Становясь собой, мы рискуем быть отвергнутыми многими людьми, но, соглашаясь с тем, чего требуют от нас другие, мы отвергаем себя. Это мучительное противостояние, но его необходимо вынести, ибо выбор очевиден.
Ломая старый паттерн угодничества, мы сталкиваемся с тем, что изменения в нашем восприятии и поведении меняют наши отношения с людьми, коллегами и сообществами. Мы можем пережить разрыв или развод; решить прекратить общаться с друзьями или целым сообществом; сменить карьеру; отказаться от религии и старой системы убеждений. Иногда эти события происходят по нашей инициативе, иногда нет. Но и в том и в другом случае мы сталкиваемся с горем, потерей привычного уклада и опор.
Однако бывшему патологическому альтруисту такие перемены и переходы приносят неожиданное преимущество: возможность поставить на первое место себя и выстроить новые связи на прочном фундаменте самоуважения. В этой главе мы рассмотрим горе в его многочисленных проявлениях (а мы неизбежно столкнемся с ним, перерастая старые отношения); нормализуем одиночество переходного периода, когда нам предстоит установить более высокую планку и впустить в свою жизнь людей, которые ей соответствуют; обсудим практические инструменты преодоления сложностей, сопровождающих конец одного жизненного этапа и переход к следующему.
История Мины
Мина и ее муж Гэвин женаты восемнадцать лет. В начале знакомства ее привлекли его харизма и амбициозность, а его — ее доброта и эмпатия. Они днями и ночами мечтали о совместном будущем, путешествиях и общем доме.
Прошло восемнадцать лет, и все изменилось. У Мины и Гэвина двое детей: Кристоферу семнадцать, Элизе четырнадцать. Вскоре после рождения Кристофера в паре начались проблемы. С появлением детей у Мины обострилась тревожность: теперь от нее зависели два маленьких беспомощных существа, и эта мысль пугала. Но когда она пыталась поделиться своими чувствами с Гэвином, надеясь на поддержку и дружеское ободрение, тот замыкался в себе. Он тоже испытывал стресс, а воспитывать детей оказалось куда сложнее, чем он думал.
Шли годы, а недовольство копилось. Шесть лет назад умер отец Гэвина, и с этой потерей он погрузился в глубокую депрессию, от которой так и не вылечился. Он и до этого был замкнутым, а теперь стал совсем молчаливым и несговорчивым. Начал больше пить; его практически невозможно было застать трезвым.
Сначала Мина пыталась поддержать его в горе. Готовила его любимые блюда, предлагала сделать массаж, следила, чтобы он проверял сердце. Иногда день или два ей казалось, что прежняя связь между ними восстановилась: он вылезал из своего болота, они как прежде смеялись и непринужденно общались. Но потом он неизменно возвращался к бутылке и снова замыкался в себе. Когда Мина предлагала пойти к психотерапевту, выходил из комнаты и не разговаривал с ней часами.
Все эти шесть лет Мина упорно не признавалась, как ей одиноко и как она злится на весь мир. Ей больно вспоминать, какими были их первые совместные годы. Сколько раз она просила его помочь с детьми, меньше пить, проявить хоть какую-то ласку. Иногда в ответ на эти просьбы Гэвин обижался и игнорировал ее, порой на пару дней вновь становился «нормальным» и пытался что-то исправить. Поначалу Мина отчаянно цеплялась за эти подачки, думала: «Вот! Наконец он меня услышал!» Но всякий раз он возвращался к прежнему поведению, и постепенно она смирилась с болезненной правдой и поняла, что он не изменится.
Алкогольная зависимость Гэвина только усугубляется, и Мина понимает, что ее брак — нездоровая среда для нее и детей. Несколько месяцев она не спит ночами, наконец набирается смелости и говорит Гэвину, что хочет развестись. Разговор дается ей даже тяжелее, чем она представляла: впервые за много месяцев она видит на его лице искреннее проявление эмоций. Он не умоляет ее остаться, не просит попробовать еще раз; он молча выслушивает ее до конца и выходит из комнаты.
