Железный Кулак согласился помочь Шао Цзюнь из-за обещания, данного Янмину, хотя, говоря откровенно, хотел разыскать Кодати.

Они все жили за счет моря, поэтому иногда виделись во время плаваний. Тёдзи знал команду Чжи, и наоборот. К счастью, оба пирата не желали конфликта, потому не мешали друг другу, идя каждый своей дорогой.

Как-то капитан Таки получил груз с очень ценной для Железного Кулака вещью, которую последний намеревался выкупить при встрече, ведь товар предназначался для одного очень важного человека. Однако когда прибыл на остров Тёдзи, то нашел лишь кучу растерзанных трупов. Не хватало лишь тел капитана и его приемного сына.

Проведя расследование, Чжи выяснил, что бойню учинили Чжан Юн и Юй Даюн, двое из Восьмерых тигров, которых часто видели в Макао. Значит, груз и пленников забрали они. Узнав о смерти Янмина, Железный Кулак согласился выступить вместе с Шао Цзюнь, хотя в первую очередь его интересовал товар, который, видимо, находился на острове.

Как же он удивился, встретив здесь приемного сына Тёдзи, да еще в таком странном состоянии – на имя тот не отозвался. Парнишка прыгнул, собираясь атаковать, а его глаза выглядели безжизненными, словно у куклы. Мужчина подумал: «Как же так, малой? Неужели к тебе применили магию призыва души?»

За два года юноша не вырос ни на сантиметр, зато тело преобразилось: из худощавого стало мускулистым и рельефным. И Кодати спокойно перенес очень серьезный удар мастера рукопашного боя, продолжив свирепо атаковать. Железный Кулак отразил два выпада и почувствовал, как вместе со злостью в нем просыпается сила. Поняв, что враг не отступит, Чжи хлопнул левой рукой по правой, усиливая поток энергии, и выставил вперед кулак, собираясь атаковать сериями по восемь ударов, как делал это на корабле против Чжан Юна. Такая техника называлась «Набат небесного барабана из Сумеру». В одной из книг южного Шаолиня есть запись о монахе, который благодаря «Набату» мог наносить сразу пять ударов, поэтому ее переименовали в «Пять богов грома». А Железный Кулак пробивал восемь! Такие великие мастера рождались раз в несколько столетий…

Он яростно атаковал, но Кодати выдерживал все и не отступал – силы оказались равны. На пятом ударе Чжи удалось оттеснить врага на два шага, однако сила его не была бесконечной: после восьмого удара мужчина слабел. Вопрос в том, имелся ли предел у противника… Железный Кулак искоса глянул на лодку: пятеро подчиненных уже стояли на земле, Шао Цзюнь и Фэн Жэньсяо только начали вылезать. Цзунмань просто наблюдал, ведь знал о честолюбии и способностях друга. Однако сейчас лидер, наплевав на гордость, крикнул:

– Мне нужна помощь!

Главный стратег команды впал в ступор, понимая: от него будет больше вреда, чем пользы, в такой схватке. Он крикнул рядом стоящему мужчине по имени Чэнь Юаньпин:

– Действуй!

Услышав приказ, он вышел вперед, на ходу доставая из ножен меч. Затем рубанул по правому локтю Кодати как раз в момент, когда тот заставил Чжи отступить на шаг. Лезвие примерно на сантиметр вошло в плоть, которая больше напоминала дерево.

Обычный человек после такого выпада уже не смог бы воспользоваться рукой, а юноша будто не чувствовал боли. Левой рукой он схватил острие меча, которое распороло ладонь, и… сломал меч.

Сердце Юаньпина ушло в пятки при мысли: «Это вообще человек?!» Он был наполовину пиратом, участвовал в нескольких схватках и слышал много историй. Только ни в одной не говорилось о подобном: человека дважды ударили мечом, он истекал кровью, но продолжал драться.

Обломком клинка Кодати пронзил сердце мужчины, проломив ему ребра.

