— Для Падшего ангела? — Прошептала я в ответ. — Я могу выкроить время. — Я добавила трепет ресниц и проглотила смешок от озорной ухмылки Джордана. Очевидно, я была не единственной, кому доставляло удовольствие выводить Рафа из себя.

— Фантастика, — ответил Джордан. — Я с нетерпением жду возможности прикоснуться к тебе, Ви.

Ладно, это было кокетливо.

Разбитое стекло напугало меня, и все уставились на Рафа. Его стакан с водой был разбит вдребезги перед ним, с его руки капала кровь.

— Черт возьми, чувак, ты какой-то неуклюжий сегодня утром, — отчитал Джордан своего друга, хлопнув его по плечу с ухмылкой на лице. — Давай, давай это нужно прибрать.

Они вдвоем встали из-за стола, как только принесли наш завтрак, так что я не могла быть уверена, был ли противоречивый взгляд, который Раф бросил через плечо, направлен на меня или на яичницу Бенедикт.

Глава 17

Занятия на этой неделе были изнурительными, и странное сочетание предметов оставило меня немного в замешательстве относительно того, по какой специальности на самом деле была моя степень. Когда мне сказали, что я победила в голосовании, я проявила интерес к спортивной медицине, но мои занятия и расписание были составлены без моего участия.

Огромная перегрузка базовым чтением привела к тому, что я отложила свои — тренировки с Джорданом и оставила занятия с Алексом в библиотеке. Это тоже хорошо. Алекс был гораздо более достоин моего времени и внимания, чем выводить из себя Рафа. И за это время, проведенное вместе, наши отношения выросли и углубились, и по большей части у меня не было ни малейших сомнений относительно характера австралийского принца.

Конечно, после громадного обвинения, которое Джордан бросил в адрес Алекса, я нашла время разобраться в этом вопросе. Я провела часы исследования его — убитой невесты, но не было ни малейших доказательств. Ее смерть была признана несчастным случаем. Это было подтверждено несколькими свидетелями.

Так что я давала Алексу презумпцию невиновности.

Он это заслужил.

Со временем я вошла в ритм ужинов с Мэтти и Ноланом — игнорируя при этом Рафа и намеренно флиртуя с Джорданом, а затем проводила каждый день в библиотеке с Алексом после тренировки по футболу. Я выполнила кучу заданий, но также провела много времени, целуясь с ним в темных уголках секции религии.

Не успела я опомниться, как прошла еще неделя, и мы снова были на выходных.

— Итак, — сказала Мэтти, садясь на стул рядом со мной во время нашей общей лабораторной по биологии, — сегодня вечером у Дрейка дома еще одна вечеринка после первого футбольного матча.

Я закатил глаза, но усмехнулся.

— Хорошо… и?

Она нахмурилась. — И мы идем, очевидно. Ты и я. Никаких мальчиков.

Я прикусила губу, чувство вины терзало меня.

— Алекс уже попросил меня пойти с ним.

У Мэтти отвисла челюсть, а глаза вылезли из орбит.

— Что за черт, новенькая? Почему ты мне этого не сказала?

Я вздохнула. — Потому что я… довольно ясно понимаю, как сильно он вам не нравится, но я… Я не знаю. Он мне нравится. Он милый.

Она фыркнула от смеха.

— Милый? Тебе не нужен милый, новенькая. Ты хочешь какого-нибудь крутого парня с мускулами и татуировками, который перекинет тебя через плечо, отнесет в свою комнату, а потом будет трахать тебя, пока ты не закричишь.

Мое лицо вспыхнуло. Не потому, что она была неправа, а потому, что я автоматически представила Рафа в этом сценарии.

— Кроме того, — продолжала Мэтти, совершенно не подозревая о ходе моих мыслей, — мы никогда не говорим плохо об Алексе… по крайней мере, не при тебе. — Она сделала паузу, и я выгнула бровь. — Ладно, не очень часто.

— Мэтти, Джордан буквально сказал мне, что Алекс убил свою невесту. Это выводит клевету на совершенно новый уровень. Я нахмурилась.

Ее брови взлетели вверх.

— Он это сказал?

— Да, и прежде чем ты спросишь, нет, я ему не верю. Алекс не убийца. Не было никаких доказательств.

— Она умерла при очень подозрительных обстоятельствах, — добавила Мэтти, пытаясь — и безуспешно, говорить ровным голосом. — Никому так и не было предъявлено обвинение, но Алекс был последним, кого видели с ней. У него были царапины на груди. Я их видела.

Что-то сдвинулось в моей груди, небольшой болезненный толчок. Я имею в виду, я не очень хорошо знала Алекса, в великой схеме дружбы на всю жизнь. Но я проследила все зацепки, которые смогла найти в своем считывателе. Просто не было никаких доказательств, связывающих его с ее смертью.

