Пока друзья кололи лёд, Плавали-Знаем плутовато прохаживался по своей территории и даже орудовал ломиком, будто помогал со своей стороны. Но как только экипаж «Даёшь!» загремел ложками и вилками, бравый зимовщик дал команду, и Уточка стал быстро укладывать в стену вырубленные глыбы льда, которые на собаках подвозил Васька.

– Ну, хватит! – сказал Плавали-Знаем, когда стена поднялась выше его шапки. – Теперь поработаем для кино и для матча.

Ряд сверкающих фигур уже стоял у стены, но некоторых на доске ещё не хватало.

– Сделаем! – сказал разгорячённый Уточка. Однако весело намекнул: – У нас есть и более экстренные дела.

Плавали-Знаем вопросительно посмотрел на него.

– Привязать покрепче собачек. Они так и рвутся на котлетные запахи. – Уточка кивнул в сторону «Даёшь!» и, схватив ледышку, запустил ею в чёрного кота: на виду у всей своры он грыз на ледяной стене баранье рёбрышко. А потом кивнул на Ваську, который принялся из пульверизатора чернить шахматные клетки. – Боцман мог бы давно совершить свой главный подвиг…

Капитан поднял бровь и рассмеялся:

– А, конечно, конечно! Вторая в мире! – И, похлопав Ваську по животу, взял его под руку: – Ну что, Вася, пошли?

– Куда?!

– За инструментом, к Супчику… – улыбнулся Плавали-Знаем.

И в то же мгновение, рванувшись из мамонтовой шубы с криком «Караул! Спасите!», боцман «Светлячка» ринулся через ледовую стену, влетел в коридор «Даёшь!» и вдруг ещё громче заорал: «А! А!»

Навстречу ему бежал Борщик, звякая двумя громадными сверкающими ножами.