«К сожалению, есть чудаки, которые заявляют, что знают о виски все, и даже норовят проинструктировать самого опытного представителя нашего ремесла относительно того, как следует его делать. К счастью, таких немного, но с тем, что они могут причинить множество хлопот и временами действительно их причиняют, почти все члены нашей гильдии знакомы не понаслышке».
В мире виски трудно ориентироваться всем, но сложнее всего тем, кто делает на этой дороге свои первые шаги. Названия винокурен и перегонных заводов подчас не просто трудно – невозможно выговорить, число новых выпусков ошеломит кого угодно, а все более тонкие и загадочные различия между ними, о которых заявляют вискикуры и производители, просто приведут в ужас. Конечно, существует, особенно в Шотландии, множество строгих требований, обязательных к исполнению, относительно изготовления виски, но нет совершенно никаких правил касательно того, как его пить. А уж регламентировать получаемое при этом удовольствие и в голову никому не приходило. И все-таки следует помнить о множестве важных деталей. Для познания таковых существуют книги – прямо как та, которую вы держите в руках. Сегодня все хотят разбираться в том, что они пьют. Вопросы, вопросы, вопросы… Где это изготовили? Как сделали? Кто? Не вредит ли такое производство окружающей среде? Вкус действительно подразумевается именно таким? Только ли эксперты получают от виски удовольствие? На последний вопрос ответить проще всего. Безусловно, нет! От виски можно получить наслаждение, даже если вы знаете всего несколько терминов и не проштудировали ни одного учебного пособия. Есть ли надежда при таких неглубоких знаниях уловить разницу между разнообразными виски и сориентироваться в том, какой именно придется вам по вкусу, а какой покупать не стоит? Вероятно, да. Даже малая доля знаний имеет большое значение, но нет необходимости знать все подробности. Выбирайте сами, что именно вас интересует. В этом одна из прелестей виски: можно стать самому себе экспертом, имея на руках козыри не из числа старших. И самое главное – никто не знаком с вашими представлениями о прекрасном, как и с вашими вкусовыми рецепторами лучше, чем вы сами.
ЗНАТОКИ МНИМЫЕ И НАСТОЯЩИЕ
Важная деталь, которую быстро осознают все новички, – в мире виски очень полезна информация. Этот мир, ставший благодаря интернету чрезвычайно густонаселенным, иногда напоминает базар, где все кричат, пытаясь заглушить оппонентов. Некоторые сведения на этой ярмарке достоверные, некоторые представляют собой лишь предположения, а некоторые и вовсе не что иное, как выдумки. «Так много знатоков, и так мало знаний!» – именно так порой хочется описать отрасль в целом. На просторах интернета нужно быть внимательными, выбирая, к чьему мнению прислушиваться. Когда очутитесь среди тех, кто в теме не поверхностно, а глубоко, вы сразу это поймете: они не кичатся своими знаниями и опытом, зато уважаемы, готовы помочь и щедро делятся навыками и советами, не жалея времени. Высказывания и оценки большинства конкурирующих между собой «экспертов», которых несложно найти в социальных сетях, не представляют никакого интереса для настоящих профессионалов, работающих или же работавших ранее в индустрии виски. Производителям, мастерам-купажистам и маркетологам до них тоже дела нет. За очень немногочисленными исключениями, подлинные профессионалы бывают, как правило, самыми скромными и непритязательными людьми, с которыми вам когда-либо удастся повстречаться на своем пути, а найти их совсем не сложно. Вы можете пересечься с ними на дегустациях, ярмарках виски или, если повезет, во время визитов на перегонные заводы. Они прекрасно понимают, что приобретение знаний и понимание предмета – процесс непрерывный, своего рода бесконечный путь к виски-просветлению.
