Вот так я принял решение лететь вниз, к огням. Мужик с форума на своем острове и базовых десяти единицах энергии долетел до такого острова на второй или третий день, а значит, если повезет, и если такой остров там не один, со своими тридцатью единицами энергии я найду их в первый.

Так я думал, но когда полетел в облака (кстати, именно сюда спустился дракон: не наткнуться бы снова на громадную ящерицу), пришлось потратить несколько часов на медленный полет, до рези в глазах вглядываясь в окружающую серую хмарь. Я причаливал к островам, которые труба помечала, как «есть ресурсы», но ничего особого там не находил. Дважды схлестнулся с нежитью, на третьем острове потратил десять минут, чтобы перебить стаю крупных крыс — ну, хоть слабенький орс с них добыл. На четвертом острове столкнулся с десятком варанов, которые тоже пошли на орсы — по одному на каждый. Может, ночью эти твари и превращались во что-то страшное, но сейчас они не были мне противниками.

А потом кончилась энергия. Обратно к огромному острову я не вернулся, вместо этого я предпочитал прятаться от искателей в облаках.

День на Земле прошел безынтересно. Проснулся в торговом центре, не связанный, с нетронутыми вещами. С самого утра ушел «бить монстров», как сказал Крауну, но на деле — отправился к пятому полицейскому участку. Спокойно зашел внутрь под незаметностью, прошелся по этажам, чтобы обнаружить, что Косолапого здесь нет. Военные были, я даже заметил мужчину, который был среди сопровождения того самого полковника, а вот засранца не было. И ведь не спросишь у военных, где он.

Просидел практически до вечера у ворот, но Косолапого не дождался. Зомби тоже не было — горожане все чаще выбирались из зданий, в основном — чтобы загрузить машину пожитками и рвануть на выезд. Пару раз слышал пальбу, чье-то рычание, но на звук не ходил — предпочел медитировать.

* * *

И только на второй день поиска ресурсов мне повезло.

Остров был больше обычного — радиусом примерно метров сто пятьдесят. Я еще не подлете к этому острову заметил у края острова палатки, будто бы сделанные из шкур или кожи. Между палатками сновали маленькие человечки, не больше метра в высоту.

У левого края острова находился знакомый мне по предыдущим островам причал, и он был пуст. Зато справа, вдоль всего края, находились мелкие машины, похожие на земные планеры.

Меня заметили. Громко и зычно закричал что-то один из карликов, остальные построились возле причала с копьями на изготовку. Кто-то бежал к машинам.

И тем не менее я подогнал остров поближе и позволил ему закрепиться за причал. Карликов я не опасался — я был сильнее, быстрее. Выше.

Но начинать встречу с драки не стал — выставил пустые ладони и дошел до края причала. Мне показывали на мой остров пальцами, махали копьями и ладонями, будто отгоняя меня прочь. Я только держал ладони и улыбался.

Их речь я абсолютно не понимал, о чем и сказал на языке местных.

— Не понимаю.

Карлики залопотали, переглядываясь и махая руками друг перед другом, но я по-прежнему не услышал ни единого знакомого слова.

— Об-мен, — четко и громко сказал я на языке этого мира. — Обмен.

Из самого большого шатра двое карликов-подростков вывели дедушку. Старичок выглядел ужасно тщедушно — тощий, горбатый, с узловатыми длинными пальцами, длинной седой бородой и глубоко посаженными глазами, над которыми нависли морщинистые складки.

— Мена? — спросил старик, когда его подвели ко мне.

— Мена, — кивнул я.

Старик не меньше минуты вглядывался мне в глаза, а потом ткнул пальцем в землю между нами.

— Давайя.

Я сходил за котомкой, закинул в нее со склада все, что попалось под руку, а потом — отправился обратно. Тем временем двое пигмеев метнулись в ближайший шатер и выволокли оттуда деревянный столик. Из шатра шамана вытащили мешок размером с кота, и поставили у ног… шамана? Вождя?

