В этой части мы поговорим о том, насколько счастливой может стать наша жизнь после того, как мы избавимся от привычки угождать. Одно из главных преимуществ преодоления этого паттерна в том, что мы наконец сможем выстроить поистине близкие отношения с окружающими. Угождатели живут под маской и никогда не открывают окружающим свое истинное «я». Не высказывают свое мнение, избегают конфликтов, пренебрегают собственными потребностями и надеются, что все это поможет заслужить любовь, счастье и чувство принадлежности. Однако на деле все это препятствует близости. Окружающим может очень нравиться наша маска, но человека под маской будет беспрестанно преследовать ощущение, что никто его не замечает и не знает по-настоящему.
Слово «интимность» образовано от латинского корня intimus — внутренний[102]. В процессе формирования интимных отношений с другим человеком мы открываем ему свой внутренний мир. Мы делимся самыми сокровенными желаниями и мечтами. Честно признаемся в своих чувствах и потребностях, даже если это нелегко. По сути, приглашение к близости означает, что мы привносим в отношения больше своего «я», хотя прежде долгие годы старались, чтобы оно было как можно менее заметным.
В этой главе мы поговорим о трех способах построения по-настоящему близких отношений. Разрушим миф, что нужно молчать и слушать, чтобы привлечь партнера; опровергнем убеждение, что конфликта нужно избегать любой ценой; развеем стереотип, что компромисс — это всегда хорошая идея.
Уже два года Кьяра борется с привычкой угождать. Это было нелегко, но она видит результат; устанавливать границы и просить окружающих о чем-то стало намного проще. Когда она поняла, что ее партнер Чед не в состоянии удовлетворить ее эмоциональные потребности, она порвала с ним. Это было полгода назад, и Кьяра готова к новым свиданиям.
Как и у многих бывших патологических альтруистов, у Кьяры большой опыт неудовлетворительных романтических отношений. В прошлом на свиданиях с мужчинами она старалась быть как можно более приятной и ненавязчивой. Молча слушала, как мужчины рассказывали о своей работе, увлечениях и друзьях. Когда же те начинали расспрашивать ее, смущенно отнекивалась: «О, у меня такая скучная работа, не стоит даже говорить о ней! Чем планируешь заняться в выходные?»
Еще Кьяра осыпала мужчин комплиментами, притворялась, что ей интересны их увлечения, и почти не говорила о своих чувствах, потребностях и мечтах. В результате она привлекала один тип мужчин: харизматичных, доминантных любителей поговорить о себе. Им нравилась партнерша, которая слушала их, развесив уши, и ничего не требовала взамен.
В итоге у Кьяры всегда возникало чувство, что она на вторых ролях. Как многие патологические альтруисты, она втайне мечтала, чтобы партнер хотел узнать ее настоящую, проявлял к ней такой же интерес, как она к нему, и стремился к равноценным отношениям. Теперь она понимает, что молчание на свиданиях не привело ни к чему хорошему: она привлекала людей, которые не могли любить ее так, как ей было нужно.
В детстве многих из нас вознаграждали, когда мы подавляли свои потребности, скрывали чувства и притворялись, будто нам интересно то, что нравится другим. В награду мы могли получать чувство безопасности, любовь, благодарность и заботу. Так постепенно у многих из нас возникла установка, что подавление истинного «я» — ключ к формированию отношений. Эта стратегия легла в основу построения новых отношений с друзьями и партнерами, и отчасти она была успешной. Ущемляя себя и стараясь не высовываться, мы действительно формировали отношения — но, увы, не те, которые были нам нужны.
Попробуйте вспомнить ситуации, когда вы подавляли свои потребности и чувства, чтобы завоевать чьи-то любовь и привязанность. Удалось ли вам подружиться с людьми или наладить романтические отношения, в которых вы чувствовали, что вас замечают, понимают и ценят? Были ли это равноценные взаимные отношения, к которым вы стремились? Или, как Кьяра, вы чувствовали себя невидимкой? Испытывали недовольство и ощущали себя в ловушке в отношениях, где ничего не получали в ответ на самопожертвование? Доводилось ли вам думать: «Если бы они знали, что я на самом деле чувствую и что мне нужно, они бы не стали со мной общаться?»