Следующие четыре месяца проходят в суматохе: решение логистических проблем вперемешку с горем. Гэвин съезжает из общего дома, Мина нанимает адвоката, говорит с детьми, сообщает новость родственникам и друзьям. Она знает, что сделала правильный выбор, но от этого не легче.
Горе принято связывать только со смертью, но на самом деле оно может сопровождать любую утрату и окончание чего-либо. Развод, разрыв отношений, уход с работы или из сообщества, отречение от религии, конец дружбы — все это может спровоцировать такие чувства. Даже окончание явно нездоровых и вредных отношений приносит противоречивую смесь эмоций: утрата, гордость, грусть, решимость, отчаяние и облегчение. В один день мы можем чувствовать удовлетворение своим решением, в другой — наплыв ностальгических воспоминаний. В такой ситуации не стоит требовать от себя «выбрать» ту или иную эмоцию; нужно принять, что испытывать противоречивые чувства нормально, и бережно успокоить себя.
Принимая смелое решение уйти из отношений или разорвать связь с сообществом, мы можем испытывать горе, которое осложняется негативными реакциями окружающих на наш поступок. Вот с чем мы можем столкнуться.
Боль прерывания дисфункционального цикла
В дисфункциональных семьях, компаниях и сообществах человек, пытающийся оградить себя от дисфункционального поведения, часто становится козлом отпущения. Допустим, вы наконец решили установить границы и перестать мириться с зависимостью родственника, абьюзом партнера и токсичными паттернами группы. Не удивляйтесь, если окружающие решат, что главная проблема — вы. Прямо указывая людям на нездоровую динамику отношений, мы подсвечиваем дисфункцию, а другие члены группы не всегда готовы или попросту не хотят ее замечать. И тогда они будут пытаться выместить свой дискомфорт на вас и обвинить вас в том, что вы раскачиваете лодку вместо того, чтобы пытаться сохранить плохой мир.
Болезненная критика
Решение уйти из отношений или сообщества — сугубо личное. Ему часто предшествуют сотни бессонных ночей, слезных разговоров с надежными друзьями и отчаянных попыток наладить нерабочие отношения. Поэтому особенно больно, когда окружающие — особенно близкие люди, семья и друзья — не уважают границы, которые мы установили.
Так, решив перестать общаться с абьюзивным родителем, мы можем услышать обвинение родственников в «излишней ранимости»; решившись уйти из несчастливого брака — комментарий «надо было стараться наладить отношения». Эта критика сеет семена сомнений в душе: «А может, они правы? Может, я правда слишком ранимый (ранимая)? Неужели я ужасный человек? Что, если я ошибаюсь?»
В такие моменты важно помнить, что другие люди не живут нашей жизнью и не могут адекватно оценить наши отношения. Они видят их публичную грань — фото в соцсетях, улыбки на семейных праздниках. Но за закрытыми дверями лишь мы знаем, как эти отношения влияют на наши самоуважение и психическое здоровье.
Боль утраты прежнего «я»
Иногда сложно осознать всю тяжесть своего страдания, пока мы не дистанцировались от прежних жизненных обстоятельств. Порой нужно уйти из отношений, чтобы понять, как они нам вредили. Бывает, мы не понимаем, насколько все было тяжко, пока через много лет не поделимся своей историей с друзьями и не увидим собственную боль, отраженную в чужих глазах.
Смелое решение уйти из отношений или покинуть сообщество может породить волну горя о прежнем «я». Наконец вырвавшись из токсичного цикла, мы можем сделать паузу, вздохнуть и проанализировать ситуацию. В условиях непривычной свободы сердце может начать сильно болеть за прежнюю версию себя, которой так долго приходилось мириться с токсичностью.
