– Черт, – выругался Кассиус, когда Скарлетт потеряла сознание у него на руках.

– Я думал, отвар у нее с собой, – заметил Сорин.

Он стоял в стороне, наблюдая за происходящим. Нури была права. Это… интересно.

– Отвар-то у нее с собой, но она не может принять его здесь. Он же сразу ее вырубит. Сначала нужно доставить ее в поместье, – ответил Кассиус, осторожно убирая прядь волос с лица Скарлетт.

Ее дыхание было неровным и учащенным, как будто она испытывала боль, а лицо так побледнело, что она могла сойти за одну из дочерей ночи.

– Она потеряла сознание, так какая теперь разница?

– Она не все время будет без сознания, – пояснил Кассиус. – Скоро очнется, что облегчит ее возвращение в поместье.

– Что входит в ее отвар, Реддинг? – спросил Сорин, внимательно наблюдая за мужчиной, который бережно держал Скарлетт на руках. Она утверждала, что между ними нет никаких чувств. Может, с ее стороны и нет, но в Кассиусе он был не уверен. О принце Каллане Сорин вообще предпочел бы не вспоминать.

– Не знаю. Я никогда не видел, как его готовят. Мне другое сейчас интересно: ты и правда настолько наивен или просто чертов идиот?

– Что? – опешил Сорин, застыв на месте.

– Знаешь ведь о ее недомогании, но все равно позволил здесь задержаться, – рявкнул Кассиус, повышая голос до крика. – Думал, мы шутки шутим? Разыгрываем глупое представление?

– Выбирай выражения, когда разговариваешь со мной, командир, – с плохо сдерживаемой яростью процедил Сорин.

– Плевать, что ты выше меня по званию, генерал, – парировал Кассиус. – Мы не в казарме и не в замке. Когда дело касается Скарлетт, я превосхожу всех. Ты знал, что ей нужно принять отвар.

Окинув Кассиуса внимательным взглядом, Сорин заметил:

– Мне нужно было своими глазами увидеть, что происходит, когда она его не принимает.

– Так ты специально довел ее до такого состояния? – заорал Кассиус. – Что ты за больной ублюдок?

– Нури предложила посмотреть, что будет, если Скарлетт не выпьет лекарство вовремя, – пожал плечами Сорин.

– Нури может катиться прямиком к дьяволу, – припечатал Кассиус.

Сорин не сомневался, что если бы Кассиус не прижимал к себе Скарлетт, то обязательно набросился бы на него. Но он промолчал. Мужчина до сих пор чувствовал исходящий от ее ладоней жар и лед. И заключенную в ней силу. Даже сняв кольцо, Сорин ощущал слабую пульсацию магии в венах, как будто забрал ее у Скарлетт, впитал в себя и сохранил.

В голосе Кассиуса зазвучала ледяная ярость.

– Ты ведь знаешь, что с ней происходит, не так ли? Знаешь, что это такое?

– Не знаю, – возразил Сорин и добавил со вздохом: – Но догадываюсь.

– В таком случае ты должен ей помочь. Ей становится хуже, – сказал Кассиус, посмотрев на Скарлетт и плотнее укутав ее в плащ. – Временами у нее случаются… приступы, даже после приема снадобья. Похоже, с возрастом ситуация ухудшается. Последние несколько месяцев выдались особо тяжелыми. Как в ту ночь, когда она начала дымиться. Если понимаешь, что происходит, то сделай что-нибудь.

Сорин в раздражении провел руками по волосам.

– Не уверен, смогу ли я.

– Сорин! – воскликнул Кассиус. – Посмотри на нее! Она не может продолжать в том же духе до конца своих дней.

– Я пытаюсь, – процедил Сорин сквозь зубы, чувствуя, что его самообладание пошатнулось.

– Так пытайся получше. Покажи, что тебе не наплевать, – рявкнул Кассиус, снова повышая голос.

– Она фейри, Кассиус. Здесь я не в состоянии ей помочь, – огрызнулся Сорин.

– Она – кто? – ахнул тот и уставился на Сорина.

– Фейри, причем очень могущественная.

– Это невозможно, – прошептал Кассиус, переведя взгляд на бесчувственную женщину, которую сжимал в объятиях.

