Площадь Сан-Марко, Венеция, 2013. Акварель, бумага

Дотошный английский искусствовед XIX века Джон Рёскин утверждал, что Венеция – это пышные декорации, надетые на суровые кирпичные стены. В островном городе камень был труднодоступен, основа даже одной из самых важных городских построек, собора Святого Марка, – кирпичная базилика. Глядя на ее мраморные и инкрустированные цветом фасады, золотые купола, в это трудно поверить. Здание украшали в общей сложности гораздо дольше, чем строили, больше полутысячи лет.

Широко известно, что часть декора Сан-Марко оказалась в Венеции после разграбления республикой Константинополя во время четвертого Крестового похода 1202–1204 годов. Из Византии на кораблях вывезли знаменитых бронзовых коней и значительную часть орнамента. Украденные колонны на фасаде заметно отличаются друг от друга и формой капителей, и размером. И все-таки архитектура собора не транслирует заимствованные амбиции. Она, с одной стороны, напоминает, что беглецы с континента присваивают чужое вынужденно, а с другой – что они прекрасно справляются со своим положением. «…Они (венецианцы. – Авт.) были изгнанниками из прекрасных древних городов и привыкли строить из их развалин, в не меньшей степени от тоски по ним, чем от восхищения ими <…>. Практика, которая родилась из тоски народа-изгнанника, продолжала использоваться из гордости народа-завоевателя…»[30], – написал Джон Рёскин. В его словах нет поэтического преувеличения: исследователи выяснили, что часть колонн на южном фасаде, выдаваемые за сполии, только имитируют их, а на самом деле изготовлены в Венеции.