Горе о прежнем «я» болезненно, но свидетельствует о запустившемся глубинном процессе исцеления. Мы, возможно, впервые в жизни позволяем себе прочувствовать все страдания, которые пережили до этого. Боль подтверждает, что наше предыдущее «я» заслуживает лучшего. Прошлого не изменить, но горе можно использовать, чтобы укрепить решимость никогда больше не растворяться в привычке угождать.
Избегание горя приводит к тому, что мы застреваем в отношениях, сообществах и ситуациях, которые нам вредят. Хотя проживание горя всегда болезненно, без него не начнутся процесс исцеления и переход к следующей главе жизни. Вот какие практики самоуспокоения помогут в этом.
День за днем
Плавая в черном океане горя, мы нередко ищем быстрого решения своих проблем. Можем читать статьи пачками, штудировать книги по самопомощи и часами слушать подкасты — что угодно, лишь бы горе прошло, и как можно скорее.
Но как можно скорее не получится. Откажитесь от мысли, что, если вы постараетесь, удастся найти быстрое решение. Возможно, вас утешит, что единственная «работа», которая вам предстоит, — прожить горе, прочувствовать его, и необязательно окунаться в этот процесс с головой. Если боль начинает казаться невыносимой, возьмите на вооружение принцип из 12-ступенчатой программы и двигайтесь вперед день за днем. Если кажется, что даже день пережить невозможно, двигайтесь вперед час за часом и минута за минутой.
Когда Гэвин съезжает из общего дома, Мина убирается, пока дети в школе. Она заходит в спальню и видит пустую половину шкафа и пустую прикроватную тумбочку бывшего супруга. Эта пустота ощущается как удар под дых: боже, все действительно кончено. Она падает на колени, и горе накрывает ее волной. В голову лезут непрошеные воспоминания: первые свидания с Гэвином, когда казалось, что все возможно; редкие счастливые дни, когда они с детьми сидели за столом на кухне и смеялись.
Мина плачет и позволяет горю заполнить себя. «Как же я это переживу? — думает она. — Когда закончится эта боль?»
Будущее видится ей беспросветным, и тогда она напоминает себе, что надо двигаться вперед шаг за шагом, день за днем. Сегодня ей предстоит уборка; потом она заберет Элизу с тренировки по софтболу, приготовит ужин и позаботится о себе, чтобы улучшить самочувствие, — примет горячую ванну, посмотрит какое-нибудь глупое шоу по телевизору или позвонит подруге и хорошенько поплачет. Она делает глубокий вдох и понимает, что, если концентрироваться только на сегодняшнем дне, становится легче.
Помните, что вы приобрели
В период горевания мы можем думать только о том, что потеряли. Легко забыть, что в процессе перехода мы также кое-что приобрели: самих себя.
Задумайтесь: какие преимущества у этого решения? Приобрели ли вы самостоятельность, самоуважение и доверие к себе? Чувство ментального и физического благополучия? Возможность формировать более здоровые и взаимные отношения?
Погрузившись в размышления и вновь начав вспоминать обо всем хорошем, что они пережили с Гэвином, Мина спрашивает себя: «Что я приобрела в результате этого решения?» Она вспоминает несколько последних лет и ощущение пустоты в своем браке. Отношения с Гэвином были для нее постоянным источником боли и стресса; целыми днями она тревожилась, как много он пьет, как мало делает по дому, как бы не нагрубил детям. Она понимает, что в его отсутствие, безусловно, чувствует горе, но одновременно испытывает непривычный душевный покой. Ее больше не заботят его действия и решения: у нее есть только она и дети, больше ни о ком думать не надо.
