Тесный воротник льняной рубашки давил на шею, но Арди терпел. Он уже один раз попытался его оттянуть, в результате чего надорвал шов. Мама ничего не сказала, но было видно, что она не сильно обрадована дополнительной работе.
За те несколько дней, названных людьми — выходными, охотник успел уяснить для себя несколько вещей. Во-первых, все в доме Келли, да и в самом Эвергейле, имели какое-то дело. Кто-то развешивал белье, дышащее едва заметным паром на холоде. Другие расчищали улицы от снега, снимали его с крыш и козырьков, носили воду из озера, где, иногда, помогали молодым мужчинам, занимавшимся заготовкой льда.
И, видимо, не у всех, как в доме шерифа, имелись эти странные Лей-кристаллы, благодаря которым печь, и плита работали без древесины, потому как Арди из окна постоянно видел, как народ, кто помладше, таскал на себе вязанки хвороста, а другие разбирали поленницы, относя в дом тяжелые охапки.
Даже маленькие детеныши и то находили занятие — бросались друг в друга скомканным снегом и строили идолов — тоже из снега. Причину подобного поведения Арди отыскать так и не смог, а спрашивать не хотелось. Несмотря на обещание брату и слова дедушки его все еще тянуло обратно на гору и он боялся, что если выйдет из комнаты на чердаке, то не удержится и сбежит.
Но вот минул шестой день, за ним незаметно прошмыгнул день седьмой и Шайи вместе с шерифом повели его в «школу». Это то странное здание, окруженное забором, в которое вереницей спешили черно-белые детеныши и те, кто постарше. Только никого из них Арди так и не встретил — они отправились еще затемно. Охотник все никак не мог привыкнуть к тому, что на ногах у него какие-то «ботинки», под брюками и рубашкой есть «нижнее белье», а вместо шкур на плечах лежит тяжелое пальто с меховой подкладкой.
Арди все пытался доказать, что ему, вообще-то, жарко и уж пальто точно лишнее. Это же предгорья. Здесь холодно не бывает. Вот только ежившиеся при каждом дуновении ветра граждане отказывались соглашаться с подобными речами.
У входа в здание их встретил седой мужчина лет сорока. У него отсутствовало несколько зубов, лицо изрезали глубокие и явно нездоровые морщины, а еще от поношенной, мятой, местами порванной одежды изрядно воняло уксусом и спиртом. Арди даже чихнул.
— Все будет в порядке, госпожа Брайн, — даже голос у него звучал как-то чавкающее. — мы приглядим за Арди и позаботимся о том, чтобы его никто не донимал, ну и чтобы он сам… не натворил дел.
— Спасибо, учитель Кольский, — слегка склонила голову Шайи.
Несмотря на отталкивающую внешность мужчины, мама обращалась к нему с явным уважением.
— Шериф, — приподнял шапку учитель.
— Кольский, — кивнул Келли.
И если от взгляда Шайи и ускользнуло то, как Келли передал этому пьянице несколько свернутых в трубочки бумажек, то Арди даже успел рассмотреть их номинал. Два экса. Так называли те непонятные бумажки, на которые жители Эвергейла меняли… да все подряд.
— Ну, пойдем, парень, — похлопал его по плечу учитель, с которым они оказались едва ли не одного роста.
Арди посмотрел на мужчину и, видят духи, великих усилий ему стоило не схватить того за запястье и не швырнуть через спину куда-нибудь подальше. Гута был бы доволен. Эргар бы вообще, наверное, даже на комплимент бы расщедрился, а вот мама…
Шайи не переставая крутила платок в руках, а её губы оказались так крепко сжаты, что превратились в тонкую белесую полоску.
— Я есть порядок, — улыбнулся ей Арди, чем взывал дрожь у учителя. — Не переживать. Охотник не обижать неразумных детеныш. Все есть порядок. Я быть логово сразу как есть возможность.
Учитель, широко раскрыв маслянистые глаза, повернулся к шерифу, но тот лишь развел руками.
Шайи же натянуто улыбнулась и кивнула.
— Я буду ждать, — только и ответила она.
Когда Келли уводил маму, та то и дело оборачивалась и смотрела на Арди и едва прятала слезы. Охотник все еще не привык, что Шайи стала такой мягкой. Он помнил её твердой и в чем-то даже суровой. Той, что может на следующий день после родов подняться на высокий Алькадский пик, презрев яростный ветер и стужу.
Но вот она скрылась за поворотом, оставив за собой лишь легкий запах ежевики. Впрочем и его вскоре перебила вонь спирта.
— Пожалуйста, сын Гектора, ради памяти твоего отца, — икнул учитель. — Постарайся не сожрать никого в первый же день, ладно? Слезы Светлоликого, ну что за начало недели…
Так, причитая, Кольский провел Арди по широкому коридору. Здесь на стенах висели листы желтоватой бумаги с рисунками и картинками, огромная карта до самого потолка и еще несколько, как теперь знал охотник, меловых досок. На них кто-то очень аккуратным, приятным почерком вывел расписание нескольких классов.
Эвергейл, даже после того, как в него, благодаря железной дороге, потянулись переселенцы оставался не самым крупным городом, так что учащихся в школе оказалось сравнительно немного. Например Арди, будучи двенадцатилетним юношей, начинал обучение с шестого класса, где, кроме него, находилось еще четырнадцать человек. Но сейчас они, скорее всего, только просыпались и умывались, готовясь к новому дню.
Кольский прервал мысли Арди. Он резко остановился и дернул на себя рукоять двери, чуть не сорвав ту с петель.
— Заходи, — коротко бросил он. — Я предупредил учителя Тенебри. Арифметику ведет. По-первости сильно тебя мучить не будет. Хотя ты все равно и двух слов связать не можешь, так что кто еще кого замучает.
Арди не понимая, зачем вязать слова, сделал шаг внутрь и тут же, как и учили лесные друзья, принюхался. Тут пахло мелом, мучными продуктами, цветами, а еще страхом. Осматриваясь, охотник никак не мог взять в толк, что так могло пугать местных обитателей. Вряд ли широкие, местами обшарпанные парты, круглые табуретки и уж точно не две доски. Первая висела прямо рядом со входом, на ней еще остались надписи с прошлых занятий. А вторая — в конце кабинета, заменяла створки довольно вместительному шкафу.
Больше здесь, кроме часов и люстры, ничего и не оказалось.
Арди, все так же принюхиваясь и присматриваясь, определил свободное место. В дальнем углу, около окна, одна из парт выглядела куда менее обшарпанной, а запах, исходивший от сидения, оказался тоньше остальных.
Тут сидели намного реже и, видимо, это было как-то связано с прорехой в стене через которую задувал веселый ветер. Арди ему был только рад.
— Ну-с, — почесал затылок Кольский. — хорошего тебя дня.
Он развернулся и вышел за дверь. Звук шагов удалялся в сторону лестницы, а вместе с ними и недовольное бурчание:
— Зверям не место в школе… проклятый шериф…
Арди сказанное никак не оскорбило. Он плохо понимал горожан, а горожане плохо понимали его. Точно так же все обстояло и в первые месяцы жизни Арди в Алькаде. Глупо ожидать чего-то иного, когда попадаешь на незнакомые для себя троп…
Арди покачал головой.
Надо привыкать.
Хотя бы ради брата с мамой.
Он больше не на тропах. Это незнакомая для него о-б-с-т-а-н-о-в-к-а. Кажется именно такое слово использовал дедушка.
Арди вздохнул и не сразу справился с замком на сшитой Шайи сумке. Из плотной коричневой ткани, подбитая местами кожаными полосками для крепости, она была украшена символами, которые можно встретить лишь на священных землях Матабар. Раньше Арди не знал их смысла, а теперь взгляд на них одновременно согревал сердце и делал немного грустно.