Я выложил на столик кусок мяса, бутыль с водой, кинжал, пару ножей, слиток меди и стали. Выкладывать на обмен облики (или «каххлены», если я правильно помню, как их здесь называют), не стал: сперва узнаю, что они предложат взамен, а потом решу, стоит ли показывать козыри.

Кусок мяса удостоился обнюхивания, но и только. бутылку он оттолкнул ко мне. Последними внимания удостоились кинжалы, но и они не заинтересовали старика.

— Дряня, — щелкнул он пальцем по слегка шатающемуся лезвию. — Лажовайя.

Я хмыкнул. Печально, но продать дикарям стеклянные бусы по цене коттеджа в центре Красноярска не выйдет.

Хотя у меня оставались еще и орсы.

Я призвал шкатулку и достал оттуда пилюлю. Старик с интересом следил за моими действиями, но при виде кровавой пилюли только пожал плечами.

— Незнамо.

— Попробуй, — пожал плечами уже я. — Можно. Давай. Устрой тест-драйв.

На самом деле я не знал, можно ли аборигенам пользоваться орсами, которые создавали наши острова специально для нас, людей. Я не уверен, что даже людям, живущим в этом мире, можно пользоваться ими, но решил рискнуть здоровьем одного из пигмеев. На крайний случай — дружба народов не состоится. Но если все сложится удачно, я узнаю, что лежит в мешке.

Странное дело — человеческая мораль. Я готов менять еду на аукционе по грабительскому курсу, готов наживаться на людях, но не использую облик, чтобы забрать мешок с ценностями медленных и практически беззащитных карликов. Хотя, наверное, могу.

Сам старик не стал пробовать пилюлю — проворчал что-то на пигмейском, а потом ткнул в одного из окружающих подростков. Тот, сутулясь, подошел к столу и нехотя сграбастал орс. Я открутил крышку на бутылке и протянул парню. Не хватало, чтобы он здесь еще подавился и задохнулся. Вряд ли это станет началом добрососедских отношений.

Паренек проглотил пилюлю, запил. Десяток секунд ничего не происходило, но вдруг он пошатнулся, выпрямился и залопотал. Соплеменники слушали его недоверчиво, но когда паренек сперва отжался полсотни раз, а потом — ткнул пальцем в небо и с пальца сорвался прозрачный росчерк, карликов будто поцеловала жадность. Все разом загомонили, подступили на шаг ко мне, но старик повелительно заорал, и пигмеи угомонились.

— Давайя! — кивнул мне старик. — Кулади.

— Мена, — покачал я головой и указал на столик. — Давайя. Кулади.

Старик, кряхтя, нагнулся над мешком и развязал тугой узел. На стол легли четыре крупных серебряных самородка. Так на месте я выменял на три орса восемь самородков.

Так началось мое знакомство с маленьким племенем. В Школе я появился всего раз — забрал у Рыжей заказанные наконечники для арбалетных болтов и ножи, куда на клей посадил семена орсов.

В отличии от мира Земли, который трясло и лихорадило, мир Островов радовал меня покоем и отсутствием сражений. Я все еще тусовался с карликами на их серебродобывающем острове, а на Земле выслеживал Косолапого. Побывал на его квартире, ходил по пятам за полковником, подслушивая разговоры, но пока не мог вычислить засранца. Может, его откомандировали в другой участок, либо ужа похоронили давно, кто знает.

За три дня я сдружился с мелкими и даже поучаствовал в добыче: наловчился работать с киркой, расширил узкие проходы возле рудных жил и со своим усилением от Ци и от бинта стал для коротышек землеройной машиной. Меня практически боготворили — работать в тандеме со мной мелким было в удовольствие. Они заполняли рудой сколоченные из дерева тачки, вывозили ее на край острова, а шаман вызывал земляных элементалей, которые добывали из этого материала серебро.

Выручку делили на три части, и мне за работу отходила одна из них. Вторую часть карлики отдавали мне в обмен на орсы, и при всем при этом оставшейся им третьей части было достаточно, чтобы в шатре вождя вместо потраченного мешочка с серебром появились четыре новых.