Двух из самых компетентных персон индустрии скотча можно без преувеличения назвать скромнейшими из скромнейших, при этом оба получили награды от королевы Елизаветы II за свои заслуги перед шотландским виски. Дэвид Стюарт, ныне кавалер ордена Британской империи – рыцарского ордена, учрежденного Георгом V, пришел в 1962 году в William Grant & Sons клерком, потом стал мастером блендов и, наконец, мастером-солодильщиком бренда Balvenie. Потребовалось 12 лет обучения и практики, чтобы развить удивительные навыки, которые позволили ему создавать односолодовые и купажированные виски William Grant. Именно Стюарт занимался разработкой Glenfiddich Solera Reserve. В индустрии виски восхищаются его новаторской работой с бочками для финиша (речь, в частности, о Balvenie PortWood, см. с. 64), а также тем, что он внедрил этот процесс и в производство купажей Grant. Однако, стоит только спросить любого из профессионалов отрасли о Дэвиде Стюарте, и, скорее всего, вместо того чтобы начать перечислять его достижения, вам тут же скажут, что он удивительно приятный человек. Джим Беверидж, ставший офицером ордена Британской империи, прежде чем в 1979 году начать работать на Distillers Company, занимался семенным картофелем. На новом для себя производстве он обратил внимание руководства компании на необходимость научного подхода в вопросах ароматов и вкусовых характеристик виски. Беверидж годами изучал дистилляцию и выдержку, ездил по разным заводам и складам Шотландии и проводил бесчисленные часы за изучением образцов, стремясь разобраться в тонкостях изготовления виски. У Джима оказалась уникальная обонятельная память, и он в полной мере сумел постичь характер виски и его поведение при купажировании. Одна из заслуг этого крайне доброго и очень умного человека – ассортимент односолодового и купажированного скотча Diageo. С начала 1990-х годов благодаря его глубоким знаниям и великолепному пониманию виски появились многочисленные инновации, актуальные по сей день. Охарактеризованный одним из ведущих специалистов индустрии напитков как скромный, непритязательный, откровенно не имеющий ничего общего с большинством бренд-амбассадоров, Беверидж производит прекрасное впечатление на любого, кому повезет с ним повстречаться. И Стюарт, и Беверидж – истинные эксперты и мастера своего дела, но в соцсетях вы не отыщете ни того, ни другого.
«Высказывания и оценки большинства конкурирующих между собой “экспертов”, которых несложно найти в социальных сетях, не представляют никакого интереса для настоящих профессионалов, работающих или же работавших ранее в индустрии виски. Производителям, мастерам-купажистам и маркетологам до них тоже дела нет».
НИКТО НЕ ЛИШЕН НЕДОСТАТКОВ…
Экспертиза подразумевает обширные знания, хотя в данном случае речь идет не только о них, но и о способности рассуждать и выделять из собственных суждений самое важное. Быть знающим человеком – значит, скорее всего, возвышаться над другими в глазах окружающих и очень не часто в своих собственных. Знания также подразумевают богатство: пусть и не материальное благополучие, но уж точно небедный духовный мир. Много знающие люди часто становятся законодателями вкусов, когда речь идет, например, о кулинарии и других прикладных областях повседневного бытия. Своими суждениями, аргументами и оценками они определяют то, что именно другие станут хвалить и чем будут наслаждаться. Знатоки любой конкретной категории из того, что мы едим и пьем, будь то вино, кофе, сыр, шоколад или виски, всегда имеют очень богатый словарный запас по своей теме. И вместе с этим для определения и оценки достоинств разных продуктов они подчас преднамеренно пользуются терминами, которые непонятны непосвященным. Для обозначения качества знатоки часто разрабатывают классификации и шкалы баллов. В процессе составления дегустационных заметок такие оценки в баллах используют почти все. К сожалению, амбициозные желающие прослыть знатоками могут просто выучить «специальные слова» и с важным видом поучать окружающих. Вот бы определить уровень их подлинных знаний и опыт в тех самых баллах! Никакой официальной аккредитации знатоков виски не существует (нет, например, диплома «Мастера виски», эквивалентного «Мастеру вина» (Master of Wine) – квалификации, присваиваемой Институтом мастеров вина в Соединенном королевстве), поэтому и принимать на веру все то, что вы слышали о виски, не надо.
Мир виски, ставший благодаря интернету чрезвычайно густонаселенным, иногда напоминает базар, где все кричат, пытаясь заглушить оппонентов. Некоторые сведения на этой ярмарке достоверные, некоторые представляют собой лишь предположения, а некоторые и вовсе не что иное, как выдумки. «Так много знатоков, и так мало знаний!» – именно так порой хочется описать отрасль в целом.
