– Где же они? – спросил Сорин, нетерпеливо барабаня пальцами по столу.

– Скоро будут здесь, – заверил Кассиус, который стоял, прислонившись к стене рядом с дверью.

– Мне следовало самому пойти вчера вечером к Лэйрвуду и покончить с этим, – пробормотал Сорин.

– Нет, Сорин, – раздался из-за его спины голос Нури. – Ты же понимаешь, что карты нужно разыграть правильно. Одно неверное движение – и кто-то умрет. Неизвестно только, кто именно.

Она, конечно, была права, и теперь в эту колоссальную неразбериху оказался втянут наследный принц. Раздался стук, и Сорин перевел взгляд на дверь таверны. Он узнал запах.

– Ты в этом уверен?

Кассиус подошел к двери.

– Настолько, насколько вообще возможно.

Он открыл дверь, и внутрь быстро проскользнули принц Каллан и его стражники. Все трое были в плащах с капюшонами и имели при себе дорожные сумки. Сорин вынужден был признать, что замаскировались они неплохо.

– Вы понимаете, что вас ждет? – спросил он, оглядывая вновь прибывших с ног до головы.

– Если вы о том, понимаю ли я, что последует за моим намерением скрываться, то да, – мрачно ответил Каллан.

– Это еще не все, принц, – промурлыкала Нури.

– Нури, дорогая, – вздохнул Сорин, – если мы это сделаем, они увидят твое лицо.

Она подняла голову и откинула капюшон, сверкнув зловещей ухмылкой на бледном лице. Все трое благоразумно отступили.

– Не бойся подойти ближе, принц, – проворковала она, – я кусаю только этого. – Большим пальцем она указала на Сорина.

– Так ты и правда… – Каллан запнулся и ахнул, когда Нури выпустила клыки. Его взгляд обратился к Сорину. – А ты фейри?

– Да, – подтвердил он, поднимаясь, поскольку несколько секунд назад почувствовал появление Амарé в этих землях.

Подойдя к окну, он распахнул его, и через мгновение в воздухе мелькнул феникс и опустился ему на плечо. Амарé уронил на ладонь Сорина тонкий кусок черного ясеня, похожий на палку, – который, конечно же, таковой не являлся. Вспыхнуло пламя, и Финн со Слоаном поспешно заслонили собой принца, защищая его.

Не обращая на них внимания, Сорин передал пергамент фениксу, который осторожно взял его в клюв.

– Это очень важно, друг мой. Для Сайруса. Не медли. – В считаные секунды птица вылетела в окно, а Сорин повернулся лицом к наследному принцу. – Ваши люди вправе меня опасаться, но все же можете сказать им, чтобы расслабились. Сегодня вы мне не враг.

– Но могу стать им в другой день? – подхватил Каллан, и Сорин восхитился таким нахальством. Это было глупо, но он все же оценил проявленное мужество.

Нури прищелкнула языком.

– Ты, принц, отправишься в его земли, знаешь ли. Пора начать ему доверять.

– Простите, но какова ваша роль во всем этом? – спросил Финн, потирая брови большим и указательным пальцами. В его голосе чувствовалась усталость.

Нури рассмеялась.

– Подойдите сюда, принц, – велел Сорин, приглашая Каллана к столу. – Это имеющаяся в нашем распоряжении карта поместья Лэйрвуд. Все, что можете добавить, очень бы нам помогло.

Он внимательно выслушал Каллана, заполняющего пробелы. Теперь им стала известна почти полная планировка дома, но ни намека на то, где держат Скарлетт. Тава ничего не заметила, когда Веда отводила ее в свои покои смотреть платья. Финн тоже ничего не видел после того, как Микейл увел Скарлетт вверх по лестнице.

– Значит, она, скорее всего, наверху? А не внизу, в камерах? – спросил Кассиус, изучая карту. – Интересный ход со стороны Микейла.

– Он ожидал, что мы поверим, будто ее держат в темнице, как пленницу, – прокомментировала Нури. – Что ж, блестяще.

– Сосредоточьтесь на западном крыле, – внезапно подал голос Финн. – Она говорила что-то о западной комнатке. Наверняка это что-то означает.

Действительно. По мнению Кассиуса, все, что говорила Скарлетт прошлой ночью, имело двойной смысл.

