А потом… ударяет то, что известно миру как пандемия COVID-19. Болезнь стремительно распространяется по всему миру, везде отменяются массовые мероприятия, к которым, разумеется, относятся и спортивные соревнования. В том числе такие крупные, как летние Олимпийские игры и чемпионат Европы по футболу – все это переносится на следующий год. Теннисный же тур переносить некуда: он ежегодный и по нему пандемия наносит сокрушительный удар, одним махом отчекрыжив половину сезона. Отменяются такие крупнейшие турниры как хардовые «мастерсы» в Индиан-Уэллс и Майами, грунтовые в Монте-Карло и Мадриде, хардовый августовский «мастерс» в Канаде, который у мужчин в этом году должен был пройти в Торонто. Шанхайский «мастерс» в Китае тоже приходится отменить, как и множество других турниров рангом поскромнее. Ну и самый сильный удар – отменяется Уимблдон. Пауза вообще без соревнований длится от середины марта до второй половины августа, после чего некоторые турниры начинают проводиться, но либо без зрителей вообще, либо с крайне ограниченным их числом. Часть весенних турниров переезжает на осень. В их числе грунтовый «мастерс» в Риме и Rolan Garros.
Естественно, «ковидная пауза», как ее позже назовут, воспринимается каждым по-своему: почти полгода отсутствия соревнований, а следовательно – и заработков, конечно, не фунт изюма, но можно взглянуть на это и с другой стороны. Сезон для теннисиста – это постоянные разъезды и перелеты по миру, турниры и тренировки. К концу года даже самый здоровый организм от такого режима начинает просить пощады. И это не говоря уже о том, что обычный соревновательный график предоставляет довольно мало возможностей, чтобы побыть с близкими людьми.
Ударивший в марте COVID практически вычеркивает грунтовый и травяной сезоны, и после хардовых матчей на старте возобновление соревнований в августе также намечается на харде – с «мастерса» в Цинциннати. Еще один плюс среди минусов: пауза позволит теннисистам в кои-то веки избежать скачков с покрытия на покрытие. Правда, осенью все же ожидается грунтовая вставка, но это все равно не так трудно, как в обычные годы, когда с харда переходишь на самое медленное покрытие – грунт, потом на самое быстрое – трава, затем опять возвращаешься на хард. Так что в паузу все теннисисты получают возможность спокойно и планомерно тренироваться на харде в ожидании американских турниров. Этим занимается и Даниил.
Позже, уже после возобновления соревнований, он в интервью журналистам в Санкт-Петербурге выскажет свое отношение к «ковидной паузе»: «Я по жизни такой человек, что если какие-то вещи не зависят от меня, то у меня нет ни злости, ни радости. Я просто стараюсь жить как можно лучше с тем, что есть. Говоря о коронавирусной поре, как мог тренировался, поддерживал форму. Разрабатывали с тренером календарь, в котором были продолжительные паузы, потому что мы знали, что турниры нескоро, и не хотелось подойти к ним выжатым, как лимон. Не могу сказать, что был расстроен, когда все встало, не могу сказать, и что был очень рад, потому что хотелось играть турниры. С другой стороны, очень много времени провел дома с женой в спокойном режиме. Так что тут есть и плюсы, и минусы, как и во всем в жизни».
Однако вернемся ненадолго к смене покрытий. Далеко не все теннисисты нормально относятся к таким переходам. Правда, большинство молчит, но только не Ник Кирьос. Не секрет, что скандально известный австралиец терпеть не может грунтовые турниры, так как, во-первых, на грунте его взрывной и скоростной теннис работает хуже всего, а во-вторых, на грунте особенно важной становится физподготовка, которой Кирьос обычно не блещет. В твиттере Кирьос призывает «истребить грунтовых крыс» и на полном серьезе предлагает исключить соревнования на грунте из календаря теннисного сезона, оставив только хард и траву. При этом он как-то не учитывает, что именно грунт – наименее травмоопасное покрытие в теннисе. Любимый многими хард просто безжалостен к суставам ног, да и падения на нем подчас весьма болезненны. А трава элементарно скользкая. Сколько падений на травяных кортах завершаются растяжениями, вывихами, надрывами мышц и связок. Кстати, после травм ног, а особенно – суставов, врачи советуют возвращаться на корт постепенно и начинать именно с грунта, как с самого щадящего покрытия.
Не секрет, что Даниил Медведев тоже не жалует грунт. А что он вообще говорит о различных покрытиях? Даниил сетует, что на грунте матчи и розыгрыши слишком затяжные. На пресс-конференции после одного из грунтовых матчей он вздыхает: «У меня было чувство, что это никогда не закончится… Да, не вру, я предпочитаю корты с твердым покрытием. Думаю, мне там лучше удается играть. Я могу там поберечь свое тело. Но я и на грунте хочу побеждать. Это важнее всего». Агентство Reuters приводит следующие слова Медведева о грунтовом сезоне: «Я знаю, что мне надо поменять игру, потому что у меня слишком плоские удары, а грунт не позволяет мячу слишком часто проходить навылет. Мои оппоненты могут использовать это против меня. С другой стороны, нельзя кардинально менять то, что делаешь девять месяцев в году. Так что надо найти баланс, то есть моя игра останется прежней, но в нужные моменты я смогу менять некоторые удары. Конечно, мне бы хотелось и дальше играть на харде, но я понимаю, что в Туре есть разные покрытия. Кому-то больше нравится хард, кому-то – грунт, третьим – трава».
