Боссом пещеры оказался громадный голем.

Я как-то встречал на островах горгулью, которая была ростом в четыре метра. Босс подземелий был таким же, только без крыльев и пошире в плечах. Вдобавок его изрядно усилила ночь.

Самый рослый латник был Кошмару по пояс. И дела у группы обстояли не слишком радужно — кулаки голема светились багровым, размахивал он ими быстро и технично, и латы мужчин были изрядно помяты.

Инна, полностью обратившаяся, застыла в двадцати метрах от группы. Мешок девушки был огромным: не меньше полутора метров в высоту и метра в ширину. Кожа Инны посерела до цвета пергамента. Предательница вытянулась до двух с половиной метров в высоту, став еще тоньше, но до невозможности костлявые руки легко удерживали мешок на весу. Девушка походила на огородное пугало, которое кто-то нарядил в короткие детские вещи.

Пока на меня не обращали внимания, я огляделся.

Логово босса было размером со стадион, и выглядело мрачно. На полу — потеки застывшего камня. Закопченные пламенем стены. Багровое озеро лавы у дальней стены. Логово будто перенесли сюда из недр ада. Хотя возможно, это место действительно телепортировали сюда вместе с боссом — я не знаю, на что способна магия этого мира, и как действуют пещеры.

Инна заметила меня первой, но вместо того, чтобы предупредить команду, спокойно мне кивнула. Это меня смутило — я уже готов был рвануться вперед и вырубить девушку.

Прежде, чем я успел понять, от чего такая дружелюбность, голем мрачно взревел и молниеносно ударил в нагрудник перевертыша с волчьей мордой. От удара парень отлетел в сторону Инны.

Оглушенный оборотень встал на четвереньки, попытался подняться, но к нему уже широкими прыжками мчалась Инна. Мешок в руках девушки увеличился еще больше, и она, словно злой фокусник, надела его на латника. Когда она перевернула мешок, парень исчез.

Под обликом девушка походила на Бабу-Ягу, укравшую ребенка. Теперь понятно, почему она не хотела перевоплощаться в компании с подругами и использовать всю силу облика.

Похоже, Инна гораздо мстительнее подруг и решила по-своему отомстить команде, кинувшей нас?

Я кивнул девушке в ответ, и ускорился, двигаясь к монстру. Без этих латников я не смогу одолеть голема, а без меня обречены на поражение они.

Пусть я и ускорился до предела, забирая всю силу, которую мог дать мне облик, воздух не казался мне вязким, как в сражении с демоном. Хотя двигался я на порядок быстрее каждого участника битвы, они не казались мне застывшими манекенами.

По пути подхватил отлетевший клинок латника. Видимо, заклятье было и на нем — я напрягся, чувствуя, будто тяну за собой наковальню. Оружие весило чудовищно много, даже чтобы просто удержать его, требовалась куча усилий.

И они того стоили. Добежав до голема, я рубанул его по колену, используя инерцию и чудовищную тяжесть оружия.

От удара во все стороны брызнул раскаленный камень.

Голем зашатался, и латники воспользовались моментом. Четверо бойцов обрушились на Кошмара со всех сторон, нанося удары на уровне коленей и щиколоток. Я снова размахнулся, используя циркулирующую по телу Ци и нанес еще несколько ударов, усиливая каждый из них, насколько мог.

Голем восстанавливался — выплескивающаяся из ран лава застывала, но не так быстро, как мы его рубили. голем пытался бить по латникам, пытался отогнать меня, но все сбитые вставали, а меня его медленные удары не заботили.

Примерно через половину минуты реального времени голем потерял равновесие и с грохотом рухнул на каменный пол.

Подняться не успел. Эдгар не терял времени — пацан выхватил из ножен на поясе копье, светящееся голубым светом, и вонзил его в затылок монстра примерно на сантиметр. Раздался треск, повеяло чудовищным холодом, и голем начал осыпаться пеплом. Копье, потеряв вложенную силу, превратилось в обычную деревяшку.

Мы стояли среди этого хаоса. Я дышал тяжело и заполошно — за половину минуты я прожил все пять. Латники сгруппировались, на их лицах было и облегчение от того, что бой закончился, и опаска — кто знает, как я себя поведу.

Я выпустил меч, и клинок со звоном упал на пол. Думал, от пола полетит каменная крошка, но нет — как только я выпустил клинок из рук, тот потерял вложенный вес.

