Здание Колледжа Инженеров выглядело как огромный сияющий шар, в зеркальных окнах и стенах которого отражались деревья, облака, утреннее солнце и лётные шары, мягко приземляющиеся на газон перед ним. Архитектура пыталась уходить от прямоугольных конструкций, считалось, что сферическая форма зданий успокаивает людей. Человечество двигалось по пути единения с природой, а шар – это идеальная геометрическая форма.

Высоченные небоскребы прошлых веков всё еще оставались на теле Земли как напоминание о тщеславии, и, словно Вавилонские башни, кричали о попытке человечества возвеличить себя. Но во время Третьей мировой войны – Вирусной, людей на планете осталось меньше половины, и эти «дома до небес» опустели.

Когда стало понятно, что Вирусная война уже неуправляема, на Земле началась паника. Богатые в срочном порядке спускались в собственные «укрытия», граждане среднего достатка спасались в общественных бункерах, которые вскоре стали платными. А труженики – фермеры, рабочие, водители, чей труд так необходим обществу, но редко замечается им, не могли позволить себе спрятаться в надежных безопасных местах и постепенно исчезали.

После окончания войны люди вышли из убежищ и столкнулись с неожиданной проблемой: богатые и средний класс работать руками не умели, некому было возделывать землю, вкалывать на заводах, в угольных шахтах, обслуживать нефтяные месторождения. Многие атомные электростанции пострадали от бомбардировок во время локальных войн, которые страны вели в ходе Вирусной войны. Разрушенные реакторы превратились в кладбища радиоактивных отходов, на много километров вокруг сея смерть выжившим в вирусной мясорубке.

Запасов энергоресурсов-углеводородов было достаточно, чтобы обеспечить всех, но довирусная экономика все равно рассыпáлась. Не хватало специалистов, которые могли бы добывать их, перерабатывать, поставлять. Человечество заново скатывалось в Средневековье. Перед выжившими встала задача: совершить огромный технологический прорыв и полностью заместить человеческий труд.

Профессия Инженера оказалась самой востребованной. Благодаря им открылась новая эра бесконечной бесплатной энергии, доступной еды. Они создали помощников-роботов и Временные корабли, которые каждый день уносили колонистов в другие звездные системы. Инженеров любили, ими восхищались, перед ними преклонялись почти как перед богами. Они были не просто инженерами, а элитой нового общества Земли, поэтому многие мальчишки мечтали учиться в Колледже Инженеров. Иван и Лео не были исключением.

У здания колледжа из лётных шаров выходили молодые ребята – курсанты, будущие Инженеры и капитаны Временных кораблей. На левом рукаве их белоснежной формы блестела серебристая эмблема: заключенные в круг латинские буквы «Т» и «Е», где «Т» обозначает время, а «Е» – энергию. Девчонки восхищенно смотрели им вслед и тоже мечтали учиться здесь, но Колледж Инженеров был единственным учебным заведением, куда брали только мальчишек.

Отыграл Гимн Объединенной Земли. Ваня и трое ребят из его класса сели за круглый стол, в центре которого ждал профессор. Ученая степень не добавляла его облику солидности из-за молодого возраста: на вид ему было не больше тридцати-тридцати пяти лет. Высокий, щуплый, немного сутулый профессор фигурой и даже походкой напоминал богомола. Мальчишки за глаза однозначно дали бы ему прозвище этого насекомого, если бы не Ваня. Внешность молодого профессора не вязалась с очень низким голосом, за что Ваня прозвал его Шаляпиным, в честь величайшего певца прошлого. Затем это прозвище подхватили все остальные. До того дня никто из его одноклассников Федора Шаляпина не знал, только один Ваня. Это Стелла вела культурно-просветительскую работу, заставляя его слушать музыку Довирусной эпохи.

Шаляпин бросил на курсантов строгий взгляд и пробасил:

– Ну что ж, приступим! Сегодня последний экзамен в этом году и вы отправитесь на вашу первую летнюю практику перемещений в роли помощников Инженеров: кто-то полетит в космос, а кто-то – в прошлое.

Экзамен в Колледже Инженеров выглядел как обычная беседа добрых друзей за круглым столом. Курсанты экзамена не боялись. Да и как тут бояться? Учились все хорошо, потому что быть отчисленным из колледжа считалось несмываемым позором.

– Лео, расскажи об истории создания Временного корабля.

– Временной корабль – последнее достижение квантовой физики и биотехнологий. Сначала он создавался не как машина времени, а как аппарат для телепортаций в космосе. Его устройство до гениального простое, но в то же время невероятно сложное. Принцип работы корабля для перемещений такой же, как принцип бинарного компьютерного кода[7] – только за основу берется молекула ДНК человека, код которой не два символа, а четыре[8]. Человек похож на компьютер, а информация о нем закодирована в ДНК. Таким образом для каждого человека создается ДНК-паспорт «биологической единицы». Используя данные этого паспорта, человека можно отправить как компьютерный файл через специальный биокомпьютер[9]. Как и все великие открытия, эта технология была создана случайно. Сначала люди открыли язык программирования, а потом заметили его сходство с кодом ДНК.