В браке Мина ощущала себя нежеланной. Она невольно принимала холодность и апатию Гэвина на свой счет, думая, будто с ней что-то не так. Годами у нее в голове кружилась мысль: «Будь я красивее, смогла бы удержать его внимание… будь я более интересной, он бы меня слушал…» Негативные мысли проигрывались в ее уме, как заезженная пластинка. Теперь она понимает, что поступила очень смело и проявила самоуважение, не став мириться с холодностью, отсутствием интереса и дисбалансом в отношениях. Да, это было болезненно, но, как ни странно, она воодушевлена: покончив со своим браком, она показала себе, что достойна лучшего. Мина пока не задумывается о свиданиях, но понимает, что все еще может однажды найти настоящую любовь, а этого бы точно не случилось, не уйди она от Гэвина.
Проведите ритуал горевания
Когда в процессе исцеления мы переживаем горе, можно устроить ритуал и тем самым отдать дань уважения утрате. Ритуалы горевания помогают нормализовать, систематизировать и пережить траур[99]. Научные исследования подтверждают, что ритуалы облегчают горе.
Например, в знак утраты мы можем зажечь свечу; записать на листке бумаги, что осталось в прошлом, и бросить его в огонь; собрать фотографии, символизирующие утрату; совершить паломничество в место, имеющее особое значение для прошлых отношений; написать стихотворение в память об окончившейся главе; помолчать, помедитировать и произнести молитву.
Фиксируйте перепады состояния
Как море с его приливами и отливами, процесс горевания характеризуется перепадами состояний. Мы можем плакать за утренним кофе, а к обеду взбодриться. За ужином снова ощутить угрюмость, но через час смеяться над любимой комедией. Эти приливы и отливы не дают забыть, что состояние меняется и не всегда будет оставаться на нуле.
Прислушивайтесь к своим состояниям. Отмечайте ощущение легкости, оптимизм и способность позитивно воспринимать будущее. Напишите заметку или запишите короткое видео для своего будущего «я» и просматривайте их, когда надо будет напомнить себе, что светлый момент непременно настанет.
Однажды Мина с Кристофером забирают Элизу с тренировки по софтболу. На улице теплый майский вечер, впервые в году на полях вспыхивают светлячки. Элиза спрашивает, можно ли заехать за мороженым, и Мина, хоть и пытается экономить с момента расставания с Гэвином, решает: «Ладно, нам всем сейчас это нужно».
Они ждут в очереди у кафе-мороженого. Элиза в хорошем настроении, она пружинит на цыпочках и рассказывает, как хорошо сегодня сыграла. Мина слушает ее вполуха, улыбается и любуется розовым закатным небом. К своему удивлению, она понимает, что чувствует себя по-настоящему счастливой. Она обнимает детей, и те в ужасе ворчат, недовольные, что мама нежничает с ними на людях. «Мам, умоляю, — морщит нос Элиза, — тут мои одноклассницы!» Мина смеется и обнимает ее крепче.
Позже вечером она записывает впечатления дня в дневнике. В подробностях пересказывает все, что запомнила: розовое небо, звонкий смех Элизы, смущенную улыбку Кристофера, светлячков. В конце она пишет: «Я знаю, предстоят еще тяжелые дни… Но когда в следующий раз тебя накроет горе, вспомни, что счастье возможно». Она закрывает дневник и обещает себе вернуться к этой записи в минуту уныния.
Все лучшее в жизни нередко начинается, когда заканчивается что-то другое. Подумайте, чем вы гордитесь сейчас, что вас радует, а потом вспомните, сколько глав в вашей жизни пришлось завершить, чтобы это стало возможным.
Может быть, если бы вы не пережили болезненный развод, то не встретили бы любовь всей своей жизни. Если бы вас не уволили с прежней работы, вы не нашли бы новую, которая помогла вам реализоваться. Если бы не порвали с прежним кругом общения, не нашли бы более подходящих друзей. Когда все заканчивается, боль кажется невыносимой. Но потом, оглянувшись на прошлое, вы поймете, что это было необходимо, чтобы оказаться там, где вы есть сейчас.