Железный Кулак тут же отскочил в сторону.

Юноша вытащил из руки обломок меча и снова пошел в наступление. Чжи, пятясь, повторял про себя: «Это демон! Демон!» Мужчина понимал, что через пару шагов окажется в лаве, только ничего не мог с собой поделать – его дух был сломлен. Вдруг, когда он сделал еще шаг назад, перед Кодати мелькнула тень – Шао Цзюнь.

Девушка последней вылезла из причудливой лодки. После столкновений с Чжан Юном она вела себя крайне осторожно, все время используя технику наставника и воспринимая окружающий мир сердцем, почти на уровне интуиции, но с полной осознанностью. Ведь учения Янмина несло в себе не только теоретические знания. Ассасин вылезла последней, ведь чувствовала: если последним остался бы Жэньсяо, то он никуда не пошел, а захлопнув люк, уплыл, бросив их здесь…

Девушка увидела, как Кодати убил Юаньпина. Несмотря на адскую жару, у Шао Цзюнь мороз побежал по коже: «Он же… юйхао!»

Чудовища не имели разума, зато обладали очень прочной кожей и силой, превышающей человеческую в несколько раз. Только бывшая наложница уже встречалась с этими тварями и знала: с ними можно справиться.

Двигалась она намного быстрее любого из своих спутников, поэтому в один прыжок оказалась возле Железного Кулака. Не дожидаясь, пока Кодати занесет кулак, прыгнула ему на правую руку. Человек бы от такого упал, а вот чудовище, в которое превратился приемный сын Тёдзи, – нет. Победить его одной лишь физической силой невозможно. Юйхао – идеальные бойцы, идущие до конца, но… не имеющие свободы воли. Они как одержимые игроки в го, которые выучили комбинации и играют только по ним, – если сделать ход не по «инструкции», игрок растеряется.

К такому выводу пришла Шао Цзюнь после битвы на реке. И, сделав ставку на это, оказалась права.

Когда она запрыгнула на руку, Кодати замер. Прежде он работал кулаками так же быстро, как Чжи, а сейчас остановился. Пусть всего на миг, после которого замахнулся на девушку, однако ей хватило секундного замешательства, чтобы подпрыгнуть и правой ногой дважды пнуть противника по лицу. Расчет был прост: проткнуть оба глаза скрытым клинком.

Шао Цзюнь плавно приземлилась позади юйхао. К тому моменту Чжи уже восстановился и заметил, как Кодати избивает воздух, а потом увидел его пустые глазницы; словно слезы, по щекам текла кровь. При этом парень не издавал ни звука, чем только усиливал ужас мужчины. Он воскликнул:

– Ко!..

И замолчал на полуслова, увидев летящий в свою сторону кулак. Сила осталась прежней, а вот координация пострадала – Железный Кулак легко уклонился. Человек, потеряв зрение, со временем приспосабливается и начинает ориентироваться на слух. Юйхао не имели разума – не могли импровизировать. Приемный сын Тёдзи все слышал, хотя не понимал, откуда идут звуки.

Чжи приблизился к нему и, схватив за правое запястье, прокричал:

– Кодати, это я – Ван Цюань!

Пират направил внутреннюю энергию в пальцы, применив одну из техник зажима для более крепкого захвата. Вот только Кодати никак не отреагировал. Он попытался вырваться, сломав Железному Кулаку кисть, тем не менее тот продолжал держаться за счет потока ци. Главарь пиратов понимал: нельзя отпускать руку, поэтому рывком ушел вправо, закручивая противника. Мужчина то и дело вскрикивал от боли.

Неожиданно юйхао замер. Оказалось, Шао Цзюнь подбежала и вонзила меч ему в спину, проткнув сердце. Кодати дернулся и упал.

