Мой клинок с глухим свистом разрубил и длинный посох, и державшую его левую ладонь. Теперь Маджис не сможет исполнять магические жесты, пока какой-нибудь целитель не восстановит ему конечность заклинанием. Очень хотелось сразу же добить тёмного мага, но времени, увы, не было.

— Цель — падающая птица! — крикнул я союзникам, перепрыгнул упавшего Маджиса и побежал со всех ног.

Я молился о том, чтобы Мутасина приземлилась ниже по течению, где бы нам никто не помешал, но судьба, конечно же, не стала настолько меня баловать. Птица вошла в штопор и падала на западный берег метров на двадцать выше по течению относительно острова.

Вода справа от точки приземления кишела людьми Мутасины, но они то ли ещё не пришли в себя после потопа, то ли испугались рёва Миши, так что почти не реагировали на происходящее. Поэтому мне должно хватить времени, чтобы нанести хотя бы один удар сразу после падения птицы.

На этот раз я преодолел полосу воды обычным прыжком. Стоило оказаться на западном берегу, как слева со мной поравнялась Асуна, держащая обнажённую рапиру.

Я бросил на девушку быстрый взгляд и увидел чёрное кольцо на её тонкой шее. Однако на лице Асуны не было и намёка на страх. Её глаза светились сосредоточенностью, а сама она бежала вперёд с такой скоростью, что мне невольно вспомнилось её старое прозвище: Молния.

Мутасина летела на хищной птице с тёмным оперением. Я понятия не имел, сокол это или орёл, но его когти и клюв наверняка таили в себе чудовищную силу. Впрочем, сейчас все усилия птицы направлены на торможение, так что она нам пока не враг. Нам нужна только Мутасина. Как только она спрыгнет с птицы на землю, мы нанесём удар.

Я бежал и вместе с тем рассчитывал, когда именно включить навык. В своём воображении я уже видел, что должно произойти через несколько секунд. Перед тем как птица врежется в берег, Мутасина спрыгнет, приземлится и ударит посохом. Моя задача — попасть «Сверхзвуковым прыжком» одновременно с тем, как её ноги коснутся земли. Всё рассчитав, я начал обратный отсчёт до включения навыка. Семь секунд, шесть, пять…

Вдруг от падающей птицы отделилась маленькая фигурка. Мутасина спрыгнула со спины монстра.

Я ахнул, не сбавляя скорости. Ведьме оставалось больше двадцати метров до земли. Невозможно пролететь такое расстояние и приземлиться без травм, если только у тебя нет десятого ранга «Приземления» в дереве «Ловкости».

«Может, она нашла какой-то способ затормозить в воздухе?» — подумал я, однако Мутасина приближалась к земле еще быстрее падавшей птицы. Она не только не раскинула руки и ноги в стороны, чтобы увеличить сопротивление воздуха, но и наоборот — вертикально вытянулась и направила посох к берегу.

Вдруг я понял, что именно она задумала.

— Кх… — обронила Асуна возле меня, тоже догадавшись.

Мы оба ускорились. Я принял стойку для «Сверхзвукового прыжка», Асуна — для «Падающей звезды». Наши меч и рапира зажглись спецэффектами и загудели от вибрации… Но не успели мы оттолкнуться от земли, как посох в правой руке Мутасины ударился точно о лежащий на берегу крупный камень и расколол его пополам с грохотом, подобным пушечному выстрелу.

Посох вылетел из руки Мутасины, а сама ведьма упала на берег правым плечом, отскочила, перевернулась в воздухе и лишь затем распласталась на земле.

«Удавки проклятого» на наших с Асуной шеях вспыхнули фиолетовым. Моё горло наполнилось чем-то вязким. Я не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. На меня вновь напало чрезвычайно реалистичное удушье, с которым я надеялся больше никогда не сталкиваться.

«Не обращай внимания! Тебе только кажется!» — мысленно убедил я себя, собрав в кулак силу воли, и включил «Сверхзвуковой прыжок». Асуна, хоть и почти нарушила стойку, тоже сумела применить «Падающую звезду».

Впереди одетая в белую мантию Мутасина как раз приподнималась на руках. Похоже, игра сочла включение «Удавки» за атаку, потому что над головой ведьмы появился похожий на веретено курсор. Хотя она смогла погасить часть урона от падения, использовав посох, хит-пойнтов у неё оставалось меньше одной пятой от общего запаса. Для победы хватило бы хоть «Сверхзвукового прыжка», хоть «Падающей звезды».

С беззвучным криком я попытался обрушить горящий зелёным клинок на левое плечо Мутасины. Смертоносное остриё уже почти достигло не успевшей поднять голову ведьмы…

Но тут впереди на невообразимой скорости прошмыгнула какая-то тень и остановила мой удар длинным, тонким клинком. Точно такая же фигура помешала и рапире Асуны. В ночи дважды прозвучал громкий лязг, и в свете оранжевых искр я увидел, кто нам помешал.

