Выступая с лекциями на одних и тех же площадках вот уже несколько лет, я замечаю, что лица, темы и вопросы из раза в раз повторяются. Как найти агента? С чего начать рассказ? Как пройти в туалет? Вы здесь работаете? Почему вы на меня так смотрите? И мой самый любимый: какой самый важный совет вы дали бы начинающему автору?

Ответ на последний вопрос всегда одинаковый: «Закончи. Все равно, что ты там начал, над чем сейчас работаешь. Просто закончи эту хрень».

По всей видимости, на эту тему я реагирую гораздо острее, чем мне казалось. Писательница Николь Дюбюк в своем твите 19 сентября 2018 года написала: «В начале 2000-х на Comic-Con я посетила панельную встречу[18] Стражински. Он дал совет: „Закончи это“. Должно быть, я чересчур громко всхлипнула („этим“ оказался сценарий, застопорившийся на первом действии), потому что он указал на меня, заглянул прямо в душу и сказал: „Вот ты. ЗАКОНЧИ ЭТО“. Просто лучший совет». В итоге она продолжила писать и ЗАКОНЧИЛА десятки телевизионных сценариев для кабельных сетей и коммерческих сериалов.

Четыре самых важных правила литературного творчества сформулировал Роберт Хайнлайн: 1 – нужно писать, 2 – нужно закончить то, что написано, 3 – нужно выставить это на продажу, 4 – пусть находится в продаже до тех пор, пока не купят.

Иначе закончишь как один паренек, о котором сейчас расскажу.

Меня регулярно приглашают выступать в качестве почетного гостя на «Лос-Коне» – Всемирной конвенции научной фантастики, проводимой в Лос-Анджелесе. Во время этих встреч я не раз замечал одного и того же парня, постоянно сидящего на одном и том же месте в первом ряду на протяжении десяти лет. Пользуясь своим положением вблизи сцены, он засыпал меня бумажками с вопросами. Некоторые были до ужаса беспредметными, какие-то касались лишь его работы, которую я, естественно, никогда не видел и не мог оценить. Однако я изо всех сил старался отвечать адекватно.

Не раз я отводил его в сторонку и любезно просил предоставить другим шанс задавать вопросы, а не монополизировать дискуссию во благо его собственных трудов. Я объяснял, что существует разница между доступностью и допуском. Он обещал стараться, но редко сдерживал слово. Последний раз, отчитав парня, я дал любопытству взять верх, и когда он уже собирался уйти, то я спросил, принесли ли ему пользу мои ответы за все эти годы.

– Пока не знаю, – ответил парень. – Я все еще работаю над ним.

Над ним? Ним? Это же не то, о чем я думаю?

То. Он работал над одним и тем же романом больше десяти лет.

Я продолжил его пытать, стараясь выяснить, сколько уже написано.

Он бросил куда-то в воздух несколько слов в надежде, что хотя бы одного будет достаточно, но, когда они коснулись земли, стало понятно, что он не написал ни строчки.

Пытаясь не заработать гипертонический криз, я нашел в себе силы и спросил, какого черта он потратил десять лет на никому не нужные вопросы, которые мне приходилось пропускать через мысленный блендер, чтобы выдать что-то разумное, если он не собирался использовать ни один из моих советов, чтобы что-то реально написать. В ответ он ощетинился и начал возмущаться: мол, как я смею задавать ему такие вопросы?

– Значит, так, – проговорил я голосом, напоминавшим грохот со дна Марианской впадины. – Больше ты не задаешь мне никаких вопросов.

– Вы не можете мне мешать…

– Если ты поднимешь руку, я проигнорирую. Если начнешь говорить без разрешения, я тебя заткну. Мало того, что ты тратишь мое время, абсолютно непростительно то, что ты тратишь впустую время всех собравшихся в зале, а ведь у них крайне мало шансов задать вопрос, ответ на который может кардинальным образом повлиять на их работу и будущее. Я не хочу больше видеть тебя ни в первом ряду, ни в любом другом до тех пор, пока ты не придешь с законченной рукописью, чтобы доказать мне серьезность своих намерений. Если сможешь – здорово. В противном случае – убирайся с глаз долой.

Больше я его не видел.

Позеры и лицемеры раздражают меня, потому что из-за них гораздо сложнее относиться серьезно ко всем остальным, от кого слышишь: «Я – писатель». Однако таких снобов выдает как раз главный посыл этой главы – доводить все до конца. Они мастера разглагольствовать, но в итоге страницы так и остаются пустыми.

С балаболами все понятно, теперь обратим внимание на некоторые факторы, из-за которых многие начинающие авторы так и не добегают до финишной черты.