Такой поворот опечалил Чжи, но лишь потому, что приемный сын Тёдзи мог рассказать о пропавшем товаре. Ведь разговорить евнухов будет гораздо сложнее. Хотя девушка спасла ему жизнь, он злился на нее не меньше, чем на Чжан Юна. Только в силу характера не подал вида и сказал:

– Спасибо за помощь. Что это вообще было?

– То, над чем Чжан Юн и Юй Даюн работают здесь, – тихо ответила ассасин, глядя на труп юноши.

– О чем ты?

У Шао Цзюнь голова шла кругом от мыслей. Она помнила рассказ евнуха Чэня про эликсир бессмертия, вот только наставник перед смертью сказал: «Эти монстры… и есть истинная цель плана „Дайюй“».

Начиная с кровавой бойни в зале Западных Варваров, события, словно куски мозаики, складывались в общую картину, которую бывшая наложница начала видеть.

Евнухи брали живого человека и превращали в чудовище, не знающее боли, страха и усталости; оно обладало огромной силой и выполняло любые приказы. Как они это делали, ассасин пока не понимала. Зато знала: если создать армию из таких существ, ей не будет аналогов даже в будущем. Хотя у этих тварей все-таки имелись и недостатки. Пока что имелись. Вэй Бинь говорил о связи Шкатулки Предтеч с «Дайюй». Пусть Шао Цзюнь не видела содержимое свитка от императора Чжу Хоучжао, но не сомневалась: в той маленькой коробочке Эцио хранится секрет, как сделать юйхао совершенными.

Для нее Чжу Хоучжао был не просто мудрым, талантливым и добрым императором, а человеком, которого она любила всю свою жизнь. Даже будучи загнанной Тиграми на далекий Запад, в ее голове то и дело всплывала улыбка правителя. Но если он составил план «Дайюй», позволяющий создавать чудовищ, можно ли называть такого человека добрым?

Девушка потрясла головой, словно хотела выбросить дурные мысли. Еще две минуты назад она видела перед собой мальчишку, ставшего из-за Чжан Юна монстром. Поэтому Янмин и просил ее во что бы то ни стало убить старика, иначе вся империя окажется игрушкой в руках тиду…

Шао Цзюнь охватила тоска при взгляде на труп Кодати. Отведя от него взгляд, она заметила, как Железный Кулак с четырьмя оставшимися пиратами направился к воротам. Жэньсяо, наоборот, встал в стороне.

– Помоги оттащить мальчика. Потом его нужно похоронить, – обратилась к нему ассасин.

Матрос не понял, как девушка собралась рыть яму в каменном полу, но не стал спорить и просто буркнул:

– Ага…

Вдвоем они перенесли тело Кодати.

В это время Чжи осматривал ворота. Сосуд в виде горлянки сделали из того же материала. Мужчина не заметил ручки, зато увидел вентиль. Он собрался повернуть его, как вдруг завопил Жэньсяо:

– Не трогайте!

Глядя на матроса, чье лицо стало белее снега, главарь пиратов медленно убрал руку.

– Почему? – удивилась Шао Цзюнь.

– Это вентиль для очистки. Если повернете, все взорвется. Так мне говорил евнух Юй.

Железный Кулак тут же отдернул руку.

Матрос в это время быстро подошел к двери и припал к земле. Оказалось, в каменном выступе торчал небольшой рычаг, поверхность которого блестела от множества прикосновений. Жэньсяо тянул его изо всех сил, но ничего не происходило. Он глубоко вздохнул, поплевал на руки, дернул еще раз. Ничего.

– Евнух Чжан точно открывал проход так…

После нескольких попыток открыть моряк весь вспотел, однако рычаг не поддавался.

– Я попробую, – протянула руку Шао Цзюнь.

Девушка не прикладывала силу, а просто положила руку, растопырив пальцы. Засиял свет. Следом раздался скрежет спрятанной где-то шестерни. Тяжелые створки начали медленно открываться.