Потери, с которыми мы сталкиваемся, избавляясь от привычки угождать, — болезненные, но необходимые вехи. Холли Уитакер часто пишет о промежутке между концом и новым началом[100]: «В какой-то момент становится ясно: то, что мы считали поворотом не туда, ошибкой, откатом или периодом бездействия, на самом деле было не отклонением от пути, а неотъемлемой его частью, причем самой важной. Но в процессе так никогда не кажется. Попав в геенну огненную жизненного перехода, никто не думает: “Так должно быть”. Мы думаем лишь о приятном и хотим, чтобы боль скорее прошла».
Но что, если этот переход и сопутствующее ему горе действительно необходимы? Что, если это тревожное и неприятное время — точка, в которой мы должны оказаться сейчас?
Когда мы начинаем определять более высокие стандарты отношений, нас ждет период между установлением новых стандартов и появлением в нашей жизни людей, готовых им соответствовать. Я называю этот промежуточный период долиной. Это пространство между прошлым и будущим, прежним «я» и новым, привычным и неопределенным. Мы попадаем в долину, когда меняются:
• отношения: «Раньше у меня были отношения с этими людьми, а теперь я одна (один)»;
• окружение: «Раньше я принадлежал(-а) к этой группе, а теперь не знаю, кого считать “своими” людьми»;
• карьера: «Раньше я занимался(-ась) тем-то, а теперь не знаю, в чем мое призвание»;
• вера и система убеждений: «Раньше я верил(-а) в то-то, а теперь даже не знаю, во что верю».
Один из самых сложных аспектов пребывания в долине заключается в том, что, когда старые связи оборваны, а новые, более здоровые, еще не сформировались, мы чувствуем себя очень одинокими. Поскольку прежде наша идентичность была завязана на других людях — мы были помогателями, угождателями и зависели от чужого одобрения, — мы можем испытывать смятение, неполноценность и бесцельность в этот переходный период. Возникает ощущение, как будто мы на первом свидании с незнакомцем, и в некотором роде так и есть: незнакомец — это наше истинное «я», которым мы так долго пренебрегали.
Наша одинокая душа переживает сумерки, и в это время мы можем начать сомневаться, правильно ли поступаем, отстаивая свои интересы. Что, если мы слишком придирчивы, требуя от окружающих взаимности, уважения и доброты? (Нет.) Может, стоит уступить и согласиться на меньшее? (Нет!)
Помните: если пренебречь новыми стандартами, отношения будут постоянно оборачиваться для нас разочарованием. Если сейчас не побыть в одиночестве, мы не сможем испытать радость и взаимность в отношениях с другими. Ломая паттерн угодничества, мы уже не станем бросаться в отношения с первым встречным, стоит тому проявить к нам малейший интерес. Мы не будем довольствоваться крохами внимания, изголодавшись по чужому одобрению. Мы дождемся, пока нам подадут полноценный обед.
И снова Мина
Прошло полгода с тех пор, как Гэвин съехал. Период острого горя позади, но теперь Мина чувствует одиночество и потерянность. Она не понимает, где ее место и с кем.
Мина и Гэвин продолжают общаться по детским вопросам, но поддерживают дружескую дистанцию. Раньше Мина довольно тесно общалась с матерью и сестрой Гэвина, но после развода они отдалились. Мина знает: они винят ее в том, что она «плохо старалась» спасти брак. Даже отношения с друзьями испортились: у них с Гэвином были общие друзья, в основном другие супружеские пары, и Мина чувствует, что им не хочется занимать какую-либо сторону.
Ей кажется, что переходный период затронул почти все сферы ее жизни. Она не может отделаться от ощущения, что ждет, когда начнется новая жизнь, но призраки прошлого никак не хотят оставить ее в покое.
Как бы нам ни хотелось скорее выйти из долины, этот переход способен научить нас тому, чему мы больше нигде не научимся. Лишь в долине можно незамутненным взглядом увидеть новые возможности; лишь здесь мы обретаем смелость и начинаем ставить себя на первое место, хотя раньше это казалось немыслимым. Следующие четыре инструмента помогут извлечь максимум пользы из этого этапа.