На острове жили около шестидесяти-восьмидесяти пигмеев, и больше сорока из них уже получили орсы.

Я наблюдал за этим народом: маленьким, осторожным и слабым, и не мог не восхищаться ими. Шаман не стремился нахапать себе побольше орсов и стать самым сильным и крепким, и приводил в чувство тех, кого ослепила жажда силы. Усиление племени шло планомерно. В первую очередь усиление получили добытчики, потом больные и слабые коротышки. И только за ними наступил черед остальных. Интересно, но беременным женщинам шаман орсы не давал, а они не требовали. Значит, орс может повлечь мутацию ребенка — это я запомнил. Если когда-нибудь дойду до мысли завести (какое неуместное слово) ребенка, постараюсь построить отношения с девушкой, которая не будет вхожа в этот мир. Я уже и сам поменялся внешне и внутренне, и хочу, чтобы мое потомство было больше похоже на обычных людей.

Карлики подчинили элементалей воздуха и летали по небу на своих странных машинах. Раз-два в день к острову возвращался отряд из десятка карликов с большими рюкзаками, наполненными фруктами и травами. Взмыленные пигмеи валились с ног от усталости и сразу расходились по своим палаткам. Фрукты шли на пропитание племени, траву отправляли в котел и варили из нее жутко черный и воняющий болотом чай.

На ночевку я возвращался на свой остров, отлетал подальше и повыше, и только тогда засыпал. Аборигены не превращались в монстров, не сражались друг с другом и вообще не ели никакого мяса, кроме орсов, но я не рисковал. Еще в первый день я, как мог, объяснил, что за мной не стоит летать. Показал пальцем на пускающее слюни тело (один коротышка хотел забраться ко мне на остров и получил ментальный удар), несколько раз сказал «защита». Похоже, демонстрация вышла убедительной — ни один коротышка не пытался ночью десантироваться со своей машины на мой остров. Оставалась проблема навигации — острова за ночь смещались и приходилось тратить лишнюю энергию на поиск пигмеев, но я худо-бедно справлялся.

Я путешествовал между островами, тратя энергию и под бинтом за полчаса набивал кучу кошмаров, которую превращал в орсы.

Праздник жизни и белого металла продолжался ровно четверо суток. Вечером четвертого дня руда закончилась, и когда я в очередной раз причалил к острову после полетов между островами, коротышки уже собирали палатки и привязывали их к машинам. Шаман подошел ко мне, но его вещей уже не было, как и половины племени с их машинами — подозреваю, что серебро отправилось с первыми пигмеями. Все же я до конца не доверял маленьким людям, и наивно было бы думать, что они доверяют мне.

— С нами ненада! — сразу предупредил меня шаман.

Прощание вышло смазанным. Я хотел напоследок выручить у пигмеев еще серебришка, и предложил шаману облик. Увы, седобородый старикан отшатнулся, будто я вместо драгоценности протянул ему колбу с сибирской язвой, быстро забормотал что-то несвязное, а потом покачал головой:

— Убирайя! Ненада! Плохо!

— Ладно, — пожал я плечами. — Давай поговорим еще. Нужно рассказать тебе о таких, как я.

Я, как мог, втолковал шаману, что при встрече с людьми им нужно быть осторожными. Есть хорошие, а есть и такие, которые попробуют убить их и забрать серебро.

В ответ шаман хитро прищурился, провел рукой по воздуху, и с моих глаз будто сорвали пелену.

Я увидел громадного элементаля в виде дракона, лениво плывущего возле острова. Туловище элементаля было сплетено из плотных облаков и сотен мелких молний. Крылья были полупрозрачны, из потоков ветра и мелких дождевых капель. Если земляные духи, которых вызывал шаман, были похожи на комья грязи, то этот элементаль был шедевром всевозможных призывателей. Я смотрел на открывшееся мне чудо и опасался лишний раз пошевелиться.