Железный Кулак удивился, как девушка одним прикосновением смогла привести такую махину в движение. Внизу показалась металлическая колея. Видимо, нижнюю часть ворот конструктор оснастил шариком для подвижности, поскольку ворота стали открываться быстрее. Появилась небольшая щель, давая возможность заглянуть внутрь, чем Шао Цзюнь воспользовалась. И ахнула: с той стороны находилась пещера, представлявшая из себя будто иной мир.

Казалось бы, внутри горы должно быть темно, однако здесь все заливали лучи света, чей источник оставался неясен. Лился он ровно, поэтому идея о каких-то свечах отпадала.

Но куда сильнее команду удивили две башни внутри пещеры, которые царапали потолок. Внешне они выглядели одинаково, только на правой был спусковой механизм, и она двигалась вверх-вниз. Увиденное до глубины души потрясло Шао Цзюнь, даже лодка-раковина уже не казалась чудом конструкторской мысли. Внезапно она вспомнила один разговор с Эцио.

Когда-то существовал материк, где жили люди совсем другого вида: очень высокие, обладающие невероятными знаниями. Они подчинили себе весь мир, построили гигантские сооружения и изобрели множество артефактов: их творения находились за гранью воображения. Но однажды случилась катастрофа – земля гигантов ушла на дно океана. Тем не менее время от времени кто-то находил удивительные сооружения и предметы той цивилизации. Только сейчас человечество не понимало предназначение этих вещей и не могло их использовать, потому появлялись различные легенды. Однако, хотя этих людей больше нет, время от времени кто-то находил руины грандиозных сооружений. Три из таких мест посетил сам Эцио, однако тоже не понял, для чего нужны были все эти постройки и какая от них польза. В народе поговаривали, будто их создали боги. Братство ассасинов же назвало иначе – Предтечи. Шкатулка Предтеч, которую дал Шао Цзюнь сеньор Аудиторе, вероятно, была их реликвией, а безымянный автор, упомянувший ее в «Записках яшмовой крови», должно быть, состоял в Братстве во времена династии Сун.

Глядя на две твердыни внутри горы, Шао Цзюнь вспомнила погибших ассасинов из Братства. На душе сразу стало невероятно тоскливо. Она столько всего пережила и теперь стоит здесь, где вот-вот начнется решающая битва с последними из Восьми тигров. Ассасин чувствовала разгорающееся в груди пламя и приготовилась войти, когда ворота откроются до конца.

В самой верхней комнате башни находились четверо: Чжан Юн, Юй Даюн, Пилос, приложивший руку к убийству команды Таки Тёдзи, и неизвестный мужчина. Последний, абсолютно голый, лежал на столе. Из крепкого тела торчало множество серебряных игл. Его лицо напоминало восковую маску, однако он был жив – грудь едва заметно вздымалась.

Тиду, заложив руки за спину, рассматривал маленькую Шкатулку на полке.

Моряков пугал остров Злых Духов, поэтому дали такое имя. Прошло лет десять с тех пор, как Работорговец обнаружил это место, хотя осваивать его евнухи начали года два назад. Но реликвиями уже пользовались. В большой котел вливалась морская вода, которая при кипении обеспечивала их светом, вентиляцией и пресной водой. Когда старик Юн впервые продемонстрировал эту систему Пилосу, тот потерял дар речи.

Получив от наложницы Чжан Шунь план «Дайюй», глава Восьми тигров сразу отдал приказ перевезти сюда все из Леопардового павильона для дальнейшей работы. За два года тяжелых исследований они добились больших успехов, хотя в какой-то момент процесс замер. По мнению Пилоса, дальше без Шкатулки ничего не получится.

