Висит Лубьян-город, в Лубьян-городе Трепьян-город, в Трепьян-городе Младен-город, во Младен-городе воевода живет. (Младенец в зыбке).

Загадка о младенце в зыбке строится на обыгрывании слов луб (липовая кора; из нее делались колыбели-зыбки для маленьких), тряпье (то, во что заворачивали ребенка) и младенец. Слово воевода подчеркивает зависимость всех домашних от желаний младенца.

Гусь кричит на Русь. (Глаза).

Несмотря на полную алогичность текста, в этой загадке использована достаточно распространенная в русской традиции ассоциация Руси (и даже жизни, времени, самой возможности жить) как белого света. Этот образ встречается во многих загадках (ср. в загадке о времени: Пал брус во всю Русь, в этом брусу двенадцать елок. (Год). О небе: Русь бела как сажа черна. (Тучи на небе). Образ гуся обнаруживает свою связь со зрением, с глазами в ряде загадок. Например, в загадке о старом человеке фрагмент Летят гуси с Руси – отеребишь ли указывает на слабое зрение старого человека.

Пирог мясной – корки деревянны. (Покойник в гробу).

Загадка отражает древнее языческое представление о земле как божестве-чудовище, питающемся телами умерших.