Ваня Ратников появился на свет, как и все – в инкубаторе Родильного Центра. Он очень похож на своего отца Михаила: те же серые глаза, светлые волосы, высокий рост, легкий характер. Так захотела Стелла, когда они подписывали документы на заказ ребенка. В целом, Родильный Центр – хорошая вещь. После получения разрешения от Департамента Рождаемости, там можно заказать малыша по своему желанию: выбрать ему рост, цвет волос, глаз, будущее направление деятельности – техническое или гуманитарное, и, естественно, здоровье у него будет отменное. Единственное, чего нельзя заказать, это пол ребенка – Департамент сам регулирует гендерное равновесие человечества.

Когда Михаил и Стелла узнали, что родится мальчик, то очень обрадовались, иначе бы у них появилась девочка исполинского роста.

Мама ласково называет сына Джонни, а папа по-простому – Ванькой. Но это не имеет значения, потому что границ между странами давно нет, язык тоже один на всей Земле – планетарный. Правда, мама и папа с раннего детства заставляли его учить и русский, и английский, за что он на них очень злился, потому что все дети в это время занимались своими детскими делами, а он сидел и учил эти уходящие в прошлое языки.

Дом недалеко от Флоренции, где жили Ратниковы, был спроектирован по последней моде – огромный шар, в котором есть оранжерея, бассейн, аквариум, тренажерный зал в подвале, даже отдельная комната для их домашнего робота Генри, что являлось непозволительной роскошью. Стелла любила всё модное и безжалостно спускала кредитки, которые зарабатывал Михаил. А получал он, будучи капитаном Временного корабля, немало.

– Джон, Лео, идите ужинать, – голос Стеллы послышался за дверью Ваниной комнаты.

– Мам, мы скоро, – бросил в ответ Ваня.

– Ужин остынет, да и Лео, наверное, голодный. Не забывай, он у тебя в гостях, а морить друга голодом – как минимум невежливо.

Эта особенность матери в последнее время серьезно бесила Ваню – ему уже шестнадцать, а Стелла ходит за ним как за маленьким, даже перед друзьями неудобно.

– Джон, почему твоя мать покупает натуральную еду? – спросил Лео.

– Они с папой считают, что синтетическая еда неживая, поэтому не приносит пользы.

– Да ладно, уже давно доказано, разницы почти нет. Зачем зря кредитки тратить? Можно же всё получить из принтера. Синтетическая еда бесплатная, и даже безопаснее, инфекцию точно не подхватишь.

– Прикинь, моя мать еще сама готовит.

– Ей что, заняться нечем?

– Вот этим и занимается, да еще на рояле играет.

– Угу, на рояле она классно играет, лучше любого робота.

– Да, ты прав. Она говорит, это оттого, что рояль натуральный, из дерева, и неидеально держит строй. А всё неидеальное нравится человеку больше, потому что сами люди неидеальные.

– Сколько лет вашему роялю?

– Не помню, кажется, двести, а может и больше.

Он ей достался от пра-пра-какой-то бабушки.

– Ого! – Лео присвистнул. – Отец у тебя тоже прикольный, вечно в подвале торчит. Что он там делает?

– У него там… в планетарном языке нет такого слова. Короче, место, где кто-то что-то делает своими руками. По-русски это звучит как «мастерская».

– А зачем? У вас что, робот сломался?

– Нет, Генри в порядке, он вообще-то за это сильно на папу обижается. Говорит, что, если все станут как папа, роботам будет нечем заниматься, и их отправят на свалки.

– Какие еще свалки?! Что мы без роботов делать будем? Вернемся в каменный век?

– Мы, конечно, Генри ни на какую свалку не отдадим, потому что любим его, и он это знает, но папа настаивает: мужчина должен уметь работать руками.

– Зачем? Ведь он капитан Временного корабля!

– Вот и я не понимаю. Папа говорит, что он прежде всего Инженер, а потом уже капитан Временного корабля, а Инженеры должны уметь работать руками, вдруг что-то сломается?

– Прикалываешься? Временной корабль никогда не ломается, там всё идеально, его перед полетом проверяют роботы, а они никогда не ошибаются.

– Отец считает, что нет ничего идеального. По его логике, если роботы созданы человеком, а человек неидеален, значит его создания тоже неидеальны.

– Странные у тебя родители. Но интересные. Попросишь отца показать… как ты ее назвал?

– Мастерская. Да там ничего интересного. Но, если хочешь, пойдем спросим. Как мама говорит: «Желание гостя – закон».

Михаил был рад устроить небольшую экскурсию и повел мальчишек в мастерскую, где находилось много непонятных предметов. Лео таких никогда не видел.

– Что это? – Лео указал на небольшой стол со странной металлической конструкцией.

– Токарный станок, – ответил Михаил. – Он нужен для работы по дереву.

– По дереву? Оно же стоит кучу кредиток!

– Когда станешь капитаном Временного корабля, и у тебя будет куча кредиток, – улыбнулся Михаил.

– Совершенно бесполезная вещь, – хмыкнул Ваня.

