— Костик? — вскрикнул Боря. — Ты что здесь делаешь? Зашиб тебя?
И, увидев, что Костик сморщился от боли, обнял его.
— Ну прости, братишка, я нечаянно…
Боря стал гладить его плечо, спину, и внезапно его рука наткнулась на что-то твёрдое — узкое, гранёное и такое знакомое на ощупь — на груди брата. И почувствовал сильную дрожь: это было… Это было не что-то… Это был приборчик, его приборчик!
Боря захлопнул Наташкину дверь, запустил под рубаху брата руку и вытащил тёплый от его тела приборчик. И сразу всё понял: так вот почему Костик неотступно следовал за ним! Вот почему он стоял сейчас за дверью! Небось нажал какую-то новую кнопку, которая так изменила его, Борю…
Схватив Костика за руку, он повёл его в их квартиру.
— Значит, это ты его стащил?
— Я… — Брови Костика дрогнули. — Я не мог иначе… Ты мне сам приказал…
— Я? Я приказал тебе?
— Да… Ты… — упрямо твердил брат.
Боря посадил его на кровать, а сам сел на табуретку.
— Как я мог приказать тебе?
По лицу брата вдруг побежали слёзы:
— А там была нажата такая кнопка…
— Какая?
— С цифрой «восемь»…
— А что это за кнопка? Откуда ты это знаешь? — Боря стал ошалело вертеть в руках приборчик — тяжёленький, с двумя рядами кнопок и пронзительным Хитрым глазом, который был направлен в сторону. — Ты откуда знаешь всё? Откуда? Сам дошёл или кто-нибудь…
Борю трясло. Он положил приборчик на ладонь.
— А что это за рычажок внизу? — спросил он и сдвинул его.
— Включение.
— А что значит эта кнопка? — Боря нажал кнопку с цифрой «12», и раздался лёгкий щелчок.
— Не нужно, — попросил Костик, но Боря уже не слушал его.
— А эта? — Он нажал кнопку с цифрой «10», и опять приборчик слабо щёлкнул. — А эта? — Он опустил указательный палец на кнопку с чёрным крестиком, расположенную под циферблатом.
— Не смей! — закричал Костик, изменившись в лице. — Эту не смей!
Но Боря уже нажал. И оба они зажмурились от лиловой вспышки, сильной и резкой, как молния. Костик закрыл рукой глаза, Боря тоже долго не мог открыть свои. Он держал приборчик на ладони и внезапно почувствовал, что тяжесть его пропала. Он стал лёгкий, как пустая мыльница. Боря разжал веки.

— Всё, — сказал Костик. Он больше не плакал.
— Что «всё»?
— Пережёг… уничтожил… Это было величайшее изобретение!
Боря глянул на приборчик, и холод продрал его по коже: Хитрый глаз перестал быть чёрным. Перестал быть живым, глубоким, язвительным, загадочным. Он стал плоским, бесстрастным, пепельно-серым, точно в самом деле подёрнулся пеплом…
— А ты откуда знаешь, что он был величайшим изобретением? — закричал Боря. — Кто тебе сказал это? Он?
— Он, — ответил Костик.
— Так вот зачем ходил ты к Геннадию, а потом конвоировал везде меня!.. Сделал своим подопытным кроликом? Сделал, да?
— Ты не кролик, — сказал Костик. — Ведь я выключил приборчик. После того, как мы ушли от Александры Александровны.
Боря обалдело смотрел на него.
— А зачем таскался везде со мной?
— Наблюдал, — признался брат.
— И под дверью торчал, чтобы подслушать?
Глаза Костика стали наполняться слезами:
— Не обижайся на меня… — Костик моргнул, и слезинки скатились по его щекам.
— Ладно, прощаю… Но скажи: почему приборчик был с тобой? Боялся, что пропадёт?
Костик кивнул.
— Как же ты у меня всё-таки стащил его?
— А кнопка с цифрой «восемь»?
Боря ничего не понимал, и его опять стало трясти.
— А что это за кнопка?
— А ты прочитай.
— Где?
— А вот здесь есть «Инструкция». Отодвинь дощечку и прочитай. — Костик показал на боковую стенку приборчика.
Боря, оглушённый случившимся, неуклюже вертел в руках приборчик и плохо понимал брата. Костик взял из его рук приборчик, привычно, точно делал это не один раз, нажал большим пальцем его стенку, тонкая щёчка приборчика поехала вперёд, и Костик извлёк изнутри аккуратно сложенный листок прозрачной бумаги. Развернул.
— Читай.
Боря поднёс листок к глазам и стал читать.
Инструкция по эксплуатации ЭМЧ-1 — экспериментального микрогенератора чувств.