Она принадлежала к эпохе гигантов и постоянно переходила из рук в руки, преодолевая тысячи километров. Тиду узнал об этой вещи после того, как Пилос нанес визит императору Чжу Хоучжао. Познакомившись поближе, евнух с франком поняли, что одного поля ягоды. Затем западный варвар поведал старику Юну про удивительный артефакт. Пилос посетил множество сооружений цивилизации гигантов и везде находил одинаковый по размеру маленький паз. Он понимал: руины находятся далеко друг от друга, и между ними вроде как не должно быть связи. Только выемка не давала ему покоя. А затем франк разговаривал с одним историком, который поведал про удивительный артефакт, способный расшифровывать древние тексты. И показал изображения Шкатулки. Пилос быстро сообразил: она идеально войдет в пазы в руинах. Еще он пролил свет на создание бессмертных – методика дошла до них из эпохи Предтеч.

Евнух Чжан, узнав это, оказался в безвыходном положении. Планы «Дайюй» и «Юаньцяо»[95] предыдущего императора провалились, вернуть к жизни умершего могло лишь чудо, но со Шкатулкой возможности становились просто безграничными. Благодаря счастливому стечению обстоятельств артефакт наконец-то оказался в его руках. И хотя старик Юн все еще не смог разгадать все тайны древних руин на этом острове, однако часть уже выяснил. Ему было плевать на риски и затонувший корабль, ведь появился шанс реализовать план «Дайюй». Это с лихвой возместит весь ущерб! Но получится ли осуществить последний шаг?

Сейчас, находясь в башне, мужчины вставили Шкатулку в паз. Крышка стала медленно подниматься.

– Господин тиду!.. – изумленно воскликнул Работорговец.

– Принеси ту бумагу, – равнодушно приказал евнух Чжан.

Даюн взял с полки свиток, оставшийся после императора Чжу Хоучжао, развернул и нашел в нем древний, но хорошо сохранившийся пергамент. Он погрузился в раздумья.

Шао Цзюнь разыскала Чэнь Сицзяня, ведь евнух мог знать, какая тайна скрыта под печатью «Дайюй». Старик рассказал про эликсир вечной жизни, что недалеко от истины: в свитке говорилось, как создать бессмертных. Тем не менее это разные понятия.

Это искусство берет свое начало на территории Ирана в шестом веке до нашей эры, который тогда назывался Персией. Царь Ксеркс приказал мастерам оккультных наук сделать при помощи лекарств и заклинаний отряд воинов, не знающих поражений. И у них получилось. Благодаря огромной армии, в состав которой вошли бессмертные, Персидское царство достигло расцвета, завоевав соседние государства. Вот только последующие цари больше любили веселиться, а не укреплять могущество страны, которая в конце концов пришла в упадок. После падения Ктесифона от Арабского халифата[96] последний царь Йездегерд Третий бежал на восток, надеясь скрыться в китайской империи Тан. Однако мужчина по дороге скончался, а все реликвии, бывшим при нем, исчезли. Так пропало величайшее искусство создания бессмертных.

Никто не мог разобрать шифр в свитке, поэтому он просто передавался из рук в руки на протяжении почти тысячи лет, пока не оказался у императора Чжу Хоучжао. Когда правитель увидел пергамент, сразу понял его ценность. Мужчина приказал построить в Леопардовом павильоне зал Западных Варваров, куда пригласил лучших ученых для исследований. Те не смогли расшифровать письмена, зато по иллюстрациям поняли: на пергаменте описывается, как создать бессмертное существо. Так появился план «Дайюй», названный в честь острова из легенд. Используя знания, которые удалось получить благодаря рисункам, из приговоренных к смерти получилось создать юйхао: невероятно сильных, но начисто лишенных разума. Как только закончилась трансформация, подопытные очнулись и учинили бойню, разорвав на куски всех, до кого успели дотянуться. В итоге чудовищ смогли убить, а император на время прекратил опыты. Он решил сначала расшифровать текст на пергаменте, однако вскоре умер после инцидента в зале Западных Варваров.

Старик Юн знал, что Чжу Хоучжао не мог приказать все уничтожить, поэтому дождался его смерти и обыскал дворец, получив в итоге свиток от Шунь.