Он достал изнутри толстенную книгу с большой надписью золотистыми буквами « Учебник арифметики, 6ой класс, общеобразовательный режим». Рядом легла тетрадка и баночка с черной, густой водой — чернилами. В неё нужно было макать ручку с железным пером, затем поворачивать небольшую шестеренку и чернила втягивались внутрь. После чего можно было писать, регулируя жирность букв силой надавливания.
На словах — ну вот вообще ничего сложного. А на деле Арди, за дни, проведенные на чердаке, измазал все руки и лицо, но так и не смог написать ничего путного. А писать он любил. Атта’нха часто просила его записывать что-нибудь из свитков и книг Фае. Волчица уверяла, что так лучше усвоится, потому что помнить будут не только глаза, но и руки. Вот только писал там Арди такой хитрой палочкой, оставлявшей едва видимые серые нити на любой поверхности. Даже на воде.
Она чем-то напоминала легший рядом с ручкой карандаш, заботливо наточенный Шайи. Только куда удобнее и долговечнее. Во всяком случае палочка уж точно не ломалась, стоило Арди её слишком крепко стиснуть.
Убедившись, что все принадлежности на месте, Арди прищурился и поправил пальто, лежавшее рядом с ним на парте. Куда его девать он так и не догадался, но решил, что ситуация разрешится как-нибудь сама собой.
Потянулись минуты, за которыми Арди следил по неспешной прогулке стрелок на часах. Вскоре на востоке над прериями и степями запылал горячий рассвет, заливая небо светом весенних цветов, обещая жителям, что зиме однажды придет конец. Лучи солнца беззаботно отплясывали на стекле, проникая внутрь класса и заводя хороводы с пылинками, ставшими отчетливо видимыми.
Арди принюхался, а затем резко повернулся к окну рядом с собой.
— Ой, — прозвучал знакомый голос, а затем послышался звук падения, хруст снега и чьи-то спешные разговоры.
— Невий! Может будешь поменьше таскать у твоей матери булочки⁈
— И вообще попробуешь питаться чем-то кроме них!
— Кевин весит ничуть не меньше!
— Но он хотя бы не предлагает дурацкие идеи!
Арди придвинул лицо чуть ближе и увидел, как внизу, в снегу, копошились детеныши, двух из которых он узнал. Немного тучноватый, крепко сбитый, с мешковатой одеждой. Его звали Невий. А ту, что стояла слегка в стороне от кутерьмы, где оказались сразу несколько пар рук и ног, стройная (чего не скрывали ни шубка, ни школьные одежды) с длинной косой, яркими глазами и слегка розоватыми щеками — Анна.
Если охотник правильно все понял, то вторая девушка, в данный момент пытавшаяся выбраться на волю из-под тел парней — Ольга. Странное имя. Арди таких никогда не слышал. И еще куда страннее оказались её волосы цвета осенних листьев и глаза, похожие на летнее небо. Куда выше Анны, она помогла подняться низкорослому, сухому пареньку. Сухая кожа цвета мокрого песчаника, густые волосы, как воронья перья, разлетелись по голове, а тонкие губы недовольно поджимались. Он, как и Ольга, выглядел странно для Алькады, так что Арди определил в нем Фаруха.
Просто потому, что странный мальчик просто обязан был обладать странным именем.
Вскоре на снег встали и Невий с, как уже можно было догадаться, Кевином. Арди даже глаза протер. Если не считать шрама на щеке, то Кевин выглядел абсолютно точно так же, как и Невий. Только разве что одежда у него выглядела чуть опрятнее — видимо носил бережнее. А так, за исключением все того же шрама, одно лицо. И комплекция одна. Жаль, что из-за снега и того, что внизу стояло сразу несколько детенышей, Арди не мог хорошенько принюхаться — вдруг они еще и пахнут одинаково.
— Ну, — мальчик с темной кожей закончил отряхивать пальто от снега и повернулся к Невию. — Ты рассмотрел эт…
— Ребята, — окликнула их Анна и кивнула в сторону окна.
Последние несколько секунд они с Арди смотрели друг другу в глаза. Школа находилась на небольшом возвышении, так что окно располагалась где-то на высоте второго этажа. И, видимо, детенышам пришлось встать друг другу на плечи, чтобы суметь что-то рассмотреть.
— Эмм, — снова почесал затылок Невий. — Ты ведь Арди, да?
— Я есть Арди, да, — спокойно ответил охотник.
Ребята переглянулись, после чего Анна указала куда-то наверх.
— Мы тебя не слышим, — пояснила она, после чего добавила. — Там сверху есть защелка, отстегни её и подними окно.
Не слышат? Ах… ну да… людской слух.
Арди осмотрел окно и действительно обнаружил посередине рамы защелку. Вынув небольшой металлический хвостик из ушка, Арди легонько, не прикладывая усилий, толкнул окно, но то лишь жалобно пискнуло. Спасибо, что не разбилось.
— Нет-нет, — замотала головой Анна. — Возьми за раму и потяни наверх.
И она сделала несколько движений, похожих на то, когда мама развешивала белье на веревку. Арди нахмурился и еще раз внимательно осмотрел окно. То делилось на два деревянных квадрата, внутри которых оказались заключены мутные стекла. И вот нижний квадрат будто немного находил на верхний, а в стенах оказались небольшие углубления. Так что Арди, вроде как поняв принцип действия, потянул за раму и та, заскользив по пазам, действительно поднялась наверх.
— Вау, — только и проговорил Невий. — А мы думали ты совсем дикий.
Златовласая девушка резко шлепнула товарища ладонью по затылку. Тот аж икнул…
— Привет, — немного робко помахал рукой темнокожий мальчик. — меня зовут Фарух. Это вот…
Но его тут же перебили. Сделала это, собственно, та же девушка, что только что отвесила затрещину Невию.
— Ольга, — представилась она, окончательно подтверждая догадки Арди.
— Невий, — недовольно проворчал пухлый мальчик, затем указал на свою молчаливую копию. — Этот, воды в рот набравший, мой неразговорчивый брат.
Брат… может у людей имелись какие-то разные братья? Эрти, вот, пусть и был чем-то похож на Арди, но уж точно не являлся его точной копией.
— Анна, — замкнула цепочку девушка с румянами. Кажется так назывались эти пятна на щеках.
Охотник промолчал. Он им уже представился.
Ребята тоже не спешили продолжать разговор и явно чувствовали себя неловко. Ну, хоть страхом от них не пахло и то хорошо.
— Ты извини, если мы тебя отвлекли, — продолжила Анна, все это время не разрывая зрительного контакта. У зверей это считалось вызовом, а у людей — признаком хорошего воспитания. Вот и разница двух миров… — нас предупредили, что ты сегодня придешь. Мы хотели в кабинет попасть, но нас встретили по дороге шериф и твоя мама. Они предупредили, что школа закрыта изнутри и до начала занятий в здание никто не попадет.
— Не самая светлая идея, кстати, — буркнул Фарух, переминаясь с ноги на ногу. — Тут не лето же, все-таки, чтобы на улице всей школой толпиться.
Охотник пропустил его слова мимо ушей.
— Ты говорить мало правда, — чуть прищурился Арди. — Ты где-то сказать ложь.
Ребята переглянулись, после чего Фарух, как он думал, неслышно прошептал.
— Даже мой дедушка говорит на Имперском лучше, а он вообще всю жизнь в Аль-Зафире провел!
— Ц, — шикнул на него Невий. — видишь, как внимательно смотрит на тебя… слышит, наверное.
Видя это, Анна зачем-то закатила глаза, после чего улыбнулась. Легко и искренне.
— Ты очень сообразительный. Прямо как Эрти! Мы когда с мамой приходим к госпоже Брайн за платьями и одеждой, я всегда оставляю всякие головоломки для Эрти. Он с ними иногда справляется, хоть в школу еще даже не ходит!