Ничего из сказанного выше не нужно воспринимать как критику самопровозглашенных экспертов: их мнение порой становится решающим для потребителей нового вида, добавившихся к тем, у кого всегда – и до интернета – было достаточно денег и времени, чтобы заниматься тем вопросом, который мы обсуждаем. А еще им по силам превратить что-то обычное в нечто экстраординарное – именно такое преображение случилось с миром виски в целом и шотландским односолодовым в частности в последние 20–30 лет. То, что они говорят, слушают производители и продавцы и делают свои выводы. Они объясняют потребителям, чем может быть обусловлен рост цен. Они подогревают желание купить или хотя бы попробовать виски ограниченных и редких выпусков, а значит, в какой-то степени влияют на ситуацию на рынке. В тесном сообществе энтузиастов виски они нередко становятся примером для подражания. Однако никто не лишен недостатков, и эксперты тут не исключение. Вот возьмем широко известный случай, когда в 1985 году миллиардер Билл Кох приобрел на аукционе Christie’s две бутылки очень редкого французского вина, помеченные инициалами Th.J. и якобы принадлежавшие Томасу Джефферсону, и решил проверить их подлинность…
Известные винные критики и дегустаторы зачастую излишне самоуверенны, да и тщеславие им не чуждо. А что уж говорить о богатых коллекционерах вина! Когда Руди Курниаван, который был отлично известен в отрасли как богатый и все знающий о винах покупатель, начал продавать на аукционах бутылки из своей коллекции, в частности Domaine de la Romanée-Conti, это многих заинтересовало. Люди заплатили огромные деньги, а вино оказалось поддельным…
У ИСТОКОВ РЕКЛАМЫ
Кто были первые эксперты виски, первопроходцы мнений об этом напитке? Да сами же производители и были – знания позволяли. К тому же начиная со второй половины XVIII века стали появляться разные справочники, посвященные процессам дистилляции. А еще раньше, в 1695 году (или около этого), Мартин Мартин в книге «Описание западных островов Шотландии» (Description of the Western Islands of Scotland) поведал нам, в частности, о том, как пили на этих самых островах. Там тоже наверняка были знатоки и даже эксперты. Что они готовы были прославлять: usquebaugh или trestarig, трижды дистиллированный, «крепкий и горячий», или usquebaugh-baul, «который с первого глотка действует на все части тела»?
Итак, примерно с середины XVIII столетия продавцы начали использовать для описания скотча своеобразную классификацию, простую и всем понятную: виски делились на хорошие, очень хорошие и однолетние лучшие, при этом для каждой категории был соответствующий ценник. Подобные градации цены и качества уже прекрасно знали в мире чая, с которым у продавцов виски были тесные связи. Джон Маккаллох, знаменитый шотландский геолог XIX века, много путешествовавший и в свое время изъездивший Хайленд вдоль, поперек, снова вдоль и опять поперек, явно писал об оценке характеристик, если не об экспертизе, когда в 1824 году отметил, что «превосходство качества виски из Хайленда признают все знающие люди». Обратив взор в прошлое, он добавил: «Тот, что из Аррана, в старину представлял собой эквивалент бургундского среди всех вин». Человек явно оценивает виски с той же точностью, с которой любитель и знаток вина рассуждает о своем предмете. Его объяснения помогают нам понять, почему хайлендский скотч отличало великолепное качество: дело в особенностях изготовления, но в первую очередь в здешнем ячмене и солоде. Как мы уже говорили, репутация некоторых хайлендских перегонных заводов тогда уже была сама по себе брендом, а слава об особенностях местности, где они делали виски, летела впереди ветра. Так, в книге «Помощник для хозяина гостиницы, трактирщика и торговца вином и крепкими спиртными напитками» (The Hotel, Inn-keeper, Vintner and Spirit Dealer’s Assistant) 1825 года мы читаем: «…вискикурни Glenlivet, Ferintosh, Campbeltown, Crieff и другие более иных славятся качеством своих напитков». Розничные продавцы, чтобы заманить выгодных клиентов, размещали в витринах бутылки этих марок. Самая завидная репутация была у того виски, что привозили с небольших перегонных заводов Хайленда в разрастающиеся города центральной части Шотландии. Каждый начинающий ценитель и каждый уже искушенный знаток искал эту «подлинную горную росу», дабы ее «великолепный букет и чудесный аромат» не миновали его стакан.