Шкатулка открылась, евнух Чжан положил внутрь пергамент. Ничего не произошло. Он обратился к стоящему рядом франку:

– Господин Пилос, как этим пользоваться?

– Я лишь раз видел эту Шкатулку, и то издали, – поколебавшись, ответил мужчина.

После кровавой резни сдался даже император Чжу Хоучжао, зато тиду намеревался довести дело до конца. Он уже сбился со счета, сколько раз перечитывал оставленные почившим правителем данные опытов. Старик Юн предположил, что причиной стало не столько незнание текстовой составляющей, сколько следование западной рецептуре. Он с детства интересовался искусством врачевания. Попав во дворец, взялся за акупунктуру. Среди Восьми тигров Чжан Юн и Вэй Бинь больше всех тяготели к изучению чего-то нового. Будучи командующим двенадцатью гарнизонами, тиду имел доступ к секретным документам во дворце. За эти годы он достиг больших успехов в иглоукалывании. Даюн хорошо разбирался в механизмах, а Пилос был известным врачом в Европе. Втроем они решили большинство проблем, с которыми столкнулись еще в зале Западных Варваров. Хотя бессмертные утратили разум, зато отличались исполнительностью. Так как их удалось создать в Восточно-Китайском море, глава Тигров назвал их в честь местного божества юйхао.

Благодаря акупунктуре и снадобьям чудовища беспрекословно выполняли приказы, однако их мощь оказалась меньше, чем ожидали создатели. К тому же следующие поколения получались слабее, а из-за ограниченного запаса энергии сражаться могли лишь пару часов, после чего застывали. За два года упорных поисков они ни на шаг не продвинулись. А нынешняя партия юйхао вообще напоминала ходячие трупы, чем воинов.

Шкатулка никак не реагировала. Тиду решил, что либо неправильно пользуется артефактом, либо… пергамент оказался фальшивкой. Но создать даже слабых бессмертных получилось – значит, последний вариант отпадал.

– Даюн, ты у нас главный конструктор. Взгляни и скажи, как это использовать, – обратился к нему старик Юн.

Работорговцу польстили эти слова. Хотя он действительно неплохо разбирался в механизмах, но не посвящал каждую свободную минуту изучению интересующих его вещей, как делали тиду и покойный Змей. Мужчина вытащил Шкатулку из выемки и тщательно все осмотрел. Ничего не произошло.

В любой подобной конструкции имеется спусковой крючок. Полка с выемкой под Шкатулку была из невероятно прочного металла, на котором за столько лет не появилось ни пятнышка ржавчины. На ней имелась выемка с несколькими выпуклостями. Даюн предположил, что они должны куда-то вставляться на самом артефакте. Евнух продолжил проверку, как вдруг послышался треск – на дне Шкатулки появились отверстия.

Старик Юн воскликнул:

– Вот! Это оно!

Тиду вытащил из-за пазухи бамбуковую трубку с инструментами и извлек оттуда маленький серебряный нож. Затем легонько поскреб выступы в углублении на полке, чтобы счистить скопившуюся за годы грязь. Поверхность стала почти зеркальной. Евнух Чжан протер Шкатулку и поставил обратно в углубление. Снова послышался треск, артефакт выпустил вверх столп синего света, в котором, к удивлению присутствующих, отчетливо просматривалась книга, а вместо страницы был тот самый пергамент. Самым же шокирующим стал другой момент: мужчины могли прочитать текст – они видели перевод!

Работорговец оторопел и подумал: «Как он смог?!»

– Боже мой! Господа евнухи, это же латынь! – восторженно сказал Пилос.

Старик Юн замер и переспросил:

– Латынь?

Тиду видел китайскую письменность.

– Точно вам говорю! Я с самого детства изучал ее. Теперь сомнений не осталось – Шкатулка точно принадлежала Предтечам! – восхищенно выдохнул франк.