Думаю, ваш опыт может предоставить достаточно доказательств того, что тот, кто не высовывается, привлекает не тех людей. Увы, если человек никогда не заявляет о себе, он притягивает тех, кому нравятся люди, которые молчат и не высовываются. Если человек не устанавливает границы, он будет притягивать тех, кому нравятся люди без личных границ. К сожалению, умалчивая о своих потребностях, чтобы заслужить любовь, мы привлекаем людей, которые не смогут и не будут любить нас по-настоящему.
Но если с самого начала проявлять себя в новых отношениях, быть заметными и демонстрировать свое истинное «я», мы сможем найти друзей и партнеров, которые станут принимать нас такими, какие мы есть.
Один из самых распространенных способов ущемления себя, к которому прибегают люди с привычкой угождать, — роль зеркала в отношениях[103]. Вместо того чтобы быть полноценным участником отношений со своими желаниями, потребностями, убеждениями и мнением, мы попросту зеркалим чужие желания, потребности и убеждения. Мы подстраиваем собственные интересы и мечты под чужие и постепенно полностью растворяемся в личности другого. Психотерапевт Эстель Перель говорит, что по-настоящему близкие отношения в таком слиянии невозможны: они возникают лишь во взаимодействии двух полноценных отдельных «я». В книге «Всегда желанные» («Размножение в неволе») она утверждает, что потребность быть вместе идет бок о бок с потребностью в отдельности[104]. Одно не существует без другого. Слишком большая дистанция между людьми препятствует контакту. Но чересчур тесное слияние приводит к уничтожению индивидуальности обоих. Нет больше дистанции, которую необходимо преодолевать, моста, по которому можно пройти, некого навещать по другую сторону, нет другого мира, куда можно попасть. Когда люди срастаются и двое становятся как один, контакт невозможен: попросту не с кем его устанавливать.
Отказываясь от привычки угождать, мы начинаем понимать, что близкие отношения строятся при участии двух отдельных аутентичных «я». И в новых отношениях с друзьями и партнерами мы начинаем занимать ровно столько же места, сколько другой человек. Мы высказываем свое мнение, делимся своими интересами и занимаем пятьдесят процентов причитающегося себе пространства.
И если, умаляя себя, мы притягивали людей, которым нравилась наша незаметность, заявляя о себе, мы будем притягивать тех, кому по душе наша индивидуальность. Выражая свои чувства, мы станем притягивать людей, которым это нравится. Проявляя свое истинное «я» в отношениях, мы начнем притягивать людей, которым оно по душе.
Со временем это удивительное взаимодействие двух аутентичных «я» приведет к формированию более свободных, ярких и полноценных отношений. А кто-то впервые поймет, что значит быть в отношениях, а не в роли молчаливого слушателя.
Если кому-то не нравится наше аутентичное «я», это вовсе не значит, что надо его скрывать. Просто мы с человеком несовместимы — и это нормально.
Давным-давно, еще когда мы стремились всем угождать, любое отсутствие интереса со стороны окружающих воспринималось на свой счет. Мы начинали думать: «Как бы подстроиться под него, чтобы ему понравилось? Как скрыть какие-то качества, которые ему не по душе?» Теперь отсутствие интереса со стороны неподходящего нам человека воспринимается с облегчением или по крайней мере спокойно. Так мы просто экономим время, которое могли бы потратить на попытки построить отношения с человеком, которому безразличны наши чувства и потребности.
Отказываясь от стремления всем нравиться, мы наконец разрешаем себе не притворяться. Только так можно найти людей, которые будут ценить нас такими, какие мы есть.
История Кьяры
Кьяра дает себе обещание больше не быть невидимкой и начинает снова ходить на свидания. За ужинами с мужчинами она не только задает вопросы, но и рассказывает о себе. Рассуждает о плюсах и минусах работы в благотворительной организации; рассказывает о своих друзьях; признается, что мечтает путешествовать по свету. Поначалу она очень нервничает, ей кажется, что ее «слишком много», но быть заметной очень приятно.