– Хотел бы и я так сказать – сам не понимаю, как это получилось, – но она, без сомнения, фейри, – заверил Сорин, понизив голос на последних словах. Воцарилась такая тишина, что стали слышны отзвуки вечеринки. – Я думаю… – Он вздохнул. – Думаю, отвар каким-то образом подавляет ее магию, хотя в землях смертных она вообще не должна иметь к ней доступа. Во всяком случае, без вот этого кольца.

Кассиус осторожно поднял правую руку Скарлетт и осмотрел кольцо.

– Она носит его постоянно. Оно принадлежало ее матери.

– Не постоянно, – возразил Сорин. – Она неосознанно пользовалась магией, даже когда не надевала его. Я видел своими глазами. Да, мне говорили, что кольцо принадлежало ее матери, но где она…

Ее мать.

Быть того не может!

– Сколько ей лет? – тихо спросил Сорин.

– Что?

– Скарлетт. Сколько ей лет?

– Девятнадцать. А что?

Сорин закрыл глаза. Элинé ушла почти двадцать лет назад, посреди ночи, не сказав никому ни слова. А теперь в землях смертных обнаруживается потерянное дитя фейри, владеющее магией огня и воды. Магия не терпит совпадений.

– Как звали ее мать?

– Элинé, – ответил Кассиус. – Элинé Монро.

Скарлетт так и не назвала имя матери, да он особо и не настаивал, считая, что это не имеет значения. Муж Элинé погиб на войне, так что ей не от кого было зачать ребенка.

Так он думал.

– Что ты только что выяснил? – протянул Кассиус.

– Объясню позже. Нужно отнести ее домой.

– Сорин, – сказал Кассиус, крепче прижимая Скарлетт к себе. Она неосознанно обняла его за шею и тихонько застонала. – Если она действительно фейри, ей нужно отоспаться вне поместья. Там для нее небезопасно.

– Что значит – небезопасно? По ее словам, она прожила там весь последний год, – возразил Сорин.

– Там есть… – Кассиус замялся. – Поклянись, что никому не проболтаешься.

– Даю слово.

– Вокруг поместья выставлены магические заслоны. Если на территорию попадает не-смертная сущность, лорд Тинделл тут же узнает об этом, – негромко признался Кассиус.

– Как? Откуда тебе известно? Как это возможно? – потребовал ответа Сорин.

Он никогда не чувствовал ничего необычного. С другой стороны, в королевствах людей и не должно быть магии. Его собственная не работала. Как же он мог ощутить присутствие других чар? Усилием воли Сорин подавил скрутившую желудок тошноту. Подумать страшно: Скарлетт находилась в доме, где знали, кто она такая, но ничего не предпринимали. Почему ей не сказали?

Лучше спросить: почему ее не убили? Фейри не дозволено находиться на землях смертных, не говоря о том, чтобы тут жить. В случае обнаружения их немедленно выслеживали и уничтожали, если удавалось поймать.

– Эти заслоны поставил я, – ответил Кассиус.

Сорин расширил глаза от удивления.

– Ты?

– Да, я, – огрызнулся Кассиус. – Но для подобной дискуссии сейчас неподходящее время – и место тоже.

– Лорд Тинделл знает? – спросил Сорин шепотом.

– Если она не человек, то да, он знает. Ему известно, что и ты тоже не смертный, – подтвердил Кассиус. – Побудешь с ней, пока я найду лошадей? Я придумаю, куда ее отвезти, чтобы она смогла принять отвар.

– Можно ко мне домой, – предложил Сорин. – Отдай ее мне.

Кассиус осторожно передал Скарлетт Сорину, и девушка прижалась к нему, положив руку ему на грудь.

– Спрячься и постарайся, чтобы она вела себя тихо. Скорее всего, она проснется и начнет кричать.

Прежде чем Сорин успел спросить, что означает последнее замечание, Кассиус сорвался с места и бросился бежать.

Разве на пляже есть укромное место, где можно было бы укрыться?

– Сюда, фейри-недоумок, – вдруг услышал он голос, шелковистый и текучий как мед.

Повернувшись, Сорин увидел идущую по песку Нури. Она поманила его за собой. Держась в тени скалы, они подобрались к небольшой пещере.