Глава Тигров едва заметно кивнул. Эта вещь не просто расшифровывала письмена древней цивилизации, а переводила на понятный наблюдателю язык. Действительно магический артефакт!

Тем не менее текст выглядел малопонятным, трудночитаемым. Буквы искривлялись, залезали друг на друга. Расплывчатые формулы следовали одна за другой без видимой связи между собой. Отдельные предложения выглядели так, будто их вырвали из контекста. Поэтому старик Юн решил использовать акупунктурный подход: не пытаться связать все вместе, а разбирать части отдельно друг от друга – словно воздействовать отдельно на точки, как в иглоукалывании. Неудивительно, что Шкатулку называли чудесным устройством. Его догадка оказалась верной: когда Эцио передал артефакт Шао Цзюнь, то сказал воспользоваться им в трудный час. На самом деле о таком свойстве Шкатулки давно ходили слухи и передавались из поколения в поколение в Западном Братстве ассасинов. Выходит, Шкатулка в самом деле может превращать письменность Предтеч в текст, который способен прочесть любой. Но Шао Цзюнь не понимала истинного предназначения артефакта. Она думала, что внутри спрятано что-то очень важное. Открыв Шкатулку, девушка увидела, что она пуста. Ха! Даже господин Янмин не догадался об истинном предназначении Шкатулки Предтеч! Чжан Юн и Юй Даюн умели читать лишь по-китайски – и для них письменность Предтеч отразилась на китайском. Пилос хоть и был франком, но в детстве рос при монастыре (аббатстве) и поэтому чаще читал на латинском. Вот он и увидел текст на латыни.

Чжан Юну некогда было проверять свои предположения. Он внимательно читал текст. Западные варвары применяли все возможные секретные техники расшифровки, чтобы понять эту причудливую письменность. Они полагали, что знаки и узоры как-то связаны друг с другом. Но западные варвары действовали вслепую, и хоть у Чжан Юна и были все их наработки по расшифровке, кто знает, насколько ошибочными они были. Теперь же он сам мог прочесть. Ему бросились в глаза две-три строчки, которые развязали узел сомнений. Хоть ответ и прятался на поверхности, все оказалось намного сложнее. Пока Чжан Юн размышлял, можно ли заменить описанное действо акупунктурой, откуда-то снизу послышался скрип.

Немногие знали, как найти остров Злых Духов, еще меньше могли доплыть до берега, и лишь единицы знали про подводный коридор. К тому же неподалеку патрулировали два юйхао. Даже если каким-то неведомым образом человек сможет доплыть до входа в пещеру возле огненного озера, ворота охраняет еще один бессмертный.

Вот только Даюн четко слышал, как открылись ворота. Он отскочил к стене и незаметно выглянул в окно. Евнух был низким и полным, но двигался резво.

– Господин тиду, у нас гости!

– Шао Цзюнь? Прикончить ее!

Старик Юн не отрывал взгляда от книги.

Хоть искусство создания бессмертных и относилось к черной магии, оно больше походило на анатомию. Китайская медицина, в отличие от европейской, больше опирались на терапию, а не хирургию. Так что в Поднебесной человек, способный провести операцию, считался настоящим волшебником, ведь здесь устройство человеческого тела знали довольно плохо. Лишь при династии Синь ее единственный император Ван Ман приказал придворному лекарю разрезать труп одного из преступников-бунтовщиков, а затем измерить органы и проверить внутренние каналы. Жители империи сочли подобное настоящим варварством, потому будущие поколения почти не проводили исследования.

Чжан Юн же очень интересовался медициной и негодовал, ведь лекари не питали интереса к человеческому телу. Пользуясь положением при дворе, тиду не раз вскрывал трупы смертников, неплохо изучив анатомию. На пергаменте же информации по этому вопросу оказалось больше, чем он смог узнать за всю жизнь.

Однако, прежде чем продолжать чтение, стоило разобраться с непрошеными гостями, хотя очень не хотелось отрываться от книги.