Некоторые мужчины проявляют любопытство и интерес к ее рассказам. Они смеются, задают наводящие вопросы, рассказывают подобные истории, которые случились с ними. В эти моменты Кьяра чувствует, что между ними возникает истинный контакт; ее замечают, видят, она нравится этим парням такой, какая есть. Но другие мужчины проявляют равнодушие. Кто-то оказывается не способен на эмпатию; другие снисходительно обесценивают ее интересы. Сталкиваться с обесцениванием больно, но Кьяра напоминает себе: «Значит, мы друг другу не подходим».
Проходит несколько недель, и Кьяра идет на второе, а потом на третье и четвертое свидание с харизматичным и добродушным Нейтаном. Они сближаются, и Кьяра замечает, насколько непривычны ей искренние проявления привязанности и уважения.
Нейтан зовет Кьяру на концерт своей группы. Через несколько недель она приглашает его быть ее спутником на благотворительном ужине, который организует ее компания. Он уверенно ведет себя в зале, полном незнакомых людей, и, когда они возвращаются домой, держась за руки, шепотом произносит: «Какой прекрасный вечер. Я так тобой горжусь».
Проходит полгода; Кьяра и Нейтан в счастливых отношениях. Они познакомили друг друга со своими друзьями, сводили друг друга в любимые рестораны, поделились своими тревогами и страхами. Их отношения наполнены любовью и удовлетворением, и Кьяре даже не верится: неужели так бывает?
Но однажды кое-что происходит, и у Кьяры возникают сомнения в чувствах Нейтана.
В близких отношениях конфликты неизбежны
Каждое лето Нейтан собирается с ребятами из колледжа; они едут на рафтинг и барбекю. В этот раз он зовет Кьяру с собой. Она очень рада: он много раз рассказывал ей об этих поездках, и ей хочется познакомиться с его друзьями.
Они паркуются на берегу реки, где уже стоят десять машин его друзей. Все разгружают вещи и надувают рафты. Нейтан обходит всех, здоровается, обнимается, а Кьяра смущенно стоит в сторонке и ждет, пока он ее представит. Наконец она видит, что он увлекся разговором и забыл о ней; тогда она начинает сама разгружать машину.
Они спускаются к реке, собираются вместе и обсуждают, кто сядет в какую лодку. «Чур, мы вместе, — говорит Нейтан и по-дружески ударяет в грудь своего приятеля. — Кто был соседями по комнате, тот садится в одну лодку».
Все разбиваются на пары, а Кьяра чувствует, что о ней забыли. Нейтан так и не представил ее своим друзьям, и она не понимает, почему он совсем к ней не подходит и не приобщает к компании. Наконец она садится в лодку с двумя женщинами — Лорен и Сэйдж. Они плывут, приятно болтают, солнышко пригревает, но Кьяру не покидает беспокойство.
Остаток дня проходит в том же духе. После спуска по реке компания устраивается в месте для пикника, разводит костер и организует барбекю. За весь день Нейтан почти словом не обмолвился с Кьярой; он занят разговорами с друзьями. Кьяра расстроена. «Зачем он меня позвал, если не планировал уделять мне внимание? — думает она. — Может, он вообще жалеет, что меня пригласил?»
День заканчивается, все расходятся по машинам. Нейтан и Кьяра едут домой. Она чувствует в груди неприятную тяжесть.
— Какой чудесный день! — радостно говорит Нейтан. — Ты бы видела — мы с Джо чуть не врезались в те камни! Еще чуть-чуть, и разбились бы!
Кьяра пытается изобразить улыбку.
— Правда? Как же такое случилось?
Она пытается сосредоточиться и слушает его рассказ. Они приезжают к нему домой и идут к двери.
— А тебе как, понравилось? — спрашивает он, снимая куртку. — Весело было, да?
Кьяра не знает, что ответить. Она обижена, но не хочет портить вечер. К тому же они никогда раньше не ссорились; она боится, что из-за конфликта их отношения закончатся, толком не успев начаться.
Для «выздоравливающего» патологического альтруиста нет зверя страшнее, чем конфликт. Так уж вышло, что раньше мы избегали его любой ценой, цензурировали свои чувства, замалчивали потребности и копили обиды, лишь бы сохранить подобие мира. Мы обменивали свою правду на иллюзию идеальной гармонии, и со временем это не могло не сказаться на нашей психике и отношениях. Мы терзались от своих молчания и одиночества, поскольку на плечах несли огромный груз невысказанных обид. Чтобы избежать конфликта, прятали части себя и тем самым препятствовали формированию по-настоящему близких отношений.