Противники оказались парой низкорослых мечниц в одинаковых доспехах из чёрной кожи и кожаных шляпах. Виола и Дая из «Общества исследования виртуала». Мечницы, чьи лица были исполнены решимости, прожигали нас враждебными взглядами. На тонких шеях светились фиолетовым ободки. Девушки тоже не могли дышать, но выбрались из реки, чтобы защитить Мутасину.

Спецэффекты на наших с Асуной клинках замерцали и погасли. Одновременно с этим я упал на колени, больше не в силах бороться с удушьем. Асуна слева от меня тоже потеряла равновесие.

«Надо помочь сбежать хотя бы ей!» — подумал я, однако через мгновение Виола и Дая попадали на землю и свернулись калачиками. Даже члены ОИВ, хорошо знающие про заклинание, не могли терпеть его силу.

Ничего удивительного. Даже понимание того, что в реальном мире тело продолжает дышать, не может побороть первобытного страха перед удушьем: отнимаются руки и ноги, даже пропадает способность ясно мыслить. Подскакивает пульс, глубоко в ушах начинает бешено стучать кровь.

С трудом обернувшись, я увидел, что бежавшие за нами союзники тоже либо повалились на берег, либо стоят на коленях. Ни басиняне, ни паттеры, ни даже животные не стали исключением. Невыносимо было смотреть, как Чернявка, Агаша и Миша свернулись на земле и мучаются от отпечатавшихся на шеях «Удавок».

Справа почти сотня вражеских игроков вновь рухнула в воду. Они бились в конвульсиях, но никто не мог выдавить из себя ни звука, поэтому до ушей доносились лишь журчание потока и слабый шорох крыльев раненой птицы, наконец-то достигшей земли.

Мутасина, оказавшаяся в самой середине безмолвного ада, медленно поднялась на ноги. Она схватила торчащий между половинками разбитого камня посох и выдернула его из земли. Драгоценный камень в навершии испускал зловещее фиолетовое свечение — такое же, как наши «Удавки».

Мутасина обвела округу взглядом. Её прекрасное лицо действительно было почти таким же, как у двойника, однако внешность настоящей Мутасины казалась почти неземной.

Когда ведьма вновь посмотрела вперёд, на её бледных губах появилась полуулыбка.

— Вы были великолепны, — прошептала она и подошла к нам с Асуной. Остановившись позади страдающих Виолы и Дай, она продолжила: — Да, я предполагала, что вы не станете уныло прятаться за стенами и придумаете что-нибудь повеселее… но не ожидала, что вы перегородите реку. Значит, система крафта позволяет строить даже такое? Ваша задумка превзошла все мои ожидания. Я надеялась ни при каких условиях не терять больше десятой части здоровья до самого конца игры, но сейчас спрыгнула с летающего маунта[22 - Маунт (от англ. mount — оседлать) — в играх это слово означает средство передвижения.] и чуть не погибла.

Лицо хихикающей Мутасины раздвоилось и вновь соединилось. То ли причиной была иллюзия от «Удавки», то ли виноват избыток адреналина, выбрасываемого в мою кровь в реальном мире. Прямо сейчас я мог бы напасть на неё и одержать победу, но правая рука отказывалась сжимать клинок. Моих сил хватало лишь на то, чтобы окончательно не упасть ничком и сдерживать вызванный удушьем приступ паники.

Асуна слева от меня схватилась левой рукой за горло, а правой упёрлась в землю. От этой картины мой гнев, обращённый на ведьму, вспыхнул с новой силой, но удушье быстро погасило его.

Всё это время я полагал, что Мутасина, какой бы кошмарной магией она ни владела, — не более чем ещё один игрок в Unital Ring, а жестокие методы и слова — всего лишь часть её игрового стиля. Но я недооценил её. Мутасина вовсе не изображала злую ведьму. Она бросала нам вызов не как VRMMO-геймер, а как некто, существующий в совсем иной реальности.

— Что же. Полагаю, вы уже на пределе? — осведомилась Мутасина таким тоном, словно ясно видела разлившийся в моём сердце ужас. — Во время моих опытов никому не удавалось продержаться дольше трёх минут. Есть только один способ сбежать от «Удавки» — выйти из игры. Однако вы оставите здесь ваших беззащитных персонажей.

Нижний конец посоха медленно покачивался, словно дразня нас. Если бы он коснулся земли, наши мучения тут же прекратились бы.

Вдруг улыбка пропала с лица Мутасины. Девушка окинула меня невозмутимым взглядом и объявила:

— Черный Мечник Кирито и Молния Асуна. Если вы согласны присягнуть мне в верности в обмен на избавление от страданий, то протяните рукояти вашего оружия.

С точки зрения игры это действие ни к чему нас не обязывало. Мы вполне могли сейчас протянуть оружие, а позднее напасть на Мутасину исподтишка.

Но нет: в силу характера… вернее, убеждений, ни я, ни Асуна, никто из моих друзей так бы не поступил. Если бы мы присягнули в верности ради сохранения жизни, то потом бы не взяли слова обратно. Мутасина знала об этом и именно потому просила клятву на оружии.

