Дождя не было. Ноги оставались влажными. Перекусив горячей едой возле парома в кафе, я, не торопясь. шла в сторону выезда из Нижнего Бестяха.
– Привет, тебя куда подвезти?
Рядом притормозила светлая машина, за рулем которой сидел улыбчивый парень. Он так добродушно и весело на меня смотрел, что я сразу почувствовала какое-то панибратство. Я улыбнулась:
– Привет. До Магадана подбросишь?
Мы вместе рассмеялись.
– Да, конечно, подбросил бы, если бы туда ехал. Думал, вдруг на районе куда надо. Ну ты отважная, черт возьми. Давай, удачи тебе в пути, пусть только хорошие люди попадаются.
Парень уехал, а я продолжила идти на окраину поселка. Чувство нового приключения вновь завладело мной, и я отбросила куда подальше все сомнения и усталость. Впереди был Магадан, и это было прекрасно!
– Здравствуйте, девушка. Что вы здесь делаете? – негромко произнес мужчина на пассажирском сиденье черного джипа.
– Здравствуйте, парни. Я просто иду, гуляю. Путешествую, в общем.
Мне подумалось, что они просто так проявляют свой интерес, поэтому пожелала им хорошей дороги и пошла дальше.
– Стойте, девушка. Как вы здесь оказались? – голос звучал все настойчивее.
Я обернулась, чтобы снова пожелать им хорошей дороги, и увидела открытое удостоверение какой-то службы.
– Мы из уголовного розыска. Я Павел.
– А я Спартак, – добавил пассажир в машине.
– Здесь небезопасно, сегодня было совершено преступление в этом районе. Куда вы направляетесь? Отлично. Садитесь в машину, мы едем в Ытык-Кюёль, это 250 километров в сторону Магадана. Одну вас на дороге мы точно не оставим.
Их серьезный и спокойный тон заставил меня подчиниться и сесть в джип. Разговорившись, мы отошли от преступных тем, и я уже расспрашивала ребят про традиции и современный жизненный уклад. Ребята были родом из отдаленных якутских сел, но работали в столице республики по удобному графику. Сейчас же после службы они возвращались домой в родной поселок.
– Мы будем проезжать несколько интересных мест по пути, остановимся и расскажем про наш быт.
Дорога продолжала «радовать» кочками и отсутствием асфальта, но в мягком джипе моя голова и попа практически этого не ощущали. Единственным моментом, из-за которого я действительно волновалась, оставалась моя обувь. До этого момента я переживала из-за простуды. Но сейчас я впервые за долгое время оказалась в компании современных молодых ребят в идеально чистом салоне джипа, и мои мысли перешли в другое русло.
«Блин, а если у меня ноги воняют? А вдруг я просто не чувствую, что они воняют, потому что привыкла к этому запаху? Ужас. Они приоткрыли окно. А вдруг это из-за того, что мои ноги все же воняют?»
Мы ехали вдоль леса и озер, по сторонам то и дело встречались кони и коровы. Местами мы двигались не быстрее предыдущего «КамАЗа», но это меня не расстраивало. Мои спутники делились своими мыслями о жизни, а моя попа лишь изредка приподнималась на несколько сантиметров вверх и уютно возвращалась на исходную позицию на мягкое сиденье.
– У нас, в Якутии, административно-территориальное деление отличается от других областей и республик в России. Здесь мы говорим не район, а улус. В улус же входят наслеги, то есть сельские округа, – знакомил меня с географическо-административной информацией Павел. – Вот сейчас будем въезжать в Чурапчинский улус.
– А как вы называете города, поселки, села? – поинтересовалась я.
– Города, поселки, села, – спокойным тоном ответил Павел.
Через несколько минут машина сделала остановку возле какого-то деревянного сооружения. Мы вышли из машины. Возле дороги были построены ворота, приглашающие проследовать к самой главной святыне местности – ритуальному коновязному столбу.
– Это сэргэ, – сказал Паша, когда мы подошли к столбу, – один из главных символов Республики Саха. Это коновязь, символ дерева жизни. Он стоит здесь как знак, что у местности есть хозяин. Вообще на столбах есть три деления. Одно для привязки коней из верхнего мира, потом для среднего мира, ну и для нижнего.
– Верхний – это боги, средний – земной мир, а нижний – подземные духи? – чуть слышно спросила я, боясь своих незнаний и вспоминая предыдущие разговоры с якутскими водителями.
– Ну да, как-то так.
Ледяной ветер обдувал наши лица, температура воздуха не превышала пяти градусов. Мы ехали вдоль редких поселков, наступал вечер, а до поселка Ытык-Кюёль, где жили Спартак и Павел, оставалось еще километров пятьдесят.
«Ночью будут заморозки. Но в целом я готова поставить палатку и спать на земле. Только бы как-то просушить обувь…»
Я вглядывалась в окружающую флору. Вокруг нас возвышались тонкие лиственные леса.
«Так, в теории я могу развести костер и просушить все».
Но через час тучи вновь сгустились, обрушив на землю новую порцию дождя. Все небо погрузилось в мрачную темноту, дворники все быстрее трудились на лобовом стекле, стараясь как можно быстрее смахнуть навязчивые дождевые капли.
– У нас краеведческий музей в селе есть. Если интересно, то завтра утром можешь его посетить.
– Да, возможно.
«Это можно считать за знак, что мне не придется ночевать в лесу сегодня ночью?»
Постепенно и незаметно меня потянуло в сон. Я проснулась, когда машина уже въезжала на участок какого-то дома.
– Мы приехали, – сказал Паша, заглушив мотор внедорожника. На пассажирском сиденье уже было пусто.