– Кассиус догадается, где тебя найти, – сказала девушка, когда они оказались внутри.

Сорин сполз вниз по стене, прижимая к себе Скарлетт. Она дрожала от холода. Нури осталась стоять, наблюдая за ними.

– Ты знала, что это случится? – спросил он.

– Да. Я несколько раз видела подобное, когда она не пила отвар. Она будет приходить в сознание и снова проваливаться в небытие, пока не примет более сильную дозу, – пояснила Нури. – Ты можешь ее согреть?

– Если надену ее кольцо, то смогу, – ответил Сорин.

– Ее кольцо? Это неожиданно, – подняла брови Нури, приближаясь.

Плавным движением она опустилась на корточки и осторожно сняла кольцо с пальца Скарлетт.

– Сколь много тебе известно, дочь ночи? – спросил Сорин, надевая кольцо на руку. – Какими еще сведениями ты не поделилась?

– Тот же вопрос я могу задать тебе, Огненный фейри, – промурлыкала Нури.

Внезапно Скарлетт вскрикнула от боли и вырвалась из рук Сорина. Она приземлилась на четвереньки, и ее сотрясли рвотные позывы, изо рта повалил густой черный дым.

Нури небрежно встала и отступила на пару шагов.

– Успокой ее, генерал. А я пойду поищу Кассиуса.

– Что ты сделаешь? – переспросил Сорин, переведя на нее взгляд. – Ты собираешься оставить ее здесь?

– Нет. Я оставлю ее с тобой, – просто ответила Нури и исчезла.

Скарлетт опять закричала, зажав руками уши.

– Пусть это прекратится, – задыхалась она.

Сорин рывком опустился перед ней на колени. Глаза у нее были не обычного льдисто-голубого цвета, а золотистыми, с клубящимся в них дымом. И смотрела она сквозь него.

– Кассиус! – завопила она. – Мне нужен Кассиус. Он может остановить это.

Она задыхалась и, будучи не в состоянии набрать в легкие достаточно воздуха, билась в конвульсиях. Кончики ее пальцев начали дымиться, обволакивая запястья и руки. Сорин протянул к ней ладонь, но Скарлетт отпрянула. Попытавшись сделать вдох, она закашлялась и, поперхнувшись, начала хватать ртом воздух.

– Скарлетт, – прошептал Сорин.

Он никогда не видел ничего подобного. Ему приходилось наблюдать, как молодые фейри учатся контролировать свою магию, но такое зрелище впервые открылось его глазам.

Скарлетт завопила, стала рвать на себе волосы.

– Кассиус!

Этот звук вывел Сорина из ступора. Он схватил ее за запястья и, когда она задергалась, сжал крепче.

– Скарлетт, – позвал он, на этот раз громче. Повелительно. – Скарлетт, посмотри на меня.

Она подняла на него глаза, и в них мелькнуло узнавание.

– Мне нужен Кассиус, – всхлипнула она. – Он может заставить это прекратиться.

– Кассиуса здесь нет. Все, что у тебя есть, милая, это я. Позволь тебе помочь. – Он потянул ее за руки. – Отпусти, Скарлетт. Отпусти. – Он осторожно высвободил волосы из ее пальцев. Девушка дрожала, и Сорин послал по ее коже струю тепла. – Дыши, милая. Сделай вдох.

– Не могу, – пропыхтела она. – Мне нужен Кассиус.

– Он придет, Скарлетт. Просто вдыхай.

– Сделай так, чтобы это прекратилось! – вскричала она, задыхаясь от рыданий, и зажала уши руками, точно услышала что-то невыносимое. – Сорин, останови это! Пожалуйста! Пожалуйста!

Сорин усадил девушку к себе на колени, оторвал ее руки от ушей и крепко обнял. Он послал ей еще одну волну тепла и заставил положить голову себе на грудь.

– Я здесь, Скарлетт. Я здесь. Я никуда не уйду, – уговаривал он, нежно баюкая ее. – Дыши.

– Не могу, – с трудом отозвалась она, вцепившись в его рубашку, как будто сопротивляясь его прикосновениям.

– Можешь и сделаешь это. Давай же, дыши, – приказал он.