Однако конфликт — не только нормальная, но и неизбежная часть близких отношений. Обид не получится избежать: мы будем ранить наших близких, они — нас, ведь мы люди, а людям свойственно ошибаться. Разногласия и недопонимания неизбежны, но у нас есть выбор. Мы можем избежать конфликта, смолчать и запрятать обиду подальше, а можем высказаться, быть честными и поверить, что, если человек действительно любит нас, он захочет узнать, что мы чувствуем и как сильно он нас обидел, даже если это трудно слышать.
Это не значит, что близкие всегда будут соглашаться с нашими чувствами, удовлетворять все наши потребности и реагировать на наши претензии именно так, как хочется нам. Но в здоровых отношениях люди предпочитают дискомфортную честность лжи, поскольку последняя порождает недоверие и обиды, которые со временем копятся. Лишь будучи честными друг с другом, мы можем действовать сообща и вместе ответить на вопросы: «Что можно исправить? Где допустимо пойти на компромисс? Как найти точки соприкосновения? Как преодолеть кризис?» В близких отношениях конфликты решаются сообща и никогда не бывает так, что один человек берет все на себя, отмалчиваясь, чтобы сохранить мир.
По данным исследования Института Готтмана, поведение партнеров в ходе конфликта предсказывает, окажутся ли отношения удачными или нет[105]. Оно имеет определяющее значение. Иногда люди ведут себя деструктивно: обостряют разногласия, уменьшают вероятность благоприятного исхода и усиливают негативный настрой. Но есть и генеративные виды поведения: они способствуют налаживанию взаимопонимания и увеличивают шанс найти точки соприкосновения.
По данным Института Готтмана, следующие четыре вида поведения — назовем их четырьмя всадниками апокалипсиса — обостряют конфликт и даже становятся предикторами разводов в супружеских парах[106].
• Негативная критика: критика характера и личности человека, а не конкретного поведения и ситуации («Ты такой ленивый» вместо «Я расстроена, что ты не помогал готовиться к вечеринке»).
• Презрение: неуважительное проявление недовольства, высокомерие и снисходительное отношение к другому человеку, принимающее форму сарказма, цинизма, закатывания глаз или высмеивания («Надул шарики — и это все, на что ты способен? Я так и знала, что от тебя большего не жди»).
• Игра в обиженного: принятие позиции жертвы и манипуляции чувством вины («Да чего ты пристала? Вечно у тебя все не так»).
• Игнор: уход в себя с целью избежать конфликта и выразить неодобрение (один из участников столкновения начинает смотреть в телефон, избегает визуального контакта, молчит).
Многим бывшим патологическим альтруистам хорошо знакомы эти «четыре всадника апокалипсиса», ведь с другими моделями поведения во время конфликта они просто не сталкивались. Если в детстве родители вели себя именно так, столкнувшись с подобным поведением партнеров и друзей, мы решим, что «так и надо». Понятно, патологические альтруисты считают, что конфликта нужно избегать любой ценой.
Но когда человек начинает выстраивать здоровые отношения, то он понимает, что конфликт дает возможность обеим сторонам высказать свои тревоги, взять на себя ответственность за причиненный вред и восстановить доверие. Обсуждение, переговоры и исправление ошибок помогают создать прочные устойчивые отношения. Конфликт, закончившийся примирением, обладает глубоким целительным воздействием: мы на глубинном уровне понимаем, что не нужно отказываться от себя, чтобы нас любили.
Что, если конфликт разворачивается по негативному сценарию? Что, если другие прибегают к негативной критике, презрению, насмехаются и осуждают нас, используют конфликт, чтобы ранить наши чувства или унизить нас?
Если другой человек негативно реагирует на конфликт, это вовсе не значит, что не надо было говорить о своих чувствах. Это значит, что мы получили важную информацию о том, где установить новые границы и насколько жизнеспособны эти отношения в принципе, в долгосрочной перспективе. Конфликт помогает понять, способен ли человек уважать границы и чувства, если те отличаются от его собственных; умеет ли он брать на себя ответственность за причиненный вред; согласен ли сотрудничать и искать компромисс (подробнее о компромиссах мы поговорим ниже); умеет ли извиняться и признавать ошибки. Сбор этой информации поможет оценить, совместимо ли поведение этого человека во время конфликтов с нашими потребностями и границами.
