История о дьяволе – одна из самых старых и лучших в мире, потому что это история о смелости, о страхе, преодолеваемым только знанием, которое можно обрести, если окунешься в неведомое с риском для себя – настоящим или только видимым: это открытие, что страшная белая фигура – это всего лишь человек, накрывшийся простыней, или черный, намазавшийся белым пеплом. Такие примитивные племена, как австралийские аборигены, ритуализировали историю о дьяволе в виде обрядов посвящения мальчиков в мужчины, и сейчас она нужна нам, как никогда. Такому современному американцу, как Джо Слэттермилл, главным дьяволом может показаться фигура мамы: давящая/зависимая Жена или Матушка, которая раздувает свои права на него. И сама наука – это борьба с такими чертями, как «Рак Неисцелим», «Секс – Это Разврат», «Каторжный Труд – Вечный Удел Человека», «Люди Не Могут Летать», «Звезды Недоступны», «Человеку Не Дано Знать (или Делать) То, Се, Пятое или Десятое». По крайней мере, так мне казалось, когда я писал «Побросаю-ка я кости».

Я выбрал в качестве формата американскую сказку (или она выбрала меня), потому что в наш космический век встраиваются, как влитые, все те безумные и неправдоподобные похождения таких легендарных фигур, как Майк Финк[106], Пекос Пит[107], Тони Бивер[108], Джон Генри[109] с его стальным молотом, широко шагающий, но неправдоподобный Пол Баньян[110]: на четверть – настоящая персоналия из северных лесов, на три четверти – вымысел двадцатого века. И мне доставило большое удовольствие вывести заключительную мысль рассказа из элементарного допущения в стереометрии, что между двумя любыми точками на сфере, как планета Земля, всегда есть два прямых пути, даже если один – всего в милю, а другой – в 24 тысячи миль. Особый талант к игре в кости – это не просто мечта игрока; применение психокинеза на кубиках – давняя область экспериментов у университетских исследователей экстрасенсорного восприятия. Мне доставило удовольствие выжимать из игрового жаргона его поэзию, смешивать космические полеты с колдовством (что есть лишь одно из названий эффекта от самогипноза, молитв, внушений и подсознания). Ошибкой будет думать, будто фантастика – это какая-то нехоженая и ограниченная литературная область; она может быть ингредиентом для любого жанра точно так же, как наука и технология сегодня повсеместно входят в нашу жизнь.