Многие начинающие писатели обнаруживают у себя страсть к словам еще в колледже, в годы новых возможностей и свершений. И так как это период становления в писательской жизни, мне захотелось остановиться на некоторых вопросах подробнее.
Самый очевидный вопрос, которым задается большинство студентов, – «выбрать ли мне специализацию по написанию текстов?» На него не существует верного ответа, все зависит от обстоятельств. Большинство выбравших специализацию по литературному творчеству скорее станут преподавателями, а не писателями, поэтому если план таков – вперед.
Однако если идешь в киноинститут ради диплома сценариста или кинематографиста, встает немного другой выбор. Подобные учебные заведения не только дают академическое образование, но и выступают в качестве профессиональных училищ, предоставляя больше контактов, тренировок, материальных ресурсов и практического опыта, чем обычные курсы по литературному творчеству. Студенты киноинститутов, планирующие получить степень магистра по сценарному мастерству, режиссуре, продюсированию или кинопроизводству, обычно получают диплом, уже выпустив несколько короткометражных фильмов и ряд видеороликов, благодаря чему выше котируются на рынке.
А вот на типовых курсах по литературному мастерству в колледжах и университетах, как правило, игнорируют ценность наработки реального опыта в кинопроизводстве или публикациях, отдавая предпочтение теории, а не практике. Такой подход к обучению скорее о том, как собрать и подать информацию, нежели о самом повествовании, потому что первое шаблонно и легче преподавать, а последнее неуловимо, его сложно измерить, и у всех оно разное. Проще простого вызубрить: «Текст начинается с введения или выдвижения тезиса. Затем ты озвучиваешь свою точку зрения. Потом идет столько абзацев основной части, сколько необходимо, чтобы представить доказательства и обосновать свою мысль. И наконец, в заключительном абзаце ты снова формулируешь свое утверждение, сопоставляешь данные предыдущих абзацев и лишний раз подтверждаешь, что твоя мысль обоснована».
Ну что ж, а теперь, руководствуясь этой схемой, покажи, какими словами и в каком порядке ты расскажешь читателям, каково это, когда тот, кого ты когда-то любил, бросает тебя, променяв на другого.
Эмоциональный отклик на произведение возникает лишь после того, как оно выйдет в свет, и, к сожалению, многие университетские программы по литературному творчеству свысока смотрят на саму идею писать ради публикаций или, что еще хуже, не воспринимают писательство как работу, способ заработать на жизнь, профессию. Это, в свою очередь, объясняет, почему так мало преподавателей на самом деле работают писателями. Я на себе испытал подобные предрассудки, когда преподавал курс «Литературное мастерство для начинающих» в Государственном университете Сан-Диего. К тому моменту я уже достиг небольших успехов как автор статей и пьес, но этого хватило, чтобы многие преподаватели на факультете с неодобрением отнеслись к назначению моей кандидатуры. Никто из них не зарабатывал на жизнь писательским трудом, а единственный педагог, который мог похвастать изданной брошюрой стихов собственного сочинения, сохранял этот статус, заставляя студентов каждый семестр покупать его сборник в университетской книжной лавке.
В первый день занятий я объявил студентам, что те, кто рассчитывает на легкие пятерки, ошиблись дверью и, если они решат остаться, им предстоит писать больше, чем на любом другом курсе. Еще никогда со времен Исхода израильского народа из Египта[25] такая толпа не бросалась к одной двери.
Но ведь суть не в том, чтобы просто давать письменные задания. Я не только читал лекции о процессе написания текстов, но и уделял время, выслушивая и выясняя мнения студентов, воодушевляя их разрабатывать идеи, которыми они одержимы. Многие из них впервые оказались в ситуации, когда преподаватель спрашивал, что они думают о предмете разговора, а не рассказывал, что они должны думать. Так что совсем скоро в аудитории царила захватывающая, творческая атмосфера свободомыслия, где приветствовались любые вопросы.
Помимо обсуждения теории письма, мне хотелось вдохновить их что-то делать со своими работами. Например, если они опубликовали свою статью в университетской газете, я был готов зачесть им это вместо очередного теста или задания, поставив отличную оценку, а если удавалось продать статью или короткий рассказ авторитетному журналу или газете за пределами кампуса, я ставил зачет за весь курс.
С одной стороны, подобный подход стимулировал студентов, с другой – это привело к тому, что меня вызвали на ковер к одному из главных богов факультета, который выдал:
– Мы здесь учим теоретическим основам, а не пошлой коммерции.
– Но ведь подразумевается, что своим творчеством нужно делиться, его стоит показывать, его должны читать. Разве не ради этого все? Не для того, чтобы отразить точку зрения писателя?
– Абсолютно не для этого. Нет причин показывать свой материал другим. Взять, например, Эмили Дикинсон…
– Вы же знаете, чем все закончилось, да? – задав этот вопрос, я выяснил, что подобная фривольность не слишком приветствуется в академических кругах.