Арди кивнул. На этот раз она говорила правду… вроде как. Пусть Эргар и оставил ему силы Матабар (хотя бы ту часть, на которую была способна его суть полукровки) но все равно в Алькаде ему словно сама земля помогала. Так что в случае с Октой он мог мгновенно понять, когда та врала, а сейчас…
— Твоя мама попросила нас приглядеть за тобой, — отстраненно и даже холодно произнесла Ольга.
И это тоже было правдой. Если бы Арди еще не был самостоятельным охотником, то обиделся бы таким пренебрежением его умений, но у людей свои законы. В их глазах он все еще был детенышем. И останется таким на следующие четыре зимы. Так что Шайи просто заботилась о нем. Как могла.
— Ну и еще нам было очень любопытно, — Невий сверкнул глазами и упер кулаки в бока. — А ты совсем не такой страшный, как рассказывают истории. И зрачки не вертикальные, и на зверя не похож, да и клыков…
Арди широко улыбнулся.
— … нет, — фразу Невий заканчивал уже без прежнего задора. — Ну, хоть небольшие.
— Небольшие это у нас, у простых людей, — шепнул ему Фарух. — а у этого… прям клыки.
Друзья переглянулись, после чего опять посмотрели на Арди. Тот, в свою очередь, спокойно изучал столпившихся внизу ребят. От цепкого взгляда не ускользнул тот факт, что под черными пиджаками они носили еще и шерстяные жилетки, не считая льняных рубашек и, явно, сразу двух комплектов белья. Видимо люди любили надевать на себя столько слоев одежды, чтобы можно как капусту чистить.
— Школу скоро откроют, — либо Анна была самой храброй среди них, либо самой ответственной, так как и в этот раз говорила именно она. — Мы постараемся прийти в кабинет первыми, но, если не получится и кто-то нас опередит и скажет тебе что-нибудь неприятное, ты, пожалуйста, не обращай на это внимания, ладно?
— Да, — поддержал Невий. — Все коренные знают, что если бы не твой отец, школа оказалась бы полупустой. Да и вообще, когда строили это здание, даже думали назвать в честь твоего отца.
Арди только сейчас вспомнил, что шесть лет назад, когда он смотрел глазами Эргара, то школа Эвергейла находилась не здесь, на отшибе, а среди других зданий прямо напротив офиса шерифа и, по совместительству, местной тюрьмы.
— Хорошо, — коротко кивнул Арди.
Будущие одноклассники помахали ему руками (кроме Ольги) и, собрав странные сумки из коричневой, плотной кожи, побежали по снегу в сторону крыльца. Арди же, опустив раму, посмотрел на часы. Если он правильно помнил значение цифр и стрелок, то до семи часов, когда начнутся занятия, оставалось всего пять минут.
Вскоре его подозрения подтвердились голосами взрослых, напоминающих детям правила поведения в здании, рассказывающим что-то об обеде и уроках. Но их слова тонули в звонком смехе, топоте ног, гуле старших ребят, жарко обсуждавших все подряд — начиная своими подработками, заканчивая сердечными делами.
Арди задышал быстрее и накрыл уши руками. Голова закружилась, а перед глазами все поплыло.
Еще никогда прежде он не оказывался в таком хаосе из звуков, запахов и новых ощущений. В лесу, даже в самых оживленных местах, никогда не было так громко и оживленно. Только, разве что, в муравейниках, но в них Арди, до этого дня, не оказывался.
Пытаясь унять бешено бьющееся сердце и марширующие по загривку мурашки. Как учил Скасти, он постепенно отсекал от себя нити новых запахов, глушил звуки незнакомых голосов и убирал глубоко внутрь сознания образы, рождаемые в разуме охотника.
Здесь не было дичи, которую требовалось выслеживать, замечая каждую мелкую деталь, подмечая малейшие нотки ароматов в редких порывах ветра. И не было охотников, на чьи тропы не стоило ступать.
Это другой мир.
И Арди медленно погружался в него.
Сколько он так просидел — понятия не имел, но в какой-то момент кто-то аккуратно потрепал его за плечо.
Арди открыл глаза и осознал себя сидящем в компании полутора десятков людей. Одного взрослого и четырнадцати детенышей. Последние расселись за парты, уже обложились учебниками и тетрадями. Надписи на доске сменились другими и статная женщина — высокая, со строгим взглядом и непонятными стекляшками в железной оправе, надетыми на нос, смотрела прямо на него.
— Ты уже так пол урока сидишь, — шепнула Анна, которая, как оказывается, села рядом с ним.
«Пол урока»… что это?
— Учащийся Эгобар, — произнесла женщина, одетая в такие же, как и все в школе, черно-белые одежды. — если вы показательно отказываетесь слушать мой урок, то с точно таким же успехом можете выйти прогуляться и не портить мне дисциплину.
Арди не понял некоторых слов, но общий посыл уловил.
— Я есть просить прощенье, — искренне извинился Арди, вспоминая как сильно болела его спина после хвостов Эргара, если тот замечал, что ученик отвлекается и невнимательно слушает. — Я быть…
— Оправдания не красят мужчину, учащийся Эгобар, — перебила учитель, после чего взяла со своего стола длинную, тонкую деревянную палочку и указала ей на доску. — Что это, по-вашему, учащийся?
Арди чуть было сходу не ляпнул — палка, но его сообразительность подсказала, что женщина указывает ему на что-то. Вот только на что. Знаний охотника хватило лишь на то, чтобы увидеть перед собой вереницу цифр, смешанную с какими-то черточками, точечками, знаками вопросов и прочими символами.
— Цифры, — немного погодя ответил Арди. — И числа. Больше не иметь знание.
Брови учителя слегка приподнялись. Как и у Анны.
— Что же, — прокашлялась она. — это, пожалуй, лучше, чем я думала… вы видите перед собой дробное уравнение с одним неизвестным, учащийся Эгобар. Новая тема, которую мы начали как раз сегодня.
— Что есть неизвестность? — спросил Арди.
Кто-то из парней в классе издал короткий, едва слышный смешок, но на него тут же зашипели соседи.
— Вот этот символ, — учитель указала на несколько черточек, напоминающих букву. — означает наличие неизвестного в уравнении. Его требуется вычислить.
Отыскать. Символ. Внутри. Цифр и чисел.
А люди точно не прокляты Лей и сохраняют здравость ума? С какой стати им добавлять буквы в числа⁈
Учитель щелкнула палочкой по доске, после чего чуть устало вздохнула.
— Садитесь, учащийся Эгобар и постарайтесь присутствовать на моем занятии не только физически. В конце концов — от итоговых экзаменов в конце года вас никто не освобождал и если вы намереваетесь после школы найти себе работу чуть более прибыльную, чем уборка навоза, то, думаю, табельный рейтинг вам портить ни к чему.
Табельный рейтинг? Она сейчас озвучила какое-то проклятье на языке демонов? Ладно, это Арди просто пытался себя немного развеселить, потому как ему не очень-то нравилось ничего не понимать.
— Благодарить, — сказал он, чем вызвал очередной сдавленный смешок.
Арди опустился на стул и взял в руки ручку. Пусть он ничего и не понимает, но это не мешает ему попросту все переписать, как учила Атта’нха и после этого уже вдумчиво прочитать. Если потребуется — то несколько раз и…
Охотник посмотрел на ручку, затем на чернила, затем на тетрадь и, отложив неблагодарное устройство, поднял карандаш. Как учил Гута — не стоит сразу же пытаться пересечь бурную реку, лучше начать с ручья и учится на мелководье. Так что…
— Апчхи, — сдавленно, едва слышно, чихнула сидящая рядом Анна.