— Ты действительно веришь, что Алекс мог убить ее? — Отчаянно желая услышать ее ответ.

Она с трудом сглотнула, и я отдала ей должное, потому что она не сразу встала на путь — Алекс — зло, к которому подталкивало большинство из них.

— Я хочу сказать нет, — наконец прошептала она. — Алекс, с которым я выросла, никогда бы не причинил ей боли, но он действительно изменился. Его семья … они не самые лучшие, и он с каждым днем становился все больше похож на своего отца. Жаждущий власти. Тиранический. Он обращался с Жасмин так, словно она была объектом, а не личностью. И все же мне так трудно поверить, что он мог переступить черту от избалованного, высокомерного сопляка до настоящего убийцы. — Она тяжело вздохнула, потирая глаза. — Просто в то время он вел себя так подозрительно, совсем не расстроился, и потом еще у него были эти царапины, которые, по его словам, были от кошки, но… — Она замолчала, ее щеки запылали. — Да, я знаю, это звучит довольно слабо.

— Жасмин. Я прокрутила это имя в голове, пытаясь представить, как она выглядела. Вероятно, как принцесса с тем же именем.

— Может быть, мне стоит спросить его, — тихо сказала я, в моей голове был полный беспорядок.

Мэтти шокировала меня, когда схватила меня за предплечье и притянула ближе. Она не причиняла мне боли, но в выражении ее лица было отчаяние.

— Пожалуйста, просто будь осторожна. Я бы хотела, чтобы ты просто держалась подальше от Алекса, но я уже вижу, что этого не произойдет. Поэтому, пожалуйста, пожалуйста, не рискуй, пока не убедишься, что можешь доверять ему. Жасмин тоже была моей подругой, и я не хочу потерять тебя.

Рисковать, например, целоваться в темных, безлюдных местах? Решив оставить это при себе, я заверила ее, что буду остерегаться Алекса, и она, казалось, немного сдулась.

Мы пришли на урок пораньше, но сейчас ученики разбегались перед самым звонком, поэтому мы сменили тему на что-нибудь менее спорное. Только когда учительница вошла в класс, закрыв за собой дверь, я должна была узнать одну последнюю вещь.

— Кем была Жасмин для Рафа?

Я произнесла это шепотом, потому что Клодетт была всего через два столика от нас.

Мэтти бросила на меня взгляд, который я не смогла истолковать, и я подумала, не переступила ли я черту. Наклонив свое тело в мою сторону, ее губы едва шевельнулись, но я услышала, как она сказала:

— Его лучшая подруга. Его самый старый друг. И вот почему Раф будет ненавидеть Алекса до конца своих дней.

Ну и черт с тобой.

— Доброе утро, — бодрым голосом поздоровался профессор Кросс. — Сегодня мы будем изучать кровь различных животных под микроскопом. На клеточном уровне вы сможете увидеть состояние их ДНК и определить, кто из них страдал от болезни. Она продолжила, объяснив, что мы сравним здоровые клетки с больными, и закончила словами: — В частности, Бабезиозос, клещевое заболевание, которое при отсутствии лечения может привести к летальному исходу.

В кои-то веки я действительно заинтересовалась классом. Может, я и надеялась на карьеру, помогая людям, а не животным, но, по крайней мере, это было что-то вроде медицины. Наконец, предмет, который был в некотором роде ориентирован на мою специальность.

— Соберите образцы здесь, — сказала учительница, махнув рукой в сторону пробирок и мензурок, которые стоят на столе в передней части класса. — Здоровые справа и больные слева.

Мэтти читала на устройстве, нахмурив брови. Нолан, вероятно, снова сделал какую-нибудь глупость, поэтому я обошла наш стол и пошла за образцами. Половина класса еще не двинулась с места, но Клодетт была на несколько учеников впереди меня. Я постаралась не поморщиться, вспомнив, как она обвилась вокруг Рафа, когда я видела ее в последний раз. Я имею в виду, он никогда не проявлял никакого интереса, кроме того, что не отталкивал ее, но это все равно раздражало меня. Я имею в виду, в чем заключалась их реальная сделка? Знала ли она, что он Падший Ангел?

Знала ли она что-нибудь о злобном швейцарском принце, или все это было просто частью их устроенного королевского брака?

Была ли Жасмин такой же для Алекса? Может быть, поэтому он никогда по-настоящему не проявлял к ней интереса, кроме того, что она была его конфеткой на руках? Потому что все это было просто навязано ему, и к тому же в юном возрасте, поскольку принцу сейчас было всего двадцать три или двадцать четыре.

Я была так погружена в мысли о запутанных сетях королевской семьи, что не заметила, как Клодетт направилась прямо ко мне, пока теплая жидкость не попала на мою форму, впитываясь внутрь.

— Смотри, куда идешь, ты, неуклюжая неудачница, — прошипела она.

Я моргнула, когда резкий, медный запах ударил мне в нос, и я уже знала, что увижу, когда посмотрю вниз.

