Представления, или образы-представления (по С.Л. Рубинштейну), – это форма образного мышления. Основное отличие представления от понятия заключается в том, что представление – это образ, который возникает в индивидуальном сознании и несёт отпечаток порождающего его воображения, оно субъективно, тогда как понятие объективно, оно «принадлежит» всем.

В процессе художественного творчества происходит «осознание мира через освоение его путём творческого воссоздания» (Виноградов 1981: 119). В результате возникает особый мир, который В.Г. Белинский называл художественным миром, А.И. Герцен – эстетической реальностью. Движущей силой этого процесса, по мнению В.В. Виноградова, является творческая фантазия писателя, материалом – писательские представления о людях и обстоятельствах, о жизни в целом.

Многие исследователи отмечают принципиальную близость процессов создания и восприятия художественных произведений. «Давно известно, что понимание художественного произведения есть в некоторой мере повторение творчества художника» (Д.Н. Овсянико-Куликовский; цит. по: Левидов 1983: 288). Д.Н. Овсянико-Куликовский полагает, что способность понять произведение искусства – это прежде всего способность читателя воспроизвести в своём сознании художественные образы, созданные писателем.

Сотворчество при восприятии литературного произведения заключается в том, что в сознании читателя возникают представления, аналогичные тем, которые были положены писателем в основу создания образной ткани художественного произведения.

По своей природе и назначению читательские представления должны соответствовать содержанию текста, т. е. быть объективными. В художественном произведении всегда (хотя бы «пунктиром», по выражению В.Ф. Асмуса) намечено направление творческой работы читателя: содержание произведения воссоздаётся читателем по ориентирам, данным в самом произведении. Однако конечный результат этой работы определяется «умственной, душевной, духовной деятельностью читателя» (Асмус 1961: 42). Проекция текста (термин Н.А. Рубакина) создаётся в сознании читателя на основе его индивидуального, в каждом конкретном случае различного, жизненного опыта. Следовательно, читательские представления субъективны. Чем богаче и разнообразнее жизненный и читательский опыт личности, тем большее число художественных образов и с большей глубиной постижения их объективного содержания доступны ей.

Различия в восприятии произведения литературы могут быть обусловлены не только субъективными причинами. Они могут быть порождены самим произведением, его содержательностью, глубиной проникновения в психологию персонажей, богатством изобразительных средств, а также заложенным в нём изначально многообразием путей его воспроизведения и осознания (там же). Иначе говоря, мера субъективного, индивидуального в читательских представлениях может быть объективно обусловлена особенностями художественного текста. Таким образом, читательские представления есть «субъективные образы объективного содержания художественного текста» (Никифорова 1972: 13). Объективность содержания делает их средством познания образного плана художественного текста, а индивидуальный, субъективный момент обусловливает яркость, живость и интимность переживания образов текста.

Если человек бывал в стране, о которой он читает, если он видел улицы её городов, сельские пейзажи или интерьеры квартир, знает, какая там погода зимой или летом, пробовал пищу, которую едят её жители, и т. п., ему будет гораздо проще представить при чтении всё это и многое другое.

Однако, как показывает практика, читатель-инофон не всегда соотносит безусловно известные ему сведения о культуре страны с текстом читаемого литературного произведения, фоном для которого (а иногда и частью содержания которого) они являются: первыми в светлое поле сознания попадают образы, ассоциации и оценки, присущие родной культуре.

Вместе с тем и читатель, который никогда не бывал в чужеземных краях, может (и не без успеха) попытаться вообразить то, о чём читает. И в том и в другом случае помогут когнитивные стратегии создания читательских представлений.

При чтении мы представляем, например, не того самого человека, которого изображает писатель (мы его никогда не видели), а создаём нечто своё «по мотивам» авторского описания. Осмысляя то, что сообщает нам автор, мы отыскиваем в «архивах» нашего воображения подходящие представления о внешности персонажа, его одежде, голосе, запахе, поведении и др. или создаём новые представления, так или иначе комбинируя элементы имеющихся.

При чтении художественного произведения на родном языке читательские представления возникают подсознательно, словно автоматически, обычно осознаётся только результат, тот зрительный, слуховой образ, который отпечатывается в воображении. При работе в иностранной аудитории обучаемых, даже имеющих соответствующий опыт чтения художественной литературы на родном языке, необходимо ориентировать на сознательное воспроизведение читательских представлений.

Связь между наличным опытом читателя, когнитивной базой имеющихся у него представлений, полученных в результате всей предыдущей жизни, и новым гносеологическим опытом (Г.И. Богин) (в нашем случае – ситуацией текста) устанавливается в результате действия рефлективного механизма. Рефлексия выполняет роль своебразного канала связи, благодаря которому к читателю поступают представления, необходимые для освоения того или иного фрагмента текста: «…новый образ окрашивается наличным опытом, а опыт обновляется и пополняется» (Богин 1991: 21). Специфическое свойство художественной речи, её образность, по Б.И. Богину, есть не что иное, как «оптимум пробуждения рефлексии» (Богин 1991).

Необходимо иметь в виду, что рефлексия пробуждается только как способ преодоления возникших затруднений в восприятии. Вместе с тем каждому преподавателю известно, что далеко не всегда читатель-инофон замечает неполноту или искажённость собственного восприятия художественного текста. Поэтому преподаватель должен с помощью соответствующих вопросов и заданий провоцировать ситуацию непонимания, тем самым заставляя обучаемых объяснять, толковать, интерпретировать потенциально «тёмный» фрагмент текста, дополняя понятийный ряд описанием образов-представлений, возникающих в воображении.