Арди посмотрел на девушку и от его взгляда не скрылись ни посиневшие ногти, ни бледные губы, ни мелкая дрожь, заставлявшая Анну то и дело вздрагивать. Арди потянулся было к пальто, но тут же понял, что Анна как раз-таки сидит там, где и лежала его верхняя одежда.
Он огляделся и заметил, что все ученики пришли в кабинет в слишком легкой для зимы обуви. Так что, скорее всего, они её где-то переодели. Для опытного охотника, умевшего читать повадки задачка, куда более простая, чем «дробное уравнение с одним неизвестным».
В школе, скорее всего, имелось место, где детеныши переодевались, но вряд ли туда понесли его пальто. А значит…
Арди поднялся подошел к шкафу с исписанными мелом дверцами. Он приоткрыл их, после чего с улыбкой выудил из недр ветхой мебели свое пальто.
— Учащийся Эгобар! — резкий выкрик, сопровождаемый ударом палочки по доске, прервал ликование Арди. — Что вы себе позволяете⁈ Я не помню, чтобы вы спрашивали разрешения подняться, а я вам его давала!
Арди настолько опешил, что едва было не выронил пальто из рук. Что имела ввиду эта странная женщина? Может быть, он её неправильно понял?
— Что есть не так? — спросил Арди.
— Ваше поведение, учащийся Эгобар! — учителя переполняло столь глубокое возмущение, что она, кажется, даже немного задыхалась. — Что вы себе позволяете⁈ Это вам не ле… не дом! Немедленно сядьте на место! И в следующий раз позаботьтесь о том, чтобы спросить у меня разрешения подняться с места, иначе будете наказаны!
Арди прикрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Все как учил Гута…
Она человек и не понимает, что своими словами могла нанести любому другому охотнику столь глубокое оскорбление, что им пришлось бы сражаться до смерти на тропах охоты. Но здесь, как в очередной раз напомнил себе Арди, не было ни троп, ни охотников. Только странные и непонятные правила и устои, в которых Арди еще не разобрался.
Если он сейчас близко к сердцу воспримет сказанное про то, что взрослый и свободный охотник должен «что-то спрашивать» иначе «будет наказан», и бросится в драку, то не сделает лучше никому. Ну, может своей гордости, но точно не Шайи и брату.
— Простить, — не особо охотно проговорил Арди. — не иметь знание ваш уклад.
Но все же он не смог заставить себя отвести взгляда от карих глаз учителя — на такое унижение он просто физически не мог пойти. И стоило Арди сделать шаг, как учительница вздрогнула и прислонилась спиной к стене, слегка поджав губы. Сделала она это совершенно неосознанно, так как в следующее мгновение вернула статную осанку и вскинула подбородок, но от неё все равно пахло страхом.
Арди вздохнул.
Как сказал бы ему сейчас Скасти — « пустая твоя кедровая голова».
Вернувшись к парте, Арди укрыл ошарашенную Анну пальто, после чего опустился на стул, снова взял в руки карандаш и в гробовой тишине, прикусив от усердия кончик языка, начал старательно выводить цифры, числа и символы, пока еще таящие от него свои секреты.
— Спасибо, — прошептали рядом.
Арди повернулся и увидел глаза Анны. Она не отводила их и не прятала. И, в отличии от большинства присутствующих, от которых, после недавней сцены, пахло так же, как от учительницы — страхом, совсем не боялась. Лишь поуютней укуталась в пальто, выдохнула и улыбнулась.
Сердце охотника пропустило удар, затем еще один, а затем забилось так быстро, словно он загонял особо ретивую горную козу.
Он как-то заторможено кивнул, после чего вернулся к записям.
Оставшаяся часть урока пролетела быстрее пикирующего сокола, но, увы, за все занятие Арди смог выяснить лишь фамилию учителя — Тенебри. Покидая класс, она оставила им домашнее задание. И нет, это не что-то, что можно потрогать. Просто на доске появилось несколько « номеров заданий» которые « необходимо решить до пятого дня, иначе можно схлопотать кол».
Арди сильно сомневался, что учительница действительно загонит кому-нибудь в грудь наточенную осину, но кто знает, что за нравы у людей. Атта’нха говорила, что в людском племени до сих пор считают, что таким образом можно упокоить вампира. А когда Арди спрашивал каким, все же, образом действительно можно, волчица лишь наставила никогда не пересекаться с кровопийцами, а если такое произойдет — убегать.
Одновременно с тем, как учитель Тенебри покинула кабинет, в него зашел молодой мужчина. Лет девятнадцати, может чуть старше — наблюдение из окна чердака позволило Арди начать немного ориентироваться в возрастах людей.
Невысокого роста, гладко выбритый, с заспанными глазами и слегка грязными рукавами, он поставил портфель (так, как оказалось, называлась подобная сумка) на стол и поздоровался.
— Доброе утро, господа учащиеся, — голос у него звучал мягко и немного сладко, как патока. — сразу представлюсь нашему новенькому — меня зовут учитель Парнас, я преподаю Историю Империи и Мира.
Арди облегченно выдохнул. Ну хоть что-то, в чем он, благодаря волчице, немного разбирался.
— А у нас не будет перемены? — поинтересовался один из мальчиков.
— Почему же, — пожал плечами учитель Парнас. — будет конечно. Десять минут, как и положено. Просто сегодня я составлю вам компанию.
С этими словами он уселся за стол и достал из портфеля такой же свиток, которыми торговал господин Молиньер. Благодаря маме и Келли, Арди теперь знал, что первый работал почтальоном, а второе называлось — газетой.
— Он, видимо, тут из-за тебя, — шепнула Анна, убиравшая в свой портфель учебник арифметики и достающая другой — абсолютно идентичный, разве что на обложке поменялись слова с «Арифметика», на «Общая История». Арди поспешил отыскать в своей сумке аналогичный. — Я про то, что обычно преподаватели уходят в учительскую, а мы остаемся одни. На коротких переменах, разумеется. А на длинной можно сходить прогуляться или в столовую наведаться. Сегодня, кстати, обещают пышки на обед. Любишь пышки?
Арди нахмурился.
— Пышки?
— Ага, — кивнула Анна от чего её коса слетела с плеч и легла на парту, почему-то вызвав у Арди очередной сбой в ритме сердца. — это такие сладкие булочки посыпанные сахарной пудрой. Госпожа Фостер специально приготовила их к твоему приходу.
— Фостер, — повторил Арди, после чего посмотрел на Невия и Кевина. Те о чем-то перешептывались и иногда поглядывали в сторону охотника и своей подруги. — Мать братьев?
Анна выглядела немного удивленной, но спокойной.
— А как ты понял? По запаху?
Любому другому человеку, даже брату, Арди никогда бы не ответил. Он не учитель, чтобы наставлять других путям охоты, но… почему-то ему хотелось ответить.
— Одинаково морщить нос, когда смех, — пояснил он, указывая на лицо Невия. — Одинаковый с старшая женщина форма глаза, а еще фраза. Когда учитель заходить, братья шутить друг друга политика делать неприятно. Госпожа Фостер шутить так же с господином Молин…
Ладонь Анны легла на губы Арди и тот, с удивлением для себя, вздрогнул и покрылся мурашками.
— Ты очень наблюдательный, Арди, — Анна тут же убрала руку. — наверное, это даже, логично, что ты такой, только… про госпожу Фостер и почтальона ничего не говори, ладно?
— Секрет?
Анна улыбнулась, чуть грустно и немного отстраненно.
— О котором знает весь город, кроме мужа Эмилии — так зовут госпожу Фостер, кстати. И её детей — Невий и Кевин тоже не в курсе. Ну или в курсе, но делают вид, что не знают. В общем — не надо об этом. Особенно при них.