«Вот и всё?»

Я не мог позволить, чтобы Асуна, Юи и мои друзья продолжали терпеть невыносимые страдания. Почти онемевшей рукой я кое-как обхватил рукоять и начал поднимать оружие… Как вдруг справа послышался плеск, а затем чьи-то быстрые шаги. Мутасина резко повернула голову. Я тоже заставил оцепеневшего персонажа перевести взгляд.

К нам бежала… Юи, с чёрных волос и белого платья которой срывались капли воды. Исполненная решимости, она мчалась прямиком к Мутасине. В руках девочки не было меча, но ладони горели красным, а «Удавка» на тонкой шее — сине-фиолетовым.

Хотя Юи — искусственный интеллект, она всё равно получает информацию о чувствах своего персонажа. Это касалось и холода, и жара, и боли — она воспринимала как приятные, так и неприятные ощущения наравне с людьми. Акихико Каяба заложил эту особенность в ядро спроектированного им искусственного интеллекта, поэтому Юи и сама говорила о том, что удушье наверняка подействует в равной мере и на нас, и на неё. Но если всё так, т гда что происходит?

Увидев Юи, Мутасина отпрыгнула на шаг, зажала посох под мышкой у правого бока и попыталась исполнить жесты тёмной магии обеими руками. Но поскольку она не могла свободно двигать правой, получалось неуклюже.

Заметив это, Юи изобразила светящимися руками натягивание тетивы. Между выставленной вперёд левой ладонью и отведённой к плечу правой зажглась тонкая линия. Это была «Огненная стрела» — начальное заклинание школы огня.

Юи прицелилась на бегу и уверенно сжала кулачки. Раздался хлопок, стрела полетела в Мутасину, но та вновь взяла посох в руки и отбила атаку. Огненный снаряд рассыпался искрами. Можно сказать, ведьма использовала нечто вроде моего «Разрушителя магии», однако при этом прервала собственную попытку применить тёмные чары, так что теперь заклинательнице придётся исполнять все жесты с начала.

Когда до ведьмы оставалось всего три метра, Юи выхватила висящий на левом бедре короткий меч и изо всех сил оттолкнулась от земли.

— Я-а-а-а-а! — раздался боевой клич, пусть голосок и был детским.

В прыжке Юи выгнулась, насколько могла, вкладывая все силы в смертоносный удар. В ответ Мутасина подняла посох повыше и заблокировала атаку. Раздался оглушительный лязг. Сноп белых искр осветил бойцов.

Мигнул свет драгоценного камня в навершии посоха Мутасины, и мне показалось, будто закупорившая моё горло масса шелохнулась. Как я и предполагал, «Удавка» напрямую связана с посохом.

Юи отпрыгнула, но, приземлившись, снова устремилась вперёд. На сей раз она не стала замахиваться для рубящего удара и предпочла ему головокружительно быстрые выпады. Мутасина отбивала их посохом с хирургической точностью.

Я невольно поразился тому, насколько искусно Юи владела клинком. Должно быть, она не жалея сил учится фехтованию у Алисы, пока мы с Асуной и остальными находимся в школе. Стиль Юи тоже напоминал девушкурыцаря. Но, увы, девочка сражалась до педантичности правильно.

Само по себе это не так уж и плохо. Даже наоборот — это кратчайший путь к мастерству. Ложным выпадам и прочим уловкам можно научиться позже.

Однако чинный, величественный стиль Алисы держится на чудовищной скорости и мощи каждого удара. И если первого параметра у Юи хватало, то второго — нет. Вот почему Мутасина, даже будучи магом, с лёгкостью избегала урона.

Юи нанесла рубящий удар сверху. Мутасина подставила посох… но это оказалось обманом, потому что затем она впервые с начала битвы ушла от удара вбок. Меч задел лишь воздух, а Юи потеряла равновесие. Мутасина в ответ ударила левым коленом: на ногах у неё были сапоги с железными пластинами. Контратака ведьмы пришлась Юи точно в грудь и отправила маленькое тельце девочки в полет.

Ненависть к Мутасине и собственному бессилию раскалилась внутри меня до предела. Мир перед глазами вновь раздвоился.

Асуна рядом со мной что-то прорычала, хотя и не должна была получить возможность дышать, затем попыталась подняться, но не выдержала и упала ничком. Удушье настолько завладело всеми чувствами, что мы не могли толком управлять персонажами.

Юи упала спиной на берег и сдавленно вскрикнула. Всего один удар лишил её почти пятой части здоровья, однако остановил лишь на секунду. Девочка мигом вскочила, смахнула кулачком прилипший к лицу песок и вновь выставила перед собой меч.

Прежде невозмутимая Мутасина недовольно скривила губы. Правой рукой она продолжала держать посох, а левую запустила в складки мантии, откуда извлекла узкий, словно стрелка часов, и настолько же острый стилет. Клинок зловеще блестел, отражая фиолетовое свечение посоха. Она собиралась убить Юи.