История Кьяры
Кьяра знает, что, если не поделится с Нейтаном своими чувствами, те будут копиться и превратятся в обиду. Она снимает куртку.
— Мне очень понравилась поездка с твоими друзьями, — говорит она. — Они приятные и интересные люди.
«Теперь самое сложное», — думает она.
— Но я хочу быть честной: мне немного обидно.
Нейтан замирает, снимая ботинки, и поворачивается к Кьяре.
— Обидно? — спрашивает он, и его лицо выражает тревогу. — Но почему?
Она сплетает пальцы в замок.
— Потому что я чувствовала себя брошенной, — объясняет она. — Ты даже не представил меня никому, и не взял в свою лодку, и не обращал на меня внимания на барбекю. Я там никого не знала, чувствовала себя неловко… Ты как будто жалел, что взял меня с собой!
Нейтан молчит и хмурится. Кьяра замирает.
«Сейчас скажет, что я слишком ранимая», — думает она.
Наконец он вздыхает.
— Кьяра, — произносит он, — я даже не догадывался. Иди ко мне.
Он раскрывает объятия, и она с гулко бьющимся сердцем прижимается к нему.
— Прости меня, — отвечает он. — Если что, я не жалел, что взял тебя с собой! Я просто так обрадовался встрече со старыми друзьями, что забыл обо всем на свете.
— Спасибо, — тихо отвечает Кьяра.
Он крепко прижимает ее к себе.
— Чувствую себя настоящим мерзавцем, — говорит Нейтан. — Почему ты мне сразу не сказала? Если бы я знал, что ты так себя чувствуешь, я бы сделал что-нибудь, чтобы тебе не было одиноко.
Она морщится и отстраняется.
— Так у меня не было никакой возможности поговорить с тобой наедине, — смущенно объясняет она. — И как-то стыдно просить своего парня обратить на себя внимание в присутствии его друзей.
— Понимаю, — соглашается он. — Послушай, обещаю, такое больше не повторится. Но ты же меня знаешь. Я очень люблю общаться, иногда меня просто заносит.
Она кивает; это правда. Ее, собственно, изначально в нем привлекли харизма и общительность.
— Если ты когда-нибудь почувствуешь себя одиноко рядом со мной, скажешь мне? — просит Нейтан. — Не обязательно устраивать большие разборки. Можешь просто подойти ко мне, обнять и прошептать на ухо: «Нейтан, мне нужно больше внимания».
Он шутит, но лишь отчасти. Кьяра смеется и закатывает глаза.
— Ладно, — отвечает она. — Да, я так и сделаю.
Он крепко ее обнимает, она расслабляется и чувствует облегчение. Она рада, что он оказался таким восприимчивым к ее чувствам, и благодарна себе, что не стала молчать. У них состоялся сложный разговор, они успешно преодолели конфликт, и Кьяра чувствует, что благодаря этому они сблизились.
После первого конфликта отношения Кьяры и Нейтана становятся еще крепче. Без разногласий не обходится, но они уважают чувства друг друга и стараются удовлетворять потребности.
Через два года возникает очередной сложный момент. Они недавно съехались, и с началом совместной жизни возникла проблема с времяпрепровождением. Работа Кьяры подразумевает очень много общения с людьми; каждый день она с утра до вечера ходит на встречи и возвращается домой без сил. Идеальный вечер для нее — расслабление перед телевизором. Нейтан же работает в IT на удаленке. Он целый день сидит за компьютером и пишет сложный код; к пяти часам вечера уже начинает страдать от нехватки общения. Идеальный вечер для него — куда-то пойти: в ресторан, на концерт, на встречу с общими друзьями.
До начала совместной жизни этих разногласий попросту не существовало: Кьяра и Нейтан проводили вместе выходные. Теперь им хочется вместе быть и вечерами в будни, но это сложно, поскольку их потребности не совпадают.