Конечно, в Шотландии многое знали о винах, в том числе крепленых, коньяке – из Франции и его родственнике бренди – из всех остальных мест, но из-за их стоимости эти напитки были доступны лишь тем, кого эта самая стоимость не пугала. Джордж Сентсбери, который в 1920 году опубликовал свои «Заметки в книге погреба» (Notes on a Cellar-Book) и после этого стал одним из идолов винного мира, писал, что никогда не пробовал лучшего кларета или игристого, чем те, что пил в Элгине, что в округе Мори. Это при том, что кларет – все-таки не бордо, а игристому далеко до шампанского…
Между тем знатоков виски в начале XIX века больше всего было в Хайленде – самом большом из округов Шотландии. В то время скотч вообще редко выезжал из собственной вотчины – за пределы долины реки Спей, прославившейся на весь мир своими вискикурнями, но представители среднего класса наслаждались им редко, а низшего – еще реже. Если кто-то из них желал продемонстрировать собственные знания в области напитков, он обращал взор на ромовые пунши. В Глазго лучшим судьей качества таких пуншей считался Уолтер Грэм, торговец ромом, известный всему городу как Генерал. Всякий раз, когда кто-то делал этот напиток в присутствии сего знатока, первый стаканчик предлагали, конечно, ему – нужно же было убедиться, что все в порядке: «…не следует ли добавить немного лимонного сока, или рома, или сахара, причем хозяин обязательно вносил все необходимые изменения или дополнения, пока пунш не получал наконец одобрение уважаемого Генерала». Но мы ведь уже знаем, что к 1860-м годам за трапезами стали отказываться от изысканных вин в пользу пуншей отнюдь не ромовых, а на основе виски – в таких случаях использовались бленды. Многие из тех счастливчиков, у кого хватало средств на то, чтобы держать приличный погреб, купажировали свой виски самостоятельно, дома. «Вовсе нередко, – писал в 1860 году торговавший вином Чарльз Тови, – случалось найти в подвале какого-нибудь джентльмена хогсхед или бочонок наполовину меньше, почти всегда наполненный до краев… Когда выпивали восемь или десять галлонов, емкость вновь наполняли особо понравившимся виски, и таким образом его содержимое становилось отличным, прекрасно выдержанным купажом». Такие, как Тови, один из оплотов местной торговли, вращались в среде опытных знатоков, так что их клиенты могли ни о чем не беспокоиться. А у самого Джорджа Сентсбери была «возлюбленная бочка», в которой он смешивал такие виски, как Clynelish, Glenlivet, Glen Grant, Talisker и Lagavulin, причем некоторые из них приобретались у того же Тови.
Тем не менее репутация купажированных виски подчас ставилась под сомнение – правда, сомневались в основном представители аристократии, а средний класс не видел ничего странного в смешивании солодового и зернового виски. Аксессуары (отнюдь не дешевые), необходимые для того, чтобы сделать пунш, очень украшали его ритуальное приготовление – люди прекрасно проводили время и предвкушая, и выпивая, поэтому в конце концов купажи повысили свой статус, и все это в целом поспособствовало развитию интереса к ним и осведомленности о деталях употребления и характеристиках вкуса.
ВИСКИ-ПИЖОНЫ
Когда речь заходит о людях, нашедших в мире виски свой собственный путь, кто-то, наверное, вспоминает Джона Гурлея из романа Джорджа Дугласа Брауна «Дом с зелеными ставнями», вышедшего в свет в 1901 году. Окончив Эдинбургский университет, Гурлей вернулся в родной городок в Эйршире, и как-то раз в местном баре его самолюбию польстили замечанием о том, что вот же университетский студент, а так хорошо разбирается в спиртных напитках… В книге Джорджа и Уидона Гроссмитов «Дневник незначительного лица», действие которой происходит в конце XIX столетия в Лондоне, начинающий актер Люпин Путер, сын вымышленного автора дневника, то и дело стремится продемонстрировать отцу свои знания в области шотландского виски, словно соревнуясь с двумя друзьями семьи – Каммингсом и Гоингом, но всем им было далеко до местного виноторговца. В наше время тот точно стал бы знаменитым дегустатором и винным критиком. Так или иначе, купажированный виски действительно находился на взлете – увлечение им было повальным. Всем хотелось получить знания и набраться опыта, чтобы иметь право войти в число посвященных – по британским понятиям, принадлежать к клубу.
Профессионалы отрасли односолодового виски признали неизбежность перемен, но неохотно. А что было делать? «Замечательно, конечно, когда энтузиасты, – писал в июле 1897 года журнал Victualling Trades Review, – руководствуясь лишь личными предпочтениями, говорят, что нет ничего лучше солодового виски… Но ведь речь о миллионах представителей среднего класса, которые тоже хотят скотча, а вовсе не о тех немногих, кому по карману солодовый». Новые фирменные купажи солодового и зернового виски разработали специально для новичков в команде дегустаторов: для всех Гурлеев и Путеров, у которых пока нет глубоких знаний предмета. Безусловно, купажирование демократизировало не только скотч, но и его экспертизу, так что планка в итоге стала пониже. В отличие от односолодового купажированный шотландский виски был удобнее для рассуждений о нем умеренно настроенных на критику дегустаторов и получал от них, как правило, добрые отзывы.
Хорошие книги о напитках порой столь же важны, как и сами напитки.
Эксперты и знатоки другого класса, такие как Дж. А. Неттлтон и Джордж Сентсбери, сетовали на то, что их любимый односолодовый виски теперь покупают и пьют все подряд, ничего в нем не понимая, но все-таки старались быть корректными. Впрочем, Неттлтон как-то назвал таких любителей виски уличными бродягами… Сентсбери, купажами вообще не интересовавшийся, тех, кто отдавал им предпочтение, перестал замечать. Да, они представители старой школы, любят торфяной вкус и останутся верны своей любви. С теми, кто этого не понимает, им говорить не о чем.