— Спасибо, что помог, — сказал латник, в глубине глаз которого тлела тьма. — Магия против этого здоровяка была бесполезна, пришлось мечами ковырять… А где Мишаня?

Вместо ответа я вынул из ножен кинжал и ускорился до предела. Лениво увернулся от черной плети, выросшей из ладони мага, и ударом по нагруднику — легким, без всякого вложения Ци, отправил его в сторону Инны. Потом поступил так же с двумя латниками без обликов, стараясь не убивать людей.

С латником, кожа которого пестрила и рябила, как изображение телевизора, пришлось повозиться. Сперва я чуть не вляпался в дымку в воздухе, от которой веяло опасностью. А потом — не смог его ударить. Каждый раз, когда я бил кулаком или кинжалом, фигура рябящего вдруг мигала и искатель оказывался вне зоны удара. Более того — он пару пытался атаковать меня, оказываясь за моей спиной с клинком. Благо, двигался он, как сонная муха.

А потом я догадался обойти искателя и ударить его по затылку рукоятью кинжала. Дезориентированный мужчина не смог уклониться от следующих ударов, и вырубленный, отлетел к Инне, которая упаковала его, как и всех остальных.

Я дрался с рябящим не дольше десяти секунд, но за это время Эдгар едва не сбежал. Увы для него, я двигался гораздо быстрее.

С реальным предателем я решил повозиться подольше.

Первый удар кинжалом разрезал ремень, удерживающий панцирь на Эдгаре. Еще череда ударов — и остальные доспехи спадают с парня. Замечаю медный браслет на руке. Пытаюсь сорвать его, но металлические пластины словно вросли в плоть. Эдгар вопит, будто я с него кожу сдираю:

— А-а-а! Ты чего творишь, изверг⁈

— Либо ты сейчас снимаешь с себя браслет и даешь мне, либо я отрубаю тебе руку, — подкинул я многострадальный кинжал.

Эдгар думал недолго — так как мы никого не убивали на его глазах, паренек послушался.

Его кожа начала терять здоровый цвет, стала бледной, почти прозрачной, словно кровь перестала циркулировать должным образом. Появились прыщи на лице. Мускулы сдувались, таяли на глазах. Вздувшиеся вены пропадали. Лицо стало изможденным, глаза впали и потеряли блеск. А браслет становился шире, толще. Когда паренек снял массивный медный артефакт и протянул мне, его рука дрожала от усилий.

Я закинул браслет в мешок, и сказал:

— Инга.

— Подожди! — поднял руки паренек. — Нет!..

Но прежде, чем он начал угрожать или решил как-то уболтать нас, Инна надела на него мешок.

— Что ты собираешься делать с ними? — спросил я, когда и остальные оказались в мешке.

Девушка пожала плечами:

— Не хотелось бы делать с ними ничего хорошего. Но они живы и не задохнутся, если ты об этом.

— Тогда предлагаю найти пустой остров и оставить их там. А спасет ли их кто-нибудь, или помрут от голода, уже не наша проблема.

— Это все равно, что убийство, — прогудела девушка, не спеша отменять облик.

— Во-первых, у них есть еще одна жизнь, и мне кажется, что в этом мире они лишние. А во-вторых, не такое уж и убийство — у них будет время договориться с кем-нибудь в реальности, чтобы их спасли. К тому же, далеко отсюда мы их не высадим, а по небу вблизи этого острова снуют другие. Смогут оправдать себя в глазах искателей, их спасут.

Инна думала не долго — спустя десяток секунд наклонила голову, соглашаясь.

С помощью мешка девушки я собрал мечи команды, по-прежнему дьявольски тяжелые. Забрал облик, доставшийся мне от босса. Выглядел тот, как перчатка Таноса, только сплошь из серого камня и без кристаллов бесконечности.

Выход из пещеры обнаружился здесь же.

В этом мире все еще стояла ночь. Пройдя в полной темноте по узкому ущелью, задевая стены и чертыхаясь, мы вышли к тропинке, которая привела нас к причалу, где стояли три девушки.

— Ты в порядке? — сразу спросила Даша Инну. — Игра была отпад! Клева поверила!

— Да и команда плохих ребят не сомневалась, — сказала Инна.

— Если честно, даже я поверил в твою игру, — говорю девушке, которая по-прежнему держала облик.

