В малой гостиной на втором этаже трещал камин и горели свечи, пахло сандалом и хвоей.

Инфанта Челеста раскладывала подарки на длинном столе. Принцесса Кьяра принесла тушь и перо, расположилась в торце стола и надписывала именные карточки. Перо царапало, тушь иногда капала, но буквы выходили симпатичные, с длинными росчерками и завитушками. На краешке стола рядом с Кьярой пристроился махонький Дракон. Ему отчаянно хотелось толкнуть принцессу под руку. Тогда принцесса испортила бы карточку и рассердилась, а Дракон бы немного подрос. Потом они бы поссорились, а что может быть увлекательнее, чем ссора с принцессой? Вот если б не Новый год, не подарки… Кьяра заранее посмотрела на него очень строго. Дракон осознал и сидел тихо, раздувая блестящие кляксы туши по бумаге так, чтобы у них отрастали тоненькие кривые ножки. Мысли о рубиновом Сердце, томящемся под кроватью, бросали его то в жар, то в холод, и это было так приятно, что Дракон позволял себе думать о нем не чаще, чем один раз в три минуты.

Сестры Королева Гарда и Королева Соль заворачивали подарки в золотую и серебряную бумагу, перевязывали атласными лентами и наклеивали карточки с именем. Зверь Углоед всегда знал, кто что хочет и какому подарку будет рад, так что его позвали помочь. Он осел мохнатой копной в большом кресле и смотрел куда-то в ковер, где из орнамента складывалось увлекательное путешествие: хвостатые звезды плыли по треугольным волнам на кайму, где их ждали узорчатые одноглазые ромбы. Углоед представлял, как звезды покинули насиженные на небе места, море подхватило их, укачало, а звезды распушили хвосты и волнуются, встретят ли их ромбы.

Домино решили дарить Одержимым, витые шнуры и замки с ключами – Закрытым. Нереальным – зажигалки и бенгальские огни, Прозрачным – прозрачные зонты, Невероятным – разноцветные вертушки и губные гармошки.

– Углоед, а кому мы подарим золотые ножницы? – спрашивала Королева Гарда. – А большой набор цветных карандашей? Смотри-ка, зеленая брошка-брокколи!

– Ой, а вот кулон, серебряное облако! Кому такое милое облачко? – восхитилась инфанта Челеста, прикладывая облако к себе. – Кому угодно, только не Гертруде!

– Ножницы?.. – Углоед отвлекся от звездного путешествия. – Ножницы – Йонасу, чтобы стричь кусты. Брокколи – Брунгильде, ей понравится! Зеленое идет к рыжим волосам. А облако… облако нужно Серафине. Она живет рядом с Мертвым лесом. Там великая сушь, а серебряное облако притягивает дождь. Карандаши надо подарить Невидимкам: когда они рисуют, их проще разглядеть.

– А что же мы подарим Дублоидам? – спросила Королева Соль.

– Настолку с оборотнями, – моментально отозвался Углоед.

– Гениально! – обрадовалась Королева Гарда. – А еще нужен приятный подарок Змее. Кажется, она не в духе.

– Змее нужны розовые тапочки с помпонами, – уверенно сказал Углоед, – бархатные. В розовой коробке. Панголин такие заказывал, помните?

– Зачем Змее тапочки? – удивилась Челеста. – У нее же нет ног!

– Чтобы все как у людей, – твердо сказал Углоед.

– А Гертруде давайте подарим ежедневник, – ехидно сказала Челеста, которая ненавидела ежедневники, дневники и расписания. – Ей же такое наверняка нравится?

– Давайте, – согласился Углоед. – А Урсуле – духи «Красна девица».

– Ой, я тоже хочу духи! – заволновалась инфанта.

– Нет, эти духи ты не хочешь, – уверенно сказал Углоед. – Во-первых, так не будет никакого сюрприза, а во-вторых, они пахнут морковкой и зеленой ботвой. И поэтому очень понравятся Урсуле.

– А откуда ты знаешь, что кому понравится? – спросила Челеста.

– Умею ловить волну, – рассеянно сказал Углоед, – слушаю, какой предмет на кого отзовется. Звук. Высота, тембр. Такое.

– Научишь меня? – попросила Челеста. – Это так круто. Интересно, что отзовется А…

Челеста чуть было не сказала «Арчеру», но вовремя остановилась. В голове у нее зашумело, ноги задрожали, на щеках запылали предательские красные пятна. Она мысленно проклинала себя за неосторожность, но никто ничего не заметил. Странно.

– А я и сам не знаю, как получается ловить волну, – вздохнул Углоед.

Капибаре решили дарить теплый вязаный шарф, Панголину Луидору – коробку шоколадных монет, Бенедикту Загадочному – новейшую яйцеварку, Алессандро Великолепному – ручное зеркало. Каждому гостю выбрали то, что его порадует, к обеду все карточки были надписаны, а упакованные подарки лежали блестящей горой на столе. Углоед жаловался на головную боль, зато хвостатые звезды и узорчатые ромбы встретились на самом краю ковра и устроили вечеринку с бахромой и кисточками. Обе королевы рухнули на диван, чтобы перевести дух.

– Точно никого не забыли? – принцесса Кьяра ставила галочки напротив имен в списке гостей. Все галочки были на месте, но легкое беспокойство висело в воздухе.

– А вот этот интересный кавалер с бледным лицом, который подарил тебе подснежники, как его зовут? – спросила Королева Гарда. – Такой приятный молодой человек.

– Ого, подснежники? – удивилась Челеста.

– Какие еще подснежники?! – задымился от возмущения Дракон.

– Не помню точно, – смутилась Кьяра, которая, разумеется, прекрасно помнила имя кавалера.

И в эту секунду посередине гостиной завис крошечный черный шар. Шар выпустил длинные нити, и тьма кромешной паутиной заволокла гостиную. Одна за другой погасли свечи. Дзынь! – взорвалась настольная лампа, засыпав пол мелкими осколками. Потухли люстры. Огонь в камине съежился и пропал. Белым морозным узором подернулись окна, и узор этот был похож на множество колючих ледяных глаз.

– Карагула, – прошептали Королева Соль и Челеста в один голос.