Когда Эолайн подошёл к одетым в белое стражам с рапирами на поясах, он выудил из внутреннего кармана плаща какое-то удостоверение и показал его человеку в кабинке. Казалось бы, командир пилотов единства и член Совета звёздного мира — достаточно важный человек, чтобы его узнавали в лицо, и на секунду я решил, что причина лишь в маске; однако человек в будке принялся отработанными движениями проверять удостоверение. Должно быть, здесь не принято делать исключения ни для кого.

«Но раз так, они ведь сейчас спросят, кто мы такие!» — мысленно заволновался я, но, видимо, форма пилотов всё-таки подействовала, потому что Стику, Лоранней, Алису и Асуну пропустили внутрь без единого вопроса. На меня, единственного пришедшего в другой одежде, стражи уставились пронзительными взглядами, но в конце концов не остановили и даже не попросили показать, что в сумке.

Я направился прямиком к огромным дверям. Когда КПП остался далеко позади, я позволил себе вздохнуть с облегчением.

— Прости, Кирито, — прошептал дожидавшийся меня Эолайн.

— А? За что?

— Мне пришлось сказать, что ты мой носильщик, чтобы тебя пропустили.

— A-а, понял. Но лучше уж так, чем если бы меня приняли за Звёздного Короля…

— Давайте скорее, — поторопила нас Алиса с хрипотцой в голосе.

Я понимал, почему она спешит. Вот-вот должен настать момент, которого она ждала долгие месяцы.

— Хорошо, — кивнул Эолайн. — Следуйте за мной.

Командир ускорился и вошёл в безлюдный зал. Алиса и Асуна пошли вторым рядом, а я, Стика и Лоранней замыкали строй.

Огромный зал первого этажа собора сохранил мраморные стены и колонны, но в остальном сильно изменился. Самое главное, что бросалось в глаза, — огромные гобелены на всех четырёх стенах.

Все они были украшены эмблемами Совета звёздного мира — схематичной синей картой из Солус, Кардины и Админы на белом поле. Внизу на самом краю виднелась и эмблема Звёздного Короля — два меча, окружённые двумя видами цветов, на фоне ромба.

Впереди справа и слева уходили вверх ступени Великой лестницы, а перед ними посередине журчал небольшой мраморный фонтан. Насколько я помню, раньше его не было, но за двести лет интерьер Собора вполне могли переработать.

Когда мы обошли древний на вид фонтан, я увидел, что в дальней стене есть три лифта.

Двести лет назад в Центральном соборе тоже был один лифт — правда, он назывался подъёмником, — однако он соединял только этажи с пятидесятого по восьмидесятый, а с первого на пятидесятый приходилось подниматься по лестнице. Кроме того, подъёмником вручную управляла девушка-оператор. Неужели их теперь стало трое?..

«Нет, если живые операторы и правда есть, то пусть лучше их будет не трое, а столько, чтобы они могли работать посменно», — мысленно помолился я по пути к лифтам. Стика нажала на круглую кнопку на стене, двери центрального лифта плавно разъехались в стороны… и внутри, к моему счастью, оказалось пусто.

Похоже, за двести лет кто-то придумал, как сделать лифты автоматическими. Поблагодарив про себя изобретателя, я вошел в лифт следом за моими спутниками.

Если старый подъёмник был круглой платформой, то теперь мы оказались в квадратной кабине, прямо как в реальном мире. Места нам шестерым хватало с лихвой. Возле дверей, которые как раз с тихим гулом закрылись, виднелась панель с тремя рядами металлических кнопок.

На них были выгравированы числа от 1 до 79. Как Эолайн и предупреждал, выбрать восьмидесятый этаж оказалось невозможно.

— И что дальше? — тихо поинтересовался я.

— Я ожидал, что, если в лифт зайдёшь ты, тут что-то изменится, — признался Эолайн, посмотрев на меня.

— Что я, по-твоему, должен сделать?..

Я огляделся по сторонам, но в лифте ничего не происходило. Разве что нарастала тревога: если мы так и будем бесцельно стоять, то в кабину может войти кто-нибудь ещё.

— Д-давайте пока поднимемся на семьдесят девятый, — предложил я и потянулся к самой верхней кнопке. Но в последний миг мой палец замер.

— Что-то не так? — насторожилась Асуна.

— Вроде бы нет… — пробормотал я, присматриваясь к панели.

Если бы кнопки с самого низа шли рядами по три — сначала 1, 2, 3, потом 4, 5, 6 и так далее, — то во втором сверху ряду оказались бы 76, 77 и 78, а кнопка семьдесят девятого этажа стояла бы особняком над остальными.

Однако вместо этого верхний ряд панели представляли две кнопки: 78 и 79. Дело в том, что столько же было и в нижнем: 1 и 2. Только со второго ряда кнопок становилось по три.

— Эолайн… в остальных лифтах, в смысле, подъёмниках кнопки расположены точно так же?

