Есть странное созвездие на небе. О нем молчали древние астрологи, молчали новейшие учебники, и люди мало знают о нем. Но влияние его на людей, могучее и злое, наблюдается каждый год.

Каждый год в середине лета поворачивается наша бедная планета в самое невыгодное для себя положение и всецело подвергает себя влиянию злого созвездия – созвездия «Новой квартиры».

Люди начинают бледнеть и чахнуть и бегают по улице странно-быстро, с внезапными остановками, как заграничные электранки. А на дверях и воротах городских домов заалеют странные знаки[90], напоминающие кровь агнцев во дни исхода евреев из Египта. И идут агнцы и смотрят на алые знаки-билетики отупевшими бараньими глазами… Открываются двери и ворота, и свершается жертва.

* * *

«Нашли квартиру?» Вот первое слово приветствия, которое вы услышите от начала июня до конца сентября.

Или просто, сокращенно: «С дровами?»

Вчера один добрый знакомый, прощаясь со мной, вместо обычного «будьте здоровы» сказал: «будьте с дровами».

И я даже не удивилась.

* * *

С утра приносят мне ворох газет.

Швейцар недоволен.

«Начитанный нынче народ пошел. Не было бы худо…»

И вписывает что-то в маленькую засаленную книжку. Верно, будет худо…

А ворох газет кладут на стол, берутся длинные ножницы, и девица, специально приглашенная за свой кроткий нрав, начинает чтение:

– Отдается квартира, пар. вх…

– Что-о? – спрашиваю я.

– Пар. вх… – отвечает кроткая девица.

– Хорошо. Продолжайте.

– Хор. швейц… – хороший швейцар.

– Очень глупо; мне-то какое дело, что он им нравится.

– Квартира в четыре комнаты… Последнее слово науки – коридор и кухня… А вот еще в пять комнат, парадный ход на солнце.

– Куда-а?

– На солнце!

– Вырезывайте скорее. Это редкое удобство!

– В семь комнат бр… дз… с прв?.. Простите! Здесь такие странные сокращения, что я не смею читать дальше, – со слезами в голосе лепечет девица.

– Ну все равно, пропустите.

– Прекрасное pied-à-terre[91]. Полное indiscrétion[92].

– Indiscrétion? Значит, хозяйка обязуется подслушивать, подглядывать, распечатывать письма… Великолепно! Вырежьте! Я рекомендую это pied-à-terre моему жениху. По крайней мере, буду хорошо осведомлена относительно его характера и наклонностей. Это очень, очень практично. Только бы хозяйка сдержала обещание и проявила полную нескромность! Вырезывайте!

* * *

Иду.

Направо билетики. Налево билетики.

Вот квартира с хорошим швейцаром. Вот парадный ход прямо на солнце… Вот «барская квартира» – в шестом этаже на четвертом дворе, ход из-под ворот…

Вот, наконец, хорошенькая квартирка на Фонтанке в четыре комнаты.

– Сто тридцать в месяц, – говорит швейцар.

Выражаю недоумение всем моим существом, и зонтиком, и шляпой…

– Рази можно дешевле эндаку квартеру. На судоходной реке, помилуйте!

Иду.

«Квартира с канализацией»…

– Слушайте, дворник, вы сочиняете насчет канализации-то!

– Ей-богу, правда!

– Правда? Тем хуже, милый мой! Тем хуже! Чтоб через мою квартиру шел канал! Да мне при одной мысли худо делается!

Иду.

«Сдается угол для дамы. Здесь же стойло на одну лошадь».

Читаю, перечитываю. Голова кружится, кружится… Рисуются странные картины… Дама в шляпке, в коричневой маленькой шляпке с мохнатым перышком. Сидит в углу на чемодане. А тут же в стойле большая лошадь жует и фыркает на даму. Гордая. За стойло плачено тридцать рублей, за угол – девять…

Иду…

* * *

Если вы наняли квартиру – молчите! Понимаете? Молчите! Никому ни единого слова! Ни намека, ни кивка! Иначе все кончено. Узнают – доведут вас до самоубийства. И это в лучшем случае.

И никакие хитрости не помогут.

Если вам удалось найти дивную квартиру за двести рублей и вы расскажете об этом вашим друзьям, то те немедля осмеют вас и скажут, что один их знакомый взял точно такую же за восемьдесят.

Если вы прихвастнете и уменьшите облыжным образом цену до ста, даже до пятидесяти рублей, специально для того, чтобы возбудить в ближних своих чувство приятной зависти, то окажется, что «один знакомый» живет в квартире, которая гораздо лучше вашей, и получает за это еще и дрова, и ничего не платит. Почему? А потому что уж очень он хороший жилец…

Словом, спасенья нет. Вам его не осилить. Как бы вы хорошо ни устроились, всегда «один знакомый» заткнет вас за пояс, и самым обидным образом. Хоть коридорчиком, хоть окошечком, хоть кладовочкой, а все-таки чем-нибудь да возьмет над вами перевес.

Итак, если вы взяли квартиру – молчите. Иначе вас загубят.

* * *

Медленно поворачивается Земля.

Но скоро, скоро минует лето, и мы, истомленные злыми чарами тайного созвездия, отдохнем и успокоимся.

Долго еще в темные зимние ночи будут нам сниться алые билетики, знаки жертвенной крови…

И, очнувшись, мы будем лепетать о парадном ходе прямо-прямо на солнце и требовать самого полного indiscrétion…