Большинство моих студентов выбрали этот курс просто потому, что им нужно было выбрать хотя бы один предмет кафедры английского языка, и в аудитории они появились, не планируя становиться писателями. У них и в мыслях не было опубликовать хотя бы что-нибудь. Но заманчивое предложение получить отличную оценку за публикацию своих трудов привело к тому, что статьи и небольшие рассказы практически половины группы опубликовали в университетской газете, а некоторые даже умудрились продать свои работы местным изданиям. С радостью обнаружив, что у них есть собственный голос и трибуна, некоторые продолжали писать и публиковали свои труды еще долгое время после окончания курса.
Некоторым на факультете это не понравилось, и мне не предложили продолжить сотрудничество в следующем семестре[26]. Со временем я понял, что подобное пренебрежительное отношение учебного заведения Сан-Диего к написанию текстов как к профессии – обычное дело среди университетских преподавателей: «Мы здесь учим теоретическим основам, а не пошлой коммерции». Но такие ошибочные представления об искусстве и ремесле встречаются не только среди педагогов.
Несколько лет назад я оказался на церемонии награждения, где сидел за столом с совершенно незнакомыми людьми. Узнав, что мне планируют вручить награду, они сразу стали задавать вопросы о литературном творчестве: как я стал писателем, что мне особенно нравится, откуда берутся рассказы?.. Мои ответы по сути сводились к «У меня не было выбора», «Все», «Понятия не имею».
Во время небольшой паузы девушка, сидящая справа от меня и ранее не участвовавшая в разговоре, наклонилась и рассказала, что только что окончила колледж со степенью по литературному мастерству.
– Я так рада. Наконец начать писать.
– Вы только начинаете писать? – спросил я, изо всех сил стараясь звучать непринужденно.
– Ну, мы, конечно, писали что-то на занятиях, но не более того, – объяснила девушка, и теперь уже в ее голосе слышались нервные нотки. – Родители оплатили мое обучение, чтобы я могла стать писательницей, и теперь, когда я получила диплом, они ждут, что я сразу начну зарабатывать, работая по специальности.
Когда свет в зале погас и началось само мероприятие, частичка меня тихонько умирала под тяжестью ободряющей улыбки.
Получение степени по литературному творчеству не делает человека автоматически писателем, и родители не должны ждать, что новоиспеченные выпускники сразу же начнут зарабатывать этим ремеслом. Это не то же самое, что отучиться на врача или инженера, где способ Х гарантирует результат Y, а за стенами университета вас всегда ждет высокооплачиваемая работа. Не считая редких назойливых вундеркиндов, ты же не ждешь, что выпускник художественного колледжа сразу станет Пикассо или что музыканта, окончившего профильное учебное заведение, сразу наймут в Чикагский симфонический оркестр. Написание текстов – это тоже ремесло, требующее многих лет проб и ошибок, поэтому нужно набраться терпения.
Именно по этой причине необходимо как можно скорее начинать писать и продавать свои первые произведения. Если ждать, пока появится диплом, по сути, начинать придется с нуля.
Студентам пригодятся еще несколько наблюдений:
Как я уже говорил выше, если душа лежит к литературному творчеству, не позволяй моим словам сбить себя с толку – поступай, как велит сердце. Но если эта специальность не фигурирует в долгосрочных планах, рассмотри возможность получения дополнительной специальности, запасной.
Дополнительная специализация – это учебный предмет, который может помочь с некоторыми аспектами написания текстов или позволит заработать репутацию в сфере, благодаря которой можно стать писателем, даже если заслуги незначительны. То есть если твоя цель – писать статьи или триллеры на геополитическом фоне, то степень по политологии может определенно стать преимуществом. Если хочешь писать пьесы, то рассмотри образование в сфере театрального искусства.
Как человеку, который всегда сторонился людей, мне понадобилась помощь, чтобы научиться залезать в голову персонажей и понимать, что они чувствуют. Так я получил первый диплом – по психологии. Меня также всегда прельщала мысль писать о людях в глобальной перспективе. Так я получил второй диплом – по социологии. Ни одна из этих специальностей не рассматривалась в качестве запасной, ведь я бы не смог зарабатывать на жизнь с их помощью, если бы только не защитил кандидатскую, а это не совсем то, к чему я стремился. Меня интересовал сам процесс обучения и тренинги, а не бумажка, которую можно повесить на стену. Когда меня спрашивают об академическом образовании, я всегда говорю, что благодаря степени бакалавра по психологии и социологии я квалифицированный безработный сразу в двух сферах.
Запасная специальность поможет продержаться финансово, пока писательская карьера лишь набирает обороты. Часто это подразумевает какой-то профессиональный навык или специальную подготовку, не мешающую при этом творческому процессу. Вачовски, создатели фильмов «Матрица», с которыми мне довелось сотрудничать на нескольких проектах, работали плотниками, пытаясь продать свои сценарии[27]. Среди прочих возможных вариантов, где не задействованы пилы и молотки, можно упомянуть компьютерные технологии, недвижимость, гейм-дизайн (их также можно рассмотреть и как дополнительное образование), фармацевтику, математику, маркетинг.