Поймите, что это время не бессмысленно
В главе 15 мы говорили, что восприятие сложных эмоций влияет на интенсивность их переживания. Если дискомфорт и одиночество, которые мы испытываем в долине, оцениваются нами как «плохие» чувства и признак того, что быть нам вечно одинокими, это лишь причиняет ненужную боль.
Вместо того чтобы страдать понапрасну, поймите, что это время не бессмысленно. Пока вы в долине, вы можете наладить контакт с собой спустя долгие годы пренебрежения своими интересами; найти радость в новом хобби или увлечении; заняться своим телом, психическим здоровьем и творчеством; даже встать на путь духовных исканий, практикуя уединение. Вы можете перестать воспринимать долину как период разъединения с окружающими и начать ощущать ее как период единения с собой.
Вернемся к Мине: последние семнадцать лет она заботилась о Гэвине и детях, и ей очень нравится идея использовать долину для восстановления уверенности в себе и налаживания контакта со своим «я». Годами ей не хватало времени и сил, чтобы ставить свои потребности и желания на первое место. Она улыбается, представляя, как сделает это. В браке она то и дело представляла, чем хотела бы заняться, если бы у нее было время. Когда Элиза была маленькая, она купила пианино, и то простояло нетронутым в углу все эти годы; на День матери в прошлом году ей подарили сертификат на массаж, он до сих пор лежит в бумажнике, она так им и не воспользовалась; друзья из колледжа много раз предлагали встретиться, но ей вечно было некогда.
«Теперь твоя очередь», — говорит она себе, заглядывает в календарь и думает, в какой день можно сходить на массаж, а потом берет телефон и отправляет сообщение подруге из колледжа.
Подумайте, чему вы научились
Время в долине дает возможность вспомнить старые отношения и взглянуть на них более острым и проницательным взглядом. Долина — прекрасная возможность оценить, что работало в прежних отношениях, а что нет; чему нас научил бесценный опыт. Поведение, которое раньше казалось нормальным, сейчас может представляться неприемлемым. Установки, которые мы принимали за истину, — глупыми пустыми словами. Впервые поняв, как мы подавляли себя ради чужого удобства, мы можем поразиться своим старым паттернам.
Эти инсайты возможны только благодаря долине, в которой рождается свежий взгляд. Мы можем поразмышлять над следующими вопросами: что раньше казалось нормальным, а сейчас видится неприемлемым и нездоровым? Как мы подавляли себя ради сохранения отношений? Как это мешало нам проявить свои таланты и лучшие качества? С учетом усвоенного опыта, чего мы теперь будем требовать от новых отношений? На какие вредные паттерны пренебрежения собой следует обращать внимание, завязывая новые отношения?
Определите новые границы и красные линии
В долине складывается новая система правил. Освободившись от пут старой жизненной ситуации, мы можем установить новые границы, не тревожась о негативной реакции окружающих. Плюс одиночества в том, что можно начать жизнь с чистого листа; у нас есть возможность построить ее на своих условиях.
Чтобы понять, какие границы нам нужны, можно задать себе следующие вопросы: что в прошлом заставляло нас чрезмерно жертвовать собой? Какими сферами жизни мы пренебрегали и не хотим пренебрегать в будущем? Где проходят наши красные линии — каковы типы поведения или паттерны, которые мы считаем абсолютно недопустимыми и не согласны больше терпеть?
Мина провела в долине уже несколько месяцев и чувствует, что готова начать ходить на свидания. Эта мысль одновременно волнует ее и пугает; она хочет познакомиться с новыми людьми, но брак принес ей столько боли, что она боится повторения старых паттернов.
Она берет дневник и пытается определить новые границы и красные линии для своих будущих романтических партнеров. Она пишет: «Алкоголь — точно нет. Проявляет ласку на словах и физически. Заботится о своем психическом здоровье. Готов и умеет говорить об эмоциях, своих и моих».