Красный. Кровь покрывала большую часть моей рубашки и даже капала на пол. Моя голова вскинулась, когда я сделал шаг к Клодетт.

— Ты сделал это нарочно, — прорычала я. Раньше ее нигде не было рядом со мной, и у нее не было причин отступать и врезаться в меня. Возможно, я была в своем собственном мире, но я была почти уверена, что эта сука намеренно наехала на меня.

Ее губы дрогнули, когда она наклонилась ближе.

— Докажи это, мусор из сточной канавы, — прошептала она, прежде чем повернуться и неторопливо уйти, на ней не было ни капли крови.

Еще одна вещь, которая заставила меня думать, что это было сделано намеренно. Только ее рука ударила меня, а не ее тело, оставив ее форму нетронутой.

— Переодевайтесь, мисс Спенсер, и поспешите обратно в класс, — сказала профессор Кросс, выглядя встревоженной, но также и так, как будто она действительно хотела, чтобы я просто вышла и перестала всех отвлекать.

Часть меня действительно хотела подойти и ударить Клодетт по лицу, но при таком количестве свидетелей, вероятно, это был плохой ход. Я втянула немного воздуха в попытке успокоиться, прежде чем выйти из класса. Мое устройство чтения на ладони завибрировало — вероятно, Мэтти проверяла меня, но я была слишком зла, чтобы прочитать это.

Шагая по коридору, я старалась не думать о липкой крови, которая пропитала мою рубашку и лифчик и, вероятно, испортило все.

Клодетт была действительно ужасным куском дерьма, и я была почти уверена, что она и Раф заслуживают друг друга. Падший ангел, возможно, был самым красивым бойцом, которого я когда-либо видела — а я видела много бойцов в своей жизни, но я не могла забыть, что Раф был худшим типом мудака для меня с тех пор, как я приехала. И все потому, что Алекс обратил на меня внимание. Все потому, что он ненавидел Алекса.

И это не имело ко мне ни малейшего отношения.

Я была примерно на полпути к своей комнате, когда услышал слабое — помогите. Я замедлилась, оглядываясь вокруг, чтобы увидеть, откуда это донеслось. В этой секции была только одна дверь, и поскольку почти все были на занятиях, зал был пуст.

До меня донесся еще один слабый звук, и я подумала, что в комнате кто-то есть. Прокрадываясь вперед, я повернула ручку и позволила двери распахнуться, чтобы я могла оценить ситуацию. Только идиот бросился навстречу неизвестной опасности. Я бы никому не смогла помочь, если бы сама пострадала из-за спешки.

Внутри было тускло освещено, и я обошла дверь, рассматривая все, ожидая, пока мое зрение привыкнет к слабому освещению.

Когда я не увидела непосредственной опасности, я провела рукой по краю рамы и включила свет. Сильная хватка обхватила мою руку и втащила меня в комнату, ударив головой о ту же раму, когда они втаскивали меня внутрь.

Засада.

Глава 18

Я распознала гребаную засаду, когда по глупости попала в одну, и через несколько минут я была в режиме боя, отдергиваясь от человека и освобождая свою руку. Брэндон стоял перед дверью, его лицо было мрачным, на губах играла насмешливая улыбка.

— Ну, если это не мусор, который думает, что она принцесса, — медленно произнес он, прежде чем закрыть за собой дверь.

В этот момент я не слишком запаниковала. Я могла бы уложить этого ублюдка одной рукой, связанной за спиной.

Глаза Брэндона пробежались по моему телу, и я могла бы поклясться, что он смотрел на мои руки, которые сжимались и разжимались, пока я перекачивала в них кровь, готовясь к этому бою.

— Интересно, — сказал он, делая шаг вперед. — Я слышал, что появился новый боец, который сразился со швейцарской гвардией.

Мое сердце упало в груди, желудок скрутило, когда до меня дошло то, что он сказал.

— И поскольку у нас не так много новых учеников, это заставило меня задуматься. Что бы произошло, если бы этот боец был обученным не членом королевской семьи?

Я расслабила свою позу, уже зная, что сейчас я ничего не могу сделать. Брэндон держал меня именно там, где хотел, и если бы я сопротивлялась, если бы я показала ему еще хоть немного своих навыков, я могла бы оказаться перед королевской расстрельной командой. Я уже предупредила его своим быстрым движением, когда он впервые схватил меня, так что теперь… теперь мне придется принять все, что он запланировал.

Если не считать изнасилования.

Если бы он хотя бы отдаленно попытался это сделать, я бы убила его и имела дело с последствиями. Но избиение? Я терпела это раньше и могу сделать это сейчас.

— Клодетт была в этом замешана, не так ли? — Я собрала все воедино, конечно, слишком поздно, но, по крайней мере, я знала, кого мне нужно уничтожить, когда представится такая возможность.