— Чтобы Инна нас предала? — рассмеялась Даша. — Да мы друг друга…

Девушка осеклась, а мы вежливо притворились, будто ничего не слышали.

— У меня в мешке спрятано несколько живых Кошмаров, — призналась Инна. — Думала, что выпущу их, когда та команда будет драться с боссом. Но вышло еще лучше. Кстати, по поводу того, что я чувствую себя бесполезной, я не врала. Хожу с вами, в бои не вступаю и вообще чувствую себя условной сумкой.

— А где латники, кстати? Вы их убили?

Прозвучало без всякого негатива, будто девушка спрашивала о погоде. Остальные тоже не изменились в лице.

Может, в самом деле стоило перерезать им горло, но несмотря на предательство Эдгара, я не думал, что они того заслужили. Да, с нашей помощью они прошли к боссу, не потратив сил. Да, предложили нам отвлечь змей, намекая на плохие последствия, если откажемся. Но будь на нашем месте другая команда, более слабая, они бы приняли такое с радостью, без проблем побегали от змей и вернулись обратно к причалу по зачищенному. Вдобавок эти шестеро не польстились на мой облик, облик Клевы и Инны. Будь на их месте отмороженные негодяи, они бы попытались вскрыть нам глотки ради трех обликов, а оставшихся двух искателей бросили бы в пещеру, отвлекать змей. Эти же не хотели нашей смерти — они жаждали убить босса и получить награду.

В общем, по моему мнению, смерть они не заслужили. Это не тот самый лучник, пустивший стрелу мне в спину ради облика. Вот его смерть, как и боль до нее, были всецело оправданы.

— Они в мешке, — ответила Инна. — Мы решили оставить их на нейтральном острове. Опишем на форуме их поступок, только координаты не укажем. Если их захотят спасти, так тому и быть.

Так и решили.

Следующие пятнадцать минут мы были заняты разбором добычи. Инна выгрузила перед каждым из наших островов по пять мартышечьих тел. Я сразу затащил свою добычу на остров, откуда та отправилась на склад. Новой единицы серебра в четырех телах не наскреблось, но я сегодня получил достаточно, чтобы не жаловаться. Вдобавок, я убедил девушек отдать мне пять клинков, каждый из которых они и поднять бы не смогли.

Затем мы вылетели стайкой из пяти островов на поиски острова для латников — все нейтральные острова, которые были рядом с Пещерами, уже переработали на очки захвата. Ближайший мы нашли только к утру.

Солнце медленно разгоралось, заливая мягким светом мой летающий остров. Я стоял за рычагом, наслаждаясь прохладой утреннего ветерка. Внизу, подобно бескрайнему морю, простирались облака.

На границе этих облаков я и заметил остров. Посередине него располагались руины, а края заросли густой травой.

Я закричал, привлекая внимание девушек, махнул рукой в сторону острова, а потом — направил базу вниз.

Когда мы подошли ближе, я увидел, что руины представляют собой остатки старинного храма или замка. Массивные каменные блоки, поросшие мхом и лианами, громоздились друг на друга.

Я спустился на поверхность нового острова и осмотрел руины. Внутри оказалось прохладно и тихо, монстров не было. Солнечные лучи пробивались сквозь заросли лиан сверху, создавая причудливую игру света и тени. В воздухе витал запах сырости и прохлады. Самое то, чтобы пересидеть тут несколько долгих жарких дней. Сам бы остался, ага.

Остальные тоже причалили к острову, и я поспешил к ним.

— Девушки, во избежание недоразумений предлагаю вам вернуться на свои острова, пока мы с Инной достаем из мешка нашу бравую команду. Не думаю, что они будут согласны добровольно отдать облики, а за пеленой купола вы будете в безопасности.

Инне было безразлично, в каком порядке вытряхивать из сумки вещи и людей, поэтому первым достали оборотня.

Искатель явно готовился, но наконечник моего копья уже застыл у его горла.

— Сними доспехи и отдай облик, — приказал я.

Оборотень зыркнул по сторонам: видимо, отыскивая товарищей. Тогда пришлось надавить копьем на шерсть.

Искатель глухо зарычал.

— Иначе я сломаю тебе лапы и все равно его заберу, — жму плечами.

Мужчина скалится, потом медленно превращается в человека, снимает шлем и кладет его на землю. Затем начинает расстегивать ремни доспехов. Его движения резкие и нервные.

Последним на землю летит волчий клык на веревке.