Сорин почувствовал, как Скарлетт глубоко вздохнула и вздрогнула.

– Еще раз, – велел он.

Второй дрожащий вдох наполнил ее легкие, а тело, секунду назад напряженное, обмякло.

– Мне нужен Кассиус, – прошептала она едва слышно.

– Знаю, милая. Он спешит к тебе, – заверил Сорин, откинув голову и упершись ею в стену.

Дыхание Скарлетт оставалось неустойчивым, но, по крайней мере, она перестала биться в конвульсиях. Сорин не заметил, в какой момент она потеряла сознание, и крепко прижал к себе.

Несколько минут спустя в пещеру вошел Кассиус и окликнул его.

– Пойдем, – сказал он, подбегая к Скарлетт и подхватывая ее на руки. – Она что-нибудь сказала?

– Сказала ли она что-нибудь? – прорычал Сорин. – Да она, черт возьми, чуть не вспыхнула! Из нее валил дым, и она едва не вырвала себе все волосы!

– Зато теперь ты точно знаешь, что происходит, когда она не принимает снадобье, верно? – с горечью ответил Кассиус.

– Никогда не видел ничего подобного, – ответил Сорин, не желая вступать в словесную перепалку. – Она все время кричала, чтобы это прекратилось. И звала тебя.

– Не сомневаюсь, что так и было, – ответил Кассиус, быстро шагая по песку. – Она потеряла сознание, потому что не могла дышать?

– Нет. Дышать я ее заставил, – ответил Сорин, увидев привязанных лошадей.

– Впечатляет. Мне вот иногда не удается, и тогда она теряет сознание от боли и недостатка кислорода. – Они подошли к лошадям. – Возьми гнедую, – велел Кассиус, кивком подбородка указывая на кобылку. – А я передам тебе Скарлетт.

– Хочешь, чтобы она поехала со мной?

– Да. Мне нужно убедиться, что за нами не следят. Нури тоже будет нас охранять, – добавил Кассиус. – Живее! – Сорин вскочил в седло и принял Скарлетт у него из рук. Когда она прижалась к его груди, Кассиус сел на другую лошадь. – Нельзя, чтобы нас с ней заметили, иначе это непременно дойдет до лорда Тинделла и Лорда наемников.

– А Лорду наемников известно, что она фейри? – спросил Сорин, подгоняя кобылку.

– Не знаю. И не уверен, что хочу знать, – ответил Кассиус, вырываясь вперед и ведя их на боковую улицу. – Следи, чтобы она молчала.

– Она же без сознания.

– Это ненадолго.

– Почему мы не дадим ей отвар прямо сейчас?

– Потому что прежде нужно доставить ее в безопасное место. Как только она примет снадобье, разбудить ее не получится. Сейчас, если потребуется, она может проснуться и сражаться. Это будет ужасно, но она справится. Инстинкты выживания возьмут верх, – пояснил Кассиус, сворачивая в темный переулок.

– С кем ей сражаться? Кто осмелится напасть на нее, пока она с нами?

– Ты представления не имеешь, кто за ней охотится, – тихо пробормотал Кассиус.

– Чтобы убить – ты это имеешь в виду?

– Нет, Сорин, очень немногие хотят ее смерти.

Скарлетт зашевелилась, и он крепче прижал ее к себе.

– Кассиус, – простонала она, выгибаясь дугой.

Кассиус повернул голову в их сторону и послал Сорину выразительный взгляд.

– Шшш, – пробормотал Сорин на ухо девушке. – Кассиус здесь, Скарлетт. Рядом.

Она резко распахнула глаза и уставилась на него.

– Сорин?

– Да, милая. Я с тобой.

– Ты заставил это прекратиться, – выдохнула она.

Она выдержала его взгляд с облегчением и сосредоточенностью.

– Рад, что смог помочь, – ответил он с натянутой улыбкой.

– Ты заставил это прекратиться, – снова пробормотала она и, протянув руку, неуверенно дотронулась до его губ.

Кончики ее пальцев были покрыты инеем, от морозного прикосновения по коже Сорина пробежал холодок. Улыбнувшись, он дохнул ей на руку, направляя струю магии, и иней мгновенно растаял.