Сорин посмотрел на часы на стене. Осталось несколько минут.

– Давайте еще раз все обсудим, – предложил Кассиус, заметив взгляд Сорина. Он выглядел измученным и бледным. – Прошлой ночью мы с Нури позаботились о сиротах. Их переместили, и я окружил их магическими заслонами. Мы с Нури отправимся к ним, когда вы будете в безопасности.

– Как только Сорин уйдет, мы вместе с вами отправимся в условленное место и будем ждать, – сказал Каллан. – Но как он…

– Не беспокойтесь о нем. Сейчас на объяснения нет времени, – перебил его Кассиус. – Запомните то, что вам нужно знать. Первое: если он велит вам что-то сделать, не задавайте вопросов. Это ко всем относится. – Каллан и его стражники дружно кивнули, а Кассиус вдруг замялся.

– И второе, – перехватила инициативу Нури, в чьих глазах сверкало зловещее ликование. – Приготовьтесь. – Стрельнув глазами в сторону Сорина, она добавила: – Ее сердце принадлежит некоему принцу.

Каллан сжал челюсти, не стараясь скрыть облегчения, а Сорин ничего не сказал. Он выпрямился за мгновение до того, как раздался стук. Дрейк открыл дверь, и в комнату вошла женщина.

Ее роскошные рыжевато-золотистые волосы вились по плечам, за спиной висел изящный меч, кожаный костюм щерился кинжалами. Дымчато-серые глаза ярко блестели, на лице сияла широкая улыбка.

– Какая редкость, – проворчал Сорин. Когда женщина вопросительно прищурилась, он продолжил: – Ты редко улыбаешься, генерал. Не будь мы ограничены во времени, я бы выпил по этому случаю.

– Какой же ты засранец.

– Я имею в виду, что Рейнер и Сайрус будут крайне расстроены тем, что пропустили такое зрелище.

Сорин пожал плечами и слегка улыбнулся. Женщина ухмыльнулась в ответ.

– Повезло тебе, что здесь у меня нет доступа к моему огню, генерал.

– Сегодня тебе придется довольствоваться пролитием смертной крови, дорогая Элиза, – ответил он, когда она отошла в сторону.

Присутствующие следили за их разговором со смесью удивления и страха на лицах. Кроме Нури, разумеется, которая восхищенно ухмылялась.

Первым заговорил Кассиус:

– Генерал?

– Я все время твержу, что вы глупцы, раз не позволяете своим женщинам тренироваться и сражаться вместе с вами, – резко сказал Сорин.

– Мы готовы, Сорин? – спросила Элиза, оглядывая комнату.

– Почти. Мне требуется твоя помощь еще кое в чем, – ответил он, протягивая ей сучок черного ясеня и поднимая левую руку.

Ее глаза расширились.

– Ни в коем случае.

– Это не просьба, Элиза, – тихо сказал он.

– Твою кожу может украшать только одна метка, Сорин.

– Знаю.

– Ни в коем случае, – повторила она, на сей раз с яростным отрицанием в голосе.

– Это приказ, – прорычал Сорин.

– Не бравируй своим положением. Не в этом случае, – процедила она в ответ.

Сорин скривил губы. В его глазах полыхнуло пламя.

– Ты единственная, кому я могу это доверить, Элиза.

Он снова протянул ей сучок, успевший раскалиться докрасна. Элиза долго смотрела на него, прежде чем выхватить ясень из его рук.

– Ты отдаешь себе отчет в том, каков риск этой метки без компаньона? – прошептала она чуть слышно.

– Да. И готов его принять.

– Мне это не нравится, Сорин, – тихо сказала она. – Сайрус порвет твою задницу.

– Не тебе решать. Ты будешь держать язык за зубами, – парировал он.

Элиза удивленно вскинула брови.

– Ты намерен скрыть это от них?

– Пока. Итак, ты даешь мне слово?

– Как будто у меня есть выбор, – проворчала она и, склонив голову, принялась за дело. Сорин не дрогнул, когда на коже появился ожог. Пока она ловко орудовала сучком, никто не произнес ни слова. Закончив, она отстранилась и объявила: – Произнеси заклинание утверждения.