Потом Мина вспоминает, в чем прежде ей приходилось ущемлять себя и чего она не готова делать впредь. Она пишет: «В будущих отношениях я не буду единственной, кто проявляет инициативу и организует весь досуг. Я не стану только отдавать и ничего не получать взамен. Я не согласна брать на себя всю ответственность за дом и уход за детьми; это нужно делить поровну. Я не стану извиняться за своих партнеров, если они нагрубили или вели себя враждебно на людях. Они взрослые люди и сами отвечают за последствия своих действий. Я не буду всегда первой идти на примирение. Мне нужен партнер, который умеет и хочет налаживать отношения после ссор».
Мина просматривает свои записи и наполняется чувством уверенности и безопасности, будто она впервые за долгое время сумела за себя постоять.
Будьте к себе добрее
Несмотря на всю пользу, долина — место непростое. Неопределенность этого периода изнуряет человека физически и морально, поэтому в долине очень важно практиковать бережность к себе.
В долине процесс внутренней трансформации запускается автоматически; нет никакой необходимости постоянно работать над собой и что-то менять. Бережная забота о себе может стать для нас таким разительным отступлением от прошлых привычек, что само это станет главной трансформацией. Находясь в долине, подумайте, как предъявлять к себе меньше ожиданий; отведите побольше времени на отдых и расслабление; проводите время на природе; наслаждайтесь заботой и поддержкой окружающих.
Через несколько недель после того, как Мина начинает ходить на свидания, она остается одна дома в пятницу вечером. Дети гуляют, и в тишине ей становится неспокойно. Она гордится жизнью, которую ей уже удалось построить: она сходила на несколько многообещающих свиданий, наладила связь со старыми друзьями, много играет на пианино. Но иногда ей по-прежнему очень тяжело. Она размышляет, как провести сегодняшний вечер. Сначала думает почитать книгу по практической психологии, но потом понимает, что ей уже надоело воспринимать себя как проект по саморазвитию. Она просто устала от всего.
В тишине она произносит: «Как же это сложно». Голос эхом отдается от стен пустой кухни.
Она набирается смелости и повторяет громче: «Как же это сложно!»
Признавшись в этом самой себе, она чувствует облегчение. «Сегодня я буду просто заботиться о себе, других задач у меня нет», — говорит себе Мина. Она звонит лучшей подруге Риз, та живет в другом штате. Риз сразу берет трубку.
— Привет, — говорит Мина, — у меня ужасное настроение, хоть вешайся. Хочешь выпить вина и обсудить «Холостяка»?
Риз смеется и соглашается. Через час Мина в пижаме и тапочках с бокалом в руке уже хохочет над шутками подруги. Она понимает, что не навсегда застряла в долине, и такие светлые моменты не дают отчаяться.
Открываясь новому началу, помните, что не всякий новый жизненный этап начинается с фейерверков; иногда все случается внезапно. В книге «Трансформация себя» Уильям Бриджес дает следующие советы[101]. Попробуйте вспомнить важные моменты из своего прошлого, когда в вашей жизни начинался новый этап. Возможно, вы случайно встретили старого приятеля на улице и тот рассказал, что сегодня утром в его компании появилась вакансия. Или познакомились с будущим супругом на вечеринке, куда не хотели идти. Научились играть на гитаре, пока болели корью; выучили французский, потому что занятия по испанскому проходили в восемь утра, а вы не любите рано вставать. Подобные «случайности» учат нас тому, что, если человек готов к новому жизненному этапу, возможность непременно подвернется.
Новые друзья, романтические отношения, работа, друзья, системы убеждений могут входить в нашу жизнь незаметно. Это бывает случайная встреча, листовка на доске объявлений, улыбка незнакомого человека. Выстраивая новые отношения на фундаменте уверенности, доверия к себе и самоуважения, которые дались нам так непросто, мы наконец соберем плоды своей внутренней работы.