— Мы их теперь называем механолифтами. Хмм… — Командир задумчиво наклонил голову в цилиндрической шляпе. — Даже не помню. Никогда не обращал внимания.

— Я схожу посмотрю!

— Я тоже!

Дружно воскликнув это, Стика и Лоранней открыли двери и выскочили наружу. Секунд через десять они вернулись, дождались, пока кабина вновь закроется, и доложили:

— В правом механолифте кнопка семьдесят девятого этажа одна в верхнем ряду!

— В левом механолифте то же самое!

— Спасибо, — поблагодарил я девушек и вновь уставился на панель.

Получается, только в среднем лифте кнопки расставлены иначе, Просто потому, что так было удобнее? Или в этом кроется какой-то смысл?

Я снова протянул руку, коснулся голого металла рядом с кнопкой семьдесят девятого этажа… И шумно ахнул, почувствовав слабо, но отчётливо: за серебристой панелью прячется ещё одна кнопка.

Я мог хоть носом упереться в поверхность, но не нашёл бы на ровном металле и тончайшего шва. Чтобы нажать на эту кнопку… мне придётся рискнуть и применить Инкарнацию.

Инкарнация есть сила воображения. Я достиг в ней таких высот, что легко могу сдвинуть любой предмет, не притрагиваясь к нему, или превратить одну вещь в нечто другое. Однако для этого мне нужно либо видеть свою цель, либо иметь в голове её мысленный образ. Нажать на невидимую кнопку за толстой металлической панелью — задача отнюдь не простая. А если я неправильно приложу силу, то могу ненароком сломать потайной механизм.

«Да кто вообще придумал так сделать?» — мысленно возмутился я, чуть-чуть напряг воображение, чтобы проникнуть за панель, мягко обволок незримую кнопку и нажал.

Кабина вздрогнула, затем под ногами раздалось шипение высвобождающихся ветрородов. Лифт поехал вверх, и Стика с Лоранней дружно взвизгнули от восторга.

Автоматизированный подъёмник, вернее, механолифт взлетал втрое быстрее, чем управляемая вручную платформа. Дисплея с номером этажа, конечно же, не было, но каждый раз, когда мы поднимались на уровень выше, в лифте раздавался звонок.

Я боялся, что если кто-то подсядет по пути, то возникнет неловкая ситуация, но выходило, что после нажатия на тайную кнопку лифт должен ехать не останавливаясь. Мы без приключений миновали и тридцатый, и сороковой этажи. Жалко только, что здесь, в отличие от старого подъёмника, мы не могли через окна любоваться пейзажами.

Девушка-оператор, возившая нас с Юджио на подъёмнике, говорила, что хочет летать по небу на своей платформе, если когда-нибудь освободится от Призвания.

Скорее всего, её тоже уже нет в живых. Я закрыл глаза, мысленно надеясь, что её мечта всё-таки сбылась, и продолжил считать этажи.

Наконец механолифт плавно затормозил. Как только он остановился, раздался восьмидесятый… вернее, семьдесят девятый звонок.

Двери плавно открылись, и мы увидели безлюдный полутёмный коридор.

— Это восьмидесятый этаж?.. — с благоговением в голосе проговорил Эолайн.

— Выходим, пока механолифт снова не поехал, — бросил я, хлопая его по спине.

— А… Ага. — Эолайн кивнул и двинулся вперёд. Мы последовали за ним.

Похоже, в коридоре давно никто не убирался. Пол был покрыт толстым слоем белой пыли, которая поднималась, словно дым, при каждом нашем шаге. Впрочем, пыль в Андерворлде существует только на правах спецэффекта — если и вдохнешь её, нет никакого вреда.

Пробежав несколько шагов по пыльному полу, Алиса дрожащим голосом воскликнула:

— Да, это он… Этот проход ведёт в «Заоблачный сад» восьмидесятого этажа Центрального собора!

Я тоже помнил это место. По моим собственным ощущениям, я всего два месяца назад после поездки на подъёмнике шёл по этому коридору вместе с Юджио.

Я ещё сказал ему: «Мы с тобой пришли свергнуть Администратор. Но, Юджио, победа над ней — это ещё цветочки, Ягодки начнутся потом…»

На этом месте я замялся, не зная, как продолжить. Юджио недоуменно посмотрел на меня и спросил: «Но после победы над Администратор нам ведь останется только поставить на её место Кардинал, разве нет?»

Увы, я решил оставить ответ на этот вопрос на потом и пообещал ему, что всё объясню после спасения Алисы.

В конце концов мне так и не представилась возможность раскрыть напарнику правду, что я никакой не приблудыш Вектора, а человек из Реалворлда по имени Кадзуто Киригая. И что в своём родном мире я никакой не мечник, а бестолковый социофоб, которому хорошо даются только компьютерные игры… И что Юджио — первый парень-ровесник, которого я мог назвать настоящим другом.

— Кирито, быстрее!

Услышав голос Алисы, я, понурившийся было, поднял голову и увидел, что остальные уже успели пройти несколько метров вперёд. Вздохнув, я покрепче сжал в левой руке лямку сумки и тоже пошёл следом.