В общем, тот факт, что «ковидная пауза» позволяет в этом году практически проскочить турниры на грунте, Медведева, скорее, радует, и он полон решимости показать все, на что способен, в заключительной хардовой части разорванного на клочки сезона.
А теперь поговорим немного о рейтинге, вопрос которого в этом странном сезоне становится весьма нетривиальным. Система профессионального рейтинга в теннисе основана на принципе защиты очков, завоеванных в прошлом году. Скажем, выиграл ты турнир год назад, заработал сколько-то очков, значит, в этом будь любезен участвовать в нем снова и постарайся выступить не хуже, иначе разница набранных очков вычтется из твоего рейтинга. А не будешь участвовать – очки, набранные год назад, сгорят полностью. Вроде все понятно и прозрачно, основано на стабильности выступлений. Правда, при этом игроки некоторым образом «привязываются» к определенным турнирам необходимостью защищать рейтинговые очки. А с другой стороны, есть и лазейка: выиграл ты турнир в прошлом году, а в этом не хочешь или не можешь на него приехать, так ведь никто не мешает тебе выступить на другом, не менее, а может, и более рейтинговом и сгоревшие очки компенсировать там.
Все так, но в сезоне 2020 подобная система дает сбой: невозможно защитить рейтинговые очки на отмененных турнирах. И полбеды, если это турниры категории 250 – для игроков топ-20 250 рейтинговых очков – мелочь, недостойная упоминания, хотя для теннисистов конца первой сотни и ниже – очень даже существенная цифра. Ну а как быть с «мастерсами», где у победителя сгорает аж 1000 очков, или с отмененным Уимблдоном, где прошлогодний чемпион лишится двух тысяч очков? Эти потери даже для топов просто катастрофические, причем, чем успешнее игрок выступал в прошлом году, тем больше он потеряет в этом. И вот профессиональные ассоциации ATP и WTA принимают беспрецедентное решение: в ковидный сезон очки не сгорают в принципе ни у кого. Защищать очки на отмененных турнирах игроки будут в 2021 году, а в этом можно только заработать, но никак не потерять. Это решение с одной стороны снимает множество проблем, давая игрокам практически полную свободу, а с другой основательно бьет по тем турнирам, которые в ковидный сезон все же проводятся. В результате тот же US Open лишается целого ряда ведущих игроков и утрачивает значительную часть своей медийной привлекательности.
Что же до нашего героя, то он, учитывая его фантастический прошлогодний август, от такого решения ATP однозначно оказывается в выигрыше.
Однако вернемся, собственно, к сезону. Возобновляется он в августе с «мастерса» в Цинциннати. Вернее, он должен был проходить в Цинциннати, а проводится по случаю чрезвычайных обстоятельств в Нью-Йорке на кортах US Open. Без зрителей. Хоть в теннисе и принято соблюдать тишину во время розыгрышей и непосредственно перед ними, теннис без зрителей превращается во что-то совсем иное. И чем больше корт, тем сильнее удручающее впечатление, которое производит его пустота. Представьте себе картинку: по безлюдным трибунам гуляет ветер, каждый звук отражает гулкое эхо, стук мяча по покрытию порой кажется грохотом. Ты выигрываешь невероятно упорный розыгрыш из тридцати ударов фантастически красивым реверсом, и… тишина. Честно говоря, так и хочется добавить: «и мертвые с косами стоят…» Помимо всего прочего, и с настроем у теннисистов при таком раскладе дела обстоят неважно: в отсутствие зрителей даже самый важный матч с высочайшими ставками кажется тренировочным спаррингом. Даже хуже, если этот матч проходит на большом корте, тренировки-то игроки проводят на кортах почти без трибун, а тут эта нависающая пустота прямо давит.
На вопрос о проведении матчей без зрителей Даниил Медведев так отвечает в прямом эфире Instagram перед возобновлением сезона: «Если это будет единственный выход из ситуации, то я за (проведение матчей без зрителей). Миллионы по всему миру смогут насладиться теннисом – по телевизору или по интернету. Мы все равно продолжим делать свою работу – радовать людей своей игрой. Конечно, хочется, чтобы при этом смотрели зрители на нас на трибунах». Он, однако, отмечает, что ему лично играть без зрителей будет странно: «Особенно night session (ночную сессию). Ладно еще днем, а тут ты весь день готовишься к матчу, выходишь в девять вечера и просто один играешь. Ты понимаешь, что на тебя смотрят миллионы, но играешь ты один. Это жестко».