Кнопки на пульте управления генератора обозначают:
1 — Страх
2 — Жадность
3 — Глупость
4 — Лень
5 — Ненависть
6 — Радость
7 — Мужество
8 — Благородство
9 — Доброта
10 — Ум
11 — Юмор
12 — Трудолюбие
X — уничтожение ЭМЧ-1.
Буквы на циферблате обозначают продолжительность действия генератора:
О — нерабочее положение,
Ч — час,
Д — день,
М — месяц,
Г — год,
Н — навсегда.
Рычаг под циферблатом — включение и выключение микрогенератора.
Работа с ЭМЧ-1 требует крайней осторожности и добросовестности, нажимать кнопки с недостойными целями строжайше запрещено.
— Слушай, — спросил Боря, обмирая, — неужели всё это правда?
— Да, — сказал Костик.
«А я… Я нажимал кнопки с недостойными целями? — неожиданно подумал Боря. — Кажется, нет… Но ведь я хотел с помощью приборчика получить лодку и лайнер, хотел использовать в собственных целях его мощь, которой нельзя сопротивляться, и при этом иногда страдал не только Глеб, а и хорошие люди. Но и на Глеба, наверно, нельзя было наставлять его, а если и можно было, то очень осторожно, во всех тонкостях зная устройство приборчика, понимая его действие… Нет, если уж говорить напрямую, цели мои были не очень достойны, и, наверно, поэтому приборчик и погиб…»
— Слушай, Костик, — спросил Боря, — значит, кнопка с цифрой «восемь» — это Благородство?
— Да. А что?
— А то, что эта кнопка была нажата на генераторе и Хитрый глаз направлен на тебя в тот последний вечер…
— Так вот потому-то я взял его! — сказал Костик. — Ну не мог я не взять его, не мог! Ведь всю ночь приборчик приказывал мне: «Возьми, возьми меня, ведь я работаю впустую».
— Значит, ты стащил приборчик из благородства?
— Выходит. — Костик уткнул глаза в одеяло.
— А как ты об этом догадался?
— Гена как-то учуял и велел мне понаблюдать за тобой, ну, а потом, когда я взял приборчик, он исследовал его у себя, нашёл «Инструкцию», испытал, нарисовал какую-то схему…
— И велел тебе подействовать на меня Хитрым глазом?
— Ну не велел… Сказал, что было бы очень хорошо, очень важно…
— И какую же кнопку он нажал?
— Кнопку с цифрой «девять».
— Доброту?
— Да.
— И от этой кнопки я стал такой, что все обратили на меня внимание?
Костик кивнул:
— Геннадий сказал, что люди, делающие добро, даже внешне становятся красивыми…
Боря молчал. Подавленно. Убито. Он не мог даже вообразить, что было в его руках! Какая вещь! И как неправильно вёл он себя… Эх, если бы он раньше узнал про эту «Инструкцию»… Теперь ведь так всё ясно: и почему при нажатии кнопки с цифрой «1» все его так боялись и вставали дыбом волосы, — от Страха; и почему при нажатии кнопки с цифрой «2» все вокруг стали такими мелочными и скупыми и непрерывно проверяли свои карманы, — от Жадности; и почему толпой длинноухих бежали ребята на пруд и даже Гена позабыл, как правильно пустить подводную лодку, — от Глупости (кнопка «3»). И только из чувства Ненависти, которое приборчик внушил окружающим (кнопка «5»), лез в драку Костик и едва не ударил его отец… А кнопка «6» — это ведь Радость! Радость, когда люди, не чувствуя под собой ног, отрывались от земли…
Как теперь всё понятно! А кнопки с цифрами «7» и «8» — это же Мужество и Благородство! Выходит, он мог навечно сделать благородным даже Попку-дурака — Глеба, а Стасика — мужественным, Андрея — более мягким и терпимым… И всем-всем другим мог дать то, чего им не хватало, — а всем чего-то не хватало! Навсегда дать, стоило только стрелку на циферблате поставить на букву «Н»…
Мог, а не дал!
И всё потому, что вне себя от волнения нажал он эту кнопку с крестиком и погубил приборчик — странный, удивительный, волшебный!
Чего только не было с Борей в эти дни! Как колотилось его сердце от страха и восторга! Сколько неожиданных мыслей приходило на ум, сколько чувств распирало его! Прошли, навсегда прошли эти семь дней, и каких семь дней!
Семь дней чудес!
Что ж теперь делать? Может, Гена исправит приборчик?
Нет… Перегорел его живой, его мудрый и опасный Хитрый глаз, и ничего теперь не сделаешь… Ничего!
Конец теперь всем его надеждам… Конец! Конец!