– Почему же бесполезная? А обеденный стол, за которым ты ешь каждый день? – Михаил метнул строгий взгляд на сына. – Его сделал я, в том числе на этом станке.

– А это что, в углу? – взгляд Лео упал на блестящий агрегат с металлическими цилиндрами и трубками.

– Двигатель внутреннего сгорания автомобиля – очень старая, ценная вещь. Их изобрели триста лет назад, человечество с лошадей пересело на автомобили благодаря им. Это было событие, сопоставимое с созданием машины времени.

– Как он работает?

– К сожалению, я не смогу тебе показать, потому что для него нужен бензин – специальное жидкое топливо, которое человечество вырабатывало из нефти. Сейчас нефть не нужна, мы перешли на электрическое топливо. Оно бесплатное и бесконечное: во всех домах портативные ядерные станции. Лео, от чего твоя домашняя станция работает?

– От воды[5], конечно.

– А твой лётный шар?

– Также.

– Вот раньше, чтобы запустить автомобиль, нужен был такой двигатель и бензин. Смотри: впускной клапан открывается, поршень опускается и втягивает топливно-воздушную смесь внутрь цилиндра. Клапан закрывается. Затем поршень поднимается вверх и сильно сжимает топливно-воздушную смесь. Когда поршень находится вверху, вот эта свечка дает искру, в цилиндре возникает высокая температура, и смесь буквально взрывается. Этот взрыв толкает поршень вниз. Затем поршень опять поднимается вверх и выталкивает из камеры сгорания отработанные газы через другой клапан – выпускной. Всё. Машина поехала. Правда, гениально?

– Ну так… – разочарованно протянул Лео, – для того времени, наверное, это был прорыв. А откуда вы это узнали?

– Из книг, Лео.

– У вас есть настоящие книги? – удивился Лео.

– Да, бумажные, по которым учились инженеры прошлого. Вот, смотри.

Михаил взял с полки небольшой томик и дал Лео. Тот осторожно развернул книгу, словно держал сокровище. Зашуршали страницы, взгляд Лео остановился на цифрах титульного листа:

– Две тысячи двадцать четвертый год – год ее издания? Это же настоящий музейный экземпляр! Ей сто пятьдесят лет! Откуда она у вас?

– Книга мне досталась по наследству от дедушки. Я был ребенком, когда погибли мои родители. Он взял меня на воспитание. Мы жили на Лунной космической станции, он многому меня научил.

– Лео, – сказал Ваня, – дедушка отца – один из первых Инженеров.

– Да ну! – Лео был поражен.

– Да, – ответил Михаил, – мой дедушка один из создателей Временного корабля.

Лео с уважением посмотрел на Михаила. Теперь книга заинтересовала его еще больше:

– Ой, и буквы какие-то странные, вроде похожи на планетарный, но не совсем.

– Она написана на русском языке, а не на планетарном.

– Что за ящик с дверями? – Лео ткнул пальцем в книгу.

– Это как раз и есть автомобиль, джип называется. Только он не летал, как наши шары, а ездил по земле, и ему нужно было жидкое топливо.

– Да, вы говорили, нефть, кажется, – вспомнил Лео.

– Кстати, – заметил Михаил, – нефть в те времена баснословно обогатила небольшое количество людей, которые занимались ее добычей, ведь всё в те времена зависело от нее, без нее ничего не работало. Представляешь, каким влиянием пользовались эти люди? Но потом один человек, каждый ребенок знает его имя, изобрел безопасную портативную ядерную станцию и подарил свое изобретение человечеству. Это полностью изменило нашу планету и жизнь на ней.

– «Все люди с тех пор живут счастливо», – Ваня процитировал строки Конституции Объединенной Земли. – Только тебе, папа, не сидится на месте.

– И правда, Михаил, зачем вам это надо? – спросил Лео.

– Понимаешь, Лео, в старые времена у всех было хобби: занятие, приносящее радость. Люди занимались им в свободное от работы время. А сейчас многие просто живут в свое удовольствие и не работают, поэтому хобби им не нужно. Но вы же бездельничать не будете? Вы же будущие капитаны Временных кораблей?

– До этого далеко, мы только три года учимся, – вздохнул Ваня. – Осталось еще столько же.

– Кстати, Ваня, как дела в Колледже? – поинтересовался Михаил. – Завтра последний экзамен в этом году? Какая тема?

– Роль ДНК[6] во временных путешествиях.

– Да, тема серьезная. От того как вы сдадите этот экзамен, зависит ваше распределение на летнюю практику: космические телепортации или перемещения в прошлое.

– Отец, я мечтаю о космосе!

– А ты, Лео?

– Хочу летать в прошлое, там больше кредиток.

– Ах, вот вы где, – хрупкая фигура Стеллы показалась у подвального люка. – Ребята, ужин ждет, у нас сегодня гречка и отбивные. Из натурального мяса.

– Джон, а что такое гречка? – спросил Лео.

– Крупа такая, вкусная, из русской кухни, тебе понравится!