Между тем Первая мировая война вызвала в социальной и экономической жизни страны важные долгосрочные изменения, и в том, что касалось скотча, это оказалось причиной того, что купажи стали, что называется, народном напитком. «Пропасть между классами и массами пропастью уже не была, – читаем мы в Ridley’s Wine and Spirit Circular 1920 года, – и сегодня виски пьют как аристократы Вест-Энда, так и рыбаки, привозящие свой улов на Биллингсгейт». Знаменосцем приверженцев старой школы стал Эней Макдональд, чья книга, названная очень просто – «Виски» (Whisky), во многом повторявшая постулаты Неттлтона, безоговорочно утверждала превосходство тех, кто ценил традиции, над заурядными потребителями, тянущими свой виски с содовой, которым в принципе никогда не удастся разгадать ни одну тайну aqua vitae. Его книга предназначалась тем, кто «усердно изучает виски», и являлась своего рода справочником для подающих надежды, а также своеобразным руководством как стать виски-пижоном. Автор считал, что исчезновение виски, этой непременной составляющей культурного удовольствия, со стола ценителей станет свидетельством того, что вкус у Шотландии уже не тот. Вкус в том смысле слова, которое подразумевает способность человека к эстетическому восприятию и оценке, чувство прекрасного… В общем, он видел явную связь между демократизацией скотча и моральным упадком нации. Макдональд обращался к прошлому, тосковал по ушедшей эпохе, когда «виски занимал первое место в погребах аристократов и образованных людей, которые выбирали его столь же старательно и осознанно, что и свои клареты…»
«ВОТ В НАШЕ ВРЕМЯ!»
Грусть по прошлому, когда все было лучше – тем самым старым добрым временам, – неизменна в повествованиях знатоков любой отрасли. Виски не исключение, и, как мы увидим, глубокое чувство тоски по потерянному раю становится одной из главных тем даже некоторых очень хороших книг, посвященных этому напитку. Такая вот старая, как мир, печаль о золотом веке… Мы уже знаем, что еще в 1824 году Джон Маккаллох сокрушался о том, что арранского виски, который существовал когда-то, уже нет. В 1903 году торговец Адам Финдлейтер страдал по поводу того, что не производят больше «насыщенный, выдержанный виски с изящными, выразительными торфяными нотами». «Сегодняшние напитки, мощные, агрессивные, – плакался он, – вообще никуда не годятся…» В «Отчете о торговле вином и спиртными напитками» 1904 года упоминается о выдающемся качестве уже, конечно же, исчезнувшего скотча, который когда-то делали, выдерживая его в старых бочках из-под золотистого хереса. Примерно через два десятилетия Джордж Сентсбери с тоской вспоминал о временах тодди и темном, сладком виски, выдержанном в бочках опять же из-под хереса или мадейры. Он сокрушался, что тирания изменений, внесенных во время Первой мировой войны, отвратительна. Как можно было снизить в виски стандартный уровень алкоголя? О блаженные времена полноценного, крепкого напитка!
Да, пожалуй, все они жили в золотом веке, поэтому и хотели в него вернуться – знали, что там и как. Сегодняшние же любители виски создали в своем воображении прошлое, которое не бесконечно далеко от нашего настоящего, а не имеет с ним ничего общего: в их «прошлом» все, что связано с виски, точно было лучше, чем сегодня. Безусловно, в старые добрые времена бывали исключительные экземпляры, но они есть и сегодня. Во втором утверждении легко убедиться, а первое можно проверить: на аукционах до сих пор встречаются «виски в возрасте», не старинные, конечно, но все-таки… Цены на миниатюры и полноразмерные бутылки блендов 1960-х и 1970-х годов не заоблачные, а вот солодовые виски, которые тогда мало кто делал, стоят дорого, но, так или иначе, купить их можно, а значит, попробовать тоже. И тогда уже вы будете иметь о тех «временах» свое собственное мнение.
Но «хорошее» и «необычное» в сумме не обязательно дают «наилучшее». Как свидетельствует практика, последние 150 лет были ничем иным, как полутора столетиями изменений и нововведений в производстве и вкусовых характеристиках виски. Если вы сформулируете вопрос следующим образом: «В своей общей массе пьющийся сегодня по всему миру виски лучше или хуже того, что пили, скажем, полвека либо век назад?», ответ будет однозначный: «Лучше».