Короткий коридор упирался в огромные мраморные двери, тоже совершенно не изменившиеся за последние двести лет. Добавилась всего одна деталь. Прямо перед дверями из пола торчал загадочный металлический столбик метровой высоты. Сверху он был плоским, если не считать четырёх непонятных прорезей. Никаких надписей или кнопок я не увидел.

Алиса быстро посмотрела на столбик, но пробежала мимо, не желая тратить ни секунды, и остановилась перед дверями.

— Открываю, — объявила она и положила обе ладони на белоснежный мрамор.

С дверей сорвалось немного пыли, но годы, похоже, нисколько не уменьшили запасов Жизни створов.

Даже через форму пилота единства было видно, что Алиса давит изо всех сил. Но двери и не думали поддаваться, хотя мы с Юджио открыли их лёгким толчком. Мои прежние полномочия OC наверняка в подмётки не годились нынешним показателям Алисы, однако створы уверенно стояли под её натиском, даже не скрипя.

— Кх… у… — застонала Алиса.

Увидев, что Асуна подбежала к ней слева, я положил сумку на пол и тоже подошёл к двери. Встав справа от девушки-рыцаря, я дал отсчёт, и мы дружно навалились изо всех сил. Но дверь не поддалась.

Ну и прочность! Мои полномочия OC поднялись уже до запредельного сто двадцать девятого уровня. Если за это надо благодарить победу над Абиссал Хоррором, то характеристики Алисы и Асуны вполне могут быть сравнимы с моими.

Но раз дверь никак не хочет сдвинуться в ответ на наши совместные усилия, то мы имеем дело не просто с замком. Здесь замешано нечто системное, напрямую связанное с законами мироздания.

Возможно, я сумел бы открыть проход Инкарнацией, но, в отличие от нажатия на кнопку лифта, взлом двери потребует от меня столько усилий, что зашкалят все инкарнатометры Центории.

— Асуна, Алиса, — обратился я к спутницам, после чего убрал руки от двери и отступил на шаг.

Асуна послушалась первой, через какое-то время сдалась и Алиса. На бледном лице рыцаря проступила почти болезненная безысходность.

— Думаю, этот столбик за нами — и есть ключ… вернее, замочная скважина, — объяснил я ей, похлопав по плечу.

— Но… У нас нет ключа! — с мучением в голосе выдавила Алиса.

— Давай сначала посмотрим, как устроен этот замок, — предложила Асуна, положив руку на спину девушки-рыцаря. — Ты ведь уже сталкивалась с похожими задачами в ALO, верно?

— Да… — подтвердила Алиса.

Мы вернулись к загадочному столбику. Эолайн, который всё это время вовсю изучал его, отступил на шаг и сказал:

— Сожалею, но я не понимаю, что это за устройство.

— Судя по тому, сколько на нём пыли, оно здесь появилось ещё до твоего рождения, — бросил в ответ я и посмотрел на столбик сверху вниз.

Как я уже заметил по пути к двери, на пыльной — пусть и почище пола — поверхности виднелись четыре прорези, каждая сантиметров пять в длину и около сантиметра в ширину… Впрочем, здесь я неправ. Все прорези отличались друг от друга формой и размером, хотя даже самая маленькая была примерно три сантиметра на семь миллиметров. Ключи, которые подходят к этим прорезям, должны быть на редкость огромными, к тому же их будет невозможно повернуть.

Может, эти отверстия не для ключей, а для металлических карточек? Или в них нужно вставить что-то ещё длиннее, например…

— Мечи! — одновременно выпалили я, Асуна и Алиса.

Я переглянулся с девушками и стремглав бросился к кожаной сумке. Открыв все шесть застёжек неловкими от напряжения пальцами, я распахнул её и сунул руку внутрь.

Первой попалась рапира «Блистающий свет», её я передал Асуне. Затем я отыскал «Душистую оливу» и протянул Алисе.

Девушки встали у столбика и одновременно обнажили клинки. Позади, не сдержавшись, восхищённо ахнули Лоранней и Стика.

— Каждая щель подходит только одному клинку! — крикнул я Асуне и Алисе, доставая из сумки своё оружие. — Если не лезет — не надо заталкивать силой!

— Знаю! — крикнула в ответ Алиса и направила «Душистую оливу» вниз.

Она выбрала одну из прорезей, осторожно приставила к ней остриё и медленно опустила клинок.

Разумеется, я не знал наверняка, действительно ли наши мечи служат ключом к этим дверям. Особенно в случае Алисы, ведь она покинула Андерворлд ещё до начала правления Звёздного Короля, поэтому мне казалось, что создатель этого столбика никак не мог сделать подходящую именно под «Душистую оливу» прорезь. Но в то же время я не сомневался, что наши четыре клинка откроют проход. Иначе и быть не могло.

Золотистый меч погрузился в столбик с мелодичным звоном. Клинок скрылся сначала наполовину, потом на две трети, и мы услышали приятный щелчок.