— Э-э… Неужели все игроки из «Инсектсайта» оказались в одном месте? И насекомые, и эйморы?

— Yeah[7 - — Ага (англ.).].

— Но ведь это могло закончиться огромной проблемой.

— Могло и закончилось, — подтвердила Хайми.

Биминг и остальные, которые слушали наш разговор в переводе Эгиля, тихо выругались. Хайми подождала, пока они угомонятся, и вновь заговорила:

— За первые несколько часов после конвертации эйморы перебили почти всех сиксов — так называют насекомых, потому что у нас по шесть ног. Мне и самой не удалось спастись. Конечно, мы воскресли благодаря отсрочке, но остались без стартового снаряжения и возможности нанести ответный удар. Тем не менее почти все сиксы решили не уходить из стартовых развалин. Только моя стая поняла, что эта отсрочка не продлится вечно, и решила бежать.

— Стая? Это у вас гильдии так называются?

— Yeah. Может, по нам и не видно, но моя стая входила в десятку сильнейших в «Инсектсайте». Вот только без снаряжения мы двигались медленно, и отсрочка скоро подошла к концу. Из развалин за нами погнались эйморы, так у что у нас было no way out… Как это по-японски?

— Э-э… Ни туда ни сюда, например…

— Вот-вот. И когда всё стало совсем плохо, я получила сообщение от Арго.

Я выдохнул, наконец-то начиная понимать, к чему идёт рассказ.

Костёр на площади уже почти погас. Вокруг крошечного пламени мирно сопели спящие рядышком Миша, Чернявка и Агаша. Приглядевшись, я заметил на спине пантеры ещё одного питомца — свернувшуюся калачиком Пину. В отличие от Агаши, которая не участвовала в битве, Миша и Чернявка вполне могли не пережить сражение со «Жнецом жизни». Сложись всё чуть иначе, и мы потеряли бы одного или двух питомцев.

Мы приручили их обоих по воле случая, но за прошедшие несколько дней даже я настолько привязался к ним, что поражался сам себе. Но как бы мне ни хотелось гнать из головы мысли о возможной потере питомцев, я должен, не боясь за их жизнь, как следует подумать на тему того, как пользоваться зверями в битвах.

Я оторвал взгляд от питомцев и снова посмотрел на Арго:

— Короче говоря, ты сегодня ушла к начальной зоне инсектсайтников, чтобы встретиться с Хайми и её стаей? Хоть бы предупредила, с тобой бы я или кто-нибудь ещё сходил…

— Не, я прокралась мимо всех встречных монстров. В одиночку это было безопаснее.

— И как же наш великий чемпион по пряткам попался на глаза той огромной твари? — перешёл я к вопросу о «Жнеце жизни», преследовавшем насекомых.

Крыска в ответ скривилась. Я тут же пожалел о своём вопросе — действительно, если в ту сторону она двигалась одна, то возвращалась уже в составе большого отряда…

— Я оплошала.

— Э-э… Серьезно?

— Любопытство сгубило информатора. Видишь ли, Ки-бо, у мира Unital Ring есть одна странная особенность.

— Да?

Её слова разожгли интерес и Асуны, и Лиз, и остальных. Поймав на себе взгляды окружающих, Арго вновь потянулась палкой к схеме на земле.

На этот раз к рисунку добавилась не точка, а маленькое кольцо к юго-западу от Роснари, примерно в правом нижнем углу Гийольской равнины. Затем второе, далеко к северо-западу от первого.

— По всему миру разбросаны вот такие идеально круглые впадины. Самые крупные диаметром десять километров; говорят, есть и поменьше — три-четыре. Реки, леса и прочее выглядят так, будто их создавала природа, и только у этих впадин идеальная форма. Должно ведь здесь быть какое-то объяснение?

— Хмм, — протянул я, крутя головой.

— А! Это же та впадина, где деревня басинян! — воскликнула Лизбет, показывая на кольцо рядом с Роснари.

— А вон та, наверное, где деревня орнитов, подхватила Синон, указав на дальнее кольцо. — Я думала, они её сами выкопали… Но, выходит, это сделала природа?

Асуна и Силика закивали, однако я, к сожалению, ещё не видел впадины собственными глазами. Вспомнив, что Юи ходила к басинянам уже дважды, я обратился к девочке в белом платье, которая сидела рядом с Асуной и внимательно вглядывалась в карту:

— Слушай, Юи, впадина басинян действительно настолько круглая?

— Я пока не смотрела на неё с высоты и не могу быть уверена относительно общей формы… Но участок её границы, который я видела, имел максимум пятисантиметровое отклонение от круглости. Такой точности и правда невозможно добиться, если доверить построение карты генератору «Семени»…

Мне понадобилась ещё секунда, чтобы осмыслить беглое объяснение. Под «отклонением от круглости» Юи понимала то, что граница впадины нескольких километров в диаметре отходила от геометрически идеального круга самое большее на пять сантиметров. Действительно, это можно объяснить лишь осознанным решением создателя мира.