«Купажирование демократизировало не только скотч, но и его экспертизу, так что планка в итоге стала пониже. В отличие от односолодового купажированный шотландский виски был удобнее для рассуждений о нем умеренно настроенных на критику дегустаторов».
ЭПОХА ВОЗРОЖДЕНИЯ ВИСКИ
Новые энтузиасты скотча громко заявили о себе в конце 1950-х – начале 1960-х годов, когда, в частности, были отменены ценовые ограничения, навязываемые ранее Ассоциацией шотландского виски, и тем самым подготовлены великолепные условия для того, чтобы в полной мере развернулись такие предприниматели, как, скажем, Джек Милрой. Именно тогда, как теперь всем нам ясно, начался ренессанс односолодового виски – его возрождение. Интеллектуалы – ученые, журналисты, писатели, а также представители юридического и медицинского сообщества словно вспомнили о чем-то очень важном, хотя, если честно, снимок нескончаемых очередей перед магазином Милроя в Сохо перед Рождеством 1964 года, воодушевленных, несомненно, продаваемыми там четырьмя видами солодового виски и заманчивыми ценами, выглядит скорее как фото вереницы бездельников возле торговой точки с журналами для взрослых.
Все более важную роль в распространении информации и знаний о виски, а также развитии понятия «знаток» стали играть книги. В авангарде шли Дж. М. Робб, сэр Робин Брюс Локхарт и Росс Уилсон, за ними в 1960-х годах в строй встали Дэвид Дайчес и Джеймс Росс. В 1969 году издательство David & Charles выпустило обновленную версию «Вискикурен Соединенного королевства» (The Whisky Distilleriesof the United Kingdom) Альфреда Барнарда, сопроводив ее академическим вступлением. Столь сдержанная до этого в общении с любителями производимого ею напитка индустрия скотча, казалось, наконец поняла, что и ей нужно громко заявить о себе, и в 1953 году Ассоциация шотландского виски представила миру свой первый буклет «Вопросы и ответы» (Questions and Answers), издаваемый по сей день. В 1956 году ассоциация также переиздала книгу Стюарта Хасти «От обжига до бутылки». В 1962-м известное своей скрытностью предприятие Distillers Company выпустило иллюстрированный буклет имени себя «Distillers Company Limited и шотландский виски» (The DCL & Scotch Whisky), который впоследствии не раз переиздавался. Значимость решения Уильяма Гранта открыть на производстве Glenfiddich в 1969 году туристическо-информационный центр для посетителей невозможно переоценить. Хотя, надо признать, другие компании не торопились последовать его примеру. Даже в 1975 году в DCL отказывались видеть в идее распахнуть двери своих заводов для публики какой-либо коммерческий интерес.
Появление отрядов новых ценителей обусловлено увеличением доступности односолодового виски и ростом его продаж в конце 1980-х годов. В первую очередь это касается сета миниатюр – шести классических солодовых экземпляров от United Distillers, который поистине прорубил потребителям окно в мир виски. В ресторанах и барах, в которых не подавали солодовые варианты или же предлагали один-два, теперь ящика с шестью разными бутылками вполне хватало для того, чтобы в их залах появились специалисты – консультанты по виски. Идея впервые была реализована в DCL – Уоллес Милрой, еще работавший там, выступил в роли гостеприимного хозяина: представленная им коллекция, ставшая известной как «Солодовый погреб», позже породила его «Альманах солодового виски», написанный в не менее изящной манере, чем «Классические солодовые виски» (Classic Malt Whiskies) и «Солодовый виски: путеводитель» Майкла Джексона. Информация там была и исчерпывающая, и интересная. Так или иначе, вскоре стало совершенно ясно: жажда знаний новых ценителей виски не уступает их жажде самого напитка, а то и превосходит ее. Причем жаждущие хотели действительных знаний и понятных объяснений, а не просто романтизированных маркетинговых историй, написанных теми, кто едва ли сам понимает, что к чему. Если бы вискикуры и производители не предоставили эту информацию, люди попытались бы получить ее от все возрастающего числа сторонних экспертов или стали бы искать собственными силами – и нашли бы, а что не нашли, то попросту додумали бы самостоятельно.