В прошлом Кьяра пошла бы на поводу у Нейтана и согласилась бы обслуживать его потребности, что со временем привело бы к выгоранию. Теперь она понимает, что так нельзя.
Без компромиссов в отношениях не обойтись
Не бывает, чтобы у двух человек были одинаковые потребности, желания, ценности и мечты. Если мы хотим сохранить отношения, невзирая на неизбежные конфликты и разногласия, нужно определить для себя: «В чем я согласен (согласна) идти на компромисс, а в чем нет?»
До того как мы начали бороться с привычкой угождать, мы были готовы идти на уступки во всем: пренебрегать своими потребностями, забывать о желаниях, поступаться ценностями. Мы были готовы принять любую форму, какую требовали от нас отношения, извернуться как угодно, лишь бы не потерять привязанность окружающих. Теперь мы понимаем, что подобное поведение вопреки себе в долгосрочной перспективе не способствует счастливым и сбалансированным отношениям. (Мало того, исследования показывают, что подобное чрезмерное ущемление себя связано с повышенным уровнем тревожности и депрессии[107].) Компромиссы нужны и возможны, но на определенных условиях.
Самоуважение в отношениях удастся сохранить, только когда компромисс не связан с риском для физического и эмоционального здоровья; когда оба участника отношений могут и хотят сотрудничать и искать компромисс; когда оба прибегают к разнообразным стратегиям удовлетворения своих потребностей; когда в процессе человек не жертвует своими ключевыми нуждами (фундаментальными для физического и эмоционального благополучия, ценностями, жизненным смыслом).
Компромисс не связан с риском для физического и эмоционального здоровья
Отношения, в которых нас вынуждают пренебрегать своей безопасностью, нежизнеспособны. Существуют ключевые требования физической и эмоциональной безопасности, которые никогда не подлежат оспариванию (их может быть и больше): другой участник отношений не причиняет нам физический вред; не высмеивает, не унижает и не обесценивает нас; не запугивает, не угрожает, не оскорбляет; не критикует внешность; уважает сексуальные границы и не принуждает к близости; умеет извиняться и брать на себя ответственность за свои ошибки; действует в рамках договора отношений (не вступает в интимные отношения с другими людьми, если есть договоренность о моногамии); держит обещания и выполняет обязательства в большинстве случаев.
1. Оба участника могут и хотят сотрудничать и искать компромисс
Поскольку за плечами у патологического альтруиста многолетний опыт чрезмерного самопожертвования, ему следует остерегаться отношений, в которых только он подстраивается под чужие потребности, предпочтения и границы. Компромисс перестает быть компромиссом, если он односторонний. Хроническое приспособленчество в отношениях, когда только один человек идет навстречу, а другой ничего не делает, — путь к стойкому недовольству.
Если есть противоречие в потребностях, успешный компромисс требует сотрудничества, открытости и уважения от обоих участников. Оба должны быть способны и готовы задать вопрос: как вместе найти решение, удовлетворяющее потребности всех? Психотерапевт Джон Готтман пишет: «Компромисс никогда не кажется идеальным решением. Каждый что-то приобретает, а что-то теряет. Однако при компромиссе должно возникать чувство, что нас понимают, уважают и ценят»[108].
При здоровом компромиссе люди признают, что другой человек имеет право на потребности, даже если удовлетворить их не получается. Оба участника отношений пытаются понять позицию друг друга и оценить плюсы и минусы каждого выхода из ситуации. Когда один человек поступается потребностью или желанием, другой признает его выбор и показывает, что ценит его.
Компромисс, рожденный сотрудничеством, отличается от ситуации, когда один человек игнорирует или обесценивает потребности другого. Во втором случае человек идет на уступки из стыда, неуверенности в себе и страха потерять отношения. Это не компромисс, а ущемление себя ради другого.
Кьяра и Нейтан понимают, что потребности каждого важны. Нейтан не стыдит ее за то, что ей необходимо время на отдых после долгого дня; она не пытается преуменьшить его стремление к общению. Их желания не совпадают, но они понимают друг друга. Взаимопонимание позволяет искать совместные решения.