– Отлично, Лео! Дальше продолжит Али, – сказал профессор и развернул кресло в сторону темнокожего мальчика из бывших марокканских территорий.

Али поморщил лоб, собираясь с мыслями:

– Далее выяснилось, что геном[10] живых существ состоит из подвижных элементов. Но геном – не обычный конструктор, а сложнейшая биологическая система, где некоторые части должны оставаться неприкосновенными, иначе любой сбой в его работе приведет к опасным мутациям или даже к нежизнеспособности измененных организмов.

Однако этот общеизвестный факт не остановил ученых, потому что после Третьей мировой войны на Земле разразился голод. Закон о запрете клонирования животных, принятый в конце двадцать первого века, был отменён. Генетики в срочном порядке выводили новые породы скота, они создавали «химер», не особо заботясь о том, что из этого получится. Были нарушены основные законы природы: мясо животных стало ядовитым, многие породы вымерли. От голода человечество в те дни спасло создание синтетической еды и пищевого принтера. Но, столкнувшись с потерей почти всего домашнего скота, ученые проделали колоссальную работу, чтобы очистить его ДНК от генетического мусора.

– Али, достаточно, молодец, – похвалил его Шаляпин. – Теперь Акихиро, пожалуйста, подробнее про паспорт ДНК.

Профессор не просто так задавал эти вопросы Али и Акихиро, их специализацией была биотехнология.

Акихиро считал себя лучшим в классе и не выносил конкуренции. Он надменно поднял голову, прищурив и без того узкие глаза:

– В ходе этих работ сначала животные, а потом люди обрели уникальный ДНК-паспорт. Данные этого паспорта вводились в биокомпьютер, использующий ферменты и производящий вычисления непосредственно в ДНК. Этот ДНК-компьютер мог передавать информацию на любые расстояния, причем неживые предметы, к которым прикасались люди, несли в себе частички пота, кожи и, соответственно, ДНК людей. Они тоже отправлялись с ними параллельно, но перемещались по другому алгоритму – с помощью информации об их кристаллических решетках[11] и химическом составе. Благодаря этому открытию человек начал осваивать не только другие планеты и звездные системы, но и другие времена.

– Хорошо, Акихиро, – профессор развернулся к Ване. – Иван, расскажи, как корабль для телепортаций стал еще и машиной времени.

– Технология несколько усложнилась: оказалось, что пара хромосом[12] ДНК – это не просто молекулярное дублирование, а возможность повторить себя на другом временном уровне, а вот каком – зависит от параметров, которые высчитывает квантовый компьютер[13]. Взаимодействие биокомпьютера и квантового компьютера позволяет создавать копии живых существ и неживых предметов мгновенно и одновременно во всех точках четырехмерного пространства, обходя теорему о запрете клонирования квантовой системы[14]. Люди сами решают, какую точку оставить за главную – это и есть адрес доставки. Остальные копии подвергаются стиранию из-за опасности аннигиляции[15] всего блока.

Процесс доставки требует колоссальной энергии. Ядерный генератор нагревает пространство внутри Временного корабля, поэтому перемещение живых существ происходит в капсулах, которые хранят индивидуальную температуру человеческого тела. Также капсулы используются как анализаторы ДНК и барокамеры для выравнивания атмосферного давления: процесс перемещения происходит мгновенно, тела людей не успевают адаптироваться к разнице атмосферного давления, например, в Девонском периоде оно в два раза превышает земное.

– Какой элемент несет информацию ДНК и позволяет нам перемещаться в пространстве и времени? – спросил профессор у всего класса.

– Вода![16] – хором ответили курсанты.

– Кто делает нашу жизнь беззаботной и счастливой?

– Мировое Правительство! – все вместе прокричали они, вскочили с мест и положили правую руку на сердце.

– Экзамен сдан! – Шаляпин был доволен. – Все свободны, увидимся осенью. Письма о распределении вы получите завтра на свои СИС-браслеты.

Ура! Каникулы! Они усердно учились целый год, чтобы летом поехать на практику. Курсанты вы´сыпали на газон и потянулись к своим лётным шарам.

– Эй, Ратников, – окликнул его Акихиро, – куда ты так торопишься? Может, слушать Шаляпина, или как его там, опять забыл… а, Моцарта!

Иван и Лео быстрее зашагали к своим лётным шарам, в последний день учебы совсем не хотелось ссориться.

– Куда же ты, Иван, может, тебя мамочка заждалась? – продолжал задирать его Акихиро. – Пора маленького мальчика кормить с ложечки натуральной едой?

Иван остановился и обернулся. Его серые глаза потемнели от гнева, стали цвета пыльного асфальта.

Лео покачал головой:

– Джон, не надо, он специально достает тебя!

