На время выхода этого рассказа я уже перевалю за сорок – само по себе опасное время. Пожалуй, этот рассказ я хотел написать уже очень давно, но написание, а в особенности завершение и редактура, которые и превращают историю в рассказ, произвели на меня удручающее впечатление. Я не мог избавиться от ощущения, что в каком-то смысле насмехаюсь над Богом. Был момент, когда я всерьез подумывал отозвать рассказ, но теперь рад, что не решился. «Владыка Рэнди, мой сын» – по-своему глубоко религиозное произведение, сочетающее лучшее во мне и то, что я считаю худшим в мире, но, с другой стороны, мир у нас всегда был плохим, зато интересным. По профессии я юрист и признаю, что эпизод сна чрезвычайно личный.

Если писатель и бывает доволен своим текстом, кроме как «следующим», еще не написанным, тогда я доволен этим.