— Тебе конец, — обещает он. — У меня есть друзья. Кем бы ты ни был, теперь ходи и оглядывайся.

Я не ответил, только указал на руины. Искатель хмуро посмотрел на меня, но пошел в развалины.

Следующим был искатель с черными глазами. Здесь уже без проблем не обошлось: мужчина попытался снова призвать черную плеть, и взвыл, когда я попал копьем по его ладони.

— Облик! Сейчас, ну! Облик и доспехи!

Маг помедлил, и я снова отвел копье.

— Ладно! Ладно… Держи, будь ты проклят! — бросил он к моим ногам кольцо. Затем, с трудом двигая окровавленной рукой, начал снимать кожаный нагрудник.

С телепортатором даже диалога не было. Не желая гоняться за ним по всему острову, я приготовился снова бить его по шлему, но не потребовалось — мужчина по-прежнему был в отключке. Пришлось раздевать его самостоятельно.

Следом шли двое обычных гвардейцев.

— Я слишком стар для этого, — пробормотал мужчина лет сорока пяти. — Оставлять меня здесь — это приговорить к смерти. Прошу вас, проявите милосердие.

— В руины, — коротко приказал я.

Эдгар вывалился последним, сразу же отполз от Инны. За несколько мгновений прикинув ситуацию, искатель заорал:

— Только не так! Черт, только не на чужом острове! Я знаю крафтеров, слышите⁈ Бронника и оружейника! Они могут создавать вещи для вас: кольчуги, латы, всякие мечи, копья, кинжалы! Вы озолотитесь!

— Девушки, хотите озолотиться? — спросил я.

Девушки покачали головами и отказались. Я их прекрасно понимаю — если крафтер создает шикарные вещи, зачем ему посредники в нашем лице? Он прекрасно продаст их через аукцион и без третьих лиц.

— Хотя бы дайте нам еды или воды! — надрывался Эдгар.

— Как только я продам один комплект доспехов, на вырученные ресурсы закуплюсь едой у Кошмарного торговца и отдам ее вам. А сколько ее будет, и какого качества — меня абсолютно не интересует.

И я сдержал обещание — обменял наиболее помятый комплект доспехов на ресурсы, достал со склада пять кило мяса, и даже пару бутылок воды не пожалел для парней. Пару дней они на таком пайке протянут, а дальше все будет зависеть от их социальных навыков. Уболтают кого-нибудь отыскать и спасти их — спасутся. Нет — будут сидеть без воды и мучаться от жажды еще неделю, или сколько там может прожить человек без питья?

Забегая в будущее — я не подозревал, что именно мы дадим старт парящим островам, которые начнут использовать в качестве тюрем и загончиков для рабов. Идея была на виду, но именно мы реализовали ее первыми.

Отходим к краю острова, где припарковали наши базы.

— Какой трофей латников заберешь себе? — сразу спрашиваю Инну. Она единственная из девушек, кто еще не получил облика в этом походе, хотя не будь ее, пришлось бы придумывать, что делать с искателями. Да и мартышек бы мы по островам не растащили.

— Мне все равно, — жмет плечами девушка. Тогда я протягиваю ей облик мужчины с тьмой в глазах. Единственное, что я видел от этого облика — черная плеть. Не слишком впечатляюще.

— Как думаешь, гуманно ли держать людей в заключении на этом летающем острове? — спросила Клева.

— У нас здесь нет законодательства и обеспечения порядка. Максимум — мимо будет проходит Краун и погрозит пальчиком людям, которые заняты чем-нибудь нехорошим. Мне кажется, запереть этих товарищей на острове — лучше, чем гуманно скинуть вниз. К тому же, я думаю свежий воздух и одиночество пойдут им на пользу. Здесь даже есть место для коротких прогулок. С другой стороны, если у них есть хорошие знакомые, они свяжутся с ними в реальности, и их отсюда вытащат. А пока они могут посерфить облака и подумать о жизни.

— Мне тоже это кажется более гуманным поступком, чем быть запертым в где-нибудь в тесной камере с такими же подонками, — кивнула Даша. — Ладно, мы отчаливаем. Кин, пиши нам!

— Обязательно! — соврал я, и девушки полетели в сторону острова с пещерами.

Вернувшись к себе, отчалил прочь и занялся своим весьма интересным делом: инвентаризацией экспроприированных ценностей. Подойдя к подзорной трубе, я принялся осматривать добытые облики.

