Теоретизировать, не имея данных, – значит совершать грубейшую ошибку. Незаметно для себя человек начинает подгонять факты к своей теории, вместо того чтобы строить теорию на фактах.

Ровно в десять, как и ожидалось, Амара направился в лес и исчез во мраке. Его угольно-черное тело мгновенно растворилось в кромешной темноте.

ПОКА МЫ БЫЛИ ЗАНЯТЫ ТЯГОТАМИ И КАРМИЧЕСКИМИ ИСПЫТАНИЯМИ РЫЖЕГО СОСЕДСКОГО КОТА, книжный шкаф занимался другими делами (хотя за рыжего он тоже переживал). После неожиданного появления Амары он никак не мог справиться со странным чувством. Хотя Амара ему нравился, и они не раз вели увлекательные беседы, в черном коте было нечто такое, что не давало книжному шкафу покоя. Книжный шкаф от природы был исследователем. Если в чем-то можно найти зерно истины или признаки фальсификации, он всегда это находил. Сестра была с ним согласна, в день появления Амары ее интуиция проснулась и с тех пор не засыпала. Она отнеслась к коту со всей душой, учитывая историю его бед и тревог, и изо всех сил старалась помочь. Но яркое прошлое Амары и его объяснения по поводу того, что у него осталась всего одна жизнь, вызывали у нее сомнения. Сестрица всегда во всем сомневалась. Книжный шкаф с помощью Джессики начал тщательно собирать всю информацию об Амаре. Они фиксировали все его высказывания и анализировали каждую деталь. Я все еще его немного побаивалась и хотела бы понять, кто же он такой.

В последнее время поведение Амары изменилось. Он стал меньше времени проводить в доме, а в бамбуковой роще появлялся лишь изредка. Учитывая его привязанность к радиатору, это удивляло. Он стал уходить в лес по ночам и возвращался лишь под утро. Хотя рыжий соседский кот и его сиамский приятель тоже каждую ночь проводили в лесу, с Амарой они там не встречались. Он словно растворялся в воздухе.

Это напомнило мне чувства, которые возникают совершенно неожиданно, и ты понимаешь, пора к ветеринару. Никто ни о чем не говорит и ничего особенного не делает, но ты точно знаешь, что произойдет. Точно так же сейчас я просто знала: с Амарой что-то не так.

Шелест страниц и фиолетовое свечение информируют нас, что отчет об Амаре завершен. Книжный шкаф и Джессика были готовы поделиться своими открытиями. Вечером, когда Амара уйдет в лес, в гостиной для ночных посиделок зажгут свечи. Прогноз погоды был благоприятным и дождя не ожидалось, поэтому Амара не вернется до утра. Но радиатор для полной уверенности отключился, чтобы стать менее привлекательным для кота; так мама надевает старый потрепанный халат после вечерней прогулки.

Ровно в десять, как и ожидалось, Амара направился в лес и исчез во мраке. Его угольно-черное тело мгновенно растворилось в кромешной темноте. Рыжий соседский кот лишь недавно поправился, но все же вызвался быть часовым. Он устроился на ограде и принялся любоваться луной. Нас он заверил, что при появлении Амары взвоет, как банши. Я тут же представила, как рыжий кот воет на луну, и его мех блестит в лунном свете. Яркая картина. Может, стоило выбрать на эту роль сиамского? Впрочем, уже поздно.

Когда горизонт стал чист, книжный шкаф приступил к делу. Для начала он разложил тщательно подготовленные заметки по полу. Желание схватить их и начать читать становилось непреодолимым. Но мы отлично знали, что книжный шкаф лучше не перебивать. Положив голову на лапы, мы стали ждать откровений. Сгустились сумерки, зажглись свечи. Тишину нарушил громкий чих, похоже, мы зажгли одну из маминых ароматических свечей, а сестра от этого запаха всегда чихает. Свечу погасили. Атмосфера напоминала спиритический сеанс. Я еле удержалась, чтобы не спросить, не явился ли кто-нибудь, – так, на всякий случай.

Книжный шкаф вернул нас к самому началу, ко дню появления Амары. Воспоминания о том судьбоносном дне мгновенно поставили перед нами целый ряд вопросов без ответов. Прежде всего кот сказал, что искал сестру, поскольку ту считают великим учителем. Но кто так считает, он не ответил. Умолчал он и о том, как ему удалось ее найти. Вряд ли возможно просто бродить по Земле и неожиданно наткнуться на сестру, которая медитирует с кошачьей группой в маленьком садике. Даже для спаниеля с его великолепным чутьем это было бы затруднительно. Шансы на такое можно сравнить с вероятностью того, что ты съешь только один картофельный чипс или один раз откусишь от морковки, и отдашь остальное маме. Такого просто не бывает.

Затем книжный шкаф перешел к имени черного кота. Прежде чем обратиться к странной и весьма значимой истории, стоящей за ним, он задал животрепещущий вопрос: «Кто дал коту это имя?» Только Амара знал ответ. Если бы мы это выяснили, загадочная история распуталась бы как клубок пряжи. Мы ждали, когда книжный шкаф перевернет страницу и продолжит столь впечатляющую реконструкцию событий.