– Ой, мы в твоем селе? А тут далеко от трассы? Дождь закончился? Я поставлю там палатку.
Паша засмеялся в ответ:
– Дождя нет, но извини. Я просто не могу оставить тебя на трассе. Ты забыла, что я работаю в уголовном розыске? Зная, что в этой округе у нас есть непойманные опасные люди, я не усну, когда ты где-то там одна ночуешь. Мама уже приготовила тебе место, ждет нас на ужин. Мы рады гостям.
Мы вышли из машины в глубокую тьму. На часах было одиннадцать часов то ли вечера, то ли уже ночи. Освещала округу лишь плеяда редких огоньков из соседних окон да нечастых фонарных деревянных столбов.
– Заходи.
Я прошла в светлый просторный дом. Меня обдало уютным и теплым запахом выпечки. На пороге стояли родители Павла и радостно улыбались, разглядывая меня.
– Здравствуйте, мы рады гостям.
– Здравствуйте, простите, что вот так вот… – не зная, что еще сказать, я начала с извинений, после чего сняла кроссовки.
«Фух, вроде не воняют».
– Да мы только рады, – ответила мама Павла, украдкой поглядывая на сына. – Ну, Паша покажет, где будете ночевать. Я буду ждать вас на кухне, приготовила макароны по-флотски.
Решение стать вегетарианкой было принято мной по этическим соображениям. Я считала, что если есть возможность не есть мяса, то я не буду его есть. Но я не испытывала никаких негативных чувств, которые часто любят присваивать заядлым вегетарианцам, по отношению к тем, кто употребляет мясо. Но если в мегаполисах я могла спокойно найти альтернативу, то в условиях подобных путешествий это было сделать проблематично.
Чем дальше на север и восток я шла, тем больше видела непонимания в глазах людей, когда говорила, что не ем мяса. Несколько раз были случаи, когда на вопрос «Этот пирожок без мяса?» я получала утвердительный ответ, но в начинке была курица, которая у продавщиц не считалась за мясо. Дважды в столовых на якутской земле я брала «гречку без всего, да, без мяса, я мясо не ем», но в ответ получала гречку, полностью облитую мясной подливкой.
Я лишь улыбалась в ответ и брала что-то еще. Это была только моя задача – обеспечить себя той едой, которая меня бы устроила. В условиях вечной мерзлоты мясо – главный продукт питания местных жителей. Любой суп приготовлен на мясном бульоне, любое горячее блюдо обязательно включает мясо. В Якутии же я столкнулась с тем, что местные жители едят конину и жеребятину.
В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Я оказалась здесь по своей воле, желая хоть на коротком отрезке пути, но узнать что-то новое о такой далекой территории нашей необъятной.
«Если у меня будет возможность не есть мяса и при этом не обижать никого из семьи, я это сделаю. Но если выбора не будет, съем».
Передо мной на столе хозяйка разложила беляши, пирожки с капустой, масло, хлеб, сладости. На тарелке маняще лежали макароны в подливке с мясом. От всей тарелки вверх поднимался красивый, струящийся вверх пар.
– Ну что, молодежь, приятного аппетита. Я пойду в свою комнату, не буду вам мешать. Болтайте.
Паша, оповещенный еще по дороге в село о моих вегетарианских предпочтениях, протянул мне свою тарелку. Я передала ему свою порцию конины, и он подмигнул мне в ответ.
– А беляш будешь? Там, наверное, коровка. Ее тоже не ешь?
– Да я, пожалуй, с капустой возьму, если ты не против.
– Да как хочешь, мне же больше достанется.
Я съела макароны, облитые мясной подливкой, и, наверное, с этого момента меня можно было вычеркивать из несуществующего списка вегетарианцев. Как выяснилось позже, это была жеребятина.
– Помнишь, ты спрашивала, что это за постройки такие вдоль дорог стоят? Это балаганы. У нас на участке такой тоже есть, утром покажу.
Счастье, оказывается, состоит в таких мелочах, как сухая невонючая обувь, крепкий здоровый сон в кроватке под одеялом, теплая питательная еда, отсутствие температуры и насморка, возможность сходить в туалет без комаров, чистая одежда и чистое тело.
У меня теперь это все было в наличии. Я была по-настоящему счастливым человеком.
Утром Паша показал балаган – постройку, которую якуты раньше использовали для жилья. Его основа состоит из вертикальных бревен и глины, смешанной с навозом, который является идеальным природным утеплителем. По центру располагается очаг, вместо трубы для выхода дыма использовали жерди, которые смазывали глиной, чтобы те не сгорели. Окон в балагане традиционно нечетное количество. Зимой их закрывали глыбами льда, а летом использовали слюду или рыбий пузырь.
– У нас теперь современный балаган, даже окно стеклянное.
– А сейчас балаганы используют для жилья?
– Если и используют, то очень редко. Сейчас почти все строят современные дома, а балаганы оставляют в качестве летней кухни или для скотины. А раньше в одном балагане жили и люди, и животные. Конечно, они были разделены на разные зоны. Возле балагана по традиции стоит сэргэ, ну, ты уже знаешь, что это такое.
– Ритуальная коновязь.
– Именно. Ты уже почти якутка.
Мы вышли из балагана. Трава на участке была покрыта инеем. Температура воздуха каждый день ощутимо понижалась.
– Ну что, ты в краеведческий музей? Хочешь, оставайся еще у нас, родителям ты понравилась, и я не буду против.
– Спасибо большое за гостеприимство, но правильнее мне будет поехать дальше, пока светло, а на обратном пути, если погода позволит, я заеду в гости.
– Логично. Договорились. Запиши мой номер и скажи свой.
Мы обменялись контактами, и через полчаса я уже была на трассе.