— Мы не бояться, да, — похлопал меня по ноге карлик. — Нас бояться. Нуар — не всегда хороши. Помни.

Только сейчас я пожалел, что не побеседовал толком с шаманом, не выяснил, какие внизу есть расы, какие порядки, какие монстры. Кто кому друг, кто враг. Мы перекидывались словами, я выяснил, что их племя зовут «Нуар», и они кочуют между небом и землей. Выучил несколько слов на их наречии, но обстоятельные и долгие разговоры постоянно откладывал на потом. Между серебром и информацией я выбрал серебро и до этого момента не жалел о своем выборе.

Пока не все члены племени пропали в облаках, я не торопясь сходил к острову, взял там пять орсов — одна десятая того, что было накоплено на данный момент.

— Держи, — протянул я шаману мешочек, в который положил орсы.

Глаза пигмея выпучились, как у анимешного персонажа. Он недоверчиво смотрел на меня, а потом покачал головой:

— Мена нету.

— Ничего не надо, — покачал я головой. — Подарок.

Шаман секунд пять смотрел в мои глаза, силясь что-то в них найти, а потом тяжело вздохнул и вынул из складок одежды позеленевшую медную чашу размером с блюдо для котенка. По поверхности чаши шли узоры из выступающих медных полосок.

— Не надо «не надо», — буркнул он, и, вручив мне чашу, перехватил мешок с орсами и пошел к планерам.

Делать здесь больше было нечего. Я вернулся на свой остров и первым делом посмотрел на полученное блюдо через подзорную трубу, но не увидел никакой информации. Значит, медная плашка — предмет вполне себе обычный, и артефактом не является.

Ради интереса я собрал в мешок пустую породу из кучи, куда коротышки свозили добытую руду, и вывалил на землю своего острова. Склад порадовал меня сообщением о паре добытых единиц камня, но серебра там не было ни грамма. А если и было, механизм отправил его туда, куда пропадают кости и потроха монстров при похожих действиях.

А вот то, что произошло потом, меня изрядно порадовало. Когда я наклонил рычаг в сторону от острова, на дисплее появилось информационное окно, которого я здесь прежде не видел.

'Желаете уничтожить (захватить)/оставить остров?

Желаете добавить к своему острову улучшение «шахты»?

Внимание! При захвате острова все ненайденные ресурсы пропадут!'

Пропала возможность буксировки, и это логично — такую махину мой остров в жизни не оттащит. Этот остров больше моего раз в двести.

А вот улучшение с шахтами меня заинтересовало. Похоже, именно таким образом артефакторы, крафтеры и бронники получили свои улучшения.

Нужны ли мне пустые шахты?

Ну, с учетом того, что раньше мне это улучшение не предлагали, а пустые шахты — просто обуза, думаю, они ненадолго останутся пустыми. Или их можно будет прокачивать, как теплицу и любую другую постройку, или там временами будет появляться руда.

Нужно ли мне такое улучшение?

Скорее да, чем нет. Сейчас искателям нужны ресурсы. Чудовищно не хватает стали, серебра и прочих драгоценных металлов. На аукционе, куда ежедневно захожу, я видел пустой лот закупки изумрудов, которые запросил какой-то ноунейм. А значит, ресурсы однозначно будут нужны.

Я выбрал «добавить улучшение».

Это отличалось от простого захвата. Часть острова как и при захвате исчезла в недрах моего острова, но огромный кусок со входом в шахты пристроился к моему острову, а куски поменьше пристроились с других боков, уравновешивая мою базу. Вход в шахты обзавелся металлической дверью, а в меню острова рядом со знаками вопроса добавился новый пункт

Шахты. Используются для добычи драгоценных металлов. Перед добычей нужно выбрать уровень сложности, собрать команду из предложенных искателей и уничтожить защитников ресурсов. Умереть в шахтах невозможно — при смерти внутри шахт искатель будет перенесен на свой остров.

Можно улучшать.