— Что это за круглые впадины, Арго? — поинтересовался я у девушки-информатора.

— Я как раз и пыталась выяснить. — Она кисло улыбнулась мне из-под капюшона своей накидки. — Пока что игроки их нашли около тридцати. Причём внутри каждой есть что-нибудь интересное: деревни NPC, развалины, подземелья… Так вот, сегодня вечером после встречи со стаей Хайми мы нашли ещё одну впадину, вот тут.

Арго отметила на карте новое кольцо в пяти сантиметрах (а на деле в тридцати километрах) к востоку от Роснари:

— Про неё пока в Сети нет ни слова, так что мне захотелось выяснить, что там находится. Я попросила Хайми и остальных подождать, а сама сбегала посмотреть. Там был какой-то Стоунхендж посреди мёртвого леса. Но стоило мне почуять запах сокровищ, как из-за камней выскочила огромная сколопендра с человеческим лицом…

— Понятно, — отозвался я и посмотрел на восток. С площади я видел только деревья, окружавшие Роснари со всех сторон, но Великий лес Зель-Этелио — это, конечно, не вся карта, а лишь крошечная часть мира Unital Ring. — А затем «Жнец жизни» преследовал вас всё время, что вы бежали от впадины до нас?

— Я не думала, что он будет гнаться за нами все тридцать километров. Ужасно неловко перед Хайми и её людьми…

Арго на редкость расстроенно вздохнула, но тут играющий за жука-носорога Зарион жизнерадостно выпалил:

— Never mind, girl! I had a blast![8 - — Ничего страшного, девчонка! Я оторвался от души! (англ.)]

Эстафету принял жук-олень Биминг:

— I felt good about beating that mob![9 - — Мне понравилось, как мы победили этого моба! (англ.)]

Остальные насекомые тоже согласились, а Арго ответила им на чистом, не хуже, чем у Эгиля, английском:

— Isn’t the reason that biggy was chasing us is that he was an eighmore and you’re sixes?[10 - — Разве причина, по которой тот здоровяк гнался за нами, не в том, что он эймор, а вы сиксы? (англ.)]

Насекомые взорвались хохотом, а я невольно восхитился мастерством Арго.

Раз всё так сложилось, я был совсем не против идеи приютить двадцать инсектсайтников в Роснари. Более того, я был обеими руками за такое подкрепление… но сначала мне придётся их кое о чём предупредить.

Я напряг все свои познания в английском и заручился помощью Эгиля, чтобы объяснить Хайми и остальным, что завтра вечером нас ждёт угроза со стороны опаснейшего врага.

Имя неприятелю — ведьма Мутасина, она глава команды «Общество исследования виртуала» и обладательница жуткого удушающего заклинания. Узнав, что нашему городу грозит нападение сотни порабощённых игроков, Хайми, разумеется, помрачнела и некоторое время о чём-то говорила со своими людьми.

— Мы точно не можем заключить союз с этой Мутасиной? — наконец уточнила она, поворачиваясь ко мне.

Я не сразу нашёлся с ответом. Рука сама потянулась к горжету доспеха.

Под ним скрывалась чёрная отметина, шедшая кольцом вокруг моей шеи, — символ того, что Мутасина наложила на меня своё заклинание. Если бы в эту секунду она ударила о землю посохом где-то в развалинах Стиса на юге, то я бы забился в судорогах на земле, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Я не сомневался, что на текущий момент армия Мутасины — сильнейшая в Unital Ring. Если бы мы смогли договориться с ведьмой, она бы стала нашей величайшей союзницей. Но…

Я вспомнил глубоко запавшие в мою душу слова Мутасины и аккуратно перевёл их на английский для Хайми и остальных: «Какие бы союзы вы ни заключили, на пути к цели между вами непременно возникнут конфликты, а потом и внутри команд начнутся смертельные стычки. Но пока действует моё заклинание, этому не бывать. Ну как? Вы видите, что это самый правильный и эффективный способ пройти игру?»

Я уже закончил, а насекомые всё ещё хранили молчание. Когда я уже заподозрил, что неправильно что-то перевёл, Хайми проворчала:

— Ridiculous[11 - — Это просто смешно (англ.).]. — Она сложила шипастые руки-косы на груди и переключилась на японский: — Вот уж действительно, подружиться мы с ней не сможем. Но в то же время ты слишком много нам рассказал, чтобы мы просто закрыли на неё глаза.

— Н-нет, я хочу, чтобы вы всё тщательно обдумали. Всё-таки их будет сто человек… Мы не обидимся, если вы просто у нас переночуете, а утром куда-нибудь уйдёте.

— Сто человек — это, конечно, серьёзно. Но у тебя есть верные друзья, классные аборигены и милые крыски. Прибавь ещё нас — и это уже шестьдесят человек. Мы сильнее врагов поодиночке, к тому же у нас преимущество как у обороняющихся. Тебе не кажется, что у нас неплохие шансы?

— А ведь… правда.