Кассиус сбавил скорость и теперь ехал рядом с ними по тихой улочке. Они находились в нескольких кварталах от апартаментов Сорина, но короткие пути и переулки, которыми они пробирались, были ему незнакомы.

– Кас, – тихо позвала Скарлетт, не сводя глаз с Сорина. – Он это прекратил.

– Я слышал, Морская Звездочка, – ответил он. – Мы почти на месте, скоро сможешь поспать.

– Хорошо, – вздохнула она.

Веки девушки опустились, голова прижалась к груди Сорина. Не задумываясь, он поцеловал ее в макушку и, сообразив, что сделал, стрельнул взглядом в Кассиуса.

– Многие хотят ее заполучить, – сказал тот, устремив на Сорина свои карие глаза.

Сорин сжал челюсти.

– Я не один из них.

Кассиус выгнул бровь, но ничего не сказал. Подъехав к комплексу, он спешился первым и принял Скарлетт у Сорина из рук, чтобы дать ему возможность тоже спуститься на землю. После чего они быстро и бесшумно поднялись в квартиру, и Кассиус уложил Скарлетт на диван.

– Отвар в потайном кармане, – сообщил он, протягивая Сорину плащ, а сам осторожно встряхнул девушку за плечи. – Скарлетт. Морская Звездочка. Ты должна выпить снадобье.

Она открыла глаза, и Кассиус вскочил на ноги.

– Сорин, – тихо позвал он.

Сорин оставил поиски и повернулся к ним. Оказалось, что глаза Скарлетт уже не золотые и не льдисто-голубые. Они стали серебристыми и светились. В них клубилось что-то похожее на дым – и вокруг тела девушки медленно кольцами свивался такой же.

– Что с ней происходит? – недоуменно спросил Кассиус.

Скарлетт наклонила голову при звуке его голоса и посмотрела так, словно не узнала.

– Понятия не имею, – медленно ответил Сорин. – Но рискну предположить, что это просыпается ее магия. Найди отвар.

Сунув плащ в руки Кассиусу, фейри шагнул к Скарлетт. Клубящийся дым ударил в него, и он воздвиг вокруг себя огненный щит. Дым отпрянул от пламени. Не дым, вдруг сообразил Сорин, а тени.

Невероятно.

– Вот, – раздался у него за спиной голос Кассиуса. – Заставь ее выпить. Тогда она почти мгновенно уснет.

Сорин завел руку назад и почувствовал, как в ладонь вложили пузырек. Не сводя глаз со Скарлетт, он медленно склонился над ней.

– Эй, милая, – позвал он. – Как ты?

– Я же просила не называть меня так, – отозвалась она охрипшим от криков голосом.

Сорин изумился. Выходит, она это помнит?

– Может, мне нравится так тебя называть.

– А мне плевать на то, что тебе нравится, – прошептала она.

– Лгунья, – прошептал он и, медленно подняв руку, положил ей на затылок. Кассиус откупорил флакон, который Сорин держал в другой руке. – Что мне нравится, а что нет, мы обсудим позже. А сейчас пей… милая.

Он поднес флакон к ее губам и, не убирая ладони с затылка, заставил отклонить голову. Скарлетт быстро проглотила снадобье. В тот же миг ее глаза стали льдисто-голубыми, а дым и тени исчезли. Девушка вымученно вздохнула.

– Когда я проснусь, надеру тебе задницу за то, что ты меня так назвал, – пробормотала она, смежила веки и провалилась в сон. Ее дыхание быстро выравнивалось.

Сорин коротко хохотнул, осторожно вытаскивая руку из-под ее головы.

– Скорее всего, проспит два дня, – прочистив горло, сообщил из-за его спины Кассиус. – Мне нужно вернуть лошадей и решить, что сказать в поместье. Попрошу Таву принести для Скарлетт смену одежды. Позже зайду ее проведать и объясню, что смогу.

– Хорошо, – ответил Сорин, передавая ему пустой пузырек.

– Я никогда не видел у нее таких глаз, – тихо сказал Кассиус. – У всех фейри так? Твои глаза тоже творят подобные штуки?

– Нет, – ответил Сорин, возвращаясь взглядом к спящей на диване женщине. – Мои глаза так не делают. Я не знаю, что это было.