Сорин заговорил на древнем языке, отчего знак на его руке вспыхнул ярким пламенем, а затем потускнел до белизны и перестал быть виден в этом мире. Элиза повернулась лицом к находящимся в комнате людям. Вчера вечером Сорин рассказал ей о том, что планы изменились и что к ним присоединится принц с двумя личными стражниками.

– Почему бы не отвести этих троих в лес, через который будем проезжать? – спросила Элиза.

На ее лице появилось сосредоточенное выражение, как и всегда при обсуждении стратегий и планов сражений.

– Потому что он не уйдет без нее, – ответил Сорин, бросив взгляд на Каллана.

– Будь добр, объясни, отчего это другие вдруг стали диктовать нам, что делать? – холодно спросила Элиза.

– Вот уж не знал, что должен перед тобой отчитываться, – парировал Сорин с натянутой улыбкой.

– Ты и не должен, – тут же пошла она на попятный, склонив голову. – Прошу прощения.

В ее последних словах отчетливо прозвучал укор, и Сорин понял, что вывел генерала из себя. Придется им поговорить позднее. Он шагнул к ней, сунув руки в карманы.

– Элиза, напряжение велико. Это очень важно. С остальным сможем разобраться, когда вернемся домой. Сейчас же мне нужно, чтобы ты…

– Мы обязательно со всем разберемся, когда вернемся домой, – огрызнулась она. – Я иду переодеваться. Встретимся на месте. Я тебя впущу.

Элиза развернулась на каблуках и замаршировала прочь. Сорин вздохнул. В комнате повисла тишина… которую вскоре нарушил голос Нури:

– Нравится она мне. С ней не соскучишься.

– Она… твоя любовница? – неуверенно спросил Каллан из дальнего угла.

– Нет, принц, она свободна, – с ухмылкой ответил Сорин. – Но не думаю, что вам удастся обуздать эту женщину.

Щеки Каллана вспыхнули, и он пробурчал в ответ:

– Я не поэтому спрашивал. Мое сердце занято.

– Не стоит забывать о том, принц, что Дева Смерти обещана другому, – со злобной ухмылкой объявила Нури, подходя к Сорину.

– Нури, – предупреждающим тоном произнес Кассиус.

– Советую тебе перекусить перед тем, как я уйду. Сама понимаешь, это надолго, – сказал Сорин, подмигивая.

Нури обнажила клыки.

– Помни, что когда ты вернешься, твоя кровь уже выйдет из моего организма, и тогда мы повеселимся по-настоящему.

– Жду с нетерпением, – промурлыкал он.

Нури поднесла запястье Сорина к своему рту и, бросив недобрый взгляд на Каллана и его стражников, вонзила клыки в плоть. Пока она пила, он хватался за тот самый мост в своей душе, который сделался сильнее благодаря начертанной Элизой метке.

– Она действительно питается тобой? – спросил Каллан, широко раскрыв глаза.

– Заткнитесь, – прорычал Сорин. – Мне нужно найти Скарлетт.

– Но мы же знаем, где она… – начал было Каллан.

– Тише, Каллан, – произнесла Тава мягким голосом. – Пусть он сосредоточится, иначе все будет напрасно.

Сорин закрыл глаза.

Где ты? Где ты? Где ты?

Горе, печаль и непреодолимая ярость.

Безнадежность.

Он чувствовал ее. Ее всю.

Скажи мне, где ты.

В западном крыле. В башне. Там, где не видно звезд.

Его глаза распахнулись. Нури отстранилась от его руки, вытирая рот.

– Ты был прав, страж, – кивая, обратился Сорин к Финну. – Скарлетт в самом деле держат в западном крыле. – Он указал на участок в западной части дома, где имелся дополнительный уровень в виде башни.

– Впустив меня в дом, Элиза отправится на пляж и встретится там с вами. Будьте в условном месте, – сказал он Кассиусу. – После освобождения Скарлетт у нас не будет времени на ожидание.

– Понял, – кивнул Кассиус.

– А что насчет теней, которые следуют за ней? – крикнул Каллан в спину удаляющемуся Сорину.

– Полагаю, тени осветит пламя, – проницательно заметила Нури.

Лицо Каллана побледнело, когда до него дошел смысл ее слов.

Не проронив больше ни слова, Сорин покинул таверну и отправился на встречу с Элизой.