Амара посетил город, где жил и учил Будда, – интересное совпадение. Значение имени кота – «неумирающий», «бессмертный», «бог».

Еще одно противоречивое и неоднозначное открытие. Слушая книжный шкаф, я задумалась, что должен быть момент, в котором совпадение превращается в реальный факт. Так желтый теннисный мяч из прекрасного предмета для игр превращается в испорченный желтый предмет, который бросили в лесу.

Следующий вопрос был, на мой взгляд, самым удивительным и сомнительным во всей этой истории. Я очень хотела узнать, что книжный шкаф думает о причинах появления Амары. Интуиция подсказывала мне, что история тревоги и последней жизни не так уж правдива. Книжный шкаф тоже не удовлетворился объяснением Амары. Он начал перечислять все сомнительные моменты, требующие тщательного изучения. Сестра молчала и лишь кивала. Так она ведет себя, когда погружается в глубокие размышления, или кто-то делает нечто такое, что кажется ей глупым. Под этим «кто-то» подразумеваются ваша покорная слуга, блуждающий ум или мы оба.

Книжный шкаф перешел к перечислению всех мест, в которых побывал Амара. Как всегда, он тщательно фиксировал каждое слово и мгновенно назвал нам главу и стих: «Однажды я жил с нищим в Калькутте. Мне даже пришлось сбрить шерсть – так там жарко. Потом я жил в семье в городе Гэньхэ, во Внутренней Монголии. Там я отрастил густую шерсть, потому что это одно из самых холодных мест на Земле. А потом я оказался в Тибете, где меня подобрал дружелюбный монах. Там мне нравилось, но это место пришлось спешно оставить. В силу обстоятельств я стал крысоловом на корабле, и меня чуть не смыло за борт во время сильного шторма».

Как только книжный шкаф умолк, у меня появились вопросы. Их было так много, что я никак не могла выбрать один. По выражению лица сестрицы я понимала, что она тоже растеряна. Нам все же удалось устоять перед соблазном перейти к диалогу, и книжный шкаф продолжил. К счастью, появился блуждающий ум и принялся собирать наши мысли, чтобы мы могли вернуться к ним позже. Да и свои он обязательно добавит. Первым, что вызвало сомнения у книжного шкафа, стало количество стран, в которых жил Амара. В каждом месте он должен был провести какое-то время. Отсюда возникает вопрос – сколько же ему лет? Затем тибетский монастырь, где он жил. Амара с удовольствием рассказывал нам о монахе, который научил его медитации. Это тоже должно было занять время. Пожалуй, самое странное в этом рассказе – необходимость срочно покинуть Тибет. Зачем? У книжного шкафа была своя теория, но он ею не поделился. И наконец путешествие на корабле, во время которого ему досталась роль крысолова. Куда следовал этот корабль? Очевидно, он пришвартовался в Англии, и оттуда Амара двинулся на север. Амара был готов делиться информацией, но в ней всегда были пробелы, которые приходилось заполнять самостоятельно.

Даже если забыть о мудрых цитатах, которые брались словно из воздуха, уроках левитации и знакомстве с вислобрюхими свиньями, познания Амары в тибетском буддизме поразили нас до глубины души. Вспоминая лекцию кота о Дхарме, можно было сказать, что он обладал широкими познаниями в области Махаяны. Он сумел донести свои знания на доступном языке, и кошачья группа медитации отлично его поняла.

Это плавно подвело книжный шкаф к самому началу, к проблеме тревожности. Сестре пришлось потрудиться, чтобы помочь Амаре смириться с его расстройством. Поразмыслив, она поняла, что не научила кота ничему такому, чего бы он не знал. Его лекция показала, что он прекрасно понимает суть наставлений Будды и пути Будды к просветлению. Книжный шкаф проделал отличную работу: каждый раз, когда он раскрывал новую грань тайны, Джессика восторженно вспыхивала фиолетовым.

Затем мы перешли к медитации под деревом в лесу, как это сделал Будда в лесу Бодх-Гайи в Индии много сотен лет назад. В этот момент блуждающий ум и страх на время покинули гостиную, что было мудро. Мы не хотели, чтобы у страха, который и без того слушал книжный шкаф из-под стола, случился очередной приступ. Тогда вся тяжелая работа сестры пойдет насмарку, и ей придется начинать заново. После короткой паузы книжный шкаф с энтузиазмом изложил свою гипотезу.

Если, как нам кажется, Амара хорошо знаком с путем Будды к просветлению, значит, он уже знал о битве Будды с Марой и его армией под деревом бодхи.

И все же, хотя вроде бы кот боролся с тревожностью, он пошел с нами в лес. Мало того, он сидел в благородной позе и целый день неподвижно медитировал.

Книжный шкаф пошелестел страницами, как судья Верховного суда, и подвел итог: «Таким образом, друзья, по моему мнению, тревожность Амары – обман. Более того, я не сомневаюсь, что он прибыл с некой особой целью». Мы с сестрой переглянулись, как могут только спаниели. За все годы, что мы знакомы с книжным шкафом, нам ни разу не приходилось усомниться в его словах. Как и сейчас. Но что же за цель у Амары?