Арди нахмурился. С одной стороны он понял все слова, сказанные Анной, а с другой — вообще не уловил смысла. Люди не волки и не лебеди — они не выбирали себе пару на всю жизнь. Да даже Матабар, пусть и чаще, но не всегда могли похвастаться подобным. Так что если госпожу Фостер не устраивала её пара, она могла просто отказаться от неё.
— Сложно.
— У людей часто так, — Анна кинула быстрый взгляд в сторону братьев, после чего взяла тетрадку Арди. — Ты все верно записал, но ничего не решил?
— Не иметь знание решать, — поник Арди. Почему-то ему было неприятно признаваться этой девушке в том, что он с чем-то не мог справиться. — Но я разбираться. В будущее обязательно разбираться. Это есть мысль сегодняшний день. Не откладывать в завтрашний день.
— Это правильно, — согласилась Анна. — я тебе вечером помогу.
— Ты? Помогать? Вечер людские дети быть дома.
Анна повернулась к нему и удивленно спросила:
— А ты не знаешь?
Арди пожал плечами. В мире людей он не знал так многое, что если начать перечислять, придется потратить несколько путей дух… несколько дней.
— Шериф Брайн договорился с моим отцом, что ты будешь подрабатывать на нашей ферме.
Точно. Келли собирался отправиться на ферму Полских, чтобы пристроить Арди там на подработку. Забавное совпадение, что Анна оказалась дочерью человека, о котором у Арди сложилось не самое благоприятное первое впечатление. Что же, будет ему урок на будущее — не доверять словам, произнесенным о человеке за его спиной, да еще и на улице. Ну либо наоборот — не судить о человеке по его дочери и…
Спящие Духи! Как же у людей все сложно!
— Так, ну-с, господа учащиеся, — учитель Парнас хлопнул по столу и поднялся к доске, на которой за едва заметные крючки прицепил карту. — На прошлом занятии мы с вами остановились на экспансии Царства Галес, которое стало основой нашей с вами Империи.
— И вы нам еще рассказывали историю про Ивара-дурачка! — выкрикнули с задней парты.
— Не дурачка, а Ивара-целителя, — поправил Парнас, после чего подмигнул. — Пусть сути это и не меняет… ну ладно, перейдем к теме сегодняшнего урока. Записывайте — влияние звездной магии на военную экспансию Галеса.
Следующие полчаса прошли для Арди в отчаянной борьбе со сном. Охотник даже стал подозревать, что учитель Парнас обладал знаниями Эан’хане и каким-то образом его зачаровал. Но он старательно, насколько позволяли неловкие пальцы, записывал за учителем Парнасом. Тот, в отличии от учителя арифметики, больше говорил сам, нежели обращался к ученикам.
Во всяком случае, слушать про то, как расширялись территориальные притязания королевства Галес к королевству Эктас, занимавшему большую часть западного материка. И то, как эти самые притязания напрямую зависели от количества и качества Звездных Магов, как одной из основных боевых единиц Галеса…
Мало того, что было скучно, так еще и большую часть слов Арди попросту не понимал.
Все, что он знал об Эктас из книг волчицы — там жили его предки, а затем королевство пало во время войны с людьми. Больше внимания этому не уделялось. Видимо — не сильно важно.
Лишь изредка учитель разбавлял монотонный рассказ короткими вопросами.
— Откуда к нам пришла звездная магия?
И из полутора десятков поднималось, обычно, несколько рук. В основном Анны и еще одного мальчика с волосами, словно поцелованными огнем. Насколько успел сообразить Арди, в классе, во время урока, можно было говорить только если сперва поднять руку, а затем дождаться пока к тебе обратиться учитель.
— Прошу, ученица Полских, — попросил учитель и поспешно добавил. — Только не надо вставать, а то пальто уроните.
Анна прокашлялась и ответила.
— С восточного материка за три века до падения Эктас.
— Совершенно верно, — кивнул учитель. — Как вы знаете из истории древнего мира, до того, как на эти берега занесло первых путешественников из нынешней Республики Кастилии — восточный материк считался легендой.
Арди чуть было не брякнул, что в книгах Атта’нха земли за островами до сих пор являлись чем-то сродни детской сказки.
— А кто подскажет почему звездная магия обрела такое широкое распространение?
И снова рука Анны.
— Что, больше никого? Совсем никого? — в ответ лишь тишина. — Ну ладно, ученица Полских, но напоминаю, что оценку я в вашем случае поставлю только за десять, а не пять правильных ответов.
Анну, видимо, эти слова (чтобы те не значили) не сильно волновали.
— Звездная магия обладает широким набором преимуществ над магией первородных.
Учитель закивал и приободряюще помахал рукой.
— А если подробней, ученица Полских?
— Во-первых, она не требует врожденного таланта и любой желающий может ей обучиться и…
— Ага, — перебил все тот же рыжеволосый мальчик. — то-то мы с вами все в плащах и при погонах. Ты не забывай, Анна, что без кристаллов Лей высокого уровня концентрации или ядра волшебного зверя — все, что мы можем, это учить теорию.
— Ученик Кенбиш, — тихо проговорил учитель. — вы, разумеется, верно подметили недостаток этого вида искусства, но смею вам напомнить, что в моем классе не принято перебивать своих однокашников, тем более, когда к вам никто не обращался.
Мальчик по фамилии Кенбиш только фыркнул.
— Ну да, конечно, нам, простым людям, — он явно специально сделал ударение на последнем слове. — это запрещается, а вон та нелюдь сегодня…
— Кенбиш! — воскликнул учитель, после чего взял со стола широкую линейку. — Ваши ладони, Кенбиш!
Мальчик, поджав губы, вытянул вперед обе руки, после чего в классе послышалось несколько звонких, хлестких ударов. Арди сперва даже опешил, но когда понял, что все дети отнеслись к происходящему как к чему-то само собой разумеющемуся, успокоился. Видимо случившееся имело такой же смысл, как и хвосты Эргара.
— Я оставлю записку для ваших родителей, Кенбиш, — несмотря на молодой возраст, слова учителя звучали строго и железно. Как удары молотка о шляпку гвоздя. — И не приведи Светлоликий вам её не передать.
— Разумеется, учитель Парнас, — прошипел мальчишка, убирая покрасневшие ладони.
И все же, пусть и ненадолго, но в классе повисла неловкая пауза.
— Кхм… продолжайте, ученица Полских.
— Да… конечно. Так вот. Звездная Магия не требует врожденного таланта… это я уже сказала… И она намного быстрее в использовании, а вариантов применения за почти тысячу лет создали безумное множество. Не говоря уже о том, что она банально мощнее, что и стало причиной такой быстрой экспансии человеческих государств.
Учитель кивнул, после чего вернулся к доске, иногда бросая недовольные взгляды в сторону рыжеволосого.
— Отличный ответ, — похвалил он Анну. — могу лишь добавить, что именно благодаря Звездной Магии и освоению людьми Лей-линий и их кристаллизированной формы мы смогли добиться нынешнего прогресса. Но… ох, как время-то пролетело за интересной беседой… Оставим эту тему для следующего занятия. На дом вам прочитать соответствующий параграф и не забудьте, что через неделю контроль по блоку тем «Предпосылки создания Империи». Пожалуйста, подготовьтесь. А сейчас передаю вас в руки вашего учителя химии.
Вместе с тем, как Парнас покинул класс, внутрь вошла женщина преклонных лет. Седые волосы стягивала красная лента, в руках она несла не портфель, а небольшой, звенящий саквояж и, кажется, не особо была рада своему появлению здесь.
Собственно, как и ученики.
— Что есть история Ивар-целитель? — спросил Арди у Анны. — Я помнить такая фразы для учитель.