Ваня начал закипать:

– Лео, еще одно его слово, и я за себя не ручаюсь. Акихиро постоянно лезет ко мне, его надо проучить!

Вокруг них стали собираться ребята. Их присутствие придало куража Акихиро:

– Ваш робот скоро умрет со скуки! Вы все в вашей семье ку-ку, – Акихиро покрутил пальцем у виска, – особенно твоя мать!

Ваня рассвирепел и набросился на Акихиро. Он повалил его с ног на газон и стал яростно лупить изо всех сил.

– Джон, остановись, ты убьешь его! – Лео пытался оттащить друга.

Но Ваня ничего не слышал, он видел перед собой лишь ненавистное лицо Акихиро. Остальные курсанты с ужасом и непониманием смотрели на эту жуткую сцену.

– Что здесь происходит? – позади них раздался бас Шаляпина.

Толпа расступилась. Ваня будто очнулся, он смотрел на лицо Акихиро в кровавых подтеках и отказывался верить, что это сделал он.

– Ратников, – голос Шаляпина стал еще ниже, – это ничем не оправданная агрессия, мне придется поставить вопрос о твоем отчислении.

– Почему неоправданная? – возмутился Лео, пытаясь защитить друга. – Акихиро первый начал, я был рядом и всё слышал!

– Так, вы втроем, – Шаляпин помог Акихиро подняться, – марш к директору в кабинет!

* * *

– Майкл, ты поговорил с руководством колледжа? – Стелла строго посмотрела на мужа.

– Поговорил, но было стыдно за него просить.

– А что стыдного-то? Джон – твой сын! Его чуть не отчислили из колледжа из-за этой отвратительной драки!

– Стелла, я не хочу ругаться!

– И не надо, просто слушай и делай как я говорю!

Несмотря на свою кажущуюся хрупкость, эта женщина была в семье главной. Она периодически отчитывала мужа, но никогда не делала это при других. Михаил для всех оставался главой семьи. Нет, он не был подкаблучником, просто не переносил никакой ругани, поэтому предпочитал меньше спорить с женой. Всё равно в конце концов она окажется права, и ему придется извиняться. А извиняться он не любил.

– Я вступился за него только по одной причине: он защищал свою честь и честь нашей семьи, в другом случае был бы отчислен как миленький!

– Это всё твое «мужское воспитание», твои «идеалы добра и справедливости»! Ты же умный человек, неужели не видишь, что в мире происходит?

В глубине души Михаил чувствовал, что Стелла права. Мир изменился. Сразу после Вирусной войны люди были вдохновлены созданием нового общества, где каждый человек приносит пользу, где дружба, взаимопомощь, труд являются его основами. Но затем эти благородные цели стали постепенно исчезать, растворяясь в прошлом. На их смену пришли обычные человеческие пороки: злоба, жадность, зависть, лень – и всё началось сначала. Михаил, воспитанный своим дедушкой на «идеалах добра и справедливости», не хотел принимать нынешний порядок вещей, но от этого он не становился иным.

– Мой сын должен уметь за себя постоять! – не сдавался Михаил.

– Майкл, драка – серьезное нападение. Это тебе не двадцатый век, нужно быть гибче. Он что, не мог промолчать?

– Промолчать – значит потерять достоинство!

– Ты невыносим! Ведь Акихиро мог его покалечить!

– Ты что, в свое время переела гормонов материнского инстинкта? Трясешься над ним, как над малышом, напоминаю, ему уже шестнадцать! У него первая практика на Временном корабле, и он уже не пассажир, а помощник Инженера!

Стелла поняла, спорить сейчас бесполезно. Иногда Михаил поражал ее своим упрямством. Она глубоко вздохнула и придала голосу нежные нотки:

– Ты же знаешь, я всегда волнуюсь: и за него, и за тебя, когда Временной корабль разбирает вас на атомы и отправляет неизвестно куда.

– В этот раз можешь не волноваться, сын будет со мной. Директор вообще хотел лишить его практики этим летом. Говорил, что агрессивность – плохая черта для будущего капитана Временного корабля. Я еле упросил распределить Ваню на мой корабль помощником Инженера. Директор согласился только из уважения к памяти моего деда, взяв с меня слово, что я лично прослежу за выполнением всех приказов и не допущу более подобных ситуаций. У Вани будет шок, он хотел в космос, а не на корабль, перевозящий преступников.

Стелла опять завелась:

– Космос? Еще чего!

– Куда отправят, туда и полетит, профессия такая. Мы клятву даем служить на благо человечества. Он уже не мальчик! Может, хватит держать его под юбкой? Над ним уже ребята в колледже смеются. Это последний раз, когда я попросил за него.

– Надо будет – еще попросишь! – отрезала Стелла.

– Дорогая, вообще-то я – капитан Временного корабля, и мне положено командовать, а не тебе, – уже примирительно ответил Михаил и чмокнул жену в щеку.

Ее взгляд немного смягчился:

– Когда вы отправляетесь?

– Через три дня.