Наступила пауза. Мы обдумывали теорию книжного шкафа. Молчание нарушила сестра. Она подтвердила свое согласие со всем, что говорил книжный шкаф. Сомнения у нее оставались, но она старалась сохранить ум открытым и не давать оценок. Когда наступит подходящий момент, она расспросит Амару и надеется получить честные ответы. Хотя сестрица была уверена в своих способностях, я считала, что сказать это куда легче, чем сделать. Книжный шкаф забыл упомянуть, что Амара обладал поразительными способностями к телепатии. Я с этим столкнулась, и меня бы не удивило, если бы кот уже ознакомился с теорией книжного шкафа и решил, как ее опровергнуть.

Книжный шкаф собирался завершить выступление и отложить заметки в сторону, но сестра задала последний вопрос. Некоторое время назад, когда у нас только начали появляться сомнения относительно Амары, в гостиной мы устроили коту импровизированный допрос. Мы задали ему несколько конкретных вопросов о его прошлом. Отвечал кот очень осторожно, но все же допустил пару промашек. В самом конце, когда Амара уже почти вышел из комнаты, книжный шкаф спросил, был ли тибетский монастырь, в котором он жил, самым высоко расположенным зданием мира. Кот не ответил. Тогда сестрица поинтересовалась, почему книжный шкаф задал такой странный вопрос. Книжный шкаф ответил, что вернется к этой теме, когда соберет больше информации. Сестра вновь задала этот вопрос. Я почувствовала, что она намерена добиться ответа.

Книжный шкаф неохотно поделился своими мыслями, которые заставили его задать Амаре такой странный вопрос. Но он сразу предупредил, что это самая нелогичная теория из всех, что мы от него слышали. Блуждающий ум вернулся и обратился в слух. Неужели кто-то может быть более алогичен, чем он?

Теория книжного шкафа заключалась в следующем. Амара сообщил, что провел какое-то время в тибетском монастыре, причем монастырь был значительно больше обычных. Сестра подумала, что это нечто грандиозное и совсем непохожее на монастырь, в котором она была с папой. Но монах учил кота медитировать, значит, это действительно был монастырь. Похоже, именно там кот познакомился с наставлениями Будды, хотя об этом и не говорил. Он подтвердил, что в монастыре следовали Махаяне, то есть тибетскому буддизму. По этим обрывочным сведениям мы не могли определить, где именно находилось то место, – в Тибете много монастырей. Но если добавить к имеющимся данным немного информации, все станет ясно. Мы ждали этого, поскольку по-прежнему ничего не понимали. Как детектив из телевизионного сериала, книжный шкаф нагнетал атмосферу. Он сделал длинную паузу, а потом раскрыл последнюю часть головоломки Амары: «Амара сказал, что ему нравилось жить в монастыре, но его пришлось спешно покинуть.

Я думаю, он говорил о дворце Потала в Лхасе! Дворец был официальной резиденцией Далай-ламы, но его пришлось оставить. После восстания 1959 года в Тибете Далай-лама бежал в Индию, где остается и по сей день».

Мы пораженно молчали. Даже блуждающий ум потерял дар речи. Тишину нарушила Джессика. Она яростно заморгала фиолетовым светом и объявила:

«Китайская армия вошла в Тибет 7 октября 1950 года. В 1959 году, после восстания в Тибете, Далай-лама, опасаясь за свою безопасность, бежал в Индию и ныне проживает в Дхарамсале».

Теория книжного шкафа казалась совершенно невероятной.

Хотя все услышанное выходило за рамки понимания, сестра сохраняла ум открытым. В конце концов, Будда помнил свои прошлые жизни и иногда левитировал. Кто-то скажет, что это невозможно, но сестра не сомневалась в словах Будды. Она вернулась к проверенному методу: сомневаться во всем, пока не убедится в этом. Для этого нужно найти Амару. Настало время поисковой экспедиции.

Размышления под бамбуком

Хотя бамбуковая роща – место для размышлений, сегодня мы сидели в полном молчании. Иногда кто-то порывался начать, но быстро умолкал. Сестра сохраняла тишину и просто сидела с закрытыми глазами. Мои мысли проносились в голове со скоростью, достойной олимпийских чемпионов. Хотя я не сильна в математике, но если теория книжного шкафа верна, Амаре от семидесяти до ста лет. Разве это возможно? Сестрица собрала кошачью группу и отправила ее прочесывать лес. Пока коты не нашли даже следов Амары. Его телепатические способности явно помогали ускользать от них. Но интуиция подсказывала котам: он поблизости. Сестра считала, что они не нашли Амару, потому что он ждал именно ее. Мы направились в лес (или как я называю это место, на кладбище теннисных мячиков). Хитроумный план сестры меня беспокоил. Поскольку нам не разрешали в одиночку ходить в лес, она предложила ускользнуть среди ночи. Блуждающий ум согласился нас сопровождать, хотя руку страха не выпускал. Похоже, эту ночь мы запомним надолго.

Невозможное часто обладает качеством целостности, то есть тем качеством, которого недостает неправдоподобному.