В «Капитале» Маркс дает ответ на Вопрос о машинах, помещая на авансцену индустриального театра расширенного социального актора – совокупного рабочего (Gesamtarbeiter), который для буржуазии выступал в роли инженера при паровой машине. Фигура совокупного рабочего замещает не только культ личности изобретателя (индивидуальный умственный труд), но и идею всеобщего интеллекта (коллективный умственный труд). Опираясь на трудовую теорию машины Бэббиджа, которая трактует машину как воплощение разделения труда, Маркс утверждает совокупного рабочего в качестве истинного политического изобретателя технологий. Таким образом, туманная гипотеза о познавательной теории стоимости из Grundrisse, наконец, укореняется в эмпирической основе: интеллект логически материализуется в разветвлениях разделения труда. Совокупный рабочий – это олицетворение всеобщего интеллекта и, говоря точнее, его механизации.

Маркс четко следует трудовой теории машины и в Grundrisse, и в «Капитале», однако только в последнем использует принцип модуляции прибавочного труда Бэббиджа[278], чтобы обосновать понятие относительной прибавочной стоимости и измерить производительность труда и машин. Принцип Бэббиджа, цитируемый Марксом, заключается в следующем:

Так как в мануфактуре работа разделяется на несколько различных операций, из которых каждая требует различной степени искусства и силы, то владелец мануфактуры может обеспечить себя как раз необходимым для каждой операции количеством силы и искусства. А если бы весь процесс изготовления продукта выполнялся одним рабочим, то один и тот же индивидуум должен был бы обладать достаточным искусством для самых деликатных и достаточной силой для самых тяжелых операций[279].

Отбросив мистифицированный образ «хозяина мануфактуры», Маркс помещает в центр принципа Бэббиджа совокупного рабочего, который становится теперь главным актором разделения труда. Совокупный рабочий приобретает черты сверхорганизма:

Специфическим для мануфактурного периода механизмом остаётся сам совокупный рабочий, составленный из многих частичных рабочих. <…> В одном случае он должен развивать больше силы, в другом случае – больше ловкости, в третьем – больше внимательности и т. д., но один и тот же индивидуум не обладает всеми этими качествами в равной мере. После разделения, обособления и изолирования различных операций рабочие делятся, классифицируются и группируются сообразно их преобладающим способностям. <…> Совокупный рабочий обладает теперь всеми производственными качествами в одинаковой степени виртуозности и в то же время тратит их самым экономным образом, так как каждый свой орган, индивидуализированный в особом рабочем или особой группе рабочих, он применяет исключительно для отправления его специфической функции[280].

На языке Маркса совокупный рабочий становится «частью машины», «общественным механизмом» и «коллективным рабочим организмом»[281]. Перевоплощение всеобщего интеллекта в совокупного рабочего сопровождается яркими машинными метафорами. Между строк «Капитала» можно прочесть предысторию киборгов:

Общественный производственный механизм, составленный из многих индивидуальных частичных рабочих, принадлежит капиталисту. <…> Не только отдельные частичные работы распределяются между различными индивидуумами, но и сам индивидуум разделяется, превращается в автоматическое орудие данной частичной работы[282].

«Фрагмент о машинах» подчеркивает не только растущую экономическую роль знания и науки, но и значение общественного сотрудничества, то есть совокупной машинерии общественных отношений, лежащих вне фабричной системы. В отрывке из Grundrisse, где Gesamtarbeiter словно собирается в заводских цехах, Маркс рассматривает «общественного индивида» «в качестве главной основы производства и богатства» в будущем обществе:

Вместо того чтобы быть главным агентом процесса производства, рабочий становится рядом с ним. В этом превращении в качестве главной основы производства и богатства выступает не непосредственный труд, выполняемый самим человеком, и не время, в течение которого он работает, а присвоение его собственной всеобщей производительной силы, его понимание природы и господство над ней в результате его бытия в качестве общественного организма, одним словом – развитие общественного индивида[283].

Превратив всеобщий интеллект в совокупного рабочего, Маркс, похоже, отказался от теории, согласно которой капитализм рухнет из-за перепроизводства знания в форме основного капитала. Капитализм не обрушится из-за накопления знаний, потому что знания сами по себе помогают новым аппаратам лучше извлекать прибавочную стоимость. Ученый-марксист Михаэль Генрих отмечал, что «в рассуждениях о производстве относительной прибавочной стоимости в “Капитале” содержится скрытая критика “Фрагмента о машинах”»[284]. Принцип модуляции прибавочного труда, сформулированный Бэббиджем, Маркс использует, чтобы создать теорию относительной прибавочной стоимости, которая признает за капитализмом способность поддерживать эксплуатацию в равновесии. По Марксу, прибавочную стоимость можно увеличить за счет не только снижения заработной платы и материальных издержек, но и повышения производительности труда в целом, то есть путем перепроектирования разделения труда и машин. Если, в соответствии с принципом Бэббиджа, разделение труда представляет собой аппарат для модуляции уровня квалификации и, следовательно, уровня заработной платы в зависимости от навыков, то оно становится модуляцией относительной прибавочной стоимости. Машина – воплощенное разделение труда – становится аппаратом, который привносит дисциплину и регулирует извлечения относительной прибавочной стоимости[285]. Как и предвидел Бэббидж, машина становится расчетной машиной – в этом случае инструментом для измерения прибавочной стоимости.