Однако помни: выбирая запасную специальность, остерегайся тех, кто этим воспользуется, чтобы ослабить твой интерес к творчеству, а не увидит в этом возможность продержаться на плаву в тяжелые первые годы. Тебе стоит найти работу в сфере недвижимости или фармацевтики, чтобы был план Б на случай, если с писательством не сложится. Разумеется, можно так и не реализовать себя на писательском поприще, но сам подход с планом Б часто приводит к самовредительству. Если ты можешь зарабатывать на жизнь чем-то еще, велика вероятность, что именно этим все и закончится, потому что это окажется явно проще, чем писать. Во время турбулентности, имея под рукой парашют, всегда хочется выпрыгнуть, а не остаться посмотреть, чем кончится путешествие. Но если парашюта нет (или, по крайней мере, себя можно с успехом в этом убедить), тогда выбора не останется и придется продолжать до тех пор, пока не доберешься до места.
Если ты не посвятишь себя целиком тому, что нужно, чтобы стать писателем, то нет ничего зазорного в том, чтобы использовать парашют с планом Б. Но если точно знаешь, что ни одно дело не принесет такого удовлетворения, тогда упрись ногами покрепче, смотри навстречу ветру и сделай все, чтобы посадить эту махину.
Если во время учебы ты все время проводишь в аудитории, в буфете или на парковке, ты упускаешь самое главное. В большинстве колледжей и университетских кампусов есть ресурсы, способные помочь дальнейшему развитию твоей писательской карьеры. Сюда можно отнести университетские газеты и журналы, факультеты театра и кино, которым требуется материал для спектаклей и съемок, подкасты, телевизионные каналы и радиостанции, а также определенный контент для социальных сетей, базирующихся на территории кампуса и так или иначе связанных с учебным заведением. Эти возможности важны, ведь, когда впервые видишь свое имя в издании или на экране, это придает невероятных сил, пусть даже это всего лишь афиша колледжа или студенческая газета.
Обратись к заведующим факультетами. Студенты-писатели всегда могут к ним прийти за помощью, ведь руководство часто ищет студенческие работы, чтобы обеспечить интеграцию между факультетами и оправдать затраты на свое подразделение. В книге Becoming Superman я рассказывал о расстроенных редакторах университетской газеты Daily Aztec, которые ежедневно пытались заполнить необходимое количество страниц. Проблема была в том, что ярким, талантливым студентам-писателям редко приходила мысль предложить свои работы DA (в основном потому, что они считали это местом для своих, или потому что его близкое соседство делало редакцию практически незаметной в каком-то странном, недооцененном смысле), а более тусклые огоньки, которые все же приходили, частенько сдавали работы не вовремя или же не сдавали их вовсе. Со времен выхода книги десятки университетских редакций написали мне, что ситуация ничуть не изменилась.
Преимущества сотрудничества с университетскими изданиями выходят за рамки поднятия собственной самооценки. Во-первых, некоторые газеты платят за статьи, пусть это и небольшие деньги, но у голодного студента каждый доллар на счету. А напечатанный материал дает возможность получить отзывы от людей, у которых нет цели не задеть твои чувства. Когда приносишь статью, а редактор сообщает, что она слишком длинная, и тебе дается всего лишь час, чтобы ее сократить, ты учишься быстро редактировать, определяя, какие элементы действительно необходимы, чтобы текст сохранил смысл, и вырезая остальное. Актеры на радио или в университетском театре, ведущие подкастов или продюсеры могут попросить подправить реплики, чтобы текст легче произносился, – так ты поймешь разницу между живой речью и тем, что написано на бумаге. Работа для университетского театра, газеты или журнала поможет собрать коллекцию публикаций или изданных работ, которые могут пригодиться, когда соберешься получить оплачиваемую работу в похожем месте после выпуска.
Самое большое преимущество начинать писательскую карьеру еще во время учебы в том, что в случае неудачи на карту поставлено не так много. Реальный мир может быть неумолим, когда на кону плата за аренду. В колледже от тебя не ждут безупречности, можно быть рискованным без всяких опасений, можно экспериментировать и совершать ошибки, облажаться, терпеть поражения, упасть, а потом рассмеяться, встать и попробовать снова.
Это можно сравнить с прививкой.
Чтобы вакцина сработала, пациенту вводят безвредную или инертную форму вируса, которая вызывает у человека сильную реакцию и вырабатывает антитела, их впоследствии можно будет использовать для борьбы с более инвазивной формой живого вируса. Точно так же и начинающим авторам следует бороться со страхом. По окончании колледжа без опыта публикаций перспектива отправить свою работу в газеты, онлайн-издание, в книжное издательство или продюсерам может показаться крайне пугающей. Однако опыт отправки своих работ редакторам, режиссерам и кинематографистам в академической среде убивает этот страх. Как и вакцина, это менее пугающая форма опыта, и она нужна, чтобы без опаски столкнуться с реальностью.
Использование ресурсов, доступных прямо в твоем учебном заведении, позволит прокалить все несущественные работы, отточить талант до остроты лезвия. Это придаст тебе определенную уверенность и смелость двигаться вперед, а если повезет, университет ты окончишь с определенными успехами, возможно, даже за стенами кампуса, и с опытом, который лишь укрепит твое намерение стать писателем.