Ещё утром разница в силе казалась мне безнадёжной, но двадцать новых бойцов во главе с Хайми сильно меняют дело. Кроме того, люди Мутасины вряд ли знают о том, что к нам присоединились выходцы из «Инсектсайта».

Когда в самый нужный момент на поле боя появятся насекомые, их кошмарная внешность способна будет ощутимо ударить по вражескому боевому духу. Если мы тщательно всё спланируем и подготовим ловушки и засады, то битва может закончиться нашей победой. Вот только…

Просто победа нас не устраивает. Отогнать вражескую армию, но лишиться половины союзников — это фиаско. В Unital Ring нельзя возвращаться после смерти, поэтому я не хочу никаких потерь среди своих друзей до самого окончания игры и уж тем более не готов жертвовать NPC, которые умирают по-настоящему. Я соглашусь на битву лишь в том случае, если буду уверен, что мы разгромим сотню врагов без смертей с нашей стороны. Более того, наши противники на самом деле просто запуганы Мутасиной, поэтому убивать их я тоже не хочу.

— Вот бы мы могли разобраться с Мутасиной до начала битвы… - выразил я вслух мысль, которая уже посещала нас во время обсуждения, состоявшегося до битвы со «Жнецом жизни».

— К этому всё и идёт, — тоскливо согласился Кляйн, не оторвавшийся от пива даже после десятой выпитой кружки. — Стрелять исподтишка в незнакомую даму, конечно, не в моём стиле, но если она собирается напасть, то по-другому никак не выйдет…

— Если хочешь, можешь сам к ней пойти и отговорить, — предложила Лизбет, но Кляйн тут же замотал головой.

— Ага, не хватало ещё объявиться у неё на пороге и тоже получить волшебную удавку, — запротестовал он настолько жалостливым голосом, что засмеялись даже насекомые, не говоря уже о моих друзьях.

Однако я заметил, как Арго скосила взгляд на мою щёку, и отвёл глаза.

Накануне во время вылазки в развалины Стиса, где начинают игру выходцы из ALO, я тоже стал жертвой «Удавки проклятого» — удушающего заклинания Мутасины. Однако пока что я не рассказал об этом друзьям. Из присутствующих всё было известно только Арго.

Я попросил её молчать, потому что мне казалось, что если друзья узнают правду, то поиск спасения от моего проклятия станет для них важнее всего остального. Нельзя допустить, чтобы они из-за меня махнули рукой на прокачку и работу над снаряжением.

Арго при каждом удобном случае телепатически призывала меня поскорее раскрыть всю правду, но, с другой стороны, Мутасина вряд ли будет использовать «Удавку» после начала штурма Роснари — или обороны города, если смотреть с нашей стороны. Дело в том, что подобным действием она выведет из строя не только меня, но и всю сотню своих слуг.

Если мы убьём Мутасину или сломаем сё посох, то заклинание наверняка… нет, однозначно развеется. После этого уже можно будет обо всём рассказать остальным и попросить прощения.

Заглушив чувство вины, я собрал волю в кулак и снова посмотрел на Хайми:

— Я глубоко признателен, что вы будете сражаться вместе с нами. Благодаря вам у нас и правда есть шансы на победу. Однако пока что нам всё равно не под силу без потерь отразить атаку сотни игроков. Поэтому я буду до последнего искать способы избежать столкновения, но если не выйдет… то нам придётся задуматься о том, чтобы оставить город.

Повисло долгое молчание.

Мы приютили в Роснари паттеров и басинян, причём у первых уже родились дети. Поэтому мы ещё несколько часов назад решили на совещании, что город нельзя бросать. Возможно, мои друзья до сих пор так считают.

Но когда во время битвы со «Жнецом жизни» мы оказались на волоске от полного вайпа, меня бросило в холодный пот, и я понял одну вещь: я не хочу терять друзей. Не хочу, чтобы кто-то умирал. Если среди нас погибнет хоть один человек, я лучше брошу прохождение Unital Ring…

Я сжал кулаки, повернулся и посмотрел на Асуну. Она взглянула на меня. Но в её глазах, отражавших свет тлеющих углей, я увидел тень сомнения.

Ничего удивительного. Роснари построен вокруг нашей с Асуной избы, которая должна была развалиться вместе с Двадцать вторым уровнем во время падения Нового Айнкрада. Однако благодаря чуду и нашим усилиям драгоценный дом всё-таки смог приземлиться в этом лесу. Бросив Роснари, мы бросим и его.

Наконец тяжёлую тишину нарушил чистый голос Алисы, подобный дуновению ночного ветерка:

— Кирито, если ты ещё до начала битвы будешь думать только о поражении, то победы тебе точно не видать.

Несмотря на простые железные доспехи, величаво поднятая голова и ладонь на рукояти меча напоминали, что эта девушка была рыцарем единства. Вернее, она и сейчас оставалась гордой «Душистой оливой».

— Разумеется, важно предвидеть все возможные исходы. Но это должны быть рассуждения ради победы, не так ли? А выбрать бегство ещё до начала битвы — это, по-моему, неверный подход к задаче.