— Ты никогда не слышал⁈ — та чуть не свалилась с табуретки. — Ах, да, прости, не подумала — где бы ты слышал… это один из персонажей истории. Вымышленный или нет, никто не знает. Но он вечно попадал во всякие нелепые ситуации. У нас даже такая присказка есть — не веди себя как Ивар.
— Как Ивар, — повторил Арди, запоминая услышанное.
— Чего только стоит то, как он пытался кабана от бешенства исцелить… — засмеялась Анна и тут же покраснела и стушевалась. — но ты про это лучше у Невия спроси.
— А…
— Я не буду рассказывать, — покачала головой девушка. — это не очень… прилично.
Урок химии прошел куда спокойнее. Может потому, что ученики немного привыкли к наличию в классе новенького, может из-за самого предмета (он чем-то напомнил Арди науку волчицы о смешивании различных растений, корешков, трав и плодов) который с первого взгляда казался довольно понятным, но стоило на доске появится примерам, как Арди, и не он один, тут же потерял связь с реальностью.
Если на арифметике цифры и числа перемежевались с буквами, то сейчас все обстояло в точности наоборот. Лишь изредка среди множества букв и символов, значков и черточек появлялись хоть какие-нибудь цифры.
Арди все прилежно, насколько справлялся, записывал. Когда-нибудь он точно во всем этом разберется, но, видимо не сегодня. Посмотрев в конце урока на тетрадку и поняв, что он даже не запомнил имя учителя, решил, что и не завтра….
После химии последовала география, которую вела, что удивительно, учитель арифметики — Тенебри. Только на этот раз она вооружилась не мелом и линейкой, а картой и указкой. Кажется, речь шла о островах между двух материков. Арди внимательно слушал — ему всегда нравились истории об островных государствах. Много сказок он прочел в библиотеке волчицы о жизни Мелкоморцев.
Но сейчас еще и узнал, что, оказывается, когда-то там находился материк, но потонул из-за ужасной катастрофы, что и образовало острова и их весьма забавно расположенные государства. Два Великих Княжества — Фория и Грайниа, и их соседи Оликзасия, Линтелар и таинственный, закрытый ото всех уголок земли под названием Макинджия. По легендам, там живут изгнанные Эан’хане, занимавшиеся темными искусствами.
Арди пытался разузнать у волчицы про темные слова и это был единственный раз, когда он увидел истовую ярость и гнев во взгляде своей наставницы. Она раз и навсегда запретила ему даже думать об этом искусстве.
Про каждое учитель сказала несколько слов, объяснив их основные «статьи экспорта и импорта», что бы это ни значило.
На этом первая часть дня оказалась окончена, ученики засобирались в столовую, но вместо этого в класс вошло несколько человек в белых передниках, украшенных желтыми пятнами. В руках у них покоились жестяные подносы с тарелками и булочками.
— Мы сегодня в качестве заключенных? — прошипел рыжеволосый.
— Кенбиш, — тихо произнесла учитель Тенебри. — оставьте свои выходки до окончания занятий.
Мальчик только что-то пробубнил и взял ложку. Пока ребята с большим аппетитом поглощали мясной бульон и заедали свежим хлебом, Арди пытался разобраться, как ему приноровиться. Ложка все никак не хотела нормально лежать в руке, не пытаясь убежать куда-то в только ей ведомые дали. А даже если и получалось — охотник обжигал язык горячей жидкостью.
— Надо подуть, — шепнула Анна, продемонстрировав что именно имела ввиду.
Арди кивнул и, попытался, но произошло едва ли не то же самое, что и со стряпней Шайи. С той лишь разницей, что суп не жаркое — по столу не разлетелся, а вытек обратно в тарелку.
Охотник обескураженно посмотрел на улыбающуюся девочку. Он думал, что та начнет над ним смеяться или побрезгует, но Анна лишь отложила свой прибор, взяла ладонь Арди, сложила его пальцы хитрым образом, после чего вложила в них ложку. Она зачерпнула ей немного супа, опустила к нему лицо и, сложив губы свистком, аккуратно подула.
Арди, видимо, должен был запомнить, что происходило, но все, что он запомнил — аромат её волос. Они пахли вереском и медом.
Еще через некоторое время принесли те самые булочки. Раздали каждому по штуке вместе с белыми тряпочками. Те назывались — салфетками. А еще поставили по стакану чая. Не такого вкусного, как готовила Атта’нха, но вполне сносного.
Когда с обедом было покончено, то ученикам дали еще немного отдохнуть, после чего в класс вошел уже знакомый Арди мужчина. Все такой же помятый, хмурый и пахнущий алкоголем.
Он нес в руках два учебника и больше ничего.
— Первый урок — чтение, — произнес Кольский серым, равнодушным тоном. — Второй урок — письменность. На следующей неделе диктант и контрольное чтение. Сегодня — сдаем поэмы. Кто готов первым?
Поэмы? Их тут пишут? Арди нахмурился. Он не был готов сейчас взять и написать даже строфу, не говоря уже о целом отрывке! Он читал пару таких, как их называла волчица, песен без мелодии. Особо не проникся, но Атта’нха говорила, что любой образованный сидхе, даже если он человек, должен знать парочку. Выучить их целиком, разумеется, у Арди не получилось, но общий смысл запомнил. Волчице этого оказалось достаточно и…
— Не переживай, — шепнула ему Анна. — надо выучить только небольшой отрывок.
Арди вздрогнул.
Она тоже Эан’хане и может читать его мысли⁈ Хотя нет — глупости, конечно.
Анна, как и на прошлых уроках, подняла руку и ей тут же дали слово.
— Вступление « Поэмы о волшебниках и звездах» автора Н. К., — представила она, после чего, прикрыв глаза, начала читать по памяти:
На горе , чей пик пронзает облака ,
Где по лесам гуляет вольный ветер ,
Волшебники смотрели свысока
На правила и древней магии заветы.
Они шли по непроторенной дороге ,
Колдовство изучая годами .
Но рискнув бросить вызов природе ,
Оказались всего лишь глупцами .
Хранители земли и истинного мира
С волшебным посохом, что многих грез чудесней
Ретивей молодого конвоира
Поддерживали мягкость равновесия
Но время шло, ничто не вечно под луною
Их род исчез, а магия в забвенье.
Однако шепот ветра за горою
Подскажет верный путь к ученью
— Отлично, ученица Полских, садитесь. Кто-нибудь еще? — с все тем же отсутствующим выражением лица похвалил учитель, после чего надел на нос очки, так назывались эти стекляшки, и открыл журнал. — Что же, если желающих нет, то продолжим по списку.
Вплоть до самого окончания занятий учитель опрашивал ребят. Арди думал, что все, как и Анна, так же легко и красиво смогут прочитать отрывки поэм, но кроме неё справился разве что рыжеволосый Кенбиш, а остальные — кто слова забывал, кто путался и сбивался, кто рассказал лишь половину, а некоторые и вовсе пытались читать с учебников или написанных на ладонях подсказок.
Последних (Невия и Фаруха) Кольский огрел линейкой по ладоням и отправил в туалет — смывать чернила.
Далее последовал урок письма, где Кольский, иногда икая, порой открывая флягу и попивая оттуда что-то без цвета, но с явно неприятным запахом, вещал о правилах написания корней. Арди сперва не понял о каких корнях идет речь, но Анна помогла ему понять, что люди делили свои слова на составляющие. Одним словом — арифметика сейчас выглядела несколько проще…
На этом учебный день был закончен и ребята засобирались по домам.
Арди, весь взмокший, с гудящей головой и мутными глазами, кое-как смог надеть свое пальто и сложить учебные принадлежности в сумку. Сидя на чердаке, он полагал, что школа станет для него чем-то вроде необходимости, которую придется терпеть ради Эрти и Шайи. Ведь чему могут научить люди взрослого охотника, но… Как и сказал дедушка — в очередной раз Арди ощутил себя новорожденным.