2. Оба человека применяют разные стратегии удовлетворения своих потребностей
Если потребности не совпадают, можно вместе придумать, как сделать так, чтобы они удовлетворялись в достаточной степени. При этом мы признаем, что не получится сделать все именно так, как нам хочется, но можем установить границы, чтобы не поступиться ценными для нас правилами.
Кьяра задумывается: «Как удовлетворить мою потребность в отдыхе в достаточной степени?» Она придумывает такое решение: «Если почти каждый вечер в будни я буду отдыхать дома, к концу недели у меня накопится достаточно сил, чтобы провести с Нейтаном вечер четверга и пятницы. В эти дни после работы я буду рада куда-нибудь сходить с ним (поужинать или съесть десерт в кафе), но более активное общение (вечеринки с друзьями) лучше оставить до выходных. А иногда Нейтан может встречаться с друзьями, а я останусь дома одна».
Нейтан задумывается: «Как удовлетворить мою потребность в общении в достаточной степени?» Он придумывает такое решение: «Если я планирую вечером остаться дома с Кьярой, после работы я могу выходить на пробежку, чтобы ненадолго развеяться. Я готов проводить дома два вечера в неделю; в остальные вечера я хочу выходить “в люди”. В дни, когда мы дома, мы можем заняться чем-то более активным, чем телевизор, например поиграть в настолку или вместе приготовить ужин и пообщаться. В другие дни я буду встречаться с друзьями, а Кьяра — оставаться дома одна».
3. Человек не пренебрегает ключевыми потребностями
Некоторые потребности священны, и в процессе компромисса ими пренебрегать нельзя. Существуют ключевые потребности вроде тех, что перечислены в первом пункте: базовые, связанные с безопасностью. Но у каждого человека также есть свои индивидуальные ключевые потребности.
Например, кому-то важно жить в одном городе с партнером. Отношения на расстоянии не дают той близости, в которой человек нуждается; мы страдаем от разлуки. А бывает, что люди в идеале хотели бы жить в одном городе с партнером, но открыты отношениям на расстоянии, если их вынудят обстоятельства — например, обучение за границей или переезд по работе. Для них это не идеально, но и не смертельно.
Каждый для себя определяет, что будет для него ключевой потребностью, а чем можно поступиться. Выявить ключевую потребность очень легко: если вы ответили «да» на любой из следующих вопросов. «Если я поступлюсь этой потребностью, повлияет ли это на мое здоровье и благополучие? Помешает ли это достичь моих долгосрочных жизненных целей и реализовать мои давние мечты? Не противоречит ли это моим ценностям? Не начну ли я в итоге ненавидеть человека, ради которого пожертвовал(-а) этим?»
История Кьяры
Кьяра и Нейтан сравнивают свои стратегии. Обоим хочется пойти на небольшие уступки и отрегулировать совместное времяпрепровождение, определив, сколько вечеров они готовы проводить дома, а сколько выходить «в люди».
В конце концов они приходят к компромиссу. Они решают, что раз в неделю будут вдвоем ходить в бар, ресторан или кафе. Два раза в неделю — проводить вечер вместе дома, играть в настольную игру или смотреть телевизор. Еще два раза в неделю будут проводить вечера раздельно: Нейтан пойдет встречаться с друзьями, Кьяра останется дома и отдохнет.
Благодаря этому компромиссу их индивидуальные потребности удовлетворяются в достаточной степени, плюс они будут проводить друг с другом время качественно. Оба, конечно, хотели бы, чтобы их потребности полностью совпадали, но понимают доводы друг друга, уважают и благодарны за уступки.
Близкие отношения не для слабонервных. Если вы годами прятались за маской угодничества, показать другому человеку свое истинное лицо порой очень страшно. Но без этого невозможен прочный и естественный контакт. Нам прекрасно известно, какими бывают отношения, когда мы отказываемся от своих потребностей, как много недовольства копится, когда мы последовательно ущемляем собственные чувства ради подобия мира, как страдает наше физическое и психическое здоровье, когда мы поступаемся важными для себя принципами.
История Кьяры показывает, что близкие отношения заставляют нас демонстрировать уязвимость, но мы получаем за это щедрую награду. Привнося в отношения свое аутентичное «я», активно участвуя в конфликтах и достигая компромиссов, мы начинаем понимать, что не нужно жертвовать собой, чтобы «заслужить» любовь.