Интерес потребителей вызвал у крупных компаний, в которых отделы продаж и маркетинга обычно разделяла стена под стать Великой китайской, некоторую внутреннюю напряженность, но в итоге у вискикуров не осталось выбора: им пришлось разомкнуть уста, пусть и сделали они это без особой охоты. Разомкнулись не только уста – процесс включал в себя открытие заводов для посещения, так что повсюду стали появляться информационные центры и дегустационные салоны, а деятельность работающих в них становились все более и более разнообразной. Конечно, не обошлось и без романтики – в ход пошли истории об отшлифованных морскими волнами бочках, а также удивительных источниках воды, куда с ведрами ходили первые вискикуры. Часто рассказывали и о традициях вискикурен, и о деталях ферментации, и о техниках выдержки. И конечно, чем больше любителям виски предоставляли разных сведений, тем больше они хотели новых. Стали работать международные программы, такие как «Друзья классического солода» (The Friends of the Classic Malts), устраивались частные вип-дегустации, проводимые директорами или амбассадорами марки, а также специалистами розничной торговли, такими как компания Ричарда Джойнсона Loch Fyne Whiskies, или представителями The Whisky Exchange. Наряду с этим в конце 1990-х в Европе и Соединенных Штатах стали набирать обороты виски-шоу, а в интернете как грибы после дождя начали появляться первые веб-сайты. Словом, теперь информации было столько, что новые ценители и любители не успевали ее фильтровать.
Увеличение доступности односолодового виски и рост его продаж в конце 1980-х годов способствовали формированию новых отрядов ценителей виски, причем они хотели действительных знаний и понятных объяснений, а не просто романтизированных маркетинговых историй. Повсюду стали появляться информационные центры и дегустационные салоны, а деятельность работающих в них становилась все более и более разнообразной.
ВИСКИ В ЦИФРОВОМ ПРОСТРАНСТВЕ
Чего никто не мог предвидеть, так это воздействия, которое интернет в итоге окажет на расширение, как любят говорить некоторые, сообщества шотландского виски – целого мира преданных фанатов и энтузиастов, а также самопровозглашенных знатоков и экспертов и, конечно, инфлюенсеров – пользователей, имеющих свою лояльную и подчас очень многочисленную аудиторию. В 1994 году Джон Батлер создал The Edinburgh Malt Whiskey Tour, ставший первым специализированным виски-сайтом. Фактически он представлял собой этакую мини-версию Википедии: там были информация о производителях и брендах, истории напитков, этапы его изготовления и – куда же без них? – дегустационные заметки, почерпнутые из множества источников. Сайт рассказывал о клубах и об обществах виски, которые начали возникать по всему миру, и был своего рода окном в первое комьюнити-пространство Karlsruhe Malts List – на платформу, где единомышленники могли знакомиться, обсуждать интересующие их вопросы и, как очень быстро выяснилось, жаловаться. Годом позже Йоханнес ван Ден Хёвель создал свою веб-страницу Malt Madness, которая впоследствии вдохновила Malt Maniacs – небольшой, но ставший достаточно влиятельным международный коллектив весьма самоуверенных людей, живущих по принципу: «Есть два мнения – наше и неправильное». Они также учредили ежегодно присуждаемые виски награды, бросив тем самым вызов всем организациям, делающим это давно и профессионально. Один из участников Malt Maniacs, Серж Валентин, запустил в 2002 году собственный сайт с регулярно обновляемыми дегустационными заметками, быстро ставший одним из самых часто упоминаемых как представителями индустрии, так и частными лицами – в разном контексте. И знаете, теперь Валентина считают чуть ли не Робертом Паркером вселенной виски… Ему по силам поднять статус нового виски до небес или же втоптать напиток в землю, сказав всего несколько остроумных фраз.
Чего никто не мог предвидеть, так это воздействия, которое интернет в итоге окажет на расширение, как любят говорить некоторые, сообщества шотландского виски – целого мира преданных фанатов и энтузиастов, а также самопровозглашенных знатоков и экспертов и, конечно, инфлюенсеров.
Многие люди считают такие сайты полезными и информативными. При этом виртуальная реальность – лишь очень небольшая территория планеты виски, но у кого-то может сложиться впечатление, что без нее будет упущено нечто крайне важное. Это не так. Да, мы живем в мире сверхинформированности, в нем многое сводится к рациональному подходу, функциональному представлению и неоспоримым фактам, но относительно того, что мы, собственно, обсуждаем, некоторые, как это ни грустно, упустили из виду эстетическую, романтическую и эмоциональную составляющую виски. Не будем забывать, что истинными знатоками считают людей, обладающих большими сведениями в определенной области, тонко понимающих это, имеющих безупречный вкус. Они безошибочно отличают от утилитарного изысканное и умеют радоваться ему, получают удовольствие от красоты, мастерства, которое способно сотворить чудо из простых элементов, и восхищаются его уникальностью. Знатоки виски в том, что касается их предмета, соответствуют данному определению в полной мере.