Он опять, как и шесть зим назад, ничего не знал, не соображал и выглядел смешным и нелепым. Страшно представить, как сегодня прошел бы первый день, если Атта’нха не научила бы его нескольким наукам.
С этими мыслями Арди и сам не заметил, как оказался на улице в компании Анны, а все вокруг уже подернулось серой пленкой вечернего сумрака и око ду… солнце клонилось за высокие пики Алькады, собираясь на заслуженный сон.
— А где…
— Мы пытались до тебя докричаться, но ты просто шел за нами следом, — девушка выглядела явно обеспокоенной. — мы даже подумали, что ты зачарован. Ладно, не мы — а Невий с Фарухом. Единственное, что может отвлечь их от разговоров об оружии — звездная магия. Вот и решили, что тебя заколдовали.
Не так много владеющих искусством знали истинное имя Арди, так что зачаровать его было бы непросто. А то, что описывала Анна — так бывало с ним после уроков Скасти, когда он мог потеряться в разговорах леса и рек и провести так почти целый день, вот только еще никогда прежде он не терялся в своих собственных мыслях. Хотя, если честно, раньше их и не присутствовало в голове в таких количествах.
Пожалуй, стоит вспомнить уроки Эргара и признать, что часть из них — мысли завтрашнего дня.
Арди вздохнул, помотал головой и огляделся. Они шли по узкой тропинке, рассекающей заснеженные поля. Единственным источником света здесь служили редкие столбы с такими же странными стеклянными свечами, как в доме Келли.
Стоящие на расстоянии в десяток метров друг от друга, соединенные черными шнурами, они мерцали, излучая мерное, синее свечение.
— Я есть надо идти логово. Я говорил слово обещание для моя мама и…
— Мы заходили к тебе домой, — Анна постепенно расслаблялась. Закутанная в одежды, с поднятым воротником пальто и с вязанной шапкой, натянутой на волосы, она слегка переминалась с ноги на ногу и скрипела снегом. — Госпожа Брайн укладывала Эрти спать, так что мы поговорили с шерифом. Он попросил передать, чтобы ты не возвращался вечером один и дождался его на нашей ферме — заодно познакомишься с моим отцом и тот решит, какую работу сможет тебе дать.
Арди чуть нахмурился, но тут же напомнил себе, что у людей другие правила и здесь в порядке вещей решать что-то за детей.
Арди потянул носом по ветру и прикрыл глаза. Вдалеке пахло людьми, лошадьми, домашними животными и рогатым скотом. Ничего необычного, но отчего-то чутье охотника заставляло его напрягаться.
Анна перехватила портфель и направилась дальше по тропе.
— Пойдем? — позвала она.
Арди молча отправился следом. Отставая от своей провожатой на несколько шагов, он смотрел на свечи, горящие на столбах. Без масла или хвороста, но достаточно ярко, чтобы развеивать опускающуюся на равнины мглу.
— Что есть этот огни?
— Огни? А, ты про фонари? — Анна задержалась ненадолго, посмотрела наверх, после чего улыбнулась ему. Так же, как и на занятиях. Так, что сердце, почему-то, снова пропустило удар. — Это лампы. Работают от энергии-лей. Она передается по проводам и питает специальные кристальные пружины. Если я правильно помню… Мне брат рассказывал. Он работает старшим подмастерьем у мага-инженера в Дельпасе.
Арди сперва показалось, что Анна над ним подшучивает. Лей-линии, как он знал из текстов Атта’нха, невидимые глазу волшебные течения, скрытые в подземных недрах. Они, как реки, пропитывали земли и переносили внутри себя чистую магию. Именно благодаря их существованию все сущее обладало способностью не забывать свои истинные имена, а Эан’хане — говорить с ними.
Вот только сколько не копай (дворфы и гоблины пытались) — никогда Лей-линии не отыщешь. Но в то же время, порой, линии перекрещивались, потоки закручивались водоворотами и энергии оказывалось столько, что та «м-а-т-е-а-р-и-л-и-з-о-в-ы-в-а-л-а-с-ь» и являлась в реальности рудой или кристаллами. Звери, обитавшие рядом с такой рудой или нанюхавшиеся кристальной пыли, заражались опасной болезнью и, приобретая огромную силу, теряли разум.
Но вот все, что сказала Анна…
— Только не спрашивай меня, как все это работает. Когда брат с семьей приедут в гости, сможешь его помучить, — мучить? Арди не хотел никого мучить и… Ах, да… людская иносказательность, Анна же добавила: — Он, кстати, был в числе тех, кто прокладывал здесь кабели, когда открывали новую шахту пару лет назад. Говорят еще даже не во всей Метрополии есть кабели-Лей, а у нас, вот, есть.
Какое-то время они молча шли по снегу, а Арди все смотрел на фонари. Кабели-Лей, кристаллические пружины, Метрополия, маги-инженеры… столько новых слов, что голова немного кружилась. И, главное, ничего непонятно.
— А почему у тебя нет идентификатора? — внезапно спросила Анна.
— Иден… что?
Девушка остановилась и повернулась к нему лицом. Она переложила портфель в свободную руку и закатала правый рукав, где под одеждой обнаружилась все та же пластина, закрепленная на несколько ремешков.
— Я знаю, что большинство взрослых его не носят, — продолжила Анна тихим, размеренным тоном. — но по закону все несовершеннолетние обязаны носить идентификатор при выходе из дома.
Арди только пожал плечами. Он даже отвечать не стал, потому как не понял сути вопроса. Только указал пальцем на пластину и коротко спросил:
— Что есть?
Анна перевела взгляд с него, затем на наручи, потом снова на охотника и, наконец, поняла. В какой уже раз за сегодняшний день улыбнулась ему… Арди внезапно осенило. Так же ему улыбалась и Шали, когда знала что-то очень прозаичное и обыденно для охотников, но чего не знал Арди.
— Смотри, — Анна протянула руку с пластиной в сторону фонаря, а затем что-то нажала на кожаном ремешке.
Сперва ничего не происходило, а затем на пластине вспыхнули красные символы, сложившиеся в слова:
Уличный фонарь компании «Бри-И-Мен». Концентрация Лей: меньше условной единицы.
Напряжение — постоянное.
Надпись застыла на несколько секунд, после чего исчезла. Анна закатала рукав и отвела взгляд в сторону.
— Брат мне пытался объяснить, как это работает, но я не запомнила, — немного нехотя сказала она. — так что не смогу ответить на твои вопросы.
Арди склонил голову на бок, после чего улыбнулся, а затем не выдержал и рассмеялся.
— Простить, — произнес он взяв себя в руки. — ты есть очень хороший человек.
— Эммм, — протянула Анна. — спасибо… наверное…
Арди улыбнулся еще раз, но тут же спрятал зубы и напрягся.
— Мне не страшно, — покачала она головой. — я выросла на ферме и если бы пугалась клыков, когтей, копыт или даже рогов — из дома бы не выходила. Кстати, мне вот интересно, а как ты чистишь зу…
Арди дернул ухом, после чего резко подскочил, не без труда подхватил Анну на руки и отпрыгнул в сторону. Та даже вскрикнуть не успела, только сильно побледнела. А через мгновение увидела камень, упавший в то место, где она только что стояла.
— Совсем больной⁈ — закричали из тьмы, спрятавшейся за светом фонарей. — А если бы ты в неё попал?
— Я в нелюдя целился!
— Ну так целься лучше!
Арди поставил Анну обратно на снег, после чего выпрямился и пригляделся. Сосредоточившись, он смог различить во мгле смутные очертания нескольких ребят, одного из которых узнал.