Облик Медной Статуи. Направление: усиление тела. Ранг: дерево (5/10).

Явно получен от не слишком сильного противника. Все, что Эдгар показывал, не выходило за пределы человеческих возможностей.

Интересно, а если тренироваться под этим обликом, тренировки повлияют на реальное тело? А если нет, то повлияют ли они на облик, или сколько бы ты не жал от груди штангу, не сможешь выжать вес больше того, который поднял в первый раз?

Надо будет посмотреть форум — может, там есть ответы.

Именно поэтому, кстати, культивация и работа с Ци мне нравятся больше, чем возня с обликами. Там я расту самостоятельно, и мои силы никто не отнимет, в отличие от облика, который отнять можно — Эдгар свидетель. В перспективе я обгоню и паучиху. Уверен, что если бы мы встретились через месяц, посвященный практике Ци, я со своим обликом мумии сломал бы ее в одиночку, несмотря на весь ее облик серебряного ранга.

Облик Каменного Голема. Направление: крепость, восстановление. Ранг: серебро (8/10).

Восстановление? Не совсем «регенерация», но думаю, эффект будет схожий. Под этим обликом ты скорее всего покроешься камнем, или кожа превратится в каменную оболочку. Не знаю, залечит ли свое увечье инвалид, если получит такой облик, но предполагаю, что все недостаточно сильные раны, полученные под таким обликом, затянутся.

Остальные два облика, которые я получил от существ подземелья, были не слишком впечатляющими и довольно однообразными:

Облик Огнедышащей Змеи. Направление: огненные атаки. Ранг: медь (1/10).

Облик Лавовой Гончей Направление: огненная атака. Ранг: медь (1/10).

Пойдут на корм бинту, благо ранг подходит.

Облик Оборотня. Направление: регенерация, сила ночи. Ранг: медь (5/10).

Целых два таланта? Слишком жирно для медного облика. Вот он, думаю, мог бы помочь какому-нибудь инвалиду или больному. Я бы даже протестировал его на ком-нибудь, если бы это не стоило мне никаких усилий и не грозило разоблачением.

Облик Пространственного Рифтера. Направление: телепортация, работа с пространством. Ранг: железо (8/10).

Неудобный противник. Постоянно ускользающий от удара, да еще и работающий с пространством. Думаю, дай я ему минуту, он окружил бы себя той дымкой, и я не смог бы до него добраться. А там — кто знает, смог бы искатель телепортироваться к себе на остров, если бы ему дали достаточно времени.

У меня нет родственников, которым нужна срочная медицинская помощь, но на случай, если появятся, можно оставить себе облик с регенерацией. Каменную перчатку, оставшуюся от голема, можно обменять на железные облики, которые потом скормлю бинту. И все, остальные не слишком-то и интересны, не слишком и нужны.

На всякий случай я решил попытаться воспользоваться другим обликом. Снял и отложил бинт, взял в руку облик лавовой гончей и попробовал активировать его.

В тот же миг через мое тело прошла волна жара, словно мне на плечи вылили чан с горячей водой. Пальцы руки, в которой я сжимал артефакт, мгновенно онемели, и я почувствовал, как энергия амулета начала вливаться в меня. Это было нечто чужеродное и враждебное, будто разумный и ненавидящий все живое огонь.

Сердце забилось быстрее, дыхание стало прерывистым. В висках начала пульсировать боль, которая усиливалась с каждой секундой. Мои ноги подкосились, и я упал на колени. В голове кружились образы и звуки всепожирающего огня. Артефакт выпивал из меня жизненные силы и сжигал их в своем пламени. Я попытался отпустить его, но пальцы вопреки моей воле сжимались вокруг каменного облика.

Собрав последние силы, я выцарапал артефакт другой рукой и отбросил его на пол. Волна жара отступила так же внезапно, как и пришла. Я тяжело дышал, лежа на холодном каменном полу. Тело болело, словно после избиения, а в голове пульсировала боль.

Понятно… Никаких артефактов, кроме облика мумии, пока не узнаю, есть ли способ поменять облик, или использовать сразу два.

Я поднялся на ноги, переждал головокружение и дошел до дисплея.

Теперь осталось проверить, есть ли ритуал Эклектики в чате. Если все-таки найду его, то использую облик, чтобы усилить бинт. Не найду — придется искать в реальности.