться снова играть, часто сталкиваются с нервозностью, страхом и сомнениями в себе. Признайте, что слышите внутреннего критика, но не позволяйте ему встать между вами и игрой. Не бойтесь неловкости, напомните себе, что пробуете что-то непривычное, то, что в нашей культуре не принято. Спросите себя: «Готов(-а) ли я перетерпеть этот неловкий момент, чтобы начать радоваться жизни?»
«Окном» называют время, когда мы не подвергаемся внешним воздействиям: не смотрим в телефон или телевизор, не читаем, не слушаем подкасты и ни с кем не разговариваем. В наше время это большая редкость. Мы потребляем контент даже в минуты ожидания в очереди или на автобусной остановке: читаем и набираем текстовые сообщения, смотрим мемы, слушаем подкасты. Но для игры такое «окно» просто необходимо. Там наш мозг не реагирует на входящую информацию, а блуждает, исследует, самовыражается, проявляет любопытство и творит. Возможно, вы удивитесь, насколько необычные и масштабные идеи придут в голову, если вы не будете постоянно подвергаться внешним стимулам.
Создать такие условия можно намеренно, выделив время для того, чтобы просто быть, пусть всего десять минут. Можно пойти на прогулку без телефона, спокойно посидеть на диване и помечтать, полежать на траве и полюбоваться звездным небом.
Сначала Мэрайе приходится не по душе идея белого пространства. Последние тридцать лет она провела, приклеившись к экранам. В редкие вечера, когда не работала, смотрела телевизор без звука и одновременно слушала любимый подкаст. По правде говоря, она даже не помнит, когда в последний раз вообще ничего не делала.
Она решает, что пережить безделье в движении будет проще, и, дождавшись солнечного дня, идет на прогулку к ближайшему озеру. Недовольно поморщившись, телефон оставляет дома.
В первые пятнадцать минут Мэрайя прокручивает в голове рабочие задачи, то и дело тянется за телефоном, чтобы ответить на письмо, и с досадой вспоминает, что оставила его дома. Она смотрит на озеро, надеясь найти хоть что-нибудь, что отвлечет ее от размышлений, и вдруг замечает, что вода и безоблачное небо совершенно одинакового синего цвета. Если бы не ряд деревьев на горизонте, они казались бы одним бесконечным пространством. Она представляет, как можно нарисовать этот пейзаж акварелью и назвать его, например, «Безбрежное небо» или «Выше и ниже горизонта».
Как же здорово испытать вдохновение, просто оглядевшись по сторонам! Уже давно у нее не возникало желание нарисовать что-то конкретное. Мэрайя решает чаще выходить на охоту за вдохновением без телефона и оставаться наедине с окружающим миром.
Когда в голове бесконечно крутится, что надо сделать сегодня, завтра и до следующего дедлайна, игра кажется ненужной и неважной. Зачем вообще искать время для ерунды вроде прогулок или пустых мечтаний, есть же дела поважнее?
Но представьте, что однажды вы окажетесь при смерти и будете с ностальгией вспоминать свою жизнь. Тогда окажется, что игра как раз не была ерундой. Как Мэрайя, мы вряд ли захотим с болью осознать, что вся наша жизнь состояла только из рабочей переписки, дедлайнов и созерцания экрана телефона. Каждому хочется оглянуться и понять, что она была полна красоты, творчества, радости и смеха. При отсутствии мотивации к игре этот сдвиг в восприятии поможет сосредоточиться на том, что действительно важно.
Прошло четыре месяца с тех пор, как Мэрайя начала уделять время игре и творчеству. Ее жизнь и самоощущение кардинально изменились. Вечерами она уже не задерживается в офисе, разложив перед собой таблицы. Она сидит на кухне в сумерках, делает наброски и рисует акварелью по несколько часов. На холодильнике висит брошюра с рекламой двухнедельного ретрита для художников; женщина видит ее первым делом с утра, когда заваривает кофе. Она еще не готова поехать, но знает, что однажды обязательно это сделает.
За сорок лет она растеряла навыки, но ее это не беспокоит. Она продолжает рисовать, ведь это приносит радость и позволяет побыть в моменте. Со скетчбуком она действительно отдыхает; для нее это возможность побыть наедине с собой и своим воображением. Иногда она жалеет, что не начала раньше, но, как только карандаш касается бумаги, все ее сожаления, тревоги и сомнения растворяются в бесшумном потоке творчества.
Упражнения для тех, кто хочет вернуть себе радость игры
Итак, определив свой тип личности и переключившись на игровое восприятие, мы можем вернуть себе радость игры с помощью этих упражнений.
Начните с десяти минут
Поначалу выделять время для игры сложно. Но важно помнить, что не нужно радикально менять свою жизнь и ежедневный график; время для игры всегда найдется. Даже десять минут занятий помогут освоиться, и со временем игра станет естественной.
Поначалу отводите игре короткие отрезки времени: тогда вас точно ждет успех. Например, в зависимости от вашего типа личности можно десять минут танцевать в гостиной; покидать мячик с другом; изучить интересную тему в интернете; рассказать другу анекдот; попробовать скопировать разные голоса; решить кроссворд; полепить из глины; поиграть на гитаре; побросать обручи; прогуляться.