Итак, если вы новичок в мире виски или просто загорелись желанием изучить этот предмет детально, с чего бы вам лучше всего начать? Бернард Шефер, автор многих книг и член жюри разных международных конкурсов напитков, дает такие советы: «Пробуйте и снова пробуйте. Посещайте вискикурни и читайте книги. Не слушайте любителей, выкладывающих свои ролики на YouTube и тому подобных платформах». Дэйв Брум с ним солидарен. Вот его рекомендации: «Пробуйте, пробуйте и еще раз пробуйте. Ходите на ярмарки и фестивали виски. Задавайте вопросы. Внимательно слушайте ответы. И снова пробуйте». «Сегодня так много можно узнать о виски! – говорит Билли Эбботт, тоже автор и к тому же амбассадор The Whisky Exchange. – Главное в нем, конечно, вкус, аромат и текстура – именно на этих понятиях базируются все остальные знания. Трудно понять тонкости восприятия виски, если не пробуешь регулярно разные экземпляры, тем самым формируя собственную базу вкусовых ощущений». «Пусть дегустация станет вашей социальной деятельностью. Учитесь вместе с друзьями! – подсказывает Эмануэль Дро, коллекционер и владелец бара. – И пробуйте как можно больше». «Вступите в клуб, ходите на тематические ярмарки, читайте книги, но будьте очень осторожны относительно советов, которые вам щедро станут давать многие люди, полагающие себя более опытными в вопросах виски, чем вы. Но вообще-то виски – дело очень личное, – высказывает свое мнение Ингвар Ронде из Malt Whisky Yearbook и продолжает развивать мысль: – Существует огромное множество виски-клубов. Как правило, они представляют собой дружные группы единомышленников, члены которых просто хотят учиться и делиться своим энтузиазмом с другими, так что постарайтесь найти такой клуб, который придется вам по душе». Бекки Паскин была лаконична: «Задавайте вопросы». Давин де Кергоммо тоже оказался немногословен: «Читайте, пробуйте, посещайте вискикурни и общайтесь с людьми, которые там работают». У Сержа Валентина точка зрения такая: «Посещайте заводы и общайтесь с их руководством и сотрудниками. А еще лучше – с бывшим руководством и бывшими сотрудниками». Директор платформы Whisky.Auction Изабель Грэм-Юлл тоже за общение с представителями отрасли: «Лично я многому научилась у профессионалов. Их советы были бесценными, а истории, которые они рассказывали, очень интересными». Автор и телеведущая Рэйчел Маккормак посоветовала всем ходить на дегустации: «Там можно приятно провести время и заодно получить новые знания». Сухиндер Сингх с этим согласился и добавил: «Посещайте The Whisky Show, конечно же. Да и любые другие тематические ярмарки и шоу, на которых можно попробовать разнообразные экземпляры, пообщаться с производителями и насладиться беседой в компании единомышленников». Да, сомнению пользу чтения книг никто не подвергал, но явно преобладало мнение, что путешествие по миру виски и изучение его со всех сторон основано в первую очередь на практическом опыте, а не просто на накоплении теоретических знаний и анализе фактов и цифр. Главное, как подчеркнул Билли Эбботт, – практика, точно так же, как в обучении игре на гитаре или езде на велосипеде. Важно быть любознательными, обладать желанием и умением вести правильные разговоры со знающими людьми, а также способностью быстро вспоминать особенности изготовления пробуемого виски, о какой бы стране производства ни шла речь.
«Истинные знатоки – это люди, обладающие большими сведениями в определенной области, тонко понимающие это, имеющие безупречный вкус. Они безошибочно отличают от утилитарного изысканное и умеют радоваться ему, получают удовольствие от красоты, мастерства, которое способно сотворить чудо из простых элементов, и восхищаются его уникальности. Знатоки виски в том, что касается их предмета, соответствуют данному определению в полной мере».
В познании виски есть нечто метафизическое, с этим согласны многие. Да-да, метафизика является разделом философии, занимающимся исследованиями первоначальной природы реальности, мира и бытия как такового. Прикладная ее часть подразумевает умение разбираться в предмете, выбранном для такого исследования.
Философия философией, но как же все-таки быть с онлайн-источниками? Все, кого мы спрашивали, тепло отзываются о Scotchwhisky.com – сайт до сих пор существует, хотя и не обновляется. Также все с улыбкой упомянули об остроумной странице Whiskyfun Сержа Валентина. Что думает он сам? «Ресурс Malt Maniacs… Лет 15 назад он был чрезвычайно интересен. Теперь одни слишком устали, другие состарились или просто стали чересчур ворчливы. А кому-то их врачи порекомендовали перестать пить алкогольные напитки…»