Духи — они ведь даже шли по ветру и не знали науки охотников! Он чувствовал их запах, слышал, как быстро бились сердца и как, от двух из пяти, сейчас пахло страхом. Но при этом не заметил, пока не стало поздно. Слишком увлекся собственными мыслями. Ошибка, недостойная взрослого охотника. Если бы Эргар узнал — Арди долго бы зализывал следы от хвостов.
— Перси Кенбиш? — выглянула из-за спины Анна.
— Анна, иди домой, пока не пострадала.
И рыжеволосый мальчишка вышел на свет. Все в той же школьной одежде, но уже без портфеля. В его правой руке лежала бутылка, а в левой — камень. Не самое грозное оружие, но опасное. Особенно когда к нему прилагается еще четверо ребят. Двое из них были похожи на Кенбиша — и лицом и волосами, только разве что больше, выше и шире в плечах. И куда взрослее. А оставшаяся парочка — их, кажется, Арди видел в первый день. Они тоже учились в школе, только в старших классах.
— Это лучше вы идите домой, пока не натворили глупостей! — выкрикнула Анна. — Ты же знаешь, что он сын жены шерифа. Думаешь господин Брайн оставит это без дела⁈ А твои братья? Они совершеннолетние. Если причинят вред ребенку — их ждет виселица!
— Человеческому ребенку, — поправил один из рыжеволосых. — А это — нелюдь. Меня даже судить не будут — так, штрафом отделаюсь.
Что-то щелкнуло, а в свете ламп показалось широкое лезвие.
— Вы с ума сошли⁈ Его отец…
— В Дельпасе с такими разговор короткий, — прошипел третий рыжий, тоже обнаживший нож. — Место свое забыл? С людьми в одной школе учиться? Вали в свои горы, нелюдь, или в резервацию на север!
Арди прищурился. Из пятерых, только двое заставляли его осторожничать. Братья Кенбиш. Сам Перси и прочие школьники разбегутся, стоит только ему разобраться с парочкой взрослых. Вот только сейчас на нем было надето несколько слоев одежды, стесняющей движения. Его когти остались в горах, а одними клыками и борьбой Гуты он смог бы справиться с любым из них, но по одиночке. Вряд ли второй брат будет стоят и ждать, пока он валяется в снегу с первым.
И это не учитывая ножей.
Арди не был ранен, здесь не пролегали его тропы охоты, а за спиной раскинулись огромные просторы полей. Он легко может от них убежать и именно так и наставляли уроки лесных духов-хранителей. В этой драке не было никакого смысла и резона. Вот только…
Тонкие пальцы в варежках крепко сжимали край его пальто. Анна слегка дрожала и прятался за его спиной. Духи, только сейчас он понял, что действительно отличается от человеческих детей. Он был выше чем Анна и выше, чем Перси. Лишь немного, может на пару сантиметров, ниже старших братьев Кенбиш.
— Уходить, — процедил Арди, повернувшись обратно к пятерке. — Я не иметь желание делать вас вред.
Рыжие переглянулись и засмеялись.
— Ты слышал, Егор, звереныш даже разговаривать умеет!
— Это ты называешь разговором, братишка? Кольский, когда налакается, и тот понятней языком ворочает!
— Арди, — шепнула ему испуганная Анна. — я когда подам сигнал, ты беги. Они мне ничего не сделают, а я их ненадолго задержу.
И тут, внезапно, он понял. Понял, что девушка боялась вовсе не за себя, а за него. Маленькая, хрупкая, человеческая девочка боялась за взрослого охотника Матабар.
— Обхватить за шея, — шепнул он Анне. — моя руки не очень сильно. Не хотеть уронить.
После чего резко развернулся, снова подхватил девушку на руки и, выдохнув, прислушался. К биению пяти глупых сердец, к вою ветра, заставлявшего хрусталем звенеть веселую метель. Во всем этом он чувствовал рассказы. Рассказы о тропах, которых не увидишь глазами.
— Держаться, — повторил Арди.
— Эй!
— Что происходит?
— Что со светом⁈
— Это все зверь! Валите его!
Но было поздно. Ветер закружил вокруг охотника, а Арди пытался удержать в сознании возникшие образы. В прошлый раз, когда он повел с собой Экту, все было куда проще. Его сердце не помнило человеческой жизни, а под ногами лежала родная земля, всегда готовая помочь и проложить путь.
Арди не знал, получится ли у него сейчас отыскать тропу в край Фае, так что, когда снежный вихрь вокруг улегся, а они стояли посреди цветущего поля, над которым в вышине летали разноцветные птицы, охотник облегченно выдохнул.
— Арди… где мы? — прошептала Анна, оглядывавшаяся по сторонам. — И что там… впереди?
— Не смотри туда, — Арди отвернулся от очертаний прекрасного града на высоком холме. — иначе не выберемся.
— Ты можешь говор…
— Это долгая история, — перебил Арди. — а у нас очень мало времени. Я уже второй раз прихожу сюда без приглашения и если в прошлый считался ребенком, то теперь должен нести ответственность за проступок. А появление в Фае без приглашения — это очень тяжелый проступок. И если нас заметят — будет плохо.
Анна только заторможенно кивнула, а Арди побежал. Так быстро, как только мог. И с каждым шагом мир вокруг него менялся. Поля превращались в горы, леса оборачивались жерлами вулканов, чтобы последние вдруг раскинулись объятьями кучевых облаков. Они скользили по поверхности озер, внутри которых вместо рыб плавали звезды; перепрыгивали через камни, пытавшиеся задержать их своими величавыми речами.
И так, пока Арди, наконец, не расслышал в ветре нужный ему шепот, после чего он остановился, развернулся и сделал шаг спиной вперед. А когда открыл глаза, то снова стоял посреди снежной тропинки. Над головой мерцал свет фонаря. А еще впереди, метрах в двадцати, расположились широкие ворота с навесом. Краска на буквах давно уже облетела, но все еще можно было прочесть: « Ферма Полских». И маленькая изгородь из метровых колышков и проволоки тянулась от ворот в обе стороны.
Арди поставил Анну на землю и взял паузу отдышаться. Ему не стоило забывать, что он обладал лишь половиной силы Матабар и такие вот приключения дорого стоили.
— Арди я…
— Просьба большая, Анна, — с трудом, перемеживая слова глубокими вдохами и резкими выдохами, проговорил Арди. — Не иметь рассказ что произошло сейчас. Ни про путь в землях фей, ни про братья огненный волос.
— Но Арди! — возмутилась девушка. — Если бы не… то что, произошло, они ведь причинили бы тебе вред! Мы обязаны рассказать шерифу!
Арди упрямо покачал головой.
— Мама быть волнение. Она страх. Я не хотеть такой для она. Сильная просьба очень, Анна. Оставить секрет.
Девушка подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Почему там ты говорил понятно, а сейчас снова… так?
— Много история. Трудно искать нужный слов.
Анна прищурилась.
— А если соглашусь сохранить секрет, расскажешь?
Арди кивнул. Атта’нха никогда не запрещала ему делиться историями о фае и не наставляла хранить их в тайне от людского племени. Просто потому, что людские маги никогда не смогут проникнуть в край, защищенный искусством Эан’хане.
— Тогда пойдем скорее, — Анна схватила его за руку и потащила к воротам. — уже вечер скоро, а у нас теперь не только арифметика и правописание, но и твой рассказ! К тому же вам еще с папой разговаривать о работе. Куча дел! А я еще маме обещала…
Анна что-то еще говорила, а Арди шел следом и думал о том, что уже дважды он нарушил законы страны Фае. И, что-то ему подсказывало, что третий раз это так просто ему с рук не сойдет и, пожалуй, стоит воздержаться от посещения Фае хотя бы… лет на десять. А лучше на двадцать.
Если что и уяснил для себя Арди из историй волчицы и её книг — последнее, что ему нужно — нажить врагов в лице сидхе и Эан’хане.