Хавьер — отец-одиночка. Он работает консультантом и проводит встречи по видеосвязи, пока две его дочери в школе. Когда они приходят домой, начинается суета: он готовит ужин, помогает девочкам сделать уроки, читает им перед сном и, если повезет, успевает прочесть несколько страниц своей книги, прежде чем отключиться.
У него совершенно нет свободного времени. График настолько забит, что он не может ни записаться на курсы, ни присоединиться к спортивной команде. Но игры ему очень не хватает; жизнь превратилась в один нескончаемый список дел, и это его уже беспокоит.
Однажды дети уходят в школу, а он убирается в детской и находит под кроватью колоду карт. Тут он вспоминает своего друга из колледжа, который умел показывать карточные фокусы, и приходит шальная мысль: «А что, если научиться фокусам? Это же не очень сложно. Девочкам понравится».
Он смотрит на часы: до следующей встречи еще десять минут. Он берет карты, вытирает пыль с колоды, садится за стол и открывает видеоинструкции. Через десять минут он может показать простой фокус. Конечно, надо еще потренироваться, но он чувствует себя замечательно, отвлекшись на такое легкое веселое занятие.
Две недели он по паре минут в день тренирует фокусы и наконец показывает дочкам, чему научился. Те кричат: «Еще! Покажи еще!» Хавьер смеется; он рад, что им понравилось. Вечера фокусов становятся традицией: теперь каждые выходные он показывает дочкам новый трюк, которому научился на неделе.
Его график почти не изменился, зато теперь у него есть новый способ снять повседневный стресс. На несколько минут в день он будто снова становится ребенком, и эти чудесные моменты заряжают его на весь оставшийся день.
Скажите «да» спонтанности и новизне
Современная жизнь ежедневно предъявляет к нам столько требований, что многим просто хочется расслабиться в привычной обстановке. Конечно, можно каждый день смотреть кино онлайн и пролистывать ленты в соцсетях. Но игра подразумевает выход из зоны комфорта; открываясь ей, мы должны пробовать новое и незнакомое. Делать что-то новое, причем спонтанно, — это само по себе игра; к тому же как узнать, что тебе интересно, если не пробовать?
Мы говорим «да» спонтанности и новизне, когда видим листовку с рекламой какого-то события в нашем городе и решаем сходить; отправляемся на концерт новой местной группы; просто так забредаем в незнакомую часть города; заводим разговор с незнакомцем в кофейне; соглашаемся на приглашение друга сходить в поход или провести день на пляже.
Соглашайтесь на групповые занятия
Когда всю жизнь подавлял в себе игровой инстинкт, иногда сложно пробудить его в одиночку. Игра в группе вдохновляет, дарит ощущение принадлежности и структуру, если занятия проводятся регулярно. Даже если вы никогда не занимались тем, что хотели бы попробовать, есть много групп для новичков, где люди собираются и вместе учатся чему-то. Например, можно вступить в местную спортивную команду, присоединиться к книжному клубу, записаться в кружок вязания, литературный или стендап-клуб, отправиться в походы с энтузиастами или на встречи коллекционеров.
Тому, кто увяз в болоте стресса и сверхурочной работы, иногда очень полезно пообщаться с людьми, которые умеют играть. Возможно, у вас есть друг или родственник, который всегда «за любой кипеш». Малышам играть сам бог велел: если у вас нет своих детей, племянников и племянниц, можно вызваться волонтером в организацию, работающую с детьми. Полезно проводить время и с животными: вот кто всегда в моменте и действует спонтанно!
Женевьеве очень трудно дается игра. У нее выдался трудный год: она получила повышение, но вместе с ним и больше ответственности, сильный стресс и тревогу. Из-за тревожности она совсем утратила способность веселиться и расслабляться. Если перед ней стоит выбор — попробовать что-то новенькое или остаться дома и посмотреть телевизор, она всегда выбирает второе: ей так удобнее.
Как-то раз в субботу после особо сложной рабочей недели она лежит на диване в трениках и вдруг получает сообщение от своей лучшей подруги Джанель: «Ты дома? Я соскучилась! Давай сходим куда-нибудь!»
Они с Джанель познакомились в колледже; жизнерадостная хохотушка сразу понравилась Женевьеве. Подруга всегда придумывала, куда пойти, покупала билеты на концерты, устраивала пикники, спонтанно бронировала поездки на выходные. Женевьева любит Джанель, но сегодня ей очень хочется остаться дома. «Даже не знаю, — отвечает она, — у меня выдалась тяжелая неделя, ничего не хочется. Не хочу портить тебе настроение».
Джанелль отвечает: «Подумаешь, не хочется, я приеду к тебе через полчаса! Увидишь, тебе станет лучше!»
Женевьева смеется; Джанель всегда умеет поднять настроение. Через полчаса подруга приезжает на своем потрепанном джипе; из открытых окон грохочет веселая танцевальная музыка. Женевьева садится на пассажирское место; смех Джанель и ее шутки тут же поднимают ей настроение. Они весь день катаются по городу, заезжают поесть мороженого, ходят по секонд-хендам, а потом останавливаются на смотровой площадке и любуются закатом.
Когда Джанель высаживает Женевьеву у дома, та понимает, что уже несколько часов не вспоминала о работе. Она чувствует легкость, какой не испытывала несколько недель, и обещает себе, что впредь даже при сильном стрессе будет всегда находить время для Джанель